Ну и кто тут жертва?

Оторвавшись от телефона, Ким искренне улыбнулся и ответил:

— Да.

— Но ведь столько боли...

— Чимин, а что, если он мой истинный? — закусив губу, он посмотрел на друга, — я ведь так люблю горький шоколад. Да и не могу же я обижаться вечно?

За разговором они уже подошли к столовой.

— А Гук любит вишню... — ошарашено сообщил Пак. Ким был в шоке от такого заявления. Значит, он не ошибся? И этот альфа его истинный? Медленно переведя взгляд на Гука, который сидел в компании своих друзей, он немного погрустнел.

— Чимин, только не говори никому об этом.

— Почему? — удивлённо спросил Пак, а после взгляд наполнился злобой, — ты поэтому запах скрываешь?! Перекрываешь множеством парфюмов!

Чимин знал, что истинность — это лучшее, что может случиться в паре. Испытав это на себе. И считал, что никто не должен помешать этому.

— Нет, ты что? — сказал он, взявшись за руки с другом, — просто я хочу, чтобы Чонгук полюбил меня, потому что это я. А не из-за истинности. Не хочу ею привязывать его. Ты же знаешь, сколько омег крутится вокруг него. Я хочу быть не только выбранным, но и единственным.

В этом был смысл. Поэтому, остыв, Пак потащил друга за стол альф.

— Мы пришли, — заявил Чимин, чмокнув своего альфу и присев рядом. Теперь все устремили взгляд на Тэхёна, который жутко покраснел и опустил голову. Хосок пнул друга, мол: «Это твой омега, позаботься о нём». Отодвинув стул, он протянул свою ладонь, и Ким, аккуратно поставив свою руку, присел рядом.

— Уууу, что я вижу. Неужели милости от Чона? — дразнил Юнги.

— Заткнись, — прошипел Гук и продолжил есть.

— А вы чего почти ничего не взяли покушать? — интересовался Хосок.

— Я взял, это Тэхён на одном салате сидит, — упрекнул Пак, поедая рис.

— Почему плохо питаешься? — грубо и со злостью спросил альфа. Немного замявшись, Ким приблизился к его уху и тихо прошептал:

— Гуки, мне надо похудеть к свадьбе. Всё-таки платье... и я собираюсь там быть самым красивым омегой... для тебя.

Отстранившись, он был красный, как рак. А у альфы челюсть отпала, а вместе с ней и рис. Из-за чего омега и прыснул в кулак. Взяв салфетку, он вытер подбородок Чона. Да, этот омега шокировал с каждым разом. А его шёпот и нежность. Неизвестно, как альфа сдерживался, чтобы не разложить его прямо на этом столе. Придя в себя, он повернулся к друзьям и рявкнул:

— Отстаньте от него.

— О, смотрите, как защищает, — заулыбался Хосок, — кстати, Юн, Мин, я тут слышал кое-что об истинных, — те сразу перевели внимание с друг друга на Хо.

— Да, что?

— Говорят, если истинный отвергает своего альфу, то обоим неимоверно больно. Это правда?

Сердцебиение Тэхёна увеличилось настолько, что отдавало в ушах. Его раскрыли? Как давно? Это намёк? Что делать теперь?

— Отчасти да. Но омегам хуже. Не будем забывать, что альфы — сильный пол и переносят всё легче. Если у альфы на фоне отторжения истинным начинается агрессия и плохое настроение, то у омеги может дойти до ломки всего тела, — ответил Пак.

— Даже если против альфа? — продолжил расспрос он.

— Альфа никогда не сможет так долго сопротивляться. Что уж говорить, если при первой течке омеги вы ставите ей метку? До таких крайностей может довести лишь омега, — Пак мимолетно посмотрел на Тэ, надеясь, что у них до такого не дойдёт, и омеге хватит мозгов, но после вернул взгляд на собеседника.

— Эх, вот бы найти истинного, — скулил Чон.

— Но и без него можно счастливо жить, — продолжил Гук, переплетая пальцы с омегой и утопая в его карих глазах.

— Что будешь делать, когда истинный появится? — спросил Хосок. На него уставились две пары глаз. Неизвестно почему, но Тэхён тоже волновался из-за этого.

— А я думаю, у них всё будет хорошо, — влез Чимин, а потом посмотрел на грустного Тэ, — эй, ты чего? Вот дурашка. Тебе что, чувства все мозги проели?

Тут-то Гук и поперхнулся. Ему не послышалось? Переведя взгляд на омегу, он увидел, как тот краснеет. Но он всё время пытался не забывать, что это лишь игра, спектакль, не более. Но так ли это? И если игра, то чья? Кто в ней ведущий?

По окончанию пар, студенты расходились домой, кроме одного омеги, который ждал кое-кого. Компания Гука тоже шла домой, как заметила стоящего у ворот Тэхёна. Гук сразу же получил подзатыльник с комментарием:

— Тупой ты альфа. Это ты должен ждать, встречать и провожать, а не он. Быстро дуй к нему.

— Да понял я, понял.

Перехватив рюкзак покрепче, Гук подбежал к нему.

— Почему не дома?

— Тебя ждал.

— Но у тебя есть мерс.

— Я обременяю тебя? — спросил омега уже с мокрыми глазами.

— Хватит притворяться и пошли.

Доехав до дома в тишине, альфа вместо прощания решил попросить:

— Тэхён, ты неплохо играешь роль, но не будь столь зажатым. Смотри мне в глаза и меньше смущайся. А то на жертву больше походишь.

Ухмыльнувшись, омега поднял голову. Переползая через панель передач, он уселся подтянутыми ягодицами прямо на пах альфы. И незамедлительно впился в его губы, зарывшись руками в волосы и немного оттягивая их. Он сминал его губы, а после попытался проникнуть своим горячим и мокрым языком глубже. Ответ не заставил себя ждать, и альфа приоткрыл губы, улыбнувшись в поцелуй, Тэхен, словно ненормальный, прильнул к нему всем телом. Он начал посасывать его язык, при этом проходясь ягодицами вверх-вниз. Альфа уже заводился. Температура тела повышалась, запах горького шоколада распространился по всему салону. Внизу становилось всё тяжелее, а здравый ум отходил на второй план. Укусив нижнюю губу омеги, он впился ладонями в его бедра и, надавив, прижал ягодицы максимально близко к паху, от чего омега промычал. Разум покрылся пеленой. Отстранившись, Тэхён нежно проходился ладонями по шее, проводя по сухожилиям, перейдя на мощные плечи, и взгляд оторвать не мог. Потом перешёл на широкую вздымающуюся грудь, что уже немного взмокла от возбуждения. Был бы он ещё в рубашке, которая не выдержала бы его мускулатуру, и пуговицы готовы были порваться под таким давлением. Тэхён точно бы не выдержал и тут же оседлал этого альфу, но не сегодня. Сейчас на нем чёрная футболка, которая открывает вид на мощные руки, но этого мало нашему омеге, чтобы потеряться окончательно. А нашему альфе, похоже, всё нравится, он уже сошёл с ума от желания попробовать этого омегу. А пока тот проводил руками... О, Боги, кто придумал такое наказание? Закусив губу, омега остановил свои руки на груди, выгнувшись, как кошка, он прильнул к уху альфы. Два раза лизнув мочку, он прошептал:

— Ну, и кто тут жертва?

Быстро перекинув левую ногу, открыл дверь с водительского места и вышел на улицу. А Чонгук остался в недоумении. Что только что произошло? Возбудили и не дали? Да, такое впервые. Выйдя из машины, он застал лишь удаляющуюся фигуру. Повернётся или нет? Теперь он нервничал в ожидании хотя бы взгляда в свою сторону. И омега исполнил это желание, в его глазах не было ни капли наивности. Точно чертёнок.