7 часть

Минхо слегка отстранился и с облегчением вздохнул, когда услышал ответ Сынмина. Его сердце билось быстрее, чем обычно, но в его глазах появилась такая искренняя мягкость, что все переживания как-то улеглись.— Ты серьезно? — снова прошептал Минхо, и в его голосе была легкая дрожь. Это было нечто новое и незнакомое, и он не знал, как правильно отреагировать.Сынмин кивнул, его лицо раскраснелось, но на губах все еще играла теплую улыбка.— Да, серьезно. Я... я тоже тебя люблю, Минхо. Ты стал для меня чем-то очень важным. Я просто не знал, как это сказать, но теперь ты знаешь.Минхо просто молчал несколько секунд, будто не зная, что сказать, но потом вдруг обнял Сынмина, крепко прижимая его к себе. Его ладони почувствовали теплое дыхание Сынмина, а сердце с каждым его шагом становилось все легче и легче.— Я рад, что ты это сказал... Ты не представляешь, как я переживал, что ты меня не поймешь, — шептал Минхо, не отрывая взгляда от Сынмина.— Ты не зря переживал, — ответил Сынмин, и его улыбка стала еще шире. — Я тоже не мог долго держать это в себе. Ты просто... ты идеален, Минхо.Минхо, улыбнувшись, прижал его к себе еще крепче.— Ты тоже идеален, Сынмин. Мне всегда казалось, что ты какой-то особенный, и теперь я понимаю, что не ошибался.Они оба замолчали на мгновение, наслаждаясь этим тихим, уютным моментом. Вся их боль, все переживания и страхи как будто растворились, и в этом коротком молчании было больше, чем слов.— Ты сказал, что хочешь стать айдолом, — наконец нарушил тишину Минхо, взглянув на Сынмина. — Я верю, что у тебя все получится. Ты уже невероятный.Сынмин слегка покачал головой, его лицо выражало как смущение, так и благодарность.— Ты правда так думаешь?— Абсолютно. Ты не один в этом мире, Сынмин. Я буду рядом с тобой, пока ты не достигнешь своей мечты.И тут Минхо понял, что для него важнее не быть в центре внимания, а быть рядом с тем, кто дорог. Сынмин был его другом, его поддержкой, и теперь, когда их отношения переросли в нечто большее, он готов был сделать все, чтобы помочь ему осуществить его мечту.— Знаешь, — сказал Минхо после паузы, — я всегда был немного скептичен по поводу всего, что связано с популярностью и славой... Но теперь я понимаю, что для тебя это важнее всего, и я готов поддержать тебя в этом. Ты заслуживаешь быть счастливым.Сынмин мягко положил голову на плечо Минхо, чувствуя, как его сердце успокаивается в его объятиях.— Ты лучший, Минхо. Я буду работать над этим, а ты всегда будешь рядом?Минхо взял его за руку и крепко сжал, подтверждая свои слова.— Всегда.Минхо держал руку Сынмина, ощущая, как его пальцы слегка дрожат от волнения. В этом моменте, полном нежности и доверия, они оба почувствовали, как исчезают все страхи и сомнения. Все, что им нужно было — это быть рядом друг с другом.Сынмин посмотрел на Минхо, и его глаза засияли, отражая свет, как будто их сердца нашли гармонию, которую они долго искали.— Ты правда веришь в меня, Минхо? — его голос был едва слышен, но в нем было столько надежды и искренности, что Минхо не мог не улыбнуться.— Я всегда верил в тебя, Сынмин. Просто ты сам этого не видел, — ответил он мягко. — Ты можешь достичь всего, чего захочешь. Ты достаточно силён для этого. А я буду рядом, чтобы поддерживать тебя в каждом шаге.Сынмин молча кивнул и, чувствуя тепло и уверенность в словах Минхо, снова уткнулся головой в его плечо. Он знал, что с ним не только друг, но и человек, готовый пройти с ним весь путь, несмотря на все сложности.Время шло, и с каждым днем их связь становилась всё крепче. Минхо продолжал работать в больнице, а Сынмин, несмотря на болезнь, решительно двигался к своей мечте — стать айдолом. Каждый вечер они проводили вместе, разговаривая, смеяясь, поддерживая друг друга. Минхо всегда был рядом, ободряя и помогая Сынмину преодолевать страхи и сомнения.Но жизнь была беспощадной, и неизлечимая болезнь Сынмина, несмотря на все усилия врачей и поддержку Минхо, продолжала наступать. Он все больше ощущал слабость, и каждый день для него становился борьбой.Минхо видел, как Сынмин старается не показывать свою боль, как скрывает усталость за улыбкой, но он знал, что время, которое им оставалось, было ограничено. Он был готов поддерживать его до конца, несмотря на все горечь и неизбежность.Ночь перед операцией.Сынмин лежал в своей палате, его взгляд был устремлен в окно, где тусклый свет уличных фонарей едва освещал ночное небо. Минхо сидел рядом, молчаливо держась за его руку.— Минхо, — тихо начал Сынмин, — если мне не удастся... я хочу, чтобы ты знал. Ты был самым лучшим, что случилось в моей жизни. Ты дал мне то, чего я так долго ждал. Друзей. Ты стал не просто другом, ты стал частью меня.Минхо почувствовал, как его сердце сжалось, и едва сдержался, чтобы не заплакать. Он крепко сжал руку Сынмина, его голос был тихим, но полным решимости.— Ты не умрешь, Сынмин. Ты не можешь. Мы еще должны много всего сделать, и я буду с тобой. Ты живой, и ты будешь жить, я тебе обещаю.Сынмин слегка улыбнулся, хотя в его глазах была печаль.— Если я уйду... не забывай меня, ладно? Просто... люби меня, даже если меня не будет рядом. Я буду рядом с тобой, всегда.Минхо почувствовал, как слезы подступают к глазам, но он не хотел показывать свою слабость. Он кивнул.— Я буду любить тебя всегда, Сынмин. Ты — часть меня. Неважно, где ты будешь. Я буду с тобой. Всегда.