2

Отловом и адаптацией попаданцев Центр Колдовства занимался не так давно. Раньше появления странников спрогнозировать было невозможно, технологии противодействовали паранормальному. Сейчас наконец-то все направления и взгляды объединились воедино. Первым большим изменением стало создание интерактивной карты течения «паутины» — энергетически-магических потоков. Сначала этим занимались люди со способностями вроде Сергея, потом появилась профессия магидезиста. Они исследовали и корректировали паутину, расставляли заколдованные зеркала-датчики для отслеживания изменений в потоках. А дальше на помощь пришли партнеры из SCP фонда, у них совместно с айтишниками быстродействие получше, чем в ЦИРКе. Сошлись на том, что артефакты, паранормальные предметы и прочее имущество, которое переносит в наш мир народ, будут забирать они, а сами прибывшие на ответственности колдунов.

— В прошлый раз они что забрали? — спросил Сергей, поглядывая на пса на переднем сиденьи, — Три магических ключа. А в позапрошлый? Ритуальную чашу. А до этого? — он отнял правую руку от руля и отпустил щелбан болтающейся ароматизированной ёлочке, — Псиной воняет, постирать бы тебя.

— Рули давай, не твоего рядового ума дела что и зачем они забирают, — проворчал Тиран.

«Говорящая собака это нечто» — усмехнулся Сергей. Так-то оно так, не его дело. Только вот родители учили его думать, а способность видеть паутину, воспитала понимание причинно-следственных связей.

Черный внедорожник уверенно ехал по узкой лесной дороге. В багажнике что-то раздражающе тарахтело, а торчащие от деревьев ветви безжалостно царапали лакированное покрытие автомобиля. Впереди показалась уже позеленевшая полянка и деревянный, слегка покосившийся домик.

— Оперативно, — пробубнил Сергей, выходя из машины и протягивая руку худощавому мужчине в очках.

Тот приветственно кивнул и указал на большой камень под раскидистой яблоней.

— Надгробие? И что, забирать будете? Ваши в доме? — спросил Сергей и огляделся.

Обычно из SCP присылают три-четыре человека и пару машин. Сейчас на полянке только черный Патриот. Деловито подошел Тиран, вжившись в роль породистой собаки. Он вытянул мордочку, принюхиваясь, и громко, визгливо залаял на мужчину в очках. Тот не реагировал в ответ, лишь как-то снисходительно, сверху-вниз, смотрел на коловершу в образе собаки. «Рррргав! Ррряв! Ррррргггрр!» — переходил на рык Тиран, медленно продвигаясь поближе к черной штанине незнакомца. И намерения его были совсем недружелюбными.

— Харе, Тиран! — Сергей схватил его на руки и отвернулся от раздражителя, — ты что делаешь, нам всыпят по первое, — тревожно прошептал он.

— Он, — дергая носом и сцепив зубы ответил напарник, — пахнет как та девка!

— Какая девка? Что ты несешь? — прошипел Сергей, но по телу прошла неудержимая волна дрожи.

Он резко обернулся, натягивая вежливую улыбку-оскал на лицо. И не увидел никого. Мужчина в очках испарился. Сергей поставил Тирана на землю и тот неистово забегал кругами по поляне, словно он действительно собака, которую к тому же давно не выгуливали.

— Нету! — с одышкой кричал напарник, — Идиот! Идиот!

На том самом месте, где стоял человек, даже трава не была примята. «Посмотреть потоки?» — подумал Сергей, но Тиран уже что-то исследовал возле дома, а без присмотра погружаться в транс не лучшая идея. Спокойным прогулочным шагом он пошел к напарнику. В их работе чего только не случается, особенного когда задания с SCP фондом или их партнерами.

— Ну и что ты тут ищешь? Он был вообще? Мужик этот... Или привиделось? Давай паутину посмотрю, может следы магии?

Толстая подошва кроссовок вмялась в мягкую после дождя землю. Подул холодный ветер, стало зябко.

— Давай замолчишь и будешь свою работу делать, а?! — рявкнул Тиран.

Сергей поджал губы и промолчал. Он наклонился, потрогал деревянные ступени крыльца, собираясь присесть. Хотя, глупая, конечно, идея сидеть здесь когда есть машина. Внутри дома что-то скрипнуло. В окне, через серые от времени занавески, мелькнула тень. Показалось? Сергей поднялся к двери. «Ток, ток, ток» — глухо откликнулось пустое крыльцо. «Надо найти зеркала» — подумал он, вспоминая о цели визита, и постучал. Посыпалась потрескавшаяся краска. Пока Сергей разглядывал паутину под крышей крыльца, напарник вернулся в свой естественный облик и по-кошачьи бесшумно пронырнул под его ногами.

— Безопасносссть, — прошипел снизу Тиран.

Каждый сотрудник ЦИРКа носил три мешочка с разным содержимым. Один — с морской солью и травами, для нейтрализации черной магии, другой — с землей и каплями своей крови, для усиления заклинаний, третий — с сушеной шкуркой лягушки и восковой фигуркой, для скрытности. Сзади послышалось рокотание моторов и Сергей обернулся. Вдалеке осторожно, стараясь не сесть на пузо на неровной дороге, тащится легковушка, а за ней микроавтобус. Вот теперь точно ОУС-ники едут за своими артефактами. Не медля, он залез за пазуху и достал щепотку земли. Бросил на дверь, стараясь распылить посильнее. За спиной недовольно кряхтел Тиран сидя на перилах крыльца.

«То, что вверху, подобно тому, что внизу» — прошептал Сергей. Указательным пальцем правой руки он начертил треугольник вершиной к небу, а левой — вершиной к земле, потом по окружности поменял пальцы. Получилась незримая для глаза, но наполненная магическим смыслом гексаграмма в круге. Бормоча заклинание очищения, он сделал пасс руками, надавил на дверь и она распахнулась.

Всё внутри покрыто тонкими, слегка поблескивающими нитями паутины. Давно сюда никто не приходил. Налево небольшая комнатушка со всяким хламом: поломанными деревянными стульями, железяками, граблями, лопатами, стоит сервант с битой посудой.

— Ты головой думаешь, когда делаешь что-то? — просипел Тиран старушечьим, но достаточно низким голосом.

— Да что не так-то? — огрызнулся Сергей.

— В чужие дома заходить только с правой, а ты с левой зашел, бестолочь.

«Снова?» — нахмурился он, стараясь восстановить в памяти картину. Ладно из своего дома выйти с левой, но второй раз за день на те же грабли... Ну не мог он! Эти действия отработаны до автоматизма: сплюнуть через левое, три раза по дереву, если дурное подумал или сказал; посмотреть в зеркало и показать язык если вернулся, забыв что дома; не свистеть в помещениях; присесть перед дальней поездкой. Не мог он такую оплошность допустить. Это не привычки, это образ жизни, подсознательная память действий!

Из дома дохнуло затхлостью, тоской старых вещей. Поджав губы, Сергей пошел внутрь. Прямо взгляд упёрся в печь, небеленую, с перистыми черными факелами от горевших когда-то дров. Не холодно, будто недавно протопили. Налево кухня, направо зал с большим стеллажом с книгами. На просевшем с одной стороны полу линолеум, постелен неровно, с бугорками. Небольшие окна, тоже под углом. Видать, брусчатый дом от времени перекосило. В комнате висят темно-коричневые шторы, из-за них виднеются аккуратные ажурные гардины, прикрывающие уродливые окна-глазницы. На улице, совсем рядом небольшой заборчик с каким-то горшком на одной из вертикальных палок. Странно, снаружи его незаметно. У стены стоит средних размеров красный обтрепанный диван, продавленный в нескольких местах. На нём ворох грязных тряпок.

В углу, чуть поодаль от дивана, рядом с окнами с облупившимися рамами и битыми внешними стеклами, стоит высокое зеркало, накрытое белой тканью. Сергей медленно подошел к нему. Доски под линолеумом скрипели, реагируя на твердые шаги. Едва он собрался скинуть тряпку, как снизу, будто бы из-под пола, донесся стук. Ровный, уверенный, целенаправленный.

— Тиран, — прошептал Сергей и замер, — ты где?

Напарник не отзывался. Снаружи послышались голоса. Стало спокойнее. Значит, команда ОУС приехала и готовится встречать попаданца. Они обычно прибывают за десять-пятнадцать минут до появления. Если не открыть зеркало, то улетит странник неизвестно куда. Но зачем его закрыли? Все, кто относится к колдовству, знают, что это прерывает течение энергии и магических потоков. Он протянул руку и скинул ткань на грязный пол. Поверхность зеркала заполнена насыщенными черными пятнами, живыми, ползающими по отражающей плоскости.

«Чёрт!» — выругался Сергей и наклонился за тканью. Чёрт, чёрт, чёрт!!! Ноги его будто прилипли к полу, он не мог ступить и шага вперед.

— Тиран! — крикнул он, оперся на пыльный пол рукой и постарался дотянуться до ткани, — Тиран, сюда!!!

Голоса снаружи как ни в чем не бывало продолжали переговариваться, словно его никто не слышал. И назло, ткань упала за зеркало, будто её кто-то специально отодвинул подальше. Указательным пальцем он всё же сумел подтянуть тряпку к себе. Выпрямившись, он встряхнул белую ткань, развернув во весь рост, и собрался накинуть на зеркало. Но она зацепилась за что-то снизу. Сергей попытался дернуть, поднимая руки насколько возможно высоко. Он всё еще не мог шагнуть ни в сторону, ни назад. Рассердившись, намотал часть тряпки на кулак и потянул. Послышался треск и широкая белая ткань разорвалась, оставляя только небольшой кусочек в ладонях.

— Да что такое! — в сердцах крикнул он.

Внизу, прямо рядом с его ногами линолеум оказался разодран, вернее, больше похоже на то, что порезан. Ровно, аккуратно. И сквозь эту узкую щель не видно ничего, кроме всепоглощающей темноты. Сергей раздул ноздри, скривился. Сердце неистово колотило по грудной клетке, будто перескакивая из одного места в другое. Зеркало становилось всё темнее, черные пятна расползались как мороз по поверхности озера в ускоренной съемке. И, кажется, в еще отражающей его части виднелись чьи-то глаза... Он пытался дергать ногами, пробовал поднять их, но в итоге только сгибал в коленях, а от пола не отрывал.

— Да брось ты! Отстань! — Серегей потянулся к зеркалу, чтобы разбить его, — Отстань, я не хочу дурного, мы пришли попаданца спасти!

Снизу, из-под пола, откуда был стук, послышался непонятный набор звуков. Вопль, кошачье шипение, звук бьющихся банок, десяток стуков в разных направлениях, снова крик, какой-то сдавленный, больше похожий на боевой клич. После пары минут этой активной какофонии пришла звенящая тишина, сквозь которую продралось медвежье сопение.

— Иди! — услышал он знакомый голос и выдохнул.

Ступни отлипли от пола. «Что бы я без него делал» — подумал Сергей, осознавая собственную, человеческую беспомощность. Хорошо, что в ЦИРКе все работают в парах. Скольких несчастных случаев удается избежать благодаря этому.

Большими поспешными шагами он вышел на улицу. На крыльце сидел Тиран. Его черная шерстка стала грязной, скомканной. Прищуренные глаза будто не могли раскрыться шире, а уши не торчали, как обычно, а вяло болтались. Поджав губы, Сергей молча благодарственно кивнул. Он уже понял, в чем было дело. Местный домовой из-за того, что к нему пришли со злыми намерениями, а шаг в жилище с левой ноги именно это и означает, решил обороняться и всячески им мешать.

— Но они не могут зеркала чернить, — задумался Сергей, вглядываясь в суету под деревом, — что происходит?

Приехавшие сотрудники фонда ОУС окружили тот самый камень, на который ему указал исчезнувший мужчина в очках. Сергей повернулся к напарнику, но того уже не было на прежнем месте. Наверное, метнулся к остальным, надо разобраться что там.

Ноги всё ещё ощущались ватными, он потрусил каждой поочередно, сбрасывая напряжение. Под яблоней с широкими ветвями в разные стороны, беспокойно бегали сотрудники SCP фонда с магическими зонтами, ими они удерживали и оберегали объекты. Обычно прибывшего окружают вместе с предметом, при помощи которого он переместился. Дальше человеком занимаются колдуны, а артефактом ОУС-ники.

— Что у вас? — крикнул Сергей парням в серых плащах, но ответа не получил.

За каждого попаданца надо отчитываться. Данные начальству передавать. Они что, собираются от него скрыть информацию? Сергей нахмурился и огляделся. Тирана не видать. Крайне странное поведение у него сегодня...

— Да что там у вас? — сказал он и подошел ближе.

Ребята из партнерской организации сопротивляться не стали. Видать, у самих начальство не сахар, понимают как живётся рядовым сотрудникам. «Сам напросился» — услышал он тихое от одного из них. «У колдунов нервы нормальные, и не такое видали» — прошептал другой в ответ. «Это же его...» — вполголоса начал третий. Серые плащи расступились, но зонты расположили плотнее, ближе. Следующий шаг дался Сергею с трудом, ему наконец-то открылось то, что заботливо скрывали от него ОУС-ники. Ноги снова стали ватные. Не успел оправиться от одного потрясения, как тут... Нет. Невозможно. Как это могло быть? Никак. Только что видел его. Только что. «Тиран» — прошептал Сергей и опустился на колени, закрыв лицо руками.

— Тиран... — повторил и на четвереньках пополз ближе к камню.

— Тиран, нет, нет, нет, — мотая головой бормотал Сергей.

Джинсы измазались в грязи, влажная трава скользила по ткани. Пахло омерзительно, кисло, до тошноты. Серые плащи устрашающими призраками нависали вокруг.

— Дружище, ты чего, брось, не надо, — взмолился Сергей и погладил напарника по гладкой шерстке, — ты не можешь, не можешь...

Он поднял голову, но ОУС-ники отводили глаза. Сдавленный хрип Тирана разрезал душу на миллионы осколков, заставлял безудержно трястись всем телом.

— Ты же дышишь, да? — безумно произнес Сергей, — Коловерши не умирают, я знаю, я читал инструкцию.

Он бережно приложил ухо к маленькой груди Тирана и услышал треск, похожий на то, как рвалась ткань в доме. Слабенькие вдохи, едва различимое биение сердца. Боковым зрением рядом увидел что-то белое. Кусок ткани или бумажку. Протянул руку... Влажная от травы записка с расплывшимся синим текстом: «Не играй в спасителя, Серёжа». Что за чёрт? Перед глазами размытые пятна, очертания чужой квартиры, пакет с пакетами... Погладив напарника по переносице, он прошептал «я разберусь» и резко встал.

— Кто? — крикнул он серым плащам, толкая со всей силы одного из них, — Кто из вас?! — их круг становился менее плотным.

Один попытался его успокоить, схватил за плечи, глядя в глаза ровным тоном объяснил, что они прибыли на всплеск энергии, рядовая ситуация. Но Тиран уже был в этом состоянии. И как будто бы давно, его рана успела затянуться, сейчас заживляются внутренние органы.

— Да как так-то? — Сергей вырвался, отошел к яблоне.

Он протянул руку и облокотился на дерево, опустив голову. Жесткая гладкая кора. Прикрыл глаза. Пахнет надвигающимся дождем. «Что значит не играть в спасителя?» — подумал и сцепил зубы.

— Зеркало... — пробормотал и стремительно побежал в перекосившийся дом.

На крыльце замер. Как Тиран помог с домовым если был в таком состоянии? Что-то запуталось. Очень сильно. Сергей отвернулся от двери и сделал глубокий вдох. С резким выдохом, опустил руки и открыл глаза. Звуки суетившихся серых плащей из SCP фонда сделались громче, четче. Они собирались уезжать, думали что делать с Тираном, забрать с собой или оставить лекарям ЦИРКа. Сергей выровнял дыхание, успокоил сердечный ритм. Слова, шелест листвы, скрип внутренних дверей дома растворились, звуки сделались глухими. Вместе с этим стали проявляться энергетические нити. Здесь они ярче, насыщеннее. Синие, зеленые, желтые и красные. Сначала их порядок был неразличим, непонятен. Линий становилось всё больше. Появились черные, фиолетовые, темно-синие — магические. Затем белые — трудноуловимые, отвечающие за жизненную энергию. Когда возникли последние, светло-голубые, обозначающие время, искрящиеся, будто пунктирные, Сергей перестал всматриваться и огляделся.

Всё оказалось перемешанным, спутанным, непонятным. Нити событий связаны с магическими, белые с зелеными и так неряшливо, неаккуратно. Нет, сегодняшний день точно был неправильным, ненастоящим, словно Франкенштейн, собранный из разных кусочков. Какая-то загадка, которую нужно разгадать как можно быстрее. Он оглянулся и посмотрел на тело Тирана, толстая белая нить тянется к нему, значит жив и будет жить. Уже хорошо.

«Не играй в спасителя, Серёжа» — послышался шепот совсем рядом. Никого. Никого, черт побери.

— Что это значит?! — мысленно крикнул он, — Я не понимаю! Не понимаю!!! — и спокойнее, осторожно, — Кто... ты?

Подул ветер. Он не чувствовал его, но увидел, как затрепыхались энергетические нити, переплетаясь друг с другом. Неряшливо завязанные узелки-бантики стали развязываться один за другим. Сначала медленно, затем быстрее, еще быстрее. Белые, светло-синие, фиолетовые и все другие нити вмиг оказались оборванными. Они трепыхались как ковыль на ветру, сверху и снизу. Сергей решил мыслено пройти в дом, продвинулся только через дверь, к печке и обернулся. Посмотрел на себя. И увидел, как он, словно то зеркало в зале заброшенного дома, покрывается черными пятнами. Со лба и вниз, дальше к земле. Черная фигура покрылась серыми трещинами и разбилась словно фарфоровая кукла. Каждый осколок имел свою, тоненькую черную нить. Все они вели куда-то ввысь.

Жуткое зрелище не давало сохранить трезвость рассудка, он пытался кричать, но даже мысленно ничего не получалось. Его нет. Его тела нет. Куда ему возвращаться? Осколки отделялись друг от друга всё дальше на своих веревках, ведомых кем-то свыше. Куда... куда они? Он попытался представить, как все частицы соединяются воедино и он оживает, но ничего не менялось.

«Играть с вами так весело» — снова раздался шепот.

— Играть?! Это для тебя игра?! Тиран мог умереть!

«Ты знаешь, что не мог»

— Знаю, но так... так нельзя с живыми, нельзя!

«А как можно? Спасать тех, кто не хочет жить?»

— Я! Хочу! Жить!

«Живи!» — вместо шёпота раздался звонкий женский голос и повторил еще громче: «Живи!».

Снова подул ветер. Сильный. Мощный. Такой, что будь они на море, волны бы достигали десятка метров. Поднялась пыль. А может это рвались энергетические нити на мелкие частицы. Сергей потерял хоть какое-то понимание происходящего. Он смотрел то вправо, то влево, вперед и назад. Всё слилось в единый разноцветный поток. И вдруг мгновенно всё замерло. Остановилось. Будто поставили на паузу. Паутина стала принимать свои более привычные очертания, сначала появились едва заметные ровные линии, серенькие, будто только родившиеся. Затем они стали приобретать цвета. Те самые, привычные, как всегда, как раньше. На том месте, где только что были черные осколки его тела, держащиеся на ниточках, проступили очертания. Свежие, человеческие. Появилась его мастерка, простенькие джинсы, кроссовки. Лицо сначала было размытым пятном, но затем проступили карие глаза, черные брови, неаккуратная щетина. Это он. Целенький, живехонький, как и был. Сергей сфокусировался на самом себе и мысленно хлопнул в ладони.

Дождь затарабанил по крыше старенького заброшенного дома. Капли шелестели, разбиваясь о ветви деревьев в лесу рядышком. Настойчиво стрекотала какая-то птица в глубине чащи. Свежо, даже прохладно. По телу пробежались мурашки. Вверх-вниз, вниз-вверх. Сергей потер глаза и подумал, что в преследовавшей его фразе всё-таки имелся важный, особенный для него смысл. Есть такая исключительная черта характера в их семье — помогать тем, кому не нужна помощь. Его мама всегда говорила отцу, что тот играет в спасителя, пытается тащить ошибки других на своей шее. В детстве. Это было в далеком, глубоком детстве. Сергей усмехнулся. И посмотрел под яблоню. Ничего не изменилось. Серые плащи кругом стоят рядом с большим камнем. Переговариваются, перешептываются.

«От кукловода не идут нити» — раздался шепот и Сергей всё понял.