Глава 14 : Дождевая любовь

​Эви медленно открыла глаза.​В голове был полнейший вакуум, а веки казались налитыми свинцом - вакцина Джеффа сработала на славу. Она сладко потянулась на кушетке и посмотрела на деревянные часы на стене Лазарета.​Пять часов вечера.​Она проспала почти весь день. В кабинете царила полная, даже какая-то звенящая тишина. Ни Джеффа с его склянками, ни Ньюта, который обычно заходил проведать, ни даже назойливого Минхо. Кушетка напротив была пуста, инструменты аккуратно сложены на столе, а дверь в Лазарет стояла полуоткрытой.​За окном не слышно было ни привычного стука молотков Галли, ни криков с Плантаций, ни подшучиваний парней.​Глейд словно вымер. На улице тихо шелестела трава, а сквозь щели в деревянных стенах пробивались лучи уже садящегося, предвечернего солнца.​Эви спустила ноги с кушетки, помотала головой, сгоняя остатки сна, и тихо пробормотала себе под нос:​- Эй... Есть кто живой?​Никто не ответил. Она поднялась на ноги, подошла к полуоткрытой двери и осторожно выглянула наружу.На улице, вопреки первому тихому впечатлению, кипела привычная жизнь. Парни возились у Загона, Строители натягивали какие-то балки, а на Плантациях вовсю шли работы. Но атмосфера казалась странно сгустившейся: над Глейдом стремительно затягивалось небо. Огромные, налитые тяжелой синевой тучи медленно заволакивали солнце, обещая скорый, небывалый проливной дождь.​Потягиваясь на ходу и разминая затекшую шею, Эви направилась в сторону леса - туда, где у опушки обычно собирались Бегуны перед вечерним возвращением.​Первым, на кого она наткнулась у самого края густых деревьев, был Минхо. Он сидел на пне, проверял крепления на своих кожаных ремнях и протирал тряпкой беговые обувки.​- О, спящая красавица соизволила явиться миру, - не поворачивая головы, с ухмылкой проговорил Минхо, едва услышав её шаги. - Джефф уже хотел тебе в палату будильник из кастрюль сообразить. Как челюсть? Как голова? Вакцина не превратила тебя в Гривера?Не успела Эви даже ответить своей колкостью, как Минхо поднял на неё глаза, хитро ухмыльнулся и поднялся с пня:​- Погуляем по лесу!​Эви от неожиданности аж бровь подняла, переводя взгляд с его довольной физиономии на темнеющие над деревьями тучи.​- Ты с ума сошёл, шанкомёд? - фыркнула она. - Посмотри наверх, там сейчас такой ливень всадит, что мы до Лазарета доплыть не успеем. И вообще, с каких пор главные Бегуны зовут девчонок на променады среди деревьев?​- Да ладно тебе, не сахаром подбита, не растаешь, - усмехнулся Минхо, уже перешагивая через поваленное бревно и увлекая её за собой в глубь леса. - К тому же, в лесу кроны густые, капли едва долетают. А мне нужно кое-что тебе показать. И поверь, пока Алби и твой братишка воображают себя главными на поляне, тут есть места поинтереснее их стройплощадки.​Первые редкие и тяжелые капли дождя громко застучали по широким листьям над их головами. Лесной воздух мгновенно наполнился запахом сырой земли, хвои и приближающейся грозы.​- Если Галли узнает, что ты утащил меня в лес перед самым закрытием Ворот и под грозу, он из тебя швабру сделает, - проворчала Эви, но все же пошла следом за Минхо, ловко перешагивая через выпирающие корни.​- Пусть сначала догонит, - хохотнул Минхо. - Ну так что, идёшь, или испугалась пары капель?- Ну идём, - вздохнула Эви, с лёгкой улыбкой качнув головой, и шагнула за ним под густую крону деревьев.​Чем глубже они уходили в лес, тем тише становились звуки Глейда. Шум стройки и доносившиеся с Плантаций голоса растворились в шелесте листвы и мягком шуме начинающегося дождя. Капли с тихим стуком разбивались об изумрудные кроны высоко над головой, но здесь, внизу, царил уютный, прохладный полумрак.​Минхо уверенно вёл её по одной ему известной тропинке, ловко придерживая ветки, чтобы они не ударили Эви по лицу. Наконец он остановился у небольшого старого поваленного дерева, усыпанного мягким, густым мхом, прямо перед небольшой поляной, открывающей вид на уходящие вверх каменные стены.​- Пришли, - тихо проговорил Минхо, поворачиваясь к ней. Его привычная дерзкая ухмылка куда-то исчезла, уступив место неожиданно тёплому, мягкому взгляду.​- И ради этого ты меня сюда тащил? - попыталась пошутить Эви, но голос её прозвучал тише, чем она планировала.​- Ради того, чтобы побудем вдвоём, - честно признался Минхо, сделав шаг ближе. - Без ориона Алби, без вечно угрюмого Галли и без толпы шанков. Просто... ты и я.​Сверху всё-таки пробилась крупная капля дождя, упав Эви прямо на щеку. Минхо медленно поднял руку и осторожно, подушечкой большого пальца, смёл прозрачную капельку с её кожи. Его пальцы на секунду задержались на её скуле, а в глазах отпечатался отблеск сверкнувшей где-то вдали молнии.​Эви замерла, чувствуя, как сердце от этого простого прикосновения начинает стучать быстрее, чем после самого долгого бега по Лабиринту.​- Ты сегодня слишком тихий, Минхо, - прошептала она, не отведя взгляда. - Это на тебя так дождь действует?​- Нет, - тихо ответил он, наклоняясь чуть ближе, так что его дыхание коснулось её губ. - На меня так действуешь ты.Дождь прорвал плотный заслон ветвей, и на них обрушился настоящий, сумасшедший ливень. За считанные секунды одежда вымокла насквозь, а тяжелые капли стекали по волосам и лицу, но ни Эви, ни Минхо этого даже не замечали. Холодная вода казалась абсолютно неважной по сравнению с жаром, который вспыхнул между ними.​Они стояли под сплошной стеной воды, не в силах оторвать взглядов друг от друга. Наглый и всегда ироничный главвраг Лабиринта сейчас смотрел на неё так искренне и открыто, как не смотрел никогда в жизни.​Минхо обнял её за талию, притягивая к себе почти вплоотную, и, чуть улыбнувшись кончиками губ через падающие капли дождя, прошептал прямо ей в губы:​- Я люблю себя, люблю дождь... и тебя, Эви, я тоже люблю.​Сердце Эви пропустило удар. Смешавшись с каплями дождя, по её щекам скользнули горячие эмоции. Она запустила пальцы в его насквозь промокшие волосы, крепко прижимаясь к нему всем телом.​- Ты неисправим, Минхо... - тихо, с искренним теплом откликнулась она, поддаваясь навстречу. - Даже в признании в любви успел упомянуть себя на первом месте.​- А то! - тихо хохотнул он, а в следующую секунду накрыл её губы своими.​Поцелуй получился по-настоящему сумасшедшим - с вкусом дождевой воды, свежего лесного воздуха и той безумной нежности, которую они оба так долго прятали за колкостями и шутками. Вокруг бушевала стихия, гремел далёкий гром, а для них в этот момент существовал только этот небольшой кусочек леса и они двоё.Когда Минхо медленно отстранился, всё ещё удерживая её за талию, Эви просто растерялась. Сердце колотилось в грудной клетке как сумасшедшее, дыхание стало частым и рваным, а расширенные зрачки жадно ловили каждую деталь его лица в полумраке мокрого леса.​- М... Минхо... - только и смогла выдавить она, сбиваясь и путаясь в собственных мыслях.​Капли дождя стекали по его скулам, а в тёмных глазах больше не было привычного насмешливого огонька - только невероятное, обжигающее тепло.​- Что такое? - тихо ухмыльнулся он, чувствуя, как она дрожит в его руках - и явно не от холода. Минхо чуть сильнее сжал её ладонь, переплетая свои пальцы с её. - Я слишком быстро застал тебя врасплох? Или главная защитница Глейда впервые в жизни не знает, что сказать?​Эви глубоко вдохнула прохладный дождевой воздух, пытаясь вернуть хоть какую-то капли привычной уверенности, но взгляд снова сам собой опустился к его губам.​- Ты... ты просто сумасшедший шанок, Минхо, - сбившимся шёпотом проговорила она, наконец подбирая слова. - Ты хоть понимаешь, что ты сейчас сделал?- Сделал то, что хочет половина парней Глейда. И я всегда первый, - с хитрая ухмылкой прошептал Минхо, чуть прищурившись.​- Идиот... - на выдохе ответила Эви, но в её голосе не было и капли злости.​Минхо мягко наклонил голову и прижал свой лоб к её лбу. Вспышка молнии на мгновение осветила их мокрые лица среди потоков стены дождя. Они стояли настолько близко, что их дыхание сливалось в одно.​Эви приподняла взволнованный взгляд наверх, прямо в его глаза, а Минхо смотрит вниз, ловя каждый трёпет её ресниц. Шум ливня вокруг казался глухим фоном - всё замерло, существовали только теплые пальцы Минхо на её талии и этот непрерывный, долгий взгляд глаз в глаза.​- Может, и идиот, - тихо пробормотал Минхо, чуть улыбнувшись, и ещё сильнее прижал её к себе. - Но зато твой.- Конечно, - прошептала Эви, и на её губах наконец расцвела самая искренняя и тёплая улыбка.​Все сомнения и растерянность мгновенно испарились, уступив место какому-то нереальному, умиротворяющему спокойствию. Дождь продолжал стекать по её щекам и плечам, но ей казалось, что от Минхо исходит такое тепло, которое способно согреть весь Глейд даже в самую лютую стужу.​Минхо тиховато усмехнулся, услышав её ответ, и уткнулся носом в её мокрые волосы, глубоко вдохнув их запах.​- Знаешь, - проговорил он прямо ей на ухо, и от его бархатного голоса по спине Эви пробежала приятная дрожь, - теперь, кажется, даже этот чертов Лабиринт не кажется таким уж паршивым местом.​- Главное, чтобы мой братец нас сейчас тут не накрыл, - с легким смешком откликнулась Эви, обнимая его за шею и чувствуя, как бешено стучит его сердце под мокрой футболкой. - А то от Галли нам обоим не поздоровится, романтик ты наш.​- Пусть только попробует докопаться, - фыркнул Минхо, чуть отстранившись и снова заглянув ей в глаза с той самой дерзкой, упрямой ухмылкой, за которую она его и любила. - Я Бегун номер один. Забудет, как меня догонять.​Он снова наклонился и нежно, согревая, прикоснулся губами к её мокрой щеке, крепко прижимая Эви к себе под усиливающимся шумом ливня.- Я люблю тебя, Эви, - повторил Минхо, уже совершенно без привычной иронии. В его голосе звучала такая редкая, пронзительная искренность, от которой у неё перехватило дыхание.​- Я тебя тоже, - тихо, но твердо ответила Эви, глядя прямо в его темные, сияющие от капель дождя глаза.​Минхо улыбнулся - так тепло и свободно, как, наверное, не улыбался с самого первого дня, когда очнулся в Лифте. Он крепко сжал её в объятиях, закружив прямо на мокрой траве под проливным дождём. Эви звонко засмеялась, уткнувшись лицом в его шею, и окончательно забыла про холод, про промокшую одежду и про то, что где-то там их, скорее всего, уже разыскивает вся Поляна.​Стена ливня шумела вокруг них, скрывая от всего остального мира. В этот самый миг - прямо посреди опасного, запертого Глейда - они были абсолютно, беззаботно счастливы.