XXXXVI Вдох

  POV Лидия У меня раскалывается голова. Я сижу на полу и смотрю в окно уже шестой час. Мне ничто не интересно. Я не плачу. Я не говорю. Я не двигаюсь. Я просто сижу, уставившись в окно. Сегодня дождь, а значит ей плохо. Мы вместе ненавидим дождь с самого детства. Дождь всегда предвещает беду. Я не знаю, на самом ли деле это так или мы просто на столько сильно в это верим. что все происходит само по себе. Природа тоже плачет по Малии. Природе ее не хватает. Мне ее не хватает. Я смотрю на свою руку и начинаю теребить браслет. L&M BF FOREVER. Мм.. в голове всплывает встреча прощания. И ее слова: "Эти пластины. Они открываются. Открой их, когда будешь нуждаться во мне. Я буду с тобой. Всегда. Я люблю тебя. Я очень люблю тебя, Рыжик. Я хочу их открыть. Но я не верю. Я не верю в то, что ее не стало. Мне кажется, что она сейчас гуляет по пляжу Сан-Диего или ждет моего звонка, я ведь всегда ей звонила, когда мы не виделись. Больничная палата кажется мне клеткой. Или тюрьмой. Я будто в заточении. Я не испытываю никаких эмоций. Стайлза опять нет. Он поехал к отцу Малии. Он хочет все узнать. Для меня. Мне нужно узнать все, что связано с Малией. Мне нужно знать.. — Малия, - говорю я тихо, - Мне нужно с тобой поговорить! - я повышаю голос и встаю, - Ты нужна мне! Почему?.. Почему ты ушла? - я бью стену кулаком, разворачиваюсь и медленно сползаю обратно на пол, - Как ты могла? - шепчу я, - Почему так рано? Я так тебя люблю, я в тебе нуждаюсь. Я верила тебе и ты обещала, что мы увидимся! Ты обещала!Обещала... - я беру телефон и набираю номер Малии. Гудки. Я жду, что сейчас она поднимет трубку и успокоит меня. Звучит голос Малии. Я вскакиваю. Нет.. Это всего-то автоответчик. Я внимательно вслушиваюсь в ее голос. Он такой родной. Я звоню еще раз, - Когда ты говорила звонить тебе, я думала, что ты будешь со мной разговаривать, - я опускаю глаза. Пауза, - Ты обманула меня! Ты - чертова обманщица! Я ненавижу тебя, Хейл! Почему ты так со мной поступаешь?! Почему? - я кричу. Я не слышу ее, но я знаю, что она меня слышит. Я чувствую ее рядом с собой. Я воображаю как она подходит ко мне и улыбается, потеребив за щеки. А я закатываю глаза и начинаю скулить о том, чтобы она перестала. Я представляю. что на улице солнце и что мы с ней идем по парку и наблюдаем за всем, угадываем кто куда пошел и как кого зовут, придумываем им профессии, воображаем их героями сказки, сериала или мультфильма. Представляем этих людей в прошлом и будущем. Мы любим так делать. И часто смеемся. А потом я представляю, как мы сидим в ее комнате и сморим какой-нибудь фильм, который мы на самом деле и не смотрим.Я улыбаюсь и тянусь к ней за объятиями, но вместо этого целуюсь с полом. Он холодный. Он не живой, - МАЛИЯ, НУ ГДЕ ЖЕ ТЫ? ПРЕДАТЕЛЬНИЦА! А Я ВЕДЬ ТАК ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! СУЧКА.. Я поднимаюсь и бреду в туалет. Смотрю в зеркало. Уродище. Растрепанные волосы, на лбу наверняка будет синяк, безжизненный взгляд, огромные мешки под глазами, отекшее лицо, бледные щеки. Малия бы меня ругала. Она бы отправила меня в душ, навела бы мнемарафет и потащила в магазины. Или еще чего-нибудь придумала. Но она не стала бы смотреть на то, как я медленно угасаю. Я киваю сама себе и ухмыляюсь. Скидываю с себя этот глупый больничный наряд и встаю по душ. От воды я вздрагиваю. Мне кажется, что я стою под дождем и огромные капли, ударяясь о мое тело, оставят на мне ожоги или трещины, вмятины или просто начнут меня разъедать. Не совсем обычный дождь. От него не живешь, но и не умираешь. Под ним ты просто доживаешь. Тем не менее я все-таки смываю всю с себя все накопившееся эмоции, чувства, грязь. Мне кажется, что я очищаюсь. Мне кажется, что мне легче. Но когда я выхожу из душа и вытираюсь полотенцем, все возвращается. Я все та же Лидия Мартин, которая потеряла огромный кусок себя. Я переодеваюсь и плюхаюсь на кровать. Слышу, что у двери кто-то топчется. Поднимаю голову. Что-то маленькое, что стояло в проходе, быстро прячется. Я через силу выдавливаю из себя улыбку. — Алеш, заходи, - ласково говорю я и сажусь на кровать в позу лотоса. Мальчик высовывает голову в палату, а потом появляется весь полностью. — Пливет, - он садится на уголок кровати. — Привет, - я пытаюсь улыбнуться. — Ты не плиходила и я подумал, сто мозет тебе плохо или ты забыла. — Прости, - я опускаю голову, - Мне и правда плохо, - я не знаю зачем говорю это все маленькому мальчику, но чувствую, что он меня понимает. — А почему? — Я потеряла свою подругу и больше никогда не смогу увидеть ее, - я смотрю на него и пожимаю плечами. — Я тозе потерял маму и папу. Я их искал, но не могу найти. Мне говолят, что они лядом с солнышком и смотлян на меня. Они меня видят. а я их не визу. Мне говолят, что они все лавно лядом со мной. — Тебе все правильно говорят, - я сочувственно улыбаюсь. — А где ты потеляла свою подлугу? Мозет она плосто спляталась или заблудилась. Давай поищем? — Это место очень далеко отсюда. — Посему ты плачешь? - мальчик на секунду коснулся моего лица. Я и не заметила. Я же должна показывать хороший пример. Дура. Малия, это ты виновата. Так и знай, паршивка. — Я скучаю по ней, - тише ответила я. Из моих глаз полились слезы. Почему мне так горько? Почему так тяжело? Почему я так скучаю по тебе, Малия? Я закрыла лицо ладошками. Я чувствую, что Алеша пододвигается ко мне. Он обнимает меня за шею. Я накланяюсь к нему и тоже обнимаю, плача ему в плечо. Я не должна этого делать. Я не должна плакать при нем. Это неправильно. К тому же от слез голова заболела еще больше. — Я думаю, что твоей подлуге не нравится, что ты глустишь. — Да, - я улыбаюсь. Малия ненавидела, когда я раскисала, - Ты прав. — Посли гулять? - предложил он. — Сейчас ведь дождь. — Ну посли спасем кого-нибудь?

***

Алеша не дал мне раскиснуть. Сегодня мы сделали много хорошего, вместо того, чтобы просто сидеть и пожирать себя изнутри. Я не думала, что в больнице можно геройствовать. Я ошибалась. Сегодня мы разговаривали и помогали одиноким пожилым людям, помогали тяжело больным и просто тем, кому нужна была помощь или тем, кто нуждался в общении. Сегодня день добрых дел. Вечером мы поужинали, я проводила его до палаты и мы попрощались. Я как раз выходила из палаты Алеши, умудрилась сбить кого-то с ног. — Ой, простите, - сказала я и собралась уже уходить. — Да нет, это вы меня простите. Я совсем не смотрю куда иду. Я подняла глаза на говорящего. Им оказался молодой парень. Высокий и подкаченный. У его необычная внешность. Необычная в хорошем смысле. Не смотря на немного близко посаженные глаза и кругловатый нос, он вполне себе симпатичный. — Ничего страшного, - я быстро улыбаюсь и хочу скорее уйти. — Я Эйдан, - говорит он мне в след. — Лидия, - отвечаю я и скрываюсь за углом. Вот пристал, а. Я залетаю в палату и закрываю дверь. Беру телефон и звоню Стилински. — Алло. — Стайлз, - боже, как я рада его слышать, - Ты где? — Я уже еду. Скоро буду, - уставшим голосом говорит он. — Я скучаю, - говорю я в пол голоса и снова начинаю плакать, вспомнив, что Малия ехала той же дорогой. — Я тоже, родная. Скоро буду. — Осторожней, ладно? — Конечно. Разговор окончен. В комнате совсем темно. Я не хочу включать свет. Я ложусь в кровать, обнимаю подушку и смотрю на огромную луну. Дождя больше нет. Она в порядке.