Глава 14. Самолет

Через полчаса мы уже сидели в частном самолете Макса и были на пути к священному городу. Этот самолет отличался от моих представлений. Салон был небольших размеров и не ограждался от пилотской кабины. Таким образом все летящие могли беспрепятственно подойти к пилоту, а он без усилий мог попросить подменить его. В конце салона находилась лавочка на которой сейчас располагались все кроме меня с Максом. Изначально пилотом вызвалась Авелина, но владелец самолета напрочь отказался припомнив девушке случай, когда она решила поуправлять вертолетом. Как я понял, тогда все закончилось не очень оптимистично, но я позабавился ее поведением, переходящим из энтузиазно-запального, в озарно-обидчивое. Серафим придерживался точки зрения Макса и уже вместе они отговорили дизонтовку, поэтому Авелине пришлось пройти в салон самолета и уснуть на коленях Анжелики. Хранительница незадолго до посадки пошатнулась, потеряв сознание, а придя в себя, и сказала, что мелдрафовцы уже признали пропажу и вылетели из города. Она это могла почувствовать только в случае, если ее тоже объявили в розыск. Ангелы всегда играют по правилам и чести. Прошло уже какое-то время, но Анжелика все еще чувствовала слабость, поэтому последовала примеру подопечной и по-прежнему находясь в сидячей позе, также впала в сонное забвение. Серафим остался с ними.

Пилотировал Макс, а я сел по бок от него, на соседнее сидение.

— Ты когда-то летал? — спросил он меня, не отрывая взгляда от пути.

— Ни разу, — отрезал я, — Если ты дизонтовец, тебе просто-напросто некуда лететь, всюду проще добраться пешком.

— А если далеко идти?

— Такого не бывает. Дизонта место со своим потоком времени и длинный путь она сделает быстрым. Есть и желающие не использовать этой особенности города, но и для них время в пути скоротечно, если не пожелать обратного.

— Ну и местечко. Так Авелина там теперь всегда будет?

— Не всегда... но если справиться с последним испытанием, то не меньше сотни лет.

Макс присвистнул.

— Тогда у меня никаких шансов, — с досадой ответил он.

Я удивленно перевел на него взгляд. Парень рассмеялся.

— Я ведь делал ей предложение...— неохотно протянул он, — Но она... К ней нужен подход, обстоятельства. Я выбрал не то место и не то время. Потом мы особо не виделись. А теперь то и не будем, — он тяжело вздохнул, и на некое время повисло молчание, — Хочешь попробовать? — он кинул на меня мимолетный взгляд и указал на штурвал.

Я недоверчиво покосился на устройство. Я то и машины не водил.

— Ты житель Лифиндии, так ведь наш мир называете?

— Я не ее житель, — отрезал я.

— Но ты не полноценный дизонтовец. Значит часть нашего мира. Учись. А то я в десять тебя основам жизни нормального ребенка учил, теперь бы тебе и взрослому поучиться.

Я все так же недоверчиво косился то на парня, то на штурвал.

— Не дрейфь. Я поставлю на автопилот, а там помогу тебе.

— Ну... хорошо.

Макс что-то переклацнул и мы стали меняться сидениям. Он вкратце объяснил, что к чему, и я, последовав указаниям, уже сам вел самолет. Это оказалось не так сложно, как мне изначально представлялось, но и не так уж легко. Конечно, такая непринужденность достигалась только неотрывным контролем со стороны лифиндца.

Несколько минут мы провели в сосредоточенной тишине, прерывающейся только указаниями Макса. Не отрывая взгляда от дороги, спросил:

— Как давно вы знакомы?

— С детства, — утвердившись в том, что я справляюсь, Макс продолжал неотрывно следить за дорогой впереди, — Мы были в Индии, когда познакомились. Мои родители искали новинки для своего дела. У них своя сеть ресторанов, и они решили внести новизны за счет индийской остринки. Подожди, тут на право. Мы всегда имели возможность прокатиться по миру, поэтому я, пожалуй, обязан им этим "хобби". В будущем часто мы брали с собой и Авелину... — он задумчиво откинулся на спинку своего сидения, и на какое-то время затих, — Семья Авелины в то время просто путешествовала. Мне тогда было восемь, а ей почти шесть, то есть это было... — он призадумался, — ого, двадцать лет назад! Позднее выяснилось, что мы живем в одном городе, поэтому родители продолжили общаться, соответственно и мы. Каждую неделю как минимум, наверное. По окончанию школ мы пошли в один университет, но на разные факультеты, поэтому иногда засиживались долго в библиотеке... В общем, это долгая дружба.

Я вздохнул. Авелина должна стать правительницей Дизонты, тут без вариантов, но это не значит, что ее не будет тяготить прошлое. Здесь ее воспоминания и жизнь, которую она может потерять. Которую уже потеряла.

Поймав себя на сторонней мысли, я решил, что лучше бы прикрыть свой пилотский опыт. Мы вновь поменялись местами.

— Ты держался молодцом, — он весело посмотрел на меня, но в улыбке крылась недосказанная грусть.

— У тебя еще есть время, чтоб с ней попрощаться, — негромко сказал я, оглядываясь. Девушки все так же спали, укрытые пледами, а Серафим непрерывно следил за ними.

— Знаю, — вздохнул он, — Я хотел поблагодарить за то, что позаботился об Авелине, несмотря на то, что вы... бывшие конкуренты, верно? — я кивнул, — Я понимаю, что это был тяжелый выбор... — он не поворачиваясь, дружески похлопал меня по плечу. Меня пробрало чувство вины, осадочное от сотворенного, но, наверное, то, что не скоро покинет меня. В этом было что-то новое. Но и относительно самого Макса я тоже чувствовал вину.

— Как ты тогда ушел? — прошептал я.

Уголки его губ приподнялись.

— Я быстро бегаю, — сказал он, улыбаясь шире, — Кстати, Авелину позабавила история про мальчика из леса.

Я откинулся на спинку, смотря в белый металлический верх салона.

— Она ведь тебе нравится, не так ли?

Этот вопрос застал меня врасплох. Макс по-прежнему неотрывно смотрел вперед, значит все было настолько очевидно?

— У тебя все на лбу написано, — подтвердил мои догадки он, — Твои взгляды, забота, так что прошу, присмотри за ней, — Я впал в недоумение, из-за чего Макс продолжил мысль, — Если ее место теперь в Дизонте, оставляю эту порой вспыльчивую розу под твою защиту, — он выдал смешок.

— Хорошо, — сказал я с хрипотцой в голосе. И тогда повисло беспрерывное молчание.