5 часть

Когда штаны были спущены, Ким заставил встать его на колени, и завязал глаза. Убрав с потолка какое-то странное украшение, которое висело на кольце, зацепил там веревку, которую закрепил так, что бы руки Минхо оказались направленными в потолок.- Зачем тебе всё это? Хочешь показать какой крутой? – попытался образумить Сынмина брюнет, - Унизить ещё больше?- Нет. Этого и в планах не было. Выдавать себя за женщину и без того низко. А теперь, будь добр, заткнись и раздвинь ноги. Не заставляй меня прибегать к насилию, - Как только ноги были достаточно разведены, между ними встал металлический «штырь», не позволяющий сводить ноги.Тело было зафиксировано. Плечи уже начали ныть. Напряженные ягодицы и бедра болели. Дыхание сбилось от напряжения. Любое движение срывало стоны с губ брюнета. Сынмин сел перед ним на колени, и нежно поцеловал в губы.По началу, губы едва касались губ Минхо, но вскоре к ним присоединился язык парня. Это заставило Минхо приоткрыть рот, пропуская его язык. Поцелуй был полон страсти и нежности, и хотелось, что бы он длился вечность, но так не бывает. Ким погладил Ли по щеке, и отстранился. Брюнет, было, попытался поймать губы Сынмина своими, но его поза не позволила.- А теперь кнут, - Минхо навострил слух. Звук, с которым расстегивают молнию, напугала, и брюнет заметался, натягивая веревку, и делая себе больнее.- Не трепыхайся, и радуйся, что я не сделал ещё жестоко. А я, поверь, могу.Минхо в этом даже не сомневался.- Открой рот, куколка, - намеренно слащавый тон, которым общаются со шлюхами. Голос, который вряд ли может завести человека. Но не сделать было нельзя. Особенно теперь.Когда Ли понял, что Сынмин от него хочет, ему стало плохо. Об одном можно было поблагодарить. Не вставил «по самые гланды», а то с и так ограниченным доступом кислорода, он бы и вовсе задохнулся.-Попробуешь укусить – выбью зубы. И скажу, что ты сам упал, - повседневный тон, которым рассуждают о погоде, выбивал из колеи.По телу брюнета пробежал холодок. Испарина уже стала собираться крупными каплями, и стекать с лица на шею.Старательно облизывая головку, Минхо думал лишь о том, как бы освободится. Но незаметно для себя, это стало даже немного возбуждать. Хотелось чего то большего. В попытках показать это, брюнет застонал, привлекая внимание Сынмина- Слушаю.- Отпусти… - он не успел договорить, как его перебили.- Молишь о пощаде? И не подумаю!- Да послушай же! Я не прошу меня отпускать, - щеки Ли Минхо зарделись.- Что тогда?- Я… Я хочу… Этого…- замялся парень.Сынмин не сразу сообразил, о чем говорит собеседник. Но после секундного замешательства он шумно сглотнул набежавшую слюну.- Ты сейчас, это серьёзно?- Более чем… - голова пристыжено была опущена вниз.Сынмин дрожащими руками освободил руки Минхо и помог развернуться так, что бы имелась возможность опереться на кровать. Сынмин пристроился сзади и стал аккуратно водить по пояснице пальцами и ниже – к копчику. Плавными движениями переместился на ягодицы, и чуть их раздвинул, но тут же одернул руку, осознав, что может причинить боль. Найдя в прикроватной тумбочке смазку, и немного выдавив на палец, вернулся к своим «планам». Минхо изнывал от того, что на него не обращают внимание, хоть и понимал, что это необходимо.Сынмин аккуратно погладив кольцо мышц сфинктера, ввел в брюнета мизинец, слегка вращая им внутри и поглаживая стенки. Вскоре Сынмин аккуратно ввел ещё один палец, растягивая. Минхо не жаловался и даже стал насаживаться. В надежде получить своё. Сынмин, поцеловал его между лопаток, заставив толпу приятных мурашек забегать по телу Ли и взять член брюнета в руку, нежно лаская. Когда Джи излился в руку Сынмину, тот уже не чувствовал ненависти. А лишь какую-то щемящую нежность.