Глава 9

Больница. Капельница. Писк приборов. Кислородная маска. Все тело ныло от боли, а правую руку Чимин и вовсе не чувствовал. Вдруг появилась медсестра, но тут же выскочила с криками: - Доктор Сон, он очнулся! Ни прошло и минуты как перед ним стоял мужчина средних лет в белом халате и небольшой щетиной. -Как вы себя чувствуете? – спросил он, фонариком проверяя реакцию зрачков пациента. - Все тело болит, - прохрипел Чимин, чувствуя сухость во рту. Он не понимал, почему еще жив, помня, как порезал себя и упал в обморок. Кто мог спасти его. - Это нормально. Вы две недели провели в коме. Ваш друг сильно переживал за вас. Думаю, он скоро будет здесь, - по-доброму улыбнувшись, проговорил врач. – Я пойду.

Неожиданно в его палату палату влетел Тэхен. Выглядел он не очень: лицо осунулось, появились большие мешки под глазами, весь бледный и помятый с взъерошенными волосами. Чимин вспомнил, что они договорились встретиться у него дома, чтобы сделать сюрприз. Но сюрприз сделали ему… -Чимин-иии, - Тэ кинулся на друга, сильно сжав его в объятиях. – Я так испугался. Ким начал плакать, утыкаясь Чимину в плечо. Тут Пака осенило. Что было бы с его Тэхеном и родителями, если бы он действительно умер? - Прости, - он стал гладить Кима по спине, чтобы успокоить его. – Мне жаль. - Все хорошо, я рад, что ты очнулся, - всхлипывая и вытирая слезы, произнес Тэ.

Прошло три дня после того, как Чимин пришёл в себя. Он рассказал все, что произошло, Тэхену. Пак кое-как уговорил друга не наделать глупостей и просто забыть. Также ему назначили психолога, от которого он хотел отказаться. Но ради будущей выписки из больницы Чимину пришлось сходить на одну воспитательную беседу и пройти тест о суицидных наклонностях. В итоге Пака выписали. Но произошедшее изменило его: он больше не доверял людям и тем более не верил в любовь. Чимин стал грубым и жестким, не оставляя и следа от прежнего доброго и наивного Чимина. ***********************************

Юнги был в ступоре. Он и подумать не мог, что пришлось пережить его Паку. Ноги Мина подкосились, и он сполз по стенке к Чимину. Ему было жаль, что  заставил парня снова вспомнить ужасное время в его жизни. Юнги не выдержал и заплакал. Воспоминания Пака причиняли душевную боль. Он хочет только самого лучшего для него, окружить заботой и теплом, оберегать от плохого.  Юнги не знал, что ему следовало сказать. Он лишь прошептал тихое: «Прости.»  У Чимина после фразы появился огонек надежды и со всей искренностью он стал в прямом смысле умолять. Юнги занимает самое значимое место в его жизни, Чимин хочет быть всегда рядом с ним. - Ты можешь дать мне один единственный шанс? Ради тебя я готов измениться. – дрогнувшим голосом сказал Пак. – Пожалуйста. – протянул жалобно. - Я люблю тебя. – тихо ответил Мин в самое ухо, максимально  приблизившись. Никто не поймет, что творилось в душе Чимина после признания. Это был маленький хаос, переворачивающий все внутри. От переизбытка эмоций  и счастья Пак не сдержал слез. Слегка отодвинувшись от Юнги и подняв голову вверх, не хотя показывать их. Одинокая капля, скатываясь вниз, оставила после себя едва заметную влажную дорожку. Мин, заметив, взял в свои ладони лицо Чимина и аккуратно, со всей возможной нежностью, стер  большим пальцем след от слезы. Заглянув в глаза напротив, Юнги увидел в них отражение себя и безграничную любовь и преданность. Он неожиданно потянул Пака на себя и звонко чмокнул того прямо в носик. Отстраняясь, Мин счастливо смеялся, показывая свои десна. Чимин, видя это чудо, заключил того в крепкие объятия, проводя носом по открытой шее и вызывая табун мурашек. Юнги просто плавился от такой нежности, обвивая парня руками. -Мы так и будем сидеть на полу в коридоре? – улыбнувшись, спросил Чимин, обжигая шею напротив своим дыханием. Мин от такого замечания почему-то залился краской.

Чимин проснулся из-за того, что заметил отсутствие Юнги. Парни решили лечь вместе, всю ночь они провели в объятиях друг друга. Спустившись вниз, Пак услышал  звуки, доносящие с кухни, и пошел туда. Перед ним предстала такая картина: Мин в домашней одежде и с взъерошенными волосами стоял у плиты и готовил. Подойдя к нему, Чимин обнял парня сзади, уместив свои руки на тонкой талии и подбородком уткнувшись в плечо, прошептал, едва касаясь уха: « Доброе утро.» Юнги вздрогнул, но тут же, поворачивая голову, чмокнул парня в щечку, краснея. - Садись за стол, завтрак готов. – нежно сказал он. Сев напротив друг друга, они приступили к еде. Мин никогда не думал, что в будущем будет наслаждаться тем, что его любимый человек ест что-то, приготовленное им, слушая комплименты. Но тут Юнги заметил шрам на запястье и, вспомнив недавнюю историю, нахмурился. - Здесь должно быть мое имя, - проговорил он, касаясь осторожно шрама. Чимин  от неожиданности чуть не подавился. Он совсем забыл про него, когда ночью готовился ко сну, даже не подумав взять с собой тоналку. Пак мысленно радовался как ребенок, крича во все горло и дрыгая ногами и руками в разные стороны, пытаясь показать насколько он счастлив. - Ты такой собственник, - почти промурлыкал Чимин, беря руки Юнги и заглядывая тому в глаза, наклонив голову набок. ***********************************

Из раздумий фотографа вывела рука, которая по-хозяйски обвила талию. Прижав поближе к себе, Чимин из-за спины достал букет белых лилий. - Это тебе, любимый, - произнес он, отдавая цветы и быстро чмокая в щечку, чтобы посетители не заметили.  Мин (теперь уже Пак) смутился. Кажется, что он никогда не привыкнет к таким маленьким нежностям и постоянно будет краснеть.- Ты очень милый, так бы и затискал, - отметил Чимин, шепча на ухо. От этого Юнги лишь еще сильнее покраснел и слегка ударил парня. - Прекрати меня смущать, - тихо произнес он, пряча свое лицо букетом. От такой прекрасной картины Паку хотелось взять его за руку и увести куда-нибудь, чтобы зацеловать своего мужа во всевозможные места.