Глава 3. Формула

Профессор Федор Николаевич, всегда спешил на работу. Он любил свою работу учёного-биолога, и верил, что его разработки, однажды, принесут ему мировую славу. Этим утром он особенно спешил, ведь его там ждала - мышь.

- Доброе утро, Федор Николаевич! - по дружески, но с уважением, приветствовал его охранник на входе. Ученой проигнорировал его. Кажется, он недолюбливал за что-то сторожа.

Федор открыл ключом дверь в учебный класс, на двери которого находилась рамка с надписью "Н.Ф.Парфенов". Прошел через всю аудиторию, мимо рабочего стола, к шкафу, поспешно, повесил пальто и пиджак, накинул белоснежный халат и последовал в лабораторию, дверь в которую была через кабинет Парфенова.

- Здравствуйте, Федя, - писклявый и радостный голосок, поприветствовал его.

- Доброе утро, мышь, - безэмоционально ответил ученый. Он начал метаться по лаборатории из стороны в сторону, от стола к шкафу, от шкафа к холодильнику, собирая инструменты и прочие приборы на поднос. Мышь наблюдала, потом медленно зевнула и совсем по человечески, в ленивой растяжке, потянула вверх лапки. Так прошел час, он к чему то готовился, она наблюдала.

- Я совершенно не понимаю, что вызвало такую реакцию, - сидя за рабочим компьютером, ученый переписывал, снова и снова, формулу, разработанной им "сыворотки".

- А я понимаю, - с насмешкой, пискнула мышь.

- Умоляю, скажи мне!

- Ты не готов. Ты же хочешь меня вскрыть? Ты хочешь посмотреть какой у меня мозг? - она почесала мохнатую голову и высунула язык.

- Откуда ты знаешь?

- Федя, ты учёный, вы всегда так делаете. Вам надо смотреть на нас изнутри.

- Да, но я не собирался тебя..

- Собирался, - тут она совсем уже издевательски пропищала и засмеялась. Ученый виновато опустил голову, и принялся снова переписывать формулу. В этом молчании прошло еще два часа. Позднее, Федор отлучился и принес еще двух мышей, полностью белых, совсем как говорящая их сестричка.

Новая формула. Новые подопытные. Прошло еще пол часа и два маленьких трупа на лабораторном столе в клетке, рядом с еще одной клеткой, откуда говорящая мышь, с улыбкой за всем наблюдала.

- Тебе не жаль их? - спросил Парфенов.

- Нет, вы их для этого и растили. А тебе не жалкой мой животик? Я ведь умру с голода и не с кем будет говорить. - Ученый, поспешно, положил корм, состоящий из зерновых культур и сверху на корм, положил кусочек рафинада. Мышь ему подмигнула и принялась трапезничать. Федор, снова принялся за формулу, а мышь как поела, начала бегать по клетке, карабкаться по её решетке и издавать абсолютно мышиные звуки, писк, шипение.

- Что ты делаешь?

- Мне скучно, я играю, - она разбежалась на задних лапках и сделала сальто вперед, приземлившись на спинку.

Профессор писал, мышь шумела, его хватило на пять минут и тут он машинально выкрикнул: "Ася, тише!" - и замер, сидя на стуле. Наступило осознание, ему на долю секунды показалось, что этот шум издает его дочь. Он уже не виделся с ней четыре дня. Предыдущей ночью он был дома, спал вместе с Инной, но так и не заглянул в комнату к дочке.

- Ася? Кто такая Ася? Красиво, - мышь сидя на жопке, внимательно смотрела в сторону Федора.

- Моя дочка, ей двенадцать. Раньше, я часто работал дома и она всегда шумела и отвлекала, вот и вспомнил, по привычке, - он смотрел на стену напротив и говорил, совершенно не заметив, что слева на него смотрит мышь с жуткой и ехидной улыбкой...

Стационарный телефон, который находился в аудитории, резко и на удивление громко, зазвонил. Профессор встал и пошел к телефону. Мышь легла на спинку и задумалась.

- Федор! Федор! Ася пропала! - голос Инны, который всегда был устало-мягким, неожиданно разрезал пространство, было не понятно, был он звонким или же скрипящим.

- Что? - он услышал, но решил переспросить.

- Она не пришла со школы, уже слишком поздно, для танцев и к подруге она не собиралась.

- Сколько уже... - ученый посмотрел на наручные часы, тридцать пять минут десятого, - ну подожди, позвони ей.

- Я звонила, телефон выключен, что мне делать... Я не знаю.. Я звонила в школу, сказали она ушла одна после уроков.

- Может она гуляет?

- Она знает, что ей нельзя так поздно! - тут Инна начала сильно злиться и теперь её голос начал очень громко скрипеть.

- Хорошо, слушай, я сейчас закончу с формулой и перезвоню, мы придумаем что-нибудь, позвони пока в больницы, её подругам, - договорив, Парфенов сразу же положил трубку и направился в лабораторию.

Войдя в соседний кабинет, Федора ждало ещё одно потрясение, одна из мертвых мышей ожила и ползала по клетке с помощью одной передней лапки, все остальные были парализованы. На удивление, Ася-мышь, даже не смотрела на неё, она сидела в углу своей клетки и грызла коготки.

В эту ночь Федор так и не перезвонил Инне и всю ночь изучал ожившую мышь, перебирал формулу сыворотки, вводил новым и новым мышам. Ни один следующий подопытный не оживал и не обретал человеческий разум.