Часть Ⅴ

Чимин пытается выбрать песню, которая будет играть на заднем плане в новом видео, когда в дверь звонят. Он старается не замечать назойливого звонка, ожидая, когда уже Юнги откроет дверь. Но потом он вспоминает, что хен еще в обед ушел в студию, работать над рисунком для студенческой выставки, и ругается.

Предварительно сохранив отмонтированный кусок видео еще раз на всякий случай, он встает из-за стола и идет открывать дверь.

На пороге с пакетом в руках стоит Тэхен и по-идиотски улыбается. (На самом деле, Тэхен нормально улыбается, просто Чимин немного раздражен из-за того, что тот его отвлек от работы.)

— Хосок пригласил меня на свидание, — поясняет он свой внезапный визит Чимину, проходя в квартиру. — Юнги-хен?

— Его нет, — Чимин мотает головой и уходит обратно в комнату. Он закрывает программу и выключает компьютер, потому что он все равно сейчас ничего не будет делать, а зная Тэхена, к монтированию он вернется, скорее всего, даже не сегодня.

— Ну ладно, нам больше достанется, — Тэхен проходит в комнату в куртке, проигнорировав, конечно же, вешалку при входе. Ким сбрасывает куртку на пол и ставит пакет на стол. Чимин слышит звон стекла. — Меня Хосок пригласил на свидание, — повторяет Тэхен, но Чимин все еще смотрит на него, приподняв бровь. — Наконец-то.

— А, ну, да, соджу нам, да, — до Пака все же доходит, почему Тэхен так улыбается, и зачем он притащил выпивку. Это ведь Хосок, и он пригласил Тэхена на свидание, конечно.

Чимин понимает, что Киму пора прекращать пить, когда тот в сотый раз говорит «ямочка, Чимин, у него такая ямочка, иисус», а его глаза лихорадочно блестят, и, кажется, он немного возбужден. Чимин рад за друга, ведь парень, который ему нравится, — сколько? — полгода, пригласил на свидание, но слушать «такие ямочки, ЧимЧим» и «я думаю, что он солнце, знаешь, ведь мне так хорошо, когда он улыбается» уже немного поднадоело.

— Про Юнги-хена ты постоянно говоришь, и я ведь ничего против не имею, — дует губы Тэхен, когда Чимин просит его поговорить о чем-нибудь, что не глаза Хосока, или губы Хосока, или смех Хосока, что не Хосок.

— Да когда я о нем говорил? — возмущается Пак.

— А о ком еще ты говоришь тогда? — Тэхен делает глоток из рюмки и чешет левый глаз. — «Ему нравится мой смех, он сказал, что у меня невероятные глаза, его поддержка делает меня счастливым», — подражая голосу Чимина, если, конечно, попытка сделать свой бас звонким можно считать за эту попытку, говорит Тэхен.

— Но я говорил не про Юнги-хена, — хмурится Чимин. — Я говорил про-

— Хорошего_парня, да, знаю, — перебивает его Ким, взмахнув рукой. Он садится прямо, подбирая под себя ноги, и тянет руки к стопке. — Ай, — вскрикивает он, когда Чимин стукает ему по руке.

— Хватит уже пить!

Тэхен на это то ли фыркает, то ли рычит, Чимин не понимает.

— Твой хороший_парень на самом деле Юнги-хен, ты разве еще не понял, дурака кусок? Это же очевидно!

— Да с чего ты взял? — не понимает Чимин, хмурясь. Тэхен цокает.

Иногда Тэхен поражается Чимину. Как можно быть таким слепым дураком?

— Юнги-хен единственный, кто всегда знает, когда ты выкладываешь видео, верно? — Тэхен смотрит пристально, и Чимин чувствует себя кроликом в плену удава. Пак кивает, когда Тэхен от нетерпения прокашливается. — Хороший_парень всегда оставляет комментарий первым, верно? — Чимин снова кивает. — И ты все еще думаешь, что хен не хороший_парень? — бровь Кима дергается вверх и скрывается за русой челкой.

— А ты не думаешь, что у него просто стоят уведомления на меня? — Чимин скрещивает руки на груди, наблюдая за другом. Тот вновь цокает.

— А, то есть ты думаешь, что у него стояли уведомления на пустой канал? Иначе как тогда он был первым, кто оставил комментарий под первым видео?

— Ну, — тянет Пак, — ладно, — он фыркает. Спорить с Тэхеном бессмысленно, Чимин это прекрасное понимает. — Но мы же не знаем, когда именно он его написал. Время нельзя узнать, верно? — Чимин видит, как лицо Тэхена из раздражительного становится супер-раздражительным.

— Хорошо, — сквозь зубы говорит тот. — Допустим, ты прав, — он кивает. — Но зная хена, а ты его хорошо знаешь, тебе не кажется, что он тот человек, который в глаза правды не скажет. И я сейчас говорю не про тот тип людей, которые в глаза улыбнутся и сделают комплимент, а за спиной обольют грязью. Юнги-хен в лицо просто боится сказать, как он к тебе относится, а хороший_парень тот, кто может тебе сказать многое, о чем сам хен промолчит, — Тэхен говорит тихо, делясь своими мыслями, которые, пускай и не подкреплены прямыми доказательствами, но все же звучат как правда. Ким лишь может надеяться, что Чимин, может, и не поверит ему до конца, но хотя бы начнет размышлять об этом. Потому что Тэхен уверен в том, что говорит, он знает это наверняка.

Чимин поджимает губы, отползая от друга. Он опирается спиной о кровать и вздыхает.

Слова Тэхена назойливым червячком проникают в самую глубь сознания Чимина, заставляя думать об этом. И Чимин боится. Но он не уверен, чего именно. Того, что слова Тэхена могут оказаться правдой, или того, что тот все навыдумывал, и Юнги-хен здесь вовсе ни при чем?

— А глаза у Хосока такие красивые, — вздыхает Тэхен и улыбается. И Чимин соглашается, мысленно заменяя Хосока на Юнги, конечно же, случайно.