Глава 3

Утро встретило Минхо ледяной пустотой за окном и жгучим воспоминанием о ночной вспышке гнева. Он проснулся раньше всех, его тело, закаленное годами в бдении, отвергало глубокий сон в чужом месте. Феликс спал, свернувшись в дальнем углу дивана, лицо спрятано в подушке, светлые волосы растрепаны. Между ними лежала невидимая, но ощутимая демаркационная линия – простыня, смятая в валик, как баррикада. Минхо встал бесшумно, кошачьей поступью воина, и ушел в ванную. Холодная вода на лицо не смыла ни усталости, ни остатков ярости, ни… того странного сжатия в груди, когда он увидел, как Феликс вздрогнул во сне.Банчан, уже бодрый и пахнущий кофе, встретил его на кухне.– Спал? – спросил он просто, наливая в кружку темную ароматную жидкость.Минхо промолчал, лишь кивнув. Он сел на высокий стул у барной стойки, спиной к стене, наблюдая, как Банчан ловко орудует ножом, нарезая фрукты. Движения уверенные, практичные. Не воина, но человека, знающего свое дело. Минхо уловил запах – кисло-сладкий, незнакомый. Киви. Банчан пододвинул ему тарелку с нарезанным яблоком, киви и чем-то желтым (банан).– Попробуй. Энергия. Витамины.Минхо с подозрением посмотрел на кусочки. В его мире фрукты были роскошью или ядом. Он осторожно взял кусочек яблока. Хруст. Сочная сладость, смешанная с легкой кислинкой, разлилась по рту. Неожиданно. Приятно. Он медленно прожевал, чувствуя, как напряженные челюсти расслабляются. Затем – киви. Ярко-зеленый, почти ядовитый на вид. Кислота ударила в нёбо, заставив сморщиться. Но потом – сладость. Сложно. Интересно. Банан оказался мягким, мучнистым, странным, но не противным. Он ел молча, методично, изучая вкусы, как разведданные.Феликс появился позже, помятый, с тенью под глазами, но с попыткой улыбнуться.– Доброе утро, – прошептал он хрипловато.– Кофе? Чай? – спросил Банчан.– Чай, пожалуйста. С сахаром.Он сел напротив Минхо, избегая прямого взгляда. Воздух между ними был густым, наэлектризованным невысказанным конфликтом. Феликс ковырял вилкой фрукты, не решаясь есть. Минхо закончил свою порцию и уставился в пустую тарелку, пальцы барабанили по столешнице – нервный, быстрый ритм.Разрядил атмосферу Хёнджин, вывалившись из своей комнаты с ноутбуком под мышкой. Он выглядел утомленным, но довольным.– Готово, – объявил он, кладя перед Минхо и Феликсом по небольшой пластиковой карточке и нескольким листам бумаги с печатями. – Ваши новые жизни в кармане и в файле. Ли Минхо. Ли Феликс. Вид на жительство. Идентификационные номера. Даже медицинские страховки – базовые, но это что-то. Пока привязаны к Чану. – Он ткнул пальцем в карточки. – Ваше фото. Ваше новое имя. Ваша дата рождения… плюс-минус. Ваш ключ к банкам, врачам и прочей цивилизации. Не потеряйте. И не пытайтесь голосовать или покупать оружие – там могут быть вопросы.Феликс взял свою карточку дрожащими пальцами. Он смотрел на свое изображение – бледное лицо, широкие испуганные глаза, – как на чужое.– Я… Ли Феликс? – он произнес это имя медленно, пробуя на вкус. Оно звучало странно, но не враждебно.Минхо лишь сунул карточку в карман своих треников. Бумаги он даже не посмотрел. Документы. Ярлыки. Ничего не значащие бумажки в мире, где сила – единственная валюта. Но здесь… здесь, похоже, это было важно. Оружие другого рода.– Теперь, – сказал Банчан, убирая тарелки, – связь. Джисон сегодня будет вашим гидом в цифровых джунглях. Он уже рвется.Джисон ворвался в квартиру как торнадо, с двумя новенькими смартфонами в руках.– Привет, инопланетяне! Готовы к апгрейду сознания? Ваши старые магические кристаллы связи устарели! Встречайте – смартфон! Ваш карманный бог, спаситель, губитель и окно в другую реальность! – Он сунул по телефону Минхо и Феликсу. – Это Samsung. Надежный, как танк. Безлимитный интернет, соцсети, навигатор, камера – все, что душе угодно! Ну, кроме материализации еды. Пока.Феликс осторожно взял гладкий прямоугольник. Он был холодным, тяжелым.– Как… как он работает? Без рун? Без заклинаний?– Пальцами! – воскликнул Джисон, схватив свой телефон и лихо пролистывая экран. – Смотри! Касаешься – и он оживает! Вот браузер – тут весь мир! Вот карты – видишь, мы тут, в Сеуле! Вот YouTube – тут котики, драки, уроки макияжа и записи землетрясений в реальном времени!Он открыл YouTube, случайно включил громкое видео с концерта K-pop. Резкая музыка, крики фанатов, яркие вспышки на экране. Феликс взвизгнул и чуть не выронил телефон, инстинктивно зажмурившись. Минхо вскинул руку, как будто закрываясь от удара, его тело напряглось до предела, глаза метнулись в поисках источника угрозы. Джисон поспешил убавить звук.– Сорри, сорри! Не хотел пугать! Это просто запись! Люди на экране – далеко! Они не здесь!Феликс, придя в себя, снова посмотрел на экран. Теперь там прыгал милый щенок. Он осторожно ткнул пальцем. Видео остановилось. Он провел пальцем влево – появилось видео с поющей птицей. Его глаза загорелись детским восторгом.– Он… слушается? Просто от прикосновения? Это… волшебство!– Технология, Феликс, – поправил Банчан, улыбаясь. – Но да, для вас, наверное, одно и то же.Минхо игнорировал щенков и птиц. Его пальцы, неловкие поначалу, быстро нашли браузер. Он вбил в поиск латинскими буквами, подражая Джисону: "S e o u l", затем "m a p". Карта города развернулась перед ним. Он увеличивал масштаб, изучая сеть улиц, как полководеч план сражения. Потом вбил: "w e a p o n s". Появились магазины, статьи о законах, изображения пистолетов и ножей. Его взгляд стал жестче, сосредоточеннее. Он изучал врага. Искал слабые места системы.Джисон тем временем помог Феликсу завести "КакаоТолк".– Тут можно писать сообщения! Звонить! Видеть лицо человека, даже если он далеко! Как магический шар, только лучше!Феликс добавил Банчана, Хёнджина, Джисона. Он осторожно написал Банчану: "Привет. Это Феликс. Спасибо за завтрак". Когда пришел ответный смайлик, он улыбнулся своей первой, робкой улыбкой в этом мире.После обеда пришли остальные. Банчан собрал "полный состав". Сынмин пришел прямо из клиники, в практичных штанах и с сумкой, от которой слабо пахло антисептиком и шерстью. Чанбин – мощный, с яркой улыбкой и цепким взглядом, принес коробку пончиков. Чонин – самый молодой, с острым, наблюдательным взглядом, притащил пакет с новыми выпусками манхвы.– Ребята, это Феликс и Минхо, – представил Банчан, как будто приводил новых питомцев. – Они… наши гости. Надолго. У них… необычная история. Будьте добры.Сынмин кивнул, его взгляд, умный и немного отстраненный, быстро оценил обоих: бледность, следы усталости под глазами, скованность Минхо, открытую настороженность Феликса.– Привет, – сказал он просто. – Я Сынмин. Ветеринар. Если вдруг у вас заболеет хомяк… или что-то крупнее, – он слабо улыбнулся.Феликс сразу потянулся к нему энергетически.– Ты… лечишь зверей? – спросил он с искренним интересом. – Без магии?– Скальпелем, таблетками и терпением, – ответил Сынмин. – Магия тут не в ходу. К счастью или к сожалению. – Его взгляд скользнул по шрамам на видимой части руки Минхо, но промолчал.Чанбин тряхнул головой, его улыбка была обезоруживающей.– Чанбин! Бариста, поэт и просто красавчик! – Он вручил Феликсу пончик с розовой глазурью. – Лови! Топливо для мозгов и души! А ты, – он повернулся к Минхо, оценивающе оглядев его, – похож на парня, который мог бы выиграть у меня в армрестлинг. Но позже. Поешь сначала.Минхо молча взял пончик, разломил его, изучая начинку, как сапер бомбу. Потом откусил. Сладко. Приторно. Незнакомо. Проглотил.Чонин не спешил с представлениями. Он стоял чуть в стороне, его острый взгляд скользил по Минхо и Феликсу, задерживаясь на деталях: на слишком правильной осанке Минхо, как у солдата; на странно сшитой (уже Банчановой) одежде, сидящей не по моде; на том, как Феликс инстинктивно прикрыл запястье, где в его мире были следы от световых канатов. Чонин нахмурился. Что-то не сходилось. Он открыл рот, чтобы что-то спросить, но тут Феликс заметил кота Банчана – рыжего ленивца по имени Дуду, дремавшего на подоконнике.– О! – Феликс забыл про всех, подойдя к коту. Он осторожно протянул руку, позволив Дуду обнюхать пальцы. Кот лениво блеснул глазами и потёрся щекой о его ладонь. Феликс засмеялся – тихий, чистый звук, первый по-настоящему радостный. – Он теплый… и мурлычет! Как маленький дракончик!– Дуду оценил, – усмехнулся Сынмин. – Это высшая похвала. Ты, Феликс, явно с животными на одной волне.Феликс погладил кота по спине, закрыв глаза, как будто впитывая простое тепло и доверие живого существа. Минхо наблюдал за этой сценой, его лицо оставалось каменным, но в глазах мелькнуло что-то нечитаемое – то ли презрение к сентиментальности, то ли… зависть.Чанбин устроил мини-шоу, читая свои дерзкие, рифмованные строки о глупости соцсетей и красоте утреннего кофе. Джисон взахлеб рассказывал о последней теории заговора про айсберги и инопланетные базы. Сынмин и Феликс тихо беседовали о животных. Банчан и Хёнджин обсуждали график работы студии. Минхо сидел молча, впитывая все: шум, смех, быстрые речи, непривычные жесты. Он чувствовал себя чужим. Шпионом на вражеской территории. Его пальцы сжимались и разжимались на коленях.Чонин подошел к нему, держа в руках один из новых томов манхвы – фэнтези, с изображением на обложке мрачного воина в черных доспехах и светловолосого мага, сражающихся среди руин.– Интересный стиль, – сказал Чонин негромко, показывая обложку Минхо. – Знакомые типажи, да? Воин тьмы, маг света… Вечная борьба. Только тут это для развлечения. Читают, восхищаются, покупают фигурки. – Он внимательно смотрел на Минхо, ища реакцию.Минхо взглянул на обложку. Художник изобразил воина слишком угловатым, а мага – излишне хрупким. Но суть… суть была угадана с пугающей точностью. Его собственное отражение в этом "развлечении". Холод пробежал по спине. Он встретил взгляд Чонина. В этих молодых, но невероятно проницательных глазах читалось не просто любопытство. Читалось узнавание. Чонин что-то подозревал. Минхо медленно, угрожающе поднял бровь. Его взгляд стал таким же острым и холодным, как клинок в прошлой жизни. Чонин не отвел глаз, но слегка побледнел, губы его сжались. Он получил ответ без слов. Молчи.Вечером, когда все разошлись, оставив лишь тишину и коробку от пончиков, Феликс сидел на диване, склонившись над телефоном. Он смотрел видео про дельфинов, его лицо было озарено голубоватым светом экрана, на губах – полуулыбка. Он выглядел… умиротворенным. Почти счастливым в этом маленьком моменте.Минхо стоял у окна, его новая пластиковая карточка "Ли Минхо" лежала на подоконнике рядом. Он смотрел на город – море огней, движение, жизнь, в которой ему не было места. Документы. Телефон. Имена. Все это было бумажными крыльями, приклеенными к каменной статуе. Он не чувствовал себя Ли Минхо. Он был Минхуа, Генерал Тьмы, потерявший свою силу и свою войну. Адрес на карточке был здесь. Но дом?Он услышал тихий стук в дверь. Не Банчан. Не Хёнджин. Он подошел, выглянул в глазок. На пороге стоял Чонин, один. В руках он держал ту самую манхву с воином и магом. Его лицо было серьезным, почти торжественным. И немного испуганным.Минхо открыл дверь. Нешироко. Чонин посмотрел на него, потом на Феликса, оторвавшегося от экрана.– Я… я принес кое-что, – прошептал Чонин, протягивая манхву. Его рука дрожала. – Это… это же вы, правда? Вы оттуда? Из… из страниц?Тишина в коридоре стала гулкой. Свет из квартиры падал на яркую обложку, где "воин тьмы" смотрел на "мага света" с ненавистью и чем-то еще, что художник не сумел, да и не должен был, понять. Феликс замер, его лицо побелело. Минхо почувствовал, как старые инстинкты – схватить, заставить замолчать, уничтожить угрозу – сжали горло. Его пальцы впились в косяк двери.Бумажные крылья их новой жизни затрепетали на ветру правды.