Глава 6

Хёнджин держал в руках коробку с эклерами, купленными в той самой кондитерской, которую так любил Феликс. Но сегодня они предназначались не для него.Банчан открыл дверь, устало потирая глаза — видимо, снова засиделся за работой.— Опять сладости? — усмехнулся он, пропуская Хёнджина внутрь. — Феликс уже скоро начнет светиться от сахара.— Не для него, — коротко ответил Хёнджин, ставя коробку на стол.Банчан поднял бровь, но ничего не спросил. Он знал Хёнджина достаточно, чтобы понимать — если тот молчит, значит, дело серьезное. Они выпили чай, разговаривая о студии, о новых проектах, обо всем, кроме того, что действительно висело в воздухе.— Ладно, — наконец сказал Хёнджин, отодвигая пустую чашку. — Мне пора.— К нему? — Банчан не уточнял, кто «он».— К нему, — подтвердил Хёнджин.Банчан вздохнул, но кивнул.— Будь осторожен. Он не из тех, кто играет в чувства.— Я знаю.Минхо стоял перед зеркалом в ванной, бритва в руке. Он смотрел на свое отражение — резкие скулы, четкая линия подбородка, губы, сжатые в тонкую полоску. Борода, которую он носил как доспех, теперь лежала кучкой в раковине. Лицо казалось голым, уязвимым.Он не знал, зачем сделал это. Может, просто хотел избавиться от еще одной части прошлого. Или… может, где-то в глубине души надеялся, что кто-то заметит.Дверь в ванную резко открылась.— Минхо, идем.Хёнджин стоял на пороге, его темные глаза скользнули по свежевыбритому лицу, и что-то в них вспыхнуло — удивление, восхищение, интерес.— Куда? — Минхо нахмурился, откладывая бритву.— В кафе.— Зачем?— Потому что я так хочу.Минхо хотел отказаться. Сказать, что у него нет времени на эту ерунду. Но что-то в тоне Хёнджина — не настаивающем, но уверенном — заставило его кивнуть.Кафе было небольшим, уютным, с мягкими диванами и приглушенным светом. Хёнджин заказал два кофе и поставил перед Минхо коробку с эклерами.— Ешь.— Не люблю сладкое, — буркнул Минхо.— Врешь. В прошлый раз ты съел три пончика Чанбина.Минхо нахмурился, но взял один эклер. Первый укус — хрустящая глазурь, нежный крем. Он не хотел признавать, но это было… приятно.Хёнджин наблюдал за ним, подперев подбородок рукой.— Тебе идет.— Что?— Без бороды. Ты выглядишь… моложе. Опаснее.Минхо замер. Его пальцы сжали эклер так, что крем выступил наружу.— Зачем я здесь, Хёнджин?Художник потянулся через стол, осторожно стер пальцем каплю крема с угла губ Минхо.— Потому что я устал смотреть, как ты страдаешь.Минхо отпрянул, как от удара.— О чем ты?— О Феликсе.Тишина.Минхо почувствовал, как по спине пробежал холод. Его сердце застучало чаще.— Ты не знаешь, о чем говоришь.— Знаю. Я вижу, как ты смотришь на него. Как сжимаешь кулаки, когда он смеется. Как ненавидишь меня за то, что я рядом с ним.Минхо встал. Стол дрогнул, кофе расплескался.— Заткнись.Хёнджин не отводил взгляда.— А знаешь, что самое смешное?— Что? — прошипел Минхо.— Что я вообще не в нем.Минхо замер.— …Что?Хёнджин встал, приблизился. Его голос был тихим, но каждое слово било точно в цель.— Я в тебе, Минхо. С самого начала.Мир перевернулся.Минхо не мог дышать. Это… этого не может быть. Хёнджин? Тот самый Хёнджин, который все это время крутился вокруг Феликса, кормил его сладостями, смеялся с ним…— Ты… лжешь.— Нет.— Зачем тогда… Феликс?— Чтобы быть ближе к тебе.Минхо почувствовал, как земля уходит из-под ног.Хёнджин шагнул ближе.— Я знал, что ты не подойдешь сам. Ты слишком гордый. Слишком… напуганный.Минхо хотел ударить его. Хотел сбежать. Но он стоял, парализованный, пока Хёнджин медленно приближал лицо.— Можно?Он не ждал ответа.Поцелуй был осторожным, почти невесомым. Губы Хёнджина — мягкие, сладкие от кофе и глазури. Минхо не отвечал, но и не отталкивал. Его разум кричал, тело горело.А потом…— О. Мой. БОГ.Голос Джисона.Минхо резко отпрянул.В дверях кафе стояли Сынмин, Чонин и Джисон.Джисон смотрел на них, как на инопланетян.— Вы… вы… ВЫ ДВОЕ…Сынмин схватил его за рот.— Заткнись, идиот.Чонин просто стоял, широко улыбаясь.— Наконец-то.Минхо почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он посмотрел на Хёнджина.Тот улыбался.— Ну что, генерал? Теперь ты точно никуда не денешься.