После аплодисментов

Возвращение всегда ощущается тише, чем отъезд.

Особенно после того, как в жизни было слишком много света, шума и чужих голосов.

Самолёт мягко коснулся взлётной полосы Сеула, и в салоне сразу стало иначе.

Не хуже.Просто... реальнее.

— Хён, мы правда победили?

Минджэ потянулся, едва сдерживая зевок.

— Да.

— Это всё ещё звучит как сон.

— Привыкай.

— Не хочу привыкать, хочу помнить.

Чимин посмотрел в иллюминатор.Город встречал их серым небом.И почему-то это было правильно.

В аэропорту их уже ждали.

Флеши камер.

Крики.

Поздравления.

Интервью.

Организаторы.

Родители некоторых танцоров.

И бесконечный шум, который снова возвращал их в привычный мир.

Чимин улыбался.Отвечал.Кивал.

Но внутри чувствовал странную пустоту.

Не грусть.И не радость.А переход.

Как будто одна глава закончилась, а следующая ещё не началась.

— Ты выглядишь странно спокойным.

Голос Юнги прозвучал рядом уже в машине.— Я устал.

— Это не ответ.

— Это правда.

Юнги посмотрел на него.И больше ничего не сказал.

Первые дни в Сеуле прошли почти незаметно.

Разбор вещей.

Встречи.

Отчёты.

Благодарности.

Возвращение в студию.

И снова тренировки.

Будто ничего и не было.

Будто Лос-Анджелес был другим миром.

Но был один момент, который выбивался.Полная тишина между сообщениями.Юнги больше не писал каждый день.И Чимин поймал себя на том, что ждёт.Не постоянно.Но всё чаще.

— Ты смотришь в телефон уже десять минут.

Минджэ плюхнулся рядом.

— Я не смотрю.

— Смотришь.

— Нет.

— Да.

— Минджэ.

— Хён.

— Исчезни.

В тот же вечер Чимин снова получил цветы.

Четвёртый букет после возвращения.

Белые пионы.Аккуратно упакованные.Без подписи.Без слов.Только знакомая серебристая печать.

Он замер.Долго смотрел.

Потом медленно сел на край дивана.— Это уже не случайность...Тихо сказал он в пустоту.

И впервые ему стало не просто интересно.

А тревожно.

На следующий день он поехал к бабушке.И именно там всё начало складываться.Слишком логично.Слишком точно.

— Ты всё ещё получаешь эти цветы?

Бабушка поставила чай на стол.

— Да.

— И ты не знаешь, кто?

— Нет.

Пауза.

Слишком долгая.

— А ты помнишь,ту мою подругу?бабушку юнги?

Чимин поднял взгляд.

— Та самая?

— Да.

— И?

Бабушка улыбнулась.

— Её внук недавно вернулся в Корею.

Чимин почувствовал, как внутри что-то сжалось.— И?

— Он интересуется тобой с детства.

Тишина.

— Бабушка...

— Что?

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

— И ты мне это только сейчас говоришь?

— Ты не спрашивал.

Чимин закрыл лицо рукой.В голове мгновенно всплыло всё.Случайная встреча.Появление в доме.Цветы.Пионы.Лилии.Розы.

И серебристая печать.

—это же Мин Юнги?

Бабушка посмотрела на него спокойно.

— он самый

Тишина стала слишком громкой.В этот момент всё встало на свои места.И стало одновременно проще.И страшнее.

Вечером он не поехал сразу домой.

Он просто сидел в машине.Долго.Пока телефон не завибрировал.Новое сообщение.

Юнги.

«Ты уже дома?»

Чимин смотрел на экран.Слишком долго.А потом медленно набрал:

«Ещё нет.»

И впервые за долгое время понял, что теперь каждое сообщение значит немного больше, чем раньше.