1. Есения & Марк

Вырезанная сцена №1

Библиотека почти вымерла.

Высокие окна уже давно стали чёрными, в стекле отражались только редкие лампы под потолком. Воздух был тёплый, пыльный, пах пергаментом и чернилами. Где-то вдалеке библиотекарь тихо переставляла книги, и это был единственный звук.

Есения сидела за столом у самого дальнего стеллажа.

Перед ней лежала раскрытая книга по трансфигурации. Рядом — пергамент, перо, чернильница.

Но она ничего не писала.

Она просто смотрела в одну точку.

Минут пять.

А может, больше.

Она не заметила, как напротив неё кто-то сел.

Марк не сразу заговорил. Он просто смотрел на неё поверх своей стопки книг, чуть прищурившись, наблюдая.

Она выглядела так, будто находилась не здесь.

Он наклонил голову набок.

— Если ты продолжишь так смотреть, — тихо сказал он, — книга начнёт чувствовать себя неловко.

Есения моргнула.

Будто вернулась.

Посмотрела на него.

— А?

— Ты прожигаешь в ней дыру взглядом.

Она медленно перевела взгляд на страницу.

И замерла.

Потом нахмурилась.

— Я листала?

— Нет.

— Долго?

— Минут пять.

Она закрыла глаза и устало выдохнула.

— Прекрасно.

Марк аккуратно закрыл свою книгу.

— Ты думаешь.

— Да.

— Опасное занятие.

Она посмотрела на него с лёгкой укоризной.

— Очень смешно.

— Я не шучу. В твоём случае — правда опасное.

— Почему?

— Потому что после этого ты выглядишь так, будто сейчас спасать мир пойдёшь.

Она чуть улыбнулась.

Очень слабо.

— Я просто... не могу отключиться.

— От чего?

Есения посмотрела в сторону, на стеллажи.

— От всего. От Турнира. От того, как все ходят как натянутые струны. От Эмилии, от Полины, от того, как Алёна делает вид, что спокойна, а сама каждую ночь не спит.

Марк молчал.

Слушал.

Она продолжила тише:

— Мне не нравится, когда вокруг слишком много напряжения. Такое чувство, что в любой момент что-то может пойти не так.

— Может, — спокойно сказал он.

Она резко посмотрела на него.

— И ты так спокойно об этом говоришь?

Он пожал плечами.

— Потому что паниковать заранее — утомительно.

Она смотрела на него с лёгким недоумением.

— Ты вообще переживаешь?

— Конечно.

— Не видно.

— Я ленив на переживания, — усмехнулся он.

И тут она впервые за вечер чуть рассмеялась.

Негромко.

И Марк это заметил.

Сразу.

— Вот. Уже лучше, — сказал он.

Она посмотрела на него внимательнее.

— Ты специально меня отвлекаешь?

— Да.

— Почему?

Он чуть задумался.

— Потому что, когда ты вот так зависаешь, становится как-то... пусто.

Она прищурилась.

— Пусто?

— Угу. Как будто в комнате выключили свет.

Есения замерла.

— Марк...

— М?

— Ты иногда говоришь слишком странные вещи.

— Это комплимент?

— Это наблюдение.

Он улыбнулся.

Повисла тишина.

Спокойная.

Тёплая.

Есения снова посмотрела на книгу.

— Я пытаюсь читать уже полчаса.

— Получается?

— Нет.

— Тогда не читай.

— А что делать?

Он на секунду задумался.

Потом очень естественно протянул руку через стол и коснулся кончиками пальцев её пальцев.

Совсем легко.

Будто проверяя, не отдёрнет ли.

Она замерла.

Но не убрала руку.

— Сиди, — тихо сказал он.

Она посмотрела на их руки.

Потом на него.

— Это твой способ решать проблемы?

— Работает же.

Она едва заметно улыбнулась.

И в этом жесте было больше спокойствия, чем в любых словах.

— Ты знаешь, — сказала она тише, — мне иногда кажется, что я должна быть для всех сильной.

— Ты и так сильная.

— Нет. Я имею в виду... не показывать, когда мне самой тяжело.

Он внимательно смотрел на неё.

— А зачем?

Она задумалась.

— Чтобы другим было легче.

— Есения.

Она подняла глаза.

— Если тебе тяжело, это не делает другим хуже. Это делает тебя... настоящей.

Она смотрела на него очень долго.

Как будто пыталась понять, серьёзно он или нет.

— Ты всегда такой спокойный?

— Нет.

— А какой?

— С тобой — такой.

Она тихо выдохнула.

И впервые за весь вечер её плечи расслабились.

Она перевернула страницу.

— Ладно. Попробуем ещё раз.

— Читать?

— Да.

— Отлично. Я буду следить, чтобы ты не зависала.

Она покосилась на него.

— Контролёр?

— Поддержка.

Она снова посмотрела на книгу.

И на этот раз действительно начала читать.

Не убирая руку.

А Марк сидел напротив, молча, с лёгкой улыбкой, и иногда чуть сжимал её пальцы, будто напоминая:

Я здесь.