Глава 5. Загнанная в тупик

На следующий день парковочное место Адама пустует, что меня безумно радует. Я концентрируюсь на учёбе, прилежно составляю конспекты и выполняю задания, в то время как коридоры университета гудят от сплетен и разговоров о вчерашнем конфликте. Мы с Томом начинаем чаще видеться после пар, у нас появляются общие темы для разговоров, и я, наконец, чувствую себя, как обычная студентка, а не как загнанная в угол мышь.Всю учебную неделю Адама нет, и я тайно надеюсь, что причина тому — неудачные прыжки с моста. В любом случае, где бы он ни был, пусть задержится там подольше. День, проведённый без его безумного взгляда, — праздник для моих нервных клеток.Когда я приношу мистеру Блэку статью о правильной парковке, он начинает смеяться.— Мисс Грин, я не думал, что вы воспримите буквально моё задание, — преподаватель широко улыбается мне, листая работу.— Я решила не домысливать и просто сделать предложенное вами задание, мне только в радость заняться делом.— Тогда вам лучше быть писателем, а не журналистом.На мгновение мне кажется, что он шутит, но в глазах мистера Блэка читается искренность.— Да что вы, у меня не столь богатое воображение.— А по метафорам, которые вы используете в статье, не скажешь, — он пробегается глазами по тексту и откладывает работу на стол. — Ладно, мисс Грин, раз вам доставляет удовольствие писать дополнительные задания, так вот ещё одно.Преподаватель открывает ящик своего стола и достаёт листок.— На этой неделе одну из наших студенток ограбили и попытались изнасиловать, девушка в порядке и сейчас находится в психиатрической больнице на обследовании. Вот список вопросов, если она, конечно, не решит рассказать всё сама.Беру листок и с недоверием пробегаюсь по вопросам. Я учусь только неделю, а мне уже дают полноценное журналистское расследование. Зачем мистеру Блэку доверять первокурснице столь серьёзное интервью?— Спасибо, — я стараюсь быть как можно спокойнее. — А это не слишком рано, я ведь ещё не журналист?— Это отличный способ стать им, мисс Грин.Я хочу возразить, но проглатываю слова. Всё же мне приятно, что мистер Блэк даёт возможность развиваться и доверяет серьёзные темы. Решаю не возражать, а принять его задание как отличную возможность проявить себя.— Спасибо большое, мистер Блэк.Мне ничего не остаётся, как выполнить задание. Взгляд преподавателя непреклонен, я кладу листок с вопросами в свою сумку и выхожу из аудитории, где меня уже терпеливо ждёт Том.— Ты долго, — говорит парень, отходя от стены и лениво потягиваясь. — Все уже давно вышли.— Мистер Блэк поручил мне дополнительное задание, — я слышу в собственном голосе раздражение и пытаюсь смягчиться.Том улавливает мои эмоции и взволнованно смотрит на меня.— Эми, что–то случилось?— Ты что–нибудь слышал об ограблении и попытке изнасилования одной из студенток нашего университета?— Я подобное слышал в телефонном разговоре отца, якобы к ним в психиатрическую больницу попала одна из наших студенток. Отец говорил, что девушка напугана, так как на неё напали. Кажется, её зовут Джулия Кларк.Более ценной информации я и не надеялась услышать. Мистер Блэк даже не сказал имени студентки, наверное, полагаясь на моё журналистское чутьё, которого у меня пока ещё нет. Я не удерживаюсь и обнимаю Тома, целуя его в щёку, отчего парень начинает робеть.— Если хочешь, я могу сходить с тобой сегодня, будет не так одиноко, — предлагает Том, широко улыбаясь.— Это будет прекрасно.Мы выходим к парковке, и я ловлю себя на мысли, что ищу чёрный Мустанг Адама. Странное чувство волнения ощущаю, когда вижу его пустое парковочное место. Неужели, действительно, неудачный прыжок с моста? Большинство студентов только радуются отсутствию Демона, но меня это немного напрягает. Каким бы плохим человеком он ни был, не стоит радоваться его пропаже, а вдруг с ним случилось что–то по–настоящему плохое?— Давай лучше на моей машине? — говорит Том, перебивая мои раздумья, и указывает на разбитое стекло. — Вечером обещали дождь.— Я всё никак не могу отвезти её в ремонт, — на самом деле мне просто не по карману оплатить новое стекло.— Эми, — Том аккуратно просовывает голову в салон моей старушки, и я чувствую лёгкую неловкость от этого действия. — С тобой точно всё в порядке?— Всё отлично. Давай заедем ко мне, чтобы я оставила машину в гараже, хорошо?— О'кей.Я чувствую себя рассеянной и слабой. Волнение и тревога не покидают меня. Куда делся Адам? После того случая с мостом о нём не слышно. А ведь обычно по коридорам университета гуляют слухи о его безумных поступках. В первый учебный день я только и слышала на каждом углу его имя, а теперь ходят новости то ли об аварии, то ли о смерти Кинга.Мы подъезжаем к дому, я ставлю машину в гараж и бегу к Тому, так как на улице уже моросит дождь. Кода я сажусь на пассажирское сидение, то невольно морщусь, глядя, как всё больше становится капель на лобовом стекле.— Не любишь дождь? — улыбается Том, нажимая педаль газа.— Терпеть не могу, — фыркаю в ответ. — Волосы липнут к лицу, одежда сыреет, обувь промокает, как такое можно любить?Парень тихо смеётся и запускает двигатель.— Впервые вижу тебя такой злой.Я кидаю на него свирепый взгляд.— Не смотри на меня так, будто я в этом виноват.— Раньше за плохие вести отрезали голову, — парирую я, намекая на его метеопрогноз.В глазах парня проскальзывает растерянность, а я, не в силах сдержаться, улыбаюсь. Его чуткость меня забавляет.— Как думаешь, кто мог напасть на Джулию? — пытаюсь перевести тему и настроиться на предстоящее, первое в своей жизни, интервью.— А ты как думаешь? Кинг уже почти неделю не появляется на парах.Я вижу, как Том меняется в лице, и понимаю, насколько ему неприятен Адам. Лицо парня ещё до конца не зажило. Многочисленные ссадины и синяки лишь подтверждают возможную причастность Адама к преступлению. Том паркует машину и что–то начинает искать на заднем сидении. Я чувствую себя немного неловко, когда он задевает меня боком, перекидываясь с водительского сидения назад.— Вот же он! — радостно говорит парень и возвращается за руль.В руках у него небольшой красный зонт в белый горошек. Том немного смущается из–за несдержанного моего смешка.— Что, ты же ненавидишь дождь?— Просто забавный зонт.— Мама оставила его на днях. Сам не люблю зонты, я не из сахара сделан, в отличие от Вас, Эмилия Грин.Я пытаюсь всем видом показать злость, но Том больше не ведётся на мои никудышные актёрские способности и давит довольную улыбку.— Очень смешно, — я закатываю глаза, беру зонт в руки и выхожу из машины.Белое здание психиатрической больницы в каких–то двадцати метрах от нас, но я всё равно успеваю промочить свои кеды, отчего накатывает волна раздражения.В приёмной регистратуре нас встречает медсестра с каменным и безразличным взглядом. При виде Тома у неё на лице появляется приторная, натянутая улыбка. От столь явного лицемерия мне становится тошно, и я позволяю своему другу самому уладить вопрос с посещением.— Двести восьмая палата, Джулия Кларк, — после короткого разговора с Томом говорит девушка, поправляя непослушную прядь волос на лице, и смотрит Тому в глаза. — Могу вас проводить.— Не надо, — отмахивается парень и берёт меня за руку. — Пойдём, я знаю, где это.Мы выходим к широкой лестнице, ведущей на второй этаж, и только когда начинаем подниматься, Том отпускает мою руку. Из коридора слышны крики, где–то сверху доносится чьё–то истерическое пение, а когда мы заходим на этаж, нам навстречу идёт пожилой мужчина, мотая головой, и что–то бубнит себе под нос.По телу пробегает холодок. Никогда не была в подобном месте и чувствую огромное желание больше не появляться тут. Серые стены, белые халаты, пациенты в больничной одежде, звуки, возгласы, косые безумные взгляды — всё заставляет меня пожалеть о том, что я пришла сюда. Том видит мой растерянный взгляд и ободряюще обнимает за плечи.— Эй, всё хорошо, — шепчет он и останавливается перед дверью палаты с золотой цифрой двести восемь, — мы уже пришли. Буду ждать внизу.Я тяжело вздыхаю и открываю дверь.Девушка со светло–русыми волосами стоит у окна. На ней голубая больничная пижама. Я не решаюсь подойти к ней и начать разговор, но Джулия сама поворачивается и одаривает меня обычным, самым нормальным взглядом.— Кто вы? — спрашивает она.— Привет, я... — тот факт, что девушка выглядит абсолютно душевноздоровой, немного поднимает настроение. — Меня зовут Эмилия Грин, я учусь в том же университете, что и ты, мне дали задание...— Дай угадаю, — в глазах девушки появляется весёлый огонёк. — Ты хочешь написать статью? Мистер Блэк даёт отличные дополнительные задания своим любимчикам, — отмечает с улыбкой Джулия.Она протягивает мне руку и дружелюбно говорит:— Я Джулия Кларк, учусь на втором курсе журналистики. Буду рада помочь тебе, Эми. Год назад мне дали похожее задание, после чего я поняла, что журналистика — это моё.Понятно, почему она так спокойно относится к моему визиту. Судя по её взгляду, Джулия только рада поведать свою историю. Я включаю в телефоне диктофон и сажусь поудобнее. Джулия начинает рассказ, полный литературных оборотов и эмоциональных высказываний. На мгновение кажется, что девушка пересказывает детективный роман, но мне удаётся выловить из её явных прикрас суть: в понедельник она пешком возвращалась домой от одногруппницы. Начало темнеть, и на полпути к дому девушка поняла, что за ней идёт странный человек в капюшоне, лица его она не увидела. Джулия в страхе прибавила шаг и забрела в тёмный переулок, где решила спрятаться.— Я только потом поняла, что как раз туда меня и стремились загнать, — говорит Джулия, активно жестикулируя, — в тупик.Когда девушка поняла, что оказалась в западне, кто–то ударил её по голове, и она потеряла сознание.— Я слышала голоса, они были как будто в трубе, голова сильно гудела. У меня забрали сумочку и начали меня раздевать.Несмотря на то, что Джулия говорит спокойно и непринуждённо, я всё равно замечаю в её взгляде возрождающийся страх перед жуткими воспоминаниями.— Их было трое... трое в капюшонах, один подставил мне нож к горлу и сказал: «Расплачиваться будешь ты», — её взгляд на секунду становится пустым, и она затихает, затем вздрагивает и трясёт головой, отгоняя дурные мысли. — Потом у меня закружилась голова, и я потеряла сознание. Очнулась в больнице, меня обследовали, сделали все анализы и направили сюда для психологической реабилитации.Я выключаю микрофон, в этот момент в палату заходит невысокий врач с планшетом для записи в руках. Тёмные волосы, голубые глаза, правильные приятные черты лица сразу напоминают мне моего нового друга. Доктор очень похож на Тома, только лёгкая седина и морщинки на лице отличают его от спасённого мной парня. Я понимаю, что передо мной отец Тома, а фамилия «Флинн» на бейджике лишь подтверждает мои догадки.— Вам безумно повезло, дорогая Джулия, — глаза Флинна старшего излучают безграничную доброту, он подмигивает девушке и поворачивается ко мне. — К сожалению, приёмные часы окончены, вы сможете пообщаться с мисс Кларк позже, я как раз готовлю её к выписке.— Я уже ухожу.Благодарю Джулию за рассказ, прощаюсь с доктором Флинном и выхожу из палаты. Меня мгновенно окутывают тлен и безысходность коридоров больницы, и я быстрее спускаюсь в приёмную, чувствуя на себе косые безумные взгляды. Не понимаю, как такой светлый человек, как Флинн старший может работать здесь. У него тёплый взгляд, и, несмотря на специфику его работы, выглядит он очень бодро и жизнерадостно.Том сидит на кушетке и играет в телефоне. Его взгляд сосредоточен на экране, и он аккуратно наклоняет вправо–влево свой смартфон.— Гонки? — спрашиваю я.— Ага, — парень быстро выключает телефон и кладёт его в карман.— Я встретила твоего отца, вы очень похожи.Взгляд Тома меняется, и я понимаю, что что–то не так.— Пойдём отсюда, — он снова берёт меня за руку и тащит на улицу к машине.Его смена настроения настораживает. Я впервые вижу парня таким раздражённым.— Что случилось, Том?— В последнее время мы много ссоримся, — говорит парень, когда мы садимся в машину. — Я не хочу лишний раз его видеть, а он всячески пытается наладить со мной отношения. Родители разводятся.— Сочувствую.Мне больше не нужно слов, чтобы понять, что Том расстроен. Теперь я осознаю, каких трудов ему стоило помочь мне, и молча крепко обнимаю его. Сейчас не нужно разговоров, нужна поддержка.— Спасибо за помощь, Том.