Лила Адлер 2. Глава 6

В здании было прохладно и пахло хлоркой. Лила сидела на старой медицинской кушетке, приставленной к стене больничного коридора вместо скамьи. Под кушеткой лежал ранец и туристический рюкзак с книгами. Тани в пределах видимости не было.

Лила не знала, сколько прошло времени с тех пор, как ее инструкторша взяла с собой спортивную сумку и отправилась «рвать капусту», заручившись у своей подопечной согласием ждать ее возвращения и сторожить остальные книги.

Унылая обстановка действовала на Лилу удручающе. Мало того, что ей приходилось сидеть на старой кушетке, словно в ожидании врача (что само по себе уже было очень неуютно), так еще и, как назло, кушетка эта располагалась прямо напротив двери кабинета заведующего хирургическим отделением! Лила догадывалась, что сторожить книги под дверями завотделением было крайне неудачным решением, и от этого ей еще сильнее хотелось покинуть свой пост.

И вообще! Это несправедливо! Почему Лила должна сидеть тут, как сторожевой пес, вместо того чтобы самой продавать книги?! В конце концов, она сторожем не нанималась!

По правде говоря, продавать книги в унылой больнице Лиле не хотелось. Она бы лучше сейчас выбралась на улицу – там знатно распогодилось! После плотного завтрака ей хотелось посидеть на лавочке под теплыми лучами солнца – а еще лучше вздремнуть...

Лила даже начала планировать свой путь к отступлению, вспоминая, как она здесь очутилась. А вспомнить было трудно, потому что всю дорогу она отдувалась и пыхтела, проклиная все на свете, и думала только о том, чтобы поскорее бросить где-нибудь тяжеленную сумку с книгами.

Итак, сначала они с Таней зашли в поликлинику. Потом Таня провела Лилу через ряды людей, стоявших в очередях: одни ждали свой черед у окна регистратуры, другие переминались с ноги на ногу возле кабинета сбора анализов... У них в руках еще были баночки, содержимое которых Лила старалась не разглядывать. Потом был длинный коридор с людьми, стоявшими в очереди на прием к разным врачам... Да, точно! А после этого коридора Таня утянула Лилу вместе с тяжелой сумкой в служебный вход. Затем – в лифт... Кажется, из лифта они пошли налево. Так Лила и оказалась в стационаре хирургического отделения больницы. Значит, чтобы выбраться на улицу, нужно сначала пойти к лифту, потом найти служебный вход, и...

— Перевязка! — Раздался чей-то тонкий женский голос.

Лила вздрогнула. Она уставилась в дальний конец коридора и увидела молодую женщину – должно быть, это была медсестра. Она шла по коридору к Лиле, время от времени выкрикивая:

— Перевязка! Перевязка!

Лила сжалась. Мимо нее уже несколько раз проходили люди в белых халатах, и она каждый раз опасалась, что ей начнут задавать неудобные вопросы. К счастью, люди в халатах просто молча проходили мимо. Но эта медсестра направлялась прямиком к Лиле и смотрела прямо на нее! Она наверняка спросит, что Лила тут делает – что ей ответить?..

Двери палат в дальнем конце коридора начали открываться, и оттуда стали выходить люди в домашних халатах и в спортивном трико. Они вяло передвигались по коридору следом за медсестрой, шаркая тапочками, отчего напоминали Лиле не то дедушку, не то зомби.

Медсестра подошла к кушетке, на которой сидела Лила, и остановилась, как вкопанная, ища что-то в карманах своего халата. Лила почувствовала, как у нее холодеют руки, и принялась внимательно изучать узор на больничном полу.

Окинув непрошеную гостью недовольным взглядом, медсестра выудила из кармана ключи, отперла процедурный кабинет, возле которого стояла кушетка, и скрылась в нем.

Лила судорожно сглотнула и уставилась на приближающихся зомби в халатах и трениках. Ей стало не по себе. Кто знает, чем они тут болеют? Может, они заразные?

Лиле не хотелось дышать с больными людьми одним воздухом. Чтобы не подцепить какую-нибудь инфекцию, она решила задерживать дыхание, чтобы растянуть время между вдохами как можно дольше, и старалась делать это незаметно – на всякий случай, чтобы никого из больных не обидеть.

К ужасу Лилы, когда толпа больных возле процедурного кабинета увеличилась, они начали присаживаться на ее кушетку. Лила напряглась всем телом и готова была поклясться, что волосы на ее руках встали дыбом!

— Так! Это у нас кто? — Внезапно раздался громогласный голос.

Лила вскочила с кушетки, разом выдохнув весь припасенный воздух: дверь кабинета завотделением была распахнута, а на пороге стоял здоровенный мужчина в белом халате и белой медицинской шапочке. Держался он как князь в своих владениях.

Лила поняла: этот доктор и есть заведующий отделением! Сердце у нее ушло в пятки.

— Не приемное время! — Зычно рявкнул он. — Как прошла? Кто пустил? В какую палату?

Лиле сейчас очень хотелось провалиться сквозь землю или, на худой конец, хотя бы на один этаж вниз, лишь бы ничего ему не объяснять. Почему вообще Лила должна объяснять заведующему, почему она сторожит книги в его отделении? Это Танина идея – оставить Лилу с книгами здесь, вот пусть теперь Таня и объясняет этому рычащему медведю в белом халате, как они сюда прошли, кто их пустил и в какую они палату!

— Чьи сумки? — Не дождавшись ответа, продолжил свой допрос завотделением. — На госпитализацию? Направление где?

Лила чувствовала на себе взгляды больных, столпившихся возле процедурного кабинета в ожидании перевязки. Она была в отчаянии. В голове было только две мысли: «Господи, ну почему все шишки на меня падают? Почему я всегда крайняя?!»

— Направление, — властно потребовал завотделением, протянув к Лиле руку ладонью вверх.

Что сейчас будет? Лила судорожно сглотнула, уставившись на огромную лапищу.

Так и не сумев выдавить из себя ни звука, Лила заглянула доктору в глаза и с самым жалостливым видом помотала головой.

— Не понял, — нахмурился врач.

— Не-нету... — промямлила Лила, чуть не плача от страха.

— Не понял, — повторил завотделением, убирая протянутую лапищу в карман своего халата и хмурясь пуще прежнего.

— Геннадий Владиславович! Уважаемый!

Завотделением, все еще хмурясь, повернулся к толпе больных, через которую пробиралась великовозрастная дама. Лила тоже уставилась на нее, внутренне радуясь, что внимание медведя в белом халате теперь приковано к кому-то другому.

— Геннадий Владиславович! — Кокетливо обратилась к завотделением дама, двигаясь сквозь людей как крейсер через льдины. — Можно Вас на минуточку?

— А, Таисия Яковлевна! — Отозвался завотделением. — Как Ваши камни в желчном пузыре?

— У меня больше нет камней! Вы же мне их удалили!

Дама манерно захихикала. Лила впервые слышала такой смех: он был очень приятным и походил на звон маленьких колокольчиков.

Когда дама наконец-то пробралась через толпу, Лила увидела, что она прижимает к своей внушительной груди какой-то пакет.

— Так замечательно удалили, так профессионально! — Нахваливала дама.

— Это наша работа, — расплылся в улыбке завотделением. — У Вас выписка сегодня? VIP-палата освободится, значит?

— Да, да, — закивала дама, шурша пакетом и вытаскивая из него узкую длинную коробку с нарисованным на ней мечом. — И прежде, чем Вас покинуть, я хочу Вас сердечно поблагодарить и подарить отличный армянский конь...

— Э-э, пройдемте, пожалуйста, в кабинет, — поспешно предложил завотделением, косясь на больных в коридоре, и, откашлявшись, прибавил: — Подпишем Вам документы. На выписку.

— Конечно, конечно, — согласилась дама, хихикая.

Когда дверь кабинета заведующего отделением закрылась, Лила перевела дух и присела обратно на кушетку – ноги у нее дрожали и подкашивались. Заразиться от больных на кушетке она теперь не боялась: в конце концов, что за глупости! Разве камни в желчном пузыре могут быть заразными?

Лила уставилась на ручку двери кабинета завотделением, прислушиваясь к доносящемуся из кабинета смеху. Она понимала, что с минуты на минуту дверная ручка повернется, и допрос заведующего продолжится. Может, бросить книги и уйти? Но ведь Таня просила ждать ее здесь, и Лила ей пообещала, что дождется. А если Лила что-то пообещала, то она это обязательно сделает!

— Ну-ка, подвиньтесь! — Скомандовала сидящим на кушетке Таня. — Дайте сумку достать.

Лила была так счастлива услышать Танин голос, что вмиг позабыла, что была на нее сердита.

Больничные зомби на кушетке лениво подвинулись, и Таня, присев на корточки, начала выгружать книги из своего огромного рюкзака в пустую спортивную сумку, которую принесла с собой. Лила присела на корточки рядом с ней.

— Ну как ты тут? — Не отрываясь от своего занятия, поинтересовалась Таня, бросив на Лилу беглый взгляд.

— Ужасно! — Шепотом ответила Лила. — Меня увидел заведующий отделением и стал спрашивать, где мое направление!

Таня весело хмыкнула.

— Хорошо, что ты пришла, — шепнула Лила, украдкой поглядывая на дверь кабинета завотделением и на сидящих на кушетке больных. — Пойдем отсюда скорее...

— Стоп, — оборвала ее Таня. — Мы еще не уходим.

— Но как же... — опешила Лила, — как же тот дядька? Он опять спросит, в какую я палату, и где мое направление, и...

— Придумай что-нибудь, — пожала плечами Таня. Заметив любопытство в глазах ближайшего к ней больного на кушетке, она протянула ему книгу: — Хорошие книги для отличного самочувствия! Желаете приобрести?

Лила насупилась. То есть как это «придумай что-нибудь»? Что ей придумать?

Пока Лила пыталась сообразить, что ей сказать на очередном допросе, Таня делала свое дело. Так через несколько мгновений в руках у сидящих на кушетке больных уже были книги, а Таня проводила презентацию, расписывая целительные свойства рисовой бумаги, из которой сделаны страницы книг.

— Почем книги? — Заинтересовались происходящим другие больные, подходя поближе к кушетке.

— На перевязку следующий заходим! — Донесся тонкий голос медсестры из процедурного кабинета.

Больные переглянулись: было очевидно, что упустить книги из-за перевязки им не хотелось.

— Нет больше на перевязку никого что ли? — Настойчиво пищала медсестра.

Мужчина в трико неохотно поплелся в процедурный кабинет, шаркая тапочками.

— Господа хорошие, режим не нарушаем, — с сердитыми нотками в голосе скомандовала Таня, забирая книги из рук больных. — Все на перевязку! Я к вам позже сама в палаты зайду.

Должно быть, у Тани была какая-то внутренняя чуйка, которая ей подсказывала, что и когда надо делать, потому что едва она забрала у больных книги и уложила их в спортивную сумку, из кабинета вышел завотделением с дамой.

— Так! Это еще что? — Рявкнул он, заметив Таню. — Не приемное время! На выход!

— Ох, ну я пойду, Геннадий Владиславович! — Манерно попрощалась дама. Кокетливо помахав пальчиками, она начала обратное движение крейсера сквозь столпившихся больных.

— Я не посетитель, — спокойно сказала Таня, застегивая молнию сумки.

Распрямившись, она посмотрела доктору в глаза.

— На госпитализацию? — Зычно рыкнул завотделением и привычным жестом протянул свою ручищу ладонью вверх. — Направление!

— Забыла направление, — сохраняя самообладание, заявила Таня, мельком взглянув на раскрытую ладонь доктора.

— Не понял, — нахмурился завотделением.

Лила чувствовала: сейчас что-то будет! Этот дядька, должно быть, вышвырнет сейчас их с Таней вместе с книгами из своего отделения – и хорошо, если не через окно!

— Я сопровождаю эту девочку, и я забыла направление, — спокойно повторила Таня. — Сейчас поеду домой, возьму его и привезу Вам. А девочка с вещами пусть здесь посидит, подождет. Хорошо? Геннадий Владиславович.

Таня врала с таким уверенным видом, что даже Лила на мгновение поверила, будто у той дома действительно есть направление на госпитализацию.

Завотделением, немного помолчав, выдохнул:

— Ну ладно. Только быстрее! Чтоб до обеда направление было у меня, иначе сегодня в палату не заселю!

— Конечно, — ухмыльнулась Таня и направилась к выходу, подхватив тяжелую спортивную сумку.

— Оставьте, — окликнул ее завотделением. — Зачем тяжести таскать?

— О, там мои дамские мелочи, — улыбнулась Таня, обернувшись на ходу и подмигнув то ли Лиле, то ли больным, то ли завотделением, то ли всем сразу. — Вы такой заботливый, Геннадий Владиславович!

Следующие несколько часов, которые показались вечностью, Лила провела на кушетке. Больничная обстановка нагоняла на нее тоску, но, по крайней мере, она больше не опасалась, что ей будут задавать неудобные вопросы или выгонят, или что она заразится чем-нибудь ужасным от больных.

Постепенно все больничные зомби, посетив процедурный кабинет, разошлись по своим палатам, и Лила осталась в тишине и одиночестве, которые очень способствовали размышлениям.

Она вспоминала, как в детстве лежала в больницах, и как ей это не нравилось. Совсем освоившись, Лила лежала на кушетке, глядела в потолок и размышляла на философские темы.

Почему люди болеют и умирают?

Почему доктора до сих пор не придумали такое лекарство, чтобы совсем никогда не болеть?

Можно ли избежать болезней?

Если люди перестанут болеть – может, они и умирать перестанут?

Что будет, если люди будут рождаться, но не будут умирать?

И хорошо ли это – не умирать? Когда человек старый, он такой дряхлый – неужели таким ему придется оставаться целую вечность?

В коридоре запахло компотом, тушеной капустой и куриным бульоном – приближалось время обеда, а Тани все еще не было. Больничные зомби с кружками и тарелками в руках потянулись по коридору мимо Лилы в расположенную неподалеку столовую, спеша занять очередь одними из первых. Честно говоря, Лила тоже успела проголодаться, и была бы не прочь сейчас выпить стаканчик больничного компота. Да что там! Она бы съела даже тушеную капусту!

Где же Таня?.. Она молодец, конечно. Удобно устроилась! Пока Лила тут протирает штаны об кушетку и охраняет книги, она уже вторую сумку книг продает! А у Лилы за весь день купили только одну книгу... да и то не купили, а обменяли на булки!

Что это за инструкторша такая? Инструкторы должны учить продавать книги, а не оставлять подопечных их сторожить!

— Подымайся, — скомандовала Лиле Таня, появившаяся словно из ниоткуда. — Сейчас в офис поедешь. Нужно еще книг привезти.

ОТ АВТОРА

Дорогой читатель!

Я, автор этой книги, благодарю тебя за время, проведенное с Лилой Адлер!

Путешествие Лилы во взрослую жизнь продолжается. Будешь с ней на этом пути?

Подписывайся на канал leelaadler в телеграм, чтобы читать новые главы!