Глава 6. Дом, где тепло

К вечеру дом снова наполнился звуками. Не шумом — нет. Скорее мягким, живым присутствием. Сначала — тихий сигнал машины у ворот. Потом шаги, приглушённые голоса, осторожно открывающаяся дверь. Чимин поднял голову почти сразу, словно почувствовал это ещё до того, как услышал.

— Они приехали… — сказал он негромко.

Юнги встал рядом с ним, положил ладонь на спину — спокойно, поддерживающе.

Малышей занесли осторожно, почти торжественно. Завёрнутые в пледы, сонные, с чуть покрасневшими щёчками. Один тихо гукнул, услышав знакомый голос Чимина, второй пошевелил пальчиками, словно ища тепло.Чимин сразу потянулся к ним.

— Мои хорошие… — прошептал он, прижимая одного к груди, уткнувшись носом в мягкую макушку. — Соскучились?

Ответа, конечно, не было — только тихое сопение и слабая улыбка, появившаяся будто случайно, но от этого ещё более ценно.

Юнги взял второго малыша на руки уверенно и бережно. Он всегда держал их так — будто весь мир в этот момент сосредотачивался в маленьком тёплом теле.

Когда родители уехали, в доме стало по-настоящему «полно». Не шумно — а правильно. Детские вещи, негромкий свет, ровное дыхание.

— Давай искупаем их, — предложил Юнги тихо. — Пока не устали совсем.

***

В ванной было тепло. Вода тихо плескалась, пар поднимался к потолку. Юнги проверил температуру, Чимин разложил полотенца и чистую одежду.Они действовали слаженно, почти без слов.

Юнги держал одного малыша, поддерживая под спинку, Чимин осторожно поливал воду ладонью. Ребёнок загукал, дёрнул ножкой, и Чимин невольно улыбнулся.

— Смотри, — прошептал он. — Ему нравится.

Юнги посмотрел сначала на малыша, потом на Чимина. И наклонился, быстро, почти украдкой, поцеловал его в щёку.

— Юнги… — Чимин смутился, но не отстранился.

Юнги не остановился. Ещё один поцелуй — в другую щёчку. Потом мягкий, тёплый — почти в угол губ.

— Ты сегодня такой… — альфа на секунду задумался. — Домашний.

Щёки Чимина порозовели сильнее.

— Прекрати, — пробормотал Чимин, но улыбка выдала его с головой.

Один из малышей вдруг сосредоточенно уставился на них, а потом тихо выдал протяжное «гуу».

— Видишь, — хмыкнул Юнги. — Одобряет.

После купания малышей укутали в полотенца. Они пахли чистотой и чем-то сладким, тёплым. Чимин осторожно промакивал кожу, Юнги помогал надевать пижамки, аккуратно просовывая крошечные ручки.

— Тише-тише… — шептал Чимин, когда один из малышей начинал хныкать, прижимая к себе. — Я здесь.

Юнги подошёл ближе, положил ладонь Чимину на плечо, наклонился и снова поцеловал его — теперь в висок. Долго. Спокойно.

— Ты невероятный, — сказал он тихо.

В детской свет был приглушённым. Малышей уложили почти одновременно — один зевнул, второй сжал пальчики и постепенно успокоился. Дыхание стало ровным, тяжёлым от сна. Чимин ещё немного постоял у кроваток, наблюдая. Юнги подошёл сзади, обнял, прижался подбородком к его плечу.

— Хороший вечер, — сказал он.

— Очень, — ответил Чимин.

Юнги повернул его к себе и поцеловал снова — мягко, медленно, с той нежностью, в которой не было ни спешки, ни напряжения. Только тепло.Дом дышал ровно.

И в этой тишине было всё...