Глава 3: Тайны прошлого

- М...м...минхо? - со слезами в глазах произнесла онаВ ответ донеслось лишь тяжёлое, хриплое дыхание. В полумраке Лабиринта, куда едва пробивался лунный свет сверху, послышался глухой стук - Минхо не удержал Томаса, и они оба повалились на каменный пол. Рядом тяжело осели на землю Бэн и Итан.​- Твою... мать... - сквозь зубы процедил Минхо. Его голос дрожал от дикой усталости, он буквально задыхался. - Змея?! Ты... ты какого чёрта тут делаешь?!​Девушка, всё ещё сидя на коленях и размазывая слёзы по испачканному лицу, поползла в их сторону. Руки ходили ходуном от пережитого шока.​- Я... я думала, вы не успеете, - всхлипнула она, подползая ближе к куратору бегунов. - Вы так долго... Я испугалась...​- Идиотка! - Минхо резко приподнялся на локтях, его глаза яростно блеснули в темноте. - Какая же ты идиотка! Мы бы добежали! А ты... ты зачем сюда прыгнула?! Из Лабиринта нет выхода ночью, понимаешь ты это своим куриным мозгом?!​- Минхо, заткнись... - послышался слабый, хриплый голос Томаса с земли. Парень едва шевелился, вся его футболка была в грязи и каких-то тёмных пятнах. - Не ори на неё... Она... она спасти нас хотела...​- Спасти?! - Минхо истерично хохотнул, пытаясь подняться на ноги, но его колени подогнулись, и он снова упал. - Да она себя похоронила вместе с нами! На заметку, Новенькая: отсюда никто не возвращается живым.​Рядом послышался стон Итана. Бэн, тяжело дыша, пытался нащупать его пульс на шее.- Минхо, Итану плохо... Он, кажется, ногу повредил, когда мы от того... от той твари уходили. И Скай... Скай остался там, в секторе, отрезал их от нас...​Девушка замерла. Внутри всё похолодело. Скай, тот весёлый кудрявый блондин, который ещё в обед шутил за столом, остался где-то там, в глубине этих жутких коридоров.​И тут, словно в подтверждение самых худших опасений, где-то совсем близко, буквально за три поворота от них, раздался жуткий, металлический скрежет. Звук, от которого кровь стыла в жилах - скрежет механических лап по камню, сопровождаемый утробным, яростным визгом.​Гривер выходил на охоту.- Скай? Остался... нееет... ну нееет, - голос девушки сорвался на беспомощный шепот, и новые слезы обожгли глаза.​Она вспомнила, как всего несколько часов назад этот кудрявый блондин весело улыбался ей на кухне, называл «малой» и обещал, что они обязательно подружатся, когда к ней вернется память. А теперь его не было рядом. Он был там, один, в темноте.​- Закрой рот! - Минхо резко рванулся вперед и наотмашь зажал ей ладонью губы. Его рука была ледяной, мокрой от пота и пахла сыростью Лабиринта. - Закрой рот, если жить хочешь! Слезами ему не поможешь.​Он тяжело дышал прямо ей в лицо, и в его обычно наглых, уверенных глазах сейчас плескался чистый, первобытный ужас.​Скрежет за поворотом повторился, на этот раз ближе. Звук раз раздавался такой, будто тонны ржавого железа с силой волокли по каменным плитам. А следом донеслось глухое, прерывистое щелканье, от которого волоски на теле встали дыбом. Тварь искала их. Она чуяла запах свежей крови Итана и страха, который буквально пропитал воздух.​- Бэн, поднимай Итана, живо! - одними губами, почти беззвучно скомандовал Минхо, медленно убирая руку от лица девушки. - Тащим его в ту тупиковую нишу с плющом. Если повезет, мимо проползет.​- Я... я помогу, - прошептала малая, вытирая слезы рукавом. Страх за Ская на секунду притупился, вытесненный инстинктом выживания. Она рванулась к Бэну, который из последних сил пытался взвалить на себя стонущего Итана. - Хватай его за плечи, я возьму за ноги!​- Спасибо, малая... - одними губами выдохнул Бэн. Его лицо в лунном свете казалось мертвенно-бледным.​Томас, превозмогая боль, тоже поднялся, опираясь на стену и помогая Минхо. Пятеро глейдеров, цепляясь за скользкие от настенного мха камни, потащили раненого вглубь коридора, молясь только об одном: чтобы огромная механическая туша не повернула в их сторону раньше времени.Не успели они сделать и десятка шагов, как Лабиринт, словно живое и безжалостное существо, решил завязать свой новый узел.​Земля под ногами содрогнулась с такой силой, что все они едва удержались на ногах. Из глубины коридоров донесся оглушительный, скрежещущий гул - Лабиринт начал ночную перестройку. Каменные стены, покрытые вековым плющом, пришили в движение.​- Назад! Бегите! - истошно заорал Минхо, но было уже поздно.​Огромная, монолитная стена с бешеной скоростью опустилась прямо посреди коридора, с грохотом врезавшись в каменный пол. Воздушная волна и туча пыли швырнули девушку назад, заставив ее больно удариться спиной.​Всё произошло за долю секунды. На месте, где только что стояли парни, теперь глухо возвышалась сплошная серая скала.​- Минхо! Томас! Бэн! - закричала она, бросаясь к каменной стене и в исступлении колотя по ней кулаками. Отчаяние затопило её с головой. - Парни, ответьте! Вы там?!​С той стороны, заглушаемый толщей камня, донесся приглушенный, едва различимый голос Томаса:- Малая! Ты жива?! Нас отрезало! Мы на четвертом секторе... Итану плохо...​- Змея, не ори! - сквозь каменную стену пробился яростный, но далекий хрип Минхо. - Мы не сможем поднять стену! Ты на пятом секторе, это глухой коридор, но там есть ответвления! Ищи укрытие! Спрячься в плющ и не смей...​Договорить он не успел. Новый, оглушительный скрежет ржавого железа и тяжелый механический топот раздался совсем рядом, но уже не с их стороны.​Звук шел из темноты пятого сектора. Прямо туда, где она осталась совершенно одна.​Девушка резко обернулась, прижавшись спиной к холодному камню стены, разделившей их. Сердце замерло, а в глазах помутилось от ужаса. Из-за дальнего поворота, окутанного ночным туманом, показались прыгающие, зловещие красные огоньки сканеров. Металлические лапы с жутким щелканьем перебирали по полу, приближаясь к ней.​Она осталась один на один с Лабиринтом и его главным кошмаром.Страх начисто отключил логику. Девушка резко рванулась с места и побежала вперёд по коридору пятого сектора - туда, куда велело бешено колотящееся сердце, не разбирая дороги и не думая о поворотах.​Ветви плюща били по лицу, ноги скользили по влажному мху, а лёгкие горели так, словно она глотала раскалённый песок. Сзади нарастал леденящий душу шум. Гривер, почуяв беглянку, взвыл - это был дикий, ни на что не похожий звук, смесь механического визга и яростного животного рыка. Тварь ускорилась. Тяжёлые стальные лапы скрежетали по каменным плитам совсем близко, а красные огоньки сканеров ловили её силуэт в темноте.​- Пожалуйста, нет, нет, нет... - задыхаясь, шептала она на бегу, размазывая по лицу пот и новые слёзы.​Коридор резко вильнул вправо, затем влево. Она пролетала развилку за развилкой, пока не выскочила в длинный, узкий проход, который заканчивался... тупиком. Огромная, гладкая каменная стена уходила высоко в чёрное небо.​Девушка со всего размаху врезалась ладонями в холодный тупиковый камень и в ужасе обернулась. Бежать было некуда.​А из-за поворота, заполняя собой весь проход, уже медленно выползала гигантская, склизкая туша. Множество механических манипуляторов с дисками пил, иглами и зажимами со скрежетом вращались в воздухе. Гривер замер, его огромный влажный бок тяжело вздымался, а встроенные в тело приборы навели свои красные лучи прямо на грудь зажатой в угол Новенькой. Тварь приготовилась к броску.В этот последний, застывший миг, когда смерть дышала ей прямо в лицо холодом ржавого железа, время словно замедлило свой ход. Вспышка ослепительной боли пронзила её сознание, и сквозь глухую стену амнезии, ломая все барьеры, ворвались воспоминания.​В мыслях ярким неоновым светом вспыхнуло её собственное имя - Эви. Она вспомнила его.​Следом, как в калейдоскопе, замелькали лица тех, кто за этот безумный день успел стать ей дорог: искренняя, безмятежная улыбка маленького Чака, вечно насупленные, ворчливые брови Галли, тёплый взгляд Ньюта, который до последнего защищал её перед кураторами, и дерзкие, колкие подколы Минхо, маскирующие заботу. Но единственное, от чего сердце Эви окончательно разорвалось на части, заставив её зарыдать с намертво зажмуренными глазами, - это утренний, беззаботный смех Ская. Они были знакомы всего один день, чертовски короткий день, но для неё он излучал какое-то особенное, невероятное тепло, которого ей так не хватало в этом сером каменном аду. А теперь его не было.​- Скаааай... - захлебнулась она в плаче, и этот шёпот сорвался на отчаянный, полный нечеловеческой боли и ярости крик: - СКАААЙ!!!​Чистый адреналин и дикое горе выжгли в ней остатки страха. Эви резко распахнула глаза, в которых больше не было девчоночьего испуга - только смертоносная решимость.​Одним молниеносным, неуловимым движением, ведомая какими-то старыми, глубоко запрятанными боевыми инстинктами, она запустила руку под кофту и выхватила оттуда длинный, остро заточенный нож, который непонятно как оказался у неё с самого начала.​Гривер уже летел на неё, выставив вперёд крутящиеся пилы, но Эви оказалась быстрее. Нырнув под смертоносный механический манипулятор, она моментально сократила дистанцию. С яростным криком девушка всем весом навалилась на тварь и с размаху вогнала лезвие по самую рукоять прямо в пульсирующий, уязвимый центр склизкой туши, разрывая оголённые провода и плоть чудовища.​Гривер оглушительно завыл, его лапы судорожно задергались по стенам, высекая снопы искр, и огромная биомеханическая машина смерти с глухим стуком замертво рухнула к её ногам, заливая каменный пол чёрной маслянистой кровью. Эви тяжело дышала, сжимая в окровавленной руке нож и глядя на поверженного монстра. Она выжила. И теперь она знала, кто она.Этот голос прозвучал как гром среди ясного неба. Эви, всё ещё сжимая в дрожащей руке окровавленный нож, резко обернулась.​Там, на границе с шестым сектором, тяжело прислонившись к каменной стене, стоял он. Одежда Ская была разорвана, лицо покрыто грязью и царапинами, а сам он едва держался на ногах от усталости, но на губах играла всё та же слабая, невероятно тёплая улыбка.​- Эви? - хрипло, почти не веря собственным глазам, переспросил он, глядя на неё и на распластанную у её ног тушу гривера.​- СКААААЙ!!! - её крик эхом разнёсся по тёмным коридорам.​Выпустив нож из ослабевших пальцев, она рванулась с места, не обращая внимания на боль в ободранных локтях и гудящие от бега ноги. Она летела к нему так, словно от этого зависела вся её жизнь.​Эви с разбегу влетела в его объятия, намертво обхватив парня руками за шею и пряча лицо у него на плече. Скай охнул от неожиданности, пошатнулся, но устоял, крепко прижимая её к себе и зарываясь пальцами в её растрёпанные волосы. От него пахло пылью, потом и Лабиринтом, но для Эви этот запах сейчас был самым лучшим на свете - запахом того, что они оба живы. По её щекам снова покатились слёзы, но на этот раз - от безумного, облегчающего счастья.Скай тихонько рассмеялся, хотя этот смех тут же перешёл в хриплый кашель. Он мягко отстранил Эви за плечи, чтобы заглянуть ей в лицо, и его тёплые ладони аккуратно стёрли слёзы с её испачканных щёк.​- Живой я, малая, живой, - негромко ответил он, ободряюще улыбаясь, хотя в его глазах всё ещё читалось потрясение от увиденного. - Так, пара царапин от этих чёртовых веток плюща, да бок немного отбил, когда от первой твари уворачивался. Ничего серьёзного, до свадьбы заживёт.​Он перевёл взгляд за её спину, на огромную, безжизненную тушу гривера, из которой всё ещё с тихим шипением вытекал чёрный сок, и покачал головой.​- А вот тебе, кажется, досталось сильнее. Локти в кровь сбила... И, честно говоря, я до сих пор не могу поверить в то, что сейчас увидел. Ты только что... в одиночку уложила эту махину? Галли бы точно челюсть уронил, если бы это видел.​Скай снова посмотрел на неё, и его улыбка стала чуть серьёзнее, а взгляд - ещё теплее.​- Ты вспомнила ?- Вспомнила... - Скай на секунду замер, переваривая её слова, а потом его лицо озарила такая искренняя, светлая улыбка, что в этом мрачном, сыром коридоре как будто стало чуточку теплее. - Эви. Красивое имя. На заметку: оно тебе чертовски подходит, малая.​Он снова крепко, но аккуратно, чтобы не задеть разбитые локти, прижал её к себе. Девушка почувствовала, как под её щекой мерно и быстро бьётся его сердце.​- Я так рад, что ты цела, - тихо выдохнул он ей в волосы. - Когда стены начали закрываться, а я застрял в том секторе... я думал, всё. Думал, Минхо и остальные успели проскочить, а я останусь тут один. Но когда услышал твой крик... Эви, ты сумасшедшая. Зачем ты вообще прыгнула в Лабиринт?​Она уткнулась носом в его плечо, чувствуя, как пережитый ужас наконец окончательно отступает, оставляя только огромную, звенящую усталость.​- Я испугалась за вас, - прошептала Эви, не выпуская его из объятий. - Я просто не смогла бы сидеть там, у костра, зная, что вы... что ты остался здесь.​Скай молча погладил её по спине, давая понять, что он рядом. Но расслабляться было рано. Где-то далеко, за толщами каменных стен, всё ещё глухо ворочался Лабиринт, меняя свои очертания на ночную фазу, а на четвёртом секторе Минхо, Томас и Бэн пытались спасти раненого Итана. Ночь только начиналась, и им двоим нужно было продержаться до рассвета.- Бежим- Эви куда? Ты же незнаешь лабиринт- Доверься мне, пожалуйста, - повторила Эви, и в её глазах была такая непоколебимая уверенность, что Скай даже не нашёлся, что возразить.​- Ну ладно, я тебе доверяю, - выдохнул он, крепче перехватывая её ладонь.​Они рванулись с места, оставляя позади мёртвую тушу гривера. Эви бежала вперёд, ведомая не картами или логикой, а тем самым странным, пробудившимся внутренним чутьём, которое помогло ей вспомнить имя. Она словно видела невидимые нити, связывающие коридоры Лабиринта.​Они пролетели шестой сектор, свернули в узкий проход пятого и выскочили к длинной галерее. Вокруг них Лабиринт продолжал жить своей пугающей ночной жизнью: где-то высоко над головами скрежетали скрытые механизмы, а стены то и дело содрогались, меняя конфигурацию. Но Эви чётко знала, куда бежать. Она вела Ская прямо к стыку между секторами, чувствуя, что Минхо и остальные должны быть где-то с обратной стороны.​Через несколько минут бешеного бега они упёрлись в глухую стену сплошного плюща, за которой слышались глухие удары.​- Минхо! Томас! - тяжело дыша, закричала Эви, колотя ладонями по камню. - Вы здесь?!​- Эви?! - с той стороны раздался ошеломлённый и хриплый голос Томаса. - Чёрт, ты жива!​- Не одна! - крикнул Скай, тяжело опираясь на колени, но счастливо улыбаясь. - Этот сумасшедший кусок глейдера со мной!​- Скай?! Вы целы?! - сквозь толщу камня пробился отчётливый, полный дикого облегчения мат Минхо. - Хвала создателям... Итану совсем паршиво, мы застряли в тупике четвёртого. Стены заблокированы. Вы можете обойти через соединительный коридор?​Эви осмотрелась. Прямо над их головами, среди густых зарослей плюща, виднелась старая, наполовину заваленная каменная ниша - вентиляционный или технический лаз, который вёл на ту сторону стены. Эви ловко перебралась через лаз и спрыгнула на другую сторону, Скай приземлился следом. Прямо перед ними, привалившись к стене, сидели измотанные парни. Девушка сразу бросилась к раненому.​Эви подошла к Итану:- Итан...- Что, мышка? - слабо улыбнулся он, тяжело дыша от боли.- Я имя вспомнила. Эви.- Тебе подходит.... ааай! - парень резко скривился и схватился за бедро.- Покажи рану.- Да пустяк...- Убери руку.​Итан нехотя убрал ладонь с ноги, и у всех перехватило дыхание - там была глубокая, рваная рана, из которой сочилась кровь. Глейдеры в растерянности переглянулись: в Лабиринте у них не было никаких медикаментов.​Но хвала создателям, что Эви всегда таскала с собой ту самую сумку, с которой приехала в Ящике. Она никогда её не открывала - до этого самого момента. Именно из её потайного кармана она минуту назад достала тот нож, но когда сейчас Эви полностью расстегнула молнию, парни так и застыли. Там было абсолютно всё, что нужно было им всем в эту минуту. Эви начала уверенно и быстро распределять вещи:​- Минхо, держи воду, - она кинула ему флягу. - Томас, приложи пластырь на мою голову. Бэн, перевяжи себе руку, - в воздухе пролетел стерильный бинт. - Скай, держи перекись!​Скай на лету поймал флакон, удивлённо и с уважением глядя на неё. Эви же опустилась на колени перед раненым и достала иглу с плотной нитью и антисептик.​- И ты, Итан... ща я тебе помогу. Потерпи, сейчас будет больно.Эви решительным движением сбросила с плеча сумку, быстро выудила оттуда обеззараживающее средство и чистые инструменты. Итан выглядел бледным, а кровь продолжала сочиться, пропитывая штанину. Понимая, что обычного бинта из сумки может не хватить для тугой повязки, Эви не стала колебаться ни секунды.​Она перехватила край своей верхней футболки и быстрым, уверенным движением стянула её через голову, оставаясь в одном спортивном топе, чтобы использовать плотную ткань как жгут и фиксатор.​В ту же секунду среди парней воцарилась внезапная, почти комичная тишина. Суровые бегуны Лабиринта, только что отбивавшиеся от монстров, дружно и синхронно превратились в самых скромных джентльменов на свете, спешно отводя глаза куда угодно, лишь бы не на Новенькую.​Бэн с внезапным, глубочайшим интересом принялся изучать толстую лиану плюща, свисающую со стены. Он наклонился к ней так близко, будто пытался сосчитать на ней каждый листик и рассмотреть структуру прожилок.​Томас резко опустил голову вниз и уставился на свои грязные ботинки. Он разглядывал шнурки с таким сосредоточенным видом, словно решал сложнейшую математическую задачу, и пару раз даже пошевелил пальцами ног, проверяя прочность подошвы.​Скай, сидевший ближе всех, тут же поднял руки и начал скрупулёзно рассматривать свои ногти. Он поворачивал ладони то так, то этак, сдувая воображаемую пылинку и делая вид, что чистота его маникюра в сыром ночном Лабиринте - это главный вопрос повестки дня.​А Минхо, не моргая, уставился прямо перед собой на серую каменную стену. На его лице застыло выражение абсолютного, каменного спокойствия, но взгляд был направлен в одну пустую точку на кирпиче, будто он пытался прожечь в нём взглядом новую секретную дверь.​Эви даже не обратила внимания на эту неловкую паузу. Она быстро порвала футболку на широкие полосы, щедро плеснула антисептик на рану Итана - отчего тот сдавленно зашипел, вонзив пальцы в землю, - и начала ловко, профессионально перевязывать его ногу, стягивая ткань в тугой, крепкий узел.- Жить будешь, Итан, - с мягкой улыбкой сказала она, ласково взъерошив его отросшие, испачканные в пыли волосы.​Парень заметно расслабился, бледность с его лица начала постепенно сходить, и он благодарно выдохнул:- Спасибо, Эви. С меня порция у Фрайпана.​Эви поднялась на ноги. Стоило ей встать во весь рост, как парни, словно по команде, один за другим перестали «изучать» окружение. Бэн наконец отпустил замученную лиану, Томас оторвал взгляд от ботинок, Скай опустил руки, перестав рассматривать ногти, а Минхо отмер от своей точки на стене и обернулся к ней, уже вернув себе привычный, слегка ироничный вид.​- Ну что, спасительница, - Минхо окинул её взглядом, задержавшись на завязанной футболке на ноге Итана, и уважительно хмыкнул. - На заметку: для девчонки, которая ещё утром не помнила, как её зовут, ты чертовски круто справляешься с кризисами.​Скай подошёл к ней ближе, протягивая её сумку, которую она оставила на земле. На его губах снова играла та самая тёплая улыбка, но в глазах читалась искренняя забота.​- Держи свою чудо-аптечку, Эви, - тихо сказал он, помогая ей накинуть ремень сумки на плечо. - И... спасибо. Если бы не ты, мы бы тут все до рассвета не дотянули.​Ночной Лабиринт вокруг них на секунду затих, словно давая передышку, но холодный ветер, гуляющий по коридорам, напоминал, что они всё ещё в ловушке. Пятеро парней и одна девушка в спортивном топе посреди каменного ада - но теперь у них было оружие, медикаменты и, главное, надежда.- Что мы будем делать Минхо?- Я... я... я не знаю, - выдохнул Минхо, и в его голосе впервые прозвучала растерянность. Для куратора бегунов, который знал Лабиринт как свои пять пальцев, это было тяжёлым признанием. Ночная перестройка спутала все карты.​- Зато я знаю, но моя идея вам не понравится, - твёрдо произнесла Эви, затягивая ремень сумки на плече.​- Говори, Эвелина, - тут же отозвался Томас, подавшись вперёд.​Девушка резко замерла и уставилась на него округлившимися глазами. В воздухе повисла внезапная, звенящая тишина. Даже Скай перестал улыбаться, переведя удивлённый взгляд с Томаса на Эви.​- Как ты меня назвал? - ледяным шёпотом переспросила она. Сердце пропустило удар. Ведь она сама вспомнила только короткое «Эви». Откуда Томасу знать её полное имя, если они все прибыли сюда с чистой памятью?​Томас покраснел, его глаза забегали, и он судорожно сглотнул, осознав, что сболтнул лишнего.​- Э-э... - он замялся, пятясь на полшага назад под её пронзительным взглядом. - То есть... Эви. Я хотел сказать Эви. Просто сорвалось, честно! Мне показалось, что это звучит... ну, логично для твоего имени.​Минхо прищурился, подозрительно оглядывая Томаса, а Скай слегка нахмурился, чувствуя, что здесь кроется какая-то тайна. Но времени на допросы у них не было - откуда-то издалека снова донёсся гулкий, леденящий душу скрежет перестраивающихся стен.​- Ладно, разберёмся с этим в Глейде, Томас, - строго оборвала его Эви, решив пока отложить этот странный момент. Она повернулась ко всей группе- Какой план, Эви, говори, - быстро перебил её Томас, пытаясь сгладить неловкость.​Девушка тряхнула головой, прогоняя лишние мысли, и уверенно посмотрела на парней.​- Нам нужно пойти в третий сектор.​- В третий? - Минхо нахмурился, мгновенно переключаясь на режим куратора и прикидывая в уме карту. - Это же в противоположной стороне от Глейда, почти у самого внешнего кольца. Зачем нам туда?​- Потому что все гриверы сейчас стягиваются к центру и к стыкам между четвертым и пятым секторами, они ищут нас здесь, - твердо объяснила Эви. - А в третьем секторе есть глубокие кабельные ниши за разводными плитами. Я... я просто знаю это, чувствую. Там они нас не найдут, и мы сможем спокойно переждать оставшиеся часы до рассвета, пока ворота снова не откроются.​Парни переглянулись. Идея прорываться через ночные коридоры в другой сектор казалась чистым безумием, но торчать в тупике четвертого, пока к ним пробивается очередная тварь, было верной смертью.​- Знаешь что? - Минхо решительно кивнул и подхватил свой обрубок мачете. - План сумасшедший, но других у нас всё равно нет. Бэн, Томас, берите Итана под руки, тащим его аккуратно. Скай, прикрываешь тыл. Эви, веди. Посмотрим, куда нас выведет твое чутье.Минхо, шедший первым, резко вскинул руку, призывая всех к тишине. Отряд замер.​Из-за угла, ведущего в третий сектор, донесся до боли знакомый, зловещий скрежет металла о камень и тихое, ритмичное щелканье. Гривер. Тварь перегородила им путь, медленно поворачивая свои красные сканеры в их сторону. Паника ледяной волной окатила глейдеров. Итан, опиравшийся на Бэна и Томаса, сдавленно застонал.​- Проклятье... - прошептал Скай, крепче сжимая рукоять своего самодельного копья. - Их здесь не должно было быть.​Минхо уже приготовился отдать команду отступать назад в тупик, понимая, что с раненым Итаном им не принять бой. Но Эви оказалась быстрее.​Она даже не взглянула на парней. Молниеносным движением выхватив из-за пояса тот самый длинный, окровавленный нож, Эви сорвалась с места.​- Эви, стой! Назад! - в один голос в ужасе закричали Скай и Томас.​Гривер взвыл, его механические лапы задергались, а встроенные пилы с диким жужжанием начали вращаться, готовясь разорвать дерзкую девчонку в клочья. Тварь бросилась ей навстречу.​Но за секунду до столкновения Эви резко рухнула на пол. Используя инерцию бега и скользкий мох, покрывавший каменные плиты, она, словно заправский акробат, ловко проскользила по полу прямо под брюхо нависающего над ней чудовища.​Время словно остановилось. Оказавшись под склизкой, пульсирующей тушей, Эви с яростным криком вонзила нож по самую рукоять в уязвимое, мягкое сочленение между биомеханическим телом и одной из главных опорных конечностей гривера. Она провернула лезвие, разрывая провода и живую плоть твари.​Гривер оглушительно, предсмертно взвизгнул, его огромная туша судорожно задергалась, обдавая Эви струей горячей маслянистой крови. Но девушка, не сбавляя скорости, выскользнула из-под него с противоположной стороны, вскочив на ноги уже за спиной поверженного врага. Огромная биомеханическая машина смерти с глухим стуком рухнула к её ногам, заливая каменный пол чёрной маслянистой жижей. Эви тяжело дышала, сжимая в окровавленной руке нож и глядя на поверженного монстра.​Парни так и застыли на месте, с разинутыми ртами глядя на эту сцену. Они, лучшие бегуны Глейда, никогда не видели, чтобы кто-то убивал гривера вот так - в одиночку, вручную, без ловушек и тяжелого оружия.​Эви резко обернулась к ним. Её лицо было испачкано черной кровью твари, в глазах горел первобытный огонь, а в топе она выглядела невероятно хрупкой и одновременно смертоносной.​- Чего встали? - её голос прозвучал резко и властно, выводя парней из ступора. Она нетерпеливо махнула окровавленным ножом в сторону прохода. - Айдате дальше! Кабельные ниши уже близко, а запах этой туши может привлечь других. Живо!​Минхо первым пришел в себя. Он тряхнул головой, с уважением и легким страхом глядя на Новенькую, и коротко скомандовал:- Вы слышали малую! Вперед!​Скай, пробегая мимо Эви, на секунду задержался, сжав её плечо, и тихо прошептал: «Ты сумасшедшая. Невероятная сумасшедшая». А Томас лишь молча сглотнул, провожая её взглядом, полным сложных, противоречивых чувств.​Маленький отряд, ведомый теперь уже ни у кого не вызывающей сомнений Эви, поспешил скрыться в темноте коридора, ведущего к кабельным нишам третьего сектора. Ночь в Лабиринте только начиналась.Как только последний из них переступил границу третьего сектора, за их спинами раздался оглушительный, пробирающий до костей скрежет.​Огромные каменные монолиты с грохотом начали опускаться со всех сторон. Один за другим входы и выходы в сектор блокировались тяжелыми стенами, намертво отрезая их от остального Лабиринта. Но это не было похоже на смертельную ловушку - наоборот, стены падали так вовремя и так плотно, будто какая-то невидимая сила специально запечатывала это пространство, создавая для них абсолютно безопасное убежище и оберегая от ночных кошмаров.​Вскоре всё затихло. Гул перестройки стих, оставив их в абсолютной, защищённой тишине. Глейдеры обессиленно повалились на каменный пол. Итана аккуратно усадили, прислонив спиной к прохладной стене. Напряжение, державшее их все эти часы, наконец начало понемногу спадать.​Чтобы хоть как-то отвлечься от звенящей тишины и мыслей о доме, Томас обвёл парней взглядом и негромко спросил:- Слушайте, а сколько раз вы оставались в лабиринте на ночь?​Все на секунду задумались, вспоминая свои прошлые вылазки.​- Я и Итан в первый раз, - отозвался Скай, тяжело выдыхая и устало протирая глаза ладонями. Он сидел ближе всех к Эви, то и дело бросая на неё заботливые взгляды.​- Я во второй раз, - сказал Томас, устроившись напротив и подтянув колени к груди.​- А я с Минхо третий раз, - подал голос Бэн, устало прислонившись к плечу своего куратора.​Все посмотрели на Минхо, который сидел, скрестив ноги, и молча крутил в руках свой нож. Как самый опытный бегун, он пережил больше всех ночёвок в этом аду, но сейчас даже его авторитет отступил перед тем, что совершила сегодня Эви.​Взгляды парней плавно переместились на девушку, которая в своём спортивном топе, испачканная черной кровью гривера, аккуратно складывала остатки вещей обратно в свою сумку. Для неё эта ночь была первой - но она уже успела переписать все правила выживания в Лабиринте.Все взгляды тут же обратились к Томасу, а затем к Бэну. История Глейда писалась прямо на их глазах, и в ней явно было слишком много белых пятен.​- Расскажите свои истории, как и когда это было, - попросил Скай, переводя взгляд с одного бегуна на другого.​Томас глубоко вздохнул, уставившись на свои ботинки, и начал первым:- Мой первый раз, когда я остался в Лабиринте на ночь... Это был как раз второй раз Минхо и Бэна. Тогда Минхо опаздывал, ворота уже закрывались. Я не смог просто стоять и смотреть, поэтому побежал за ним. Мы оказались заперты. И именно в ту ночь мы впервые убили гривера, раздавив его между сдвигающимися стенами.​Эви, которая до этого молча перебирала вещи в сумке, резко подняла голову. Её карие глаза сузились. Она перевела взгляд на Бэна, который сидел чуть поодаль, бледный и притихший.​- А Бэн? - спросила Эви, нахмурившись. - Томас, ты ведь сам только что сказал, что в тот раз только Минхо остался там с тобой. Где был Бэн? Его же изгнали за нападение на тебя!​В кабельной нише повисла тяжелая, звенящая тишина. Скай переглянулся с Минхо, а Итан даже забыл про боль в ноге, внимательно слушая.​Бэн сглотнул, поднял глаза на Эви и тихо, хрипло произнес:- Я тогда был зараженным, Эви. Меня ужалил гривер посреди бела дня, я сошел с ума и напал на Томаса. По законам Глейда меня вытолкнули за ворота прямо перед их закрытием. На верную смерть.​- А как ты... живой? - Эви подалась вперед, её голос дрогнул. Все в Глейде знали: выжить ночью в Лабиринте без оружия, да еще и со смертельным вирусом в крови - невозможно.​Бэн опустил голову и зарылся пальцами в свои волосы, словно до сих пор не верил в то, что собирался сказать.​- Я сам не знаю... То ли сон это был, то ли реальность, - прошептал он, и по его телу пробежала дрожь. - Я умирал там, в темноте коридоров. Ночью, когда Гриверы вышли на охоту, я уже не мог двигаться. И вдруг... ко мне пришла девушка. Лицо её было закрыто черной банданой, я не мог разглядеть, кто она. Видел только её глаза. Красивые, карие, азиатские глаза... Она опустилась рядом со мной. И она... она вонзила мне лекарство. Прямо в шею. Сыворотку, которая остановила превращение и спасла мне жизнь. А на утро Минхо нашел меня на стыке секторов.​После его слов в убежище стало так тихо, что было слышно, как где-то далеко капает вода. Томас медленно повернул голову и пристально посмотрел на Минхо. Минхо же молча сжал челюсти, буравя взглядом каменный пол. Загадок становилось всё больше, и Лабиринт явно скрывал от них какую-то третью сторону, о которой они даже не подозревали.После этих слов в кабельной нише воцарилась такая оглушительная тишина, что стало слышно прерывистое, тяжелое дыхание Итана. Все взгляды, как по команде, медленно скрестились на Эви.​Девушка замерла, так и не закрыв свою сумку. Парни смотрели на неё, словно видели её впервые в жизни, судорожно сопоставляя факты.​- Бэн... ты будто Эви описал, - тихо, с нарастающим шоком в голосе произнес Скай, переводя ошеломленный взгляд с друга на девушку. - У неё же... у неё же точно такие же азиатские карие глаза.​Бэн резко вскинул голову и уставился на Эви так, словно перед ним стоял призрак. Он всматривался в её лицо, ловя тусклые блики света в её зрачках, и его губы задрожали. В его памяти мгновенно ожила та кошмарная ночь, холодный пот и спасительный укол в шею.- Это... это была ты? - прошептал Бэн, и его голос сорвался от нахлынувших чувств. - Но как?! Тебя же тогда ещё не было в Глейде! Ящик привез тебя только через неделю после того, как меня выгнали! Как ты могла быть в Лабиринте ночью?​Эви растерянно переводила взгляд с одного глейдера на другого. Её сердце бешено заколотилось в груди. Она посмотрела на свои руки, испачканные черной кровью гривера, а затем на раскрытую сумку, в которой чудесным образом нашлось лекарство для каждого из них.​- Я... я не знаю, Бэн, - прошептал она, чувствуя, как к горлу подступает ком. - Моя память возвращается кусками. Но когда ты заговорил про бандану... у меня перед глазами вспыхнула картинка: темнота, холодный камень и чужой надрывный кашель. Я не помню, как оказалась там, но... кажется, это правда была я.​- Вот чёрт... - Минхо резко подобрался, его привычная ирония полностью испарилась. Он с уважением и легким страхом посмотрел на Эви. - Значит, ты была в Лабиринте еще до того, как Создатели «официально» стерли тебе память и засунули в Ящик. Ты как-то пробиралась сюда снаружи. И твоя чудо-сумка... ты приехала с ней, потому что она изначально была твоей.​Томас молча сидел в углу, кусая губы. Он перевел взгляд на Эви, и в его глазах читалось горькое, тяжелое понимание. Он ведь не просто так назвал её «Эвелиной» минуту назад. Загадки её прошлого сжимали кольцо вокруг них, и теперь глейдеры понимали: их хрупкая «мышка» - далеко не простая Новенькая. Она была частью чего-то гораздо более крупного и опасного.Эви опустила голову, её плечи дрогнули, а пальцы судорожно вцепились в ремень сумки. В её голосе прозвучал такой искренний, детский страх, что у парней разом сжались сердца.​- Теперь вы будете меня ненавидеть? - тихо, почти беззвучно спросила она, не поднимая глаз. - Потому что у меня дофига тайн?​В нише повисла секундная пауза, которую тут же нарушил резкий, возмущённый возглас Ская.​- Ты совсем с дуба рухнула, Эви?! - Скай в один шаг оказался рядом с ней и мягко, но крепко взял её за плечи, заставляя посмотреть на него. В его глазах не было ни капли злости - только безграничное тепло и забота. - Ненавидеть тебя? Да если бы не твои тайны, Бэн сейчас гнил бы где-то в первом секторе, Итан бы исходил кровью, а нас с Томасом и Минхо сожрали бы те две твари! Ты жизнь нам всем спасла, глупая.​- Скай прав, - подал голос Бэн. Он смотрел на Эви с такой глубокой, безмолвной благодарностью, что никаких слов больше не требовалось. - Ты рискнула всем, пришла в темноту к безумному, заражённому глейдеру и вколола мне спасение. Я перед тобой в пожизненном долгу, как бы ты ни оказалась в Лабиринте.​Минхо коротко усмехнулся и, поднявшись, подошёл ближе. Он скрестил руки на груди и ободряюще подмигнул девушке:- Слушай, малая, у каждого из нас куча вопросов к Создателям. У Томаса вон тоже провалы в памяти и странные сны. Но мы судим по поступкам. Ты пришла в Глейд, разнесла двух гриверов, залатала нас и накормила. Если это называется «быть подозрительной», то я хочу, чтобы у нас половина Глейда была такими подозрительными.​Томас молча кивнул, соглашаясь с каждым словом куратора бегунов, а раненый Итан слабо улыбнулся из своего угла:- Твои тайны - это лучшее, что с нами случалось, мышка.​Скай аккуратно приобнял Эви за плечи, прижимая к себе, чтобы она наконец расслабилась.- Так что выбрасывай эти глупости из головы. Мы с тобой. Что бы там ни было в твоём прошлом, сейчас ты - одна из нас.Эви медленно отстранилась от Ская и посмотрела куда-то сквозь парней, словно вглядываясь в темноту собственного разума. Воспоминание, которое только что всплыло на поверхность, заставило её кожу покрыться мурашками.​- А знаете, что самое интересное? - тихо спросила она, обводя парней странным, блуждающим взглядом.​- Что же? - Томас подался вперёд, ловя каждое её слово. В его собственных снах тоже часто мелькали обрывки лабораторий и холодного прошлого, поэтому он, как никто другой, понимал её состояние.​- Я будто уже была в лабиринте... - Эви обняла себя руками за плечи, словно ей резко стало холодно. - Но не в этом, а в другом. В девчачьем. Помню жуткий холод, много-много девушек... лёд, коньки.​Парни переглянулись, шокированные её словами. В Глейде никогда не было девушек, кроме Эви, и сама мысль о том, что где-то существует точно такой же Лабиринт, но только для девчонок, казалась безумием.​- Девчачий лабиринт? - Минхо нахмурился, его лицо снова стало серьёзным. - Ты хочешь сказать, что Создатели построили ещё одно такое место? И зачем вам там коньки? Это что, была какая-то ледяная ловушка?​- Я не знаю, - Эви покачала головой, пытаясь удержать ускользающие образы. - Помню только, как мы скользили по льду, а вокруг были огромные, замёрзшие стены. Это было словно... тренировка. Или испытание.​Скай мягко коснулся её руки, согревая её пальцы своими ладонями.- Ледяной лабиринт... - негромко протянул он. - Значит, ты права. Твои сны и эта сумка - всё из того, прошлого места. Создатели явно готовили тебя к чему-то другому, прежде чем забросить к нам.​В кабельной нише снова воцарилось молчание, но теперь в нём не было страха. Глейдеры понимали: мир за пределами этих стен гораздо огромнее, сложнее и страшнее, чем они думали. И Эви была их ключом к разгадке этой тайны.Эви резко зашипела и затрясла правой рукой - в ладони вдруг вспыхнула такая острая, колющая боль, словно она по локоть опустила руку в кипяток.​Но стоило ей сделать несколько резких движений, как с её пальцев сорвался сноп ярких, искрящихся искр. Воздух в кабельной нише мгновенно похолодал, и прямо из её ладони с сухим треском рванул настоящий, чистый лёд. За долю секунды морозная волна прошлась по каменному полу, покрывая серые плиты толстой, блестящей ледяной коркой, которая дошла прямо до ботинок Томаса.​Парни от неожиданности с дикими криками повскакали со своих мест. Минхо чуть не выронил мачете, Томас испуганно отшатнулся назад, едва не упав, а Бэн и Скай вжались в стену, ошарашенно глядя то на лед под ногами, то на тяжело дышащую Эви. Визжащий холод заполнил всё убежище.​- Это... это ещё что за чертовщина?! - Минхо первым обрёл дар речи, указывая дрожащим пальцем на замёрзший пол. - Эви, ты... ты сейчас наколдовала лёд?!​Томас осторожно присел на корточки и коснулся пальцем прозрачной корки.- Настоящий... - прошептал он, поднимая круглые от ужаса глаза. - Настоящий лед. Эви, так вот почему ты помнишь холод и коньки! Это был не просто лабиринт... Вас там учили контролировать это?​Скай, несмотря на первобытный страх перед увиденным, осторожно сделал шаг к девушке. Он видел, как сильно дрожат её плечи и как испуганно она сама смотрит на свои ладони, с которых всё ещё поднимался лёгкий белый пар.​- Эви... малая, тише, всё хорошо, - тихо, успокаивающе сказал Скай, медленно протягивая к ней руки. - Не бойся. Мы рядом. Ты как это сделала? Пальцы не обжёг?- Какого..... - выдохнула Эви, ошеломлённо глядя на собственные ладони. Она сама вообще не ожидала от себя всего этого.​Девушка испуганно спрятала руки за спину и попятилась, пока не упёрлась спиной в холодный камень стены. Её сердце колотилось где-то в горле. Воспоминания о льде и коньках были просто странными картинками в голове, но это... Это было реальностью, которая прямо сейчас блестела на полу кабельной ниши.​- Спокойно, Эви, просто дыши, - Скай сделал ещё один осторожный шаг вперёд, показывая открытые ладони, будто подходил к напуганному зверьку. - Мы не причиним тебе вреда. Всё хорошо.​- Хорошо?! - истерически хохотнул Минхо, хотя сам не сводил глаз с ледяной корки. - Скай, она только что превратила кусок Лабиринта в каток без единого ведра воды! По-твоему, это «всё хорошо»?​- Минхо, заткнись, ей и так страшно! - резко оборвал его Томас. Он поднялся на ноги, осторожно обходя замёрзший участок, и посмотрел на Эви с глубоким пониманием. - Эви, послушай меня. Создатели сделали с нами много дерьма. Нам стёрли память, нас заперли здесь. Но то, что внутри тебя... это не делает тебя монстром. Это просто часть того, кем ты являешься.​Бэн, сидевший у стены, перевёл взгляд со своей спасённой руки на покрытый инеем пол.- Теперь понятно, как ты выживала в Лабиринте ночью до Глейда, - тихо сказал он, и в его голосе не было страха, только восхищение. - Ты не просто бегала от гриверов. Ты могла постоять за себя.​Эви перевела взгляд на Ская, который уже стоял совсем рядом. Он аккуратно, стараясь не делать резких движений, протянул руку и коснулся её плеча. От его тёплых пальцев по телу разлилось успокаивающее тепло, и пар, поднимавшийся от её рук, наконец растаял.​- Ну что, ледяная королева, - Скай ободряюще улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку. - Похоже, Фрайпану больше не придётся думать, где брать лёд для охлаждения продуктов. Как ты себя чувствуешь? Рука больше не болит?Из глаз Эви брызнули слёзы. Вся эта железная стойкость, с которой она только что кромсала гривера и зашивала раны, мгновенно испарилась, уступив место чистой, детской беззащитности. Она уткнулась лицом в плечо Ская, крепко, до белизны в пальцах, вцепившись в его куртку, и её плечи судорожно заходили ходуном от рыданий.​- Кто я такая?.. - сквозь слёзы прошептала она, и в этом тихом вопросе было столько боли и потерянности, что у парней перехватило дыхание. - Что я за чудовище такое?..​Скай не раздумывая крепко прижал её к себе, утыкаясь подбородком в её макушку и бережно баюкая в руках. Его ладонь успокаивающе гладила её по подрагивающей спине.​- Ты моя лучшая подруга, - твёрдо и громко, прямо ей на ухо сказал он, чтобы его слова пробились сквозь её панику. - Ты Эви. Наша подруга, слышишь? Самая настоящая. И плевать, что ты умеешь делать руками, и плевать, откуда у тебя эта сумка. Для меня, для всех нас ты - Эви из Глейда.​- Он прав, малая, - тихо отозвался Минхо, подсаживаясь ближе по ледяному полу. На его лице не осталось и следа от недавнего шока, только глубокая, искренняя поддержка. - Мы тут все без прошлого. Томас вон видит сны и разговаривает по ночам, Бэн восстал из мёртвых, а я просто чертовски быстро бегаю. Ты - одна из нас. Наша девчонка.​Томас подошёл и мягко опустил руку ей на плечо, слегка сжав его.- Ты не чудовище, Эви. Чудовища - это те, кто запер нас здесь. А ты спасаешь жизни. Посмотри на Итана, посмотри на Бэна. Твоя сила - это твоя защита. И наша тоже.​Эви продолжала тихо всхлипывать, но её хватка на куртке Ская стала чуть слабее. Тепло его объятий и уверенные голоса парней постепенно прогоняли тот внутренний леденящий холод, который так напугал её секунду назад. Она была дома. Среди своих.