Аморал

Я - аморал.

Думаете, я всегда был таким?

Когда-то я был весёлым, добрым и отзывчивым. Когда-то. Да только жизнь меняет людей. Перемены коснулись и меня.

Мне тридцать лет. Я ещё молод, но чувствую, что прожил гораздо больше. Полвека, оставившие свои отметины на мне. Жизнь хорошо потрепала и изменила меня до неузнаваемости.

Если я встречаю своих одноклассников, то они не узнают меня. Они пытаются разглядеть во мне прежнего отвязного Витьку с последней парты, что плевался бумажными шариками через ручку и путал волосы Светке, того доброго Кузьмина, что безвозмездно помогал. Только тщётно, его уже больше нет. Я продолжаю юморить, веселиться, но без того, памятного по школе, задора. Ничего не осталось во мне от прежнего Вити. Он превратился в нового человека - в Виктора.

Вы спросите, кто я, и почему я изменился?

Я стал бессовестным. Хотя нет, совесть у меня всё-таки есть. Иначе бы не вёл тут монолог. Скорее, я безнравственен, я аморален.

Я не буду расписывать вам тут диалоги, я многое что забыл. Память - это такая штука, которая оставляет в голове только то, что посчитает нужным. Мозг выборочноотбирает для дальнейшего существования какие-то моменты жизни, а остальные выкидывает в дальнюю мусорную корзину. Видел как-то по телевизору яркий мультфильм: там уничтожались шарики с воспоминаниями, чтобы не захламлять память ненужной информацией. Так и у меня.

Это будет длинный и скучный монолог, вам решатьчитать его или нет, но скажу одно, история моя не выдумана, это - чистая правда.

Я вам соврал. Не был я весёлым Витей в детстве. Точнее, был, но только длялучших друзей, которых очень мало. Остальные считали изгоем. В начальных классах меня били, унижали, подкладывали пошлые рисунки, на которыхбыли нарисованы я и другая нелюбимая всеми одноклассница во всяких позах и с похабными словами. И это было всего лишь во втором классе. А что ж дальше...

Мама постоянно ходила разбираться насчёт меня. Даже если она приходила просто так, чтобы узнать мои оценки, все одноклассники, как по струнке, становились в ряд, боясь гнева матери. Но страх перед ней никак не влиял на их хорошее отношение ко мне, а лишь усугублял. Помню, как они били меня в летнем лагере при школе, а я катался по траве. И это при том, что этот лагерь находился в пятнадцати метрах от моего подъезда. За что? Уже и не помню...

Смена школы и города не исправили ситуацию. Я по-прежнему становился мишенью для нападок. Я не понимал, что не так! Почему все относились ко мне по-свински?! Я был хорош собой, я был ничтожен. Я был одновременно и высокого, и низкого мнения о себе. Знаете, как сложно мне было?

Я удивлён, что один трагический случай не убил мою психику.

В двенадцать лет на моих глазах погиб дядя, поймав белую горячку из-за своего алкоголизма. Я был один дома. За день до своей смерти он уже пытался убить себя, засунув голову в духовку. Ну, не идиот? Он мог уничтожить весь дом! Хорошо, что соседи учуяли запах и вызвали газовую службу, которая выломала дверь. А потом что? А потом он просто перерезал себе вены на сгибах обеих рук.

Я, двенадцатилетний пацан, спасал его. Перевязывал раны. Слабыми руками пытался завязать потуже, но бурая жидкость текла только сильнее.

Знаете, что самое страшное? Я был, на удивление, слишком уж спокоен. Скорее всего, это из-за моей уверенности: только в кино кто-то рядом мог умереть. В моей же жизни это нереально, ну невозможно. Но он умер. Я его убил.

Вы знаете, что нельзя давать воды человеку, который теряет кровь? Знали? Если нет, то, надеюсь, моя история вас этому научит. Он уже потерял много крови: она лилась ручьём, ванная комната и коридор были залиты красной жидкостью. Голоса временно отпустили его безумную голову, и дядя, осознав, что натворил, каким-то чудом смог вылезти из ванны и сесть в коридоре. Он звал меня, молил о помощи, просил вызвать врача. Что я и сделал. Правда не сразу. Сначала я убедился, что эта помощь реально нужна. Закидоны у него уже бывали, вдруг "чудит". Заглянув под дверь, увидел его ноги. Отворив замок, до этого я его закрыл, услышав крики дяди, вышел. А там он... Поняв, что всё серьёзно, серьёзней некуда, спокойно позвонил 03.

Но... Скорая не успела... Из-за меня. Он попросил попить, он просто попросил попить. И я, перешагнув через него на кухню, налил воды в одноразовый стаканчик.

Мой детский разум посещали очень странные мысли: мне было жалко давать кружку. Изо рта у него текла пена. Только потом узнала, что перед этим он наглотался таблеток, "не помогло". Поэтому я и дал ему пластиковый стакан. Даже, чем перевязать его раны, для меня оказалось целой дилеммой. Сначала заглянул в наш шкаф. Мне стало жалко маминых полотенец. Поэтому я пошёл в его комнату и разорвал старую белую майку советских времён.

Что-то я отхожу от темы... Мои мысли мечутся и не могут последовательно собрать воспоминания... Так вот, после этого глотка воды, который сделал сам, он... Сам, понимаете. Из него льётся кровь, а он смог поднять руку! Дядя протянул немного верх руку, взял у меня стаканчик и жадно сделал глоток. Потом ещё. До конца. Руки перевязаны и обескровлены! Но он смог. Выпив всю воду, попросил ещё. Ещё. Это были его последние слова. Несколько секунд и конец. Второй стакан он уже не взял. Я поднёс к его губам - но он не пьёт. Глаза больше не открываются. Он умер. Вода убила его, и я этому виновник...

Почему в тот день все школьные знания обошли меня стороной? Я даже про перевязку забыл... О ней мне напомнила скорая по телефону, когда я повторно позвонил туда, узнать почему же они так долго едут. Может, я и перевязывал-то неверно? Там же разное кровотечение бывает, а вдруг я вместо того, чтобы сделать повязку на рану, наложил импровизированный жгут над ней? И это тоже могло убить его. Я любил дядю, он был умным и добрым. Иногда тайком вместо сна пробирался на кухню и сидел с ним и его "друзьями". Когда-то у него была семья: жена, дочь... Но он всё пропил.

Ему ещё не было тридцати лет.

Чёрт, да мне сейчас столько, сколько ему тогда было. Как я хочу плакать, но слёз нет. Их не было и тогда. Почему я не позвал соседей? Взрослых людей. Я не смог ответить тогда на этот вопрос, не могу и сейчас. Почему я сам решал проблему, не возложив её на чужие плечи?

Я продолжаю удивляться, как мне удалось оставить здравомыслие и ясность ума после такого.

Сейчас я оставлю паузу для минуты молчания.

Так-то я повидел вокруг много пьянства. Пил отец с матерью. Он бил её. Порой, защищая мать, получал и я. Пил дед. Упал в подъезде, разбил об пол голову, но не бутылку, что нёс домой. Прямо у двери в ту же квартиру. Где умер его младший сын на моих глазах. Лежит, встать не может, но, по словам соседей, с вытекающими с головы "мозгами" всё равно тянется за своей бутылкой водки.

Алкоголизм. Зависимость. Убивает не только внутри, но и вокруг. Травит всё и всех. Пьёт один, страдают все. Оставляет осадок на всю жизнь. Свою, чужую. Бесследно не уйдёт. Аукнется кому-то. Кто-то в алкоголь уйдёт, кто-то на сухой закон пойдёт, кто-то к психиатру нервы подлечить, кто-то пьяных не потерпит, кто-то пьяным любит быть. Из-за одного человека может пострадать ни одно поколение. Не напрямую. Осадками.

Задумался что-то.Отойдём уже от этой темы.

Всю школьную пору я занимался усиленно учёбой. Приходя со школы, садился за уроки до самого вечера, а потом спать. Вы когда-нибудь возили с собой "Войну и мир" в сумке для багажа? Я возил. Я был отличником. Я был одиноким.

У меня появился маленький братик, который доставал меня своим взбалмошным характером. Пока мама работала, я следил за ним. Поэтому моя подростковая жизнь разбавилась появлением этого несносного, но любимого брата. Теперь помимо учёбы был ещё и он. Я был ему и мамой, и отцом. Я воспитывал его. Помню, как мама захотела выпить и погулять, но у меня была запланирована молодёжная дискотека. Редкость. Так мама пришла туда и вытащила меня прилюдно за шиворот. Чтобы я с братом сидел. Прилюдно, при всех. Позор. Со мной и так мало, кто дружил. Так ещё и это. Я со стыда, готов был раствориться в воздухе и больше никогда никому не показываться. Решил я влиться в коллектив, так сказать. Долго я там не появлялся, очень долго.

Ладно, хватит. Хватит слушать мои сопли, до которых мне сейчас уже нет дела.

Я изменился. Я больше не тот хороший мальчик, которого все ненавидели и которым все пользовались. Я стал плохим. Я хотел, чтобы старые школьные "друзья" это видели. Я стал гордиться собой, своим новым я. Потихоньку я набирал обороты, пока не понял, что потерял всю свою нравственность, и это мне нравилось. Я стал моральным уродом.

Женат я был дважды, у меня трое детей, и все от разных женщин. Ни этих дамочек, ни детишек я почти не вижу. Мне до них всё равно. Как же я опустился до такого?

Окончив школу, пошёл в университет, на который указала мама. На первом курсе мне не разрешено было гулять допоздна. Но я взбунтовался. Стал приходить каждый раз всё позже и позже, пока контроль за моим приходом уже перестал осуществляться. Я пил пиво со своими бывшими одноклассниками, ко мне потянулись люди. Я стал, как все. Шутил, прикалывался, флиртовал с девчонками. Однажды, переспал. На тот момент мне было уже восемнадцать лет, и я её, как мне казалось, любил. Но она попользовалась мной и уехала. Навсегда. Продолжил поиски своего счастья дальше. Поимел я Соню, Риту, Дашу, Машу, пока не встретил её, по имени Марина. Прожили мы с ней почти два года. Когда она забеременела, во мне неожиданно взыграла кровь. Молодость взяла верх над чувствами и разумом. Мы расстались задолго до рождения ребёнка. Точно не помню, но вроде мальчика. Расстались, потому что я гулял, не мог сидеть дома, и обхаживать Марину с её бесконечными запросами. С друзьями ходил на дискотеки, в бары. Изменял ей, наверное, с десятком баб, о которых она до сих пор понятия не имеет. Я веселился, а она по мере роста живота мрачнела. И в один прекрасный день Марина заявила: "Уйдёшь, и я уйду". Я ей не поверил и ушёл. Когда вернулся, её и след простыл. Я не горевал. Я лишь вздохнул. С облегчением. Теперь могу гулять, и никто уже меня не держит. Я пил каждый день, я узнал, что такое наркотики, и они пришлись мне по душе. По молодости, мог я покурить гашиш. С друзьями мы закрывались в машине. И дымили. Почти рифму придумал: а когда сидишь, кажется, то ли едешь, то ли ссышь.Узнал я про таблетки и белый порошок. И получал я удовольствие от этого, не думая ни о здоровье, ни о потраченном времени. Узнал я про секс втроём, вчетвером, пару на пару и даже однополый. Не то, чтобы узнал, я это попробовал, и мне вроде как понравилось. Не поверите, но даже проститутом был я. Ну или жигало для дам, как вам удобнее. Это было для жизненной разнообразии, чтобы скучно не было. Весело провёл я тот единственный день, да ещё и денег заработал.

Потом я встретил милую девчушку... По пьяни мы поспорили, и на "слабо" я впервые женился. Жанночка была чудной девушкой, которая родила мне красивую дочку. Но я не был бы собой, не увивайся я за каждой юбкой. Мне мало одной женщины, подавай гарем. Я изменял тайком. С другими. На работе и вне.

Пока не решил соблазнить одну из своих бывших, с которой когда-то у меня был небольшой роман. Она успела уже выскочить замуж, да и я дал себя окольцевать. Причём её муж был моим другом, а моя жена подругой ей. Но скрытность наших отношений лишь подливало масло в огонь. Встречались мы довольно долго, пока первым не узнал её муж. Потом моя жена. Нет, мы с ними не расстались, они нас не бросили, они нас любили.

Да, я - аморален до безумия. После уже известия об измене я развёл на секс сначала любовницу и её мужа, потом привлёк свою жену. Вчетвером мы вытворяли такое, что можно только увидеть во взрослом фильме, но никак в семейной жизни.

Правда, ревность взяла верх. И мы прекратили наши игры.

Со временем жена мне надоела, я стал с ней ругаться. Я бросил её, или она меня. Уже и не помню.

Нашёл я, наконец, хорошую работу с высоким заработком. И новую жену, которая случайно залетела от меня. Сара довольно грубая особа, благодаря ей я получил ожоги и порезы на руках, побои на теле и многое другое. Этакая бой-баба! Я боялся сказать лишнее слово, я не мог понять, что же меня привлекло к ней изначально. Но было уже поздно. Я жил с ней. Я пытался вернуться к Жанне, но она меня уже не принимала. Я был подавлен. Теперь мне сложно было выйти на улицу просто так, как раньше.

Но вы думаете что я не изменял? Вы плохо меня знаете! Я не могу иметь одну юбку рядом, мне нравятся все фасоны. Я хочу "примерить" каждое мини, макси и миди. Благодаря работе на машине разъезжал по другим красавицам. Мне становилось легче, спокойнее на душе. Точнее, не на душе, а в другом месте. Я просто тешил своё самолюбие. Совесть иногда просыпалась и грызла меня, но я ничего не мог с собой поделать. Ничего.

Я красив, обеспечен и молод, но безнравственен и аморален. Никто и ничто не сможет меня изменить. Все ваши попытки пойдут прахом. И лишь пепел вашего благочестия пролетит над моей головой, не задевая меня.

Вы ждёте конца истории моей? Её нет. Я ещё жив и дышу. Я также провожу экскурсии по красивым местам женского тела. Но я как будто скис, я продолжаю флиртовать, но уже без интереса, я всех тащу в постель, но без того трепетного чувства, как раньше. Я делаю это на автомате, потому что я - это я. На меня также западают девушки. Но я уже не тот молодой веселый парень, который мог вылезти из машины на ходу и орать на всю улицу.

Я спокойный, уравновешенный человек.

Со своими чертями и бесами.

Я - аморал.