Часть 15

На следующий день парни встречаются у той самой кофейни. Хо согласился вновь навестить врача впервые за последние двенадцать лет.На улице морозит. Ветер щекочет, кусает, а солнце, которое всё пытается выглянуть из-за туч, вовсе не греет.

В больнице спокойно. Нет привычной суеты, стариков, детей, которые вечно бегают, кричат, поскальзываясь в бахилах на скользкой плитке.Из незнакомого кабинета выходит врач, оглядывая коридор и находя на скамейке лишь Минхо и Хана. Оба встают, и тогда он обращается к ним.

— Здравствуйте, вы по записи? — голос спокойный, нежный.

— Здравствуйте! Нам сказали, что на сегодня свободно и мы смогли пройти так. — объясняет Хан, сжимая ладонь Минхо в своих.

Они проходят в кабинет. Врач усаживаетсч за своё место — вытянутый длинный стол и большой крутящийся стул.

— Так-с, — он открывает какой-то журнал, надевает очки, по виду очень хрупкие, и по очереди смотрит смотрит на парней, ожидая, пока кто-то из них что-то скажет. — Жалобы, вопросы, может..

— Он потерял слух в детстве. — обеспокоенно начинает Джисон. — Не слышит уже двенадцать лет, как и не разговаривает, а вчера на концерте он услышал песню и даже позвал меня по имени. Думаю, в подробностях он сам вам расскажет, точнее, покажет, напишет.. Вы поняли, доктор.

Врач достаёт лист бумаги из принтера, прилагает к нему ручку, подзывая Минхо взглядом. Тот вопросительно смотрит на Джисона.

— Напиши здесь всё, что происходит. — вроде на жестовом языке, то ли просто обычными жестами Хан объясняет, что нужно сделать. Но Ли понимает его сразу.

Минхо долго пишет, рассказывая в подробностях то, как он потерял слух, что он слышит, что слышал вчера, и каким чудом он смог назвать имя Джисона, почти полностью забыв, как звучат буквы.Хан думает, что это чудо, надеется, что музыка и правда исцеляет Минхо, детские воспоминания лечат, а забота, любовь и позитивные эмоции что-то там внутри подкручивают и потихоньку помогают ушам слышать. Он не знает, как всё работает, не знает даже толком причину, по которой Хо лишился слуха — Ли ему говорил, что потерял родителей и слух вместе с ними в аварии двенадцать лет назад, но это было без точности, как-то размыто, непонятно, брошено где-то в диалоге.

Минхо осматривают. Над его ушами производят странные действия, что-то говорят и пытаются сделать так, чтобы он что-то услышал, но результата как будто вовсе нет. По крайней мере, так кажется Хану.

— Какую песню вы вчера слушали? — вдруг задаёт вопрос врач, складывает используемые предметы на поднос. Ли хлопает глазами, ничего не понимает, ничего не слышит.

— Это была песня «Smells Like Teen Spirit» группы Нирвана. Ему её папа в детстве пел под гитару, и вот вчера на концерте он под неё начал меня звать.

— Это странно. Вам не показалось? — он вопросительно смотрит на Джисона. — Ли Минхо, конечно, написал, что услышал ваш голос ещё тогда, когда вы играли ему на гитаре. Такое возможно — он мог почувствовать звуковые волны и вибрацию, посчитать это за звук. Он же не глухой с рождения, мозг может вспомнить что-то из прошлого, даже если он не слышит сейчас.

— А как он произнёс моё имя?

— Глухие могут разговаривать, но им это тяжело даётся, потому что они не слышат себя и человеческую речь. Он может помнить звуки, но в своей голове он привык всё воспроизводить буквами. Скорее всего, он просто назвал ваше имя, помня нужные слоги.

— Ну не может такого быть.. Я уверен, что он слышал..

Хан отчаянно опускает взгляд на свои руки, теребя в них талон. Ли грустно смотрит на него, будто всё понимает.

— Он сказал, что голос отца в его памяти звучал по другому. Мой голос отличается, а ещё он слышал крики людей! Мы же на концерте были.

— Обстоятельства, благодаря которым мозг вспомнил всё, что нужно, и воспроизвёл это. — врач смотрит на расстроенного Джисона. — Давайте проверим его слух этой песней. Только нам нужна версия без битов, тихая, чтобы он смог уловить именно мелодию, а не вибрацию.