Огонь, который греет и жжёт

Огонь в камине потрескивал тихо, будто старался не нарушить хрупкое спокойствие комнаты.Тёплый свет ложился на стены, на тяжёлые шторы, на тёмное дерево мебели.

Адель сидела на диване, закутавшись в плед.В руках — бокал красного вина, к которому она почти не прикасалась.

Её пальцы всё ещё дрожали.

Напротив неё — Джозу.Спокойный снаружи.Но внутри — шторм.

— Ты могла погибнуть, — сказал он тихо, глядя на огонь. — Они были слишком близко.

Адель опустила взгляд.

— Я думала... что это конец, — прошептала она. — Я даже не успела испугаться по-настоящему. Всё случилось слишком быстро.

Джозу сжал челюсть.

— Если бы они увезли тебя... — он замолчал, затем резко выдохнул. — Я не позволю этому повториться. Никогда.

Он наклонился ближе.

— Ты больше не одна, Адель. Понимаешь?

Она подняла глаза.В его взгляде не было угрозы — только тревога и что-то очень личное.

— Мне было страшно, — призналась она. — Не только за себя.— За кого?— За тебя.

Он замер.

— Ты не должна думать обо мне, когда тебе угрожает опасность.— Но я думаю, — тихо сказала она. — Потому что ты — единственный, кто пришёл.

Между ними повисла тишина.

Огонь в камине вспыхнул ярче.

— Я ненавижу, что ты оказалась в этом мире из-за меня, — сказал Джозу. — Это грязный мир. Жестокий. Безжалостный.

— Но ты в нём другой, — ответила Адель. — Ты спас меня.

Он посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.

— Я спас тебя, потому что ты стала для меня важнее всего остального.

Её дыхание сбилось.

— Это опасно, — прошептала она.— Я знаю, — ответил он честно. — Но я всё равно не отступлю.

Адель осторожно коснулась его руки.

— Я не прошу тебя защищать меня ценой своей жизни.— А я не прошу тебя быть сильной всегда, — мягко ответил он. — Просто будь рядом.

Её глаза наполнились слезами.

Но на этот раз — не от страха.

От того, что впервые за долгое время она чувствовала себя в безопасности.

⸻

Адель сидела у окна, наблюдая, как дождь снова накрывает город.

— Ты сказал, что всё закончилось, — тихо произнесла она. — Но... что с ними?

Джозу подошёл ближе.

— Ты правда хочешь знать?

Она кивнула.

Он говорил спокойно. Слишком спокойно.

— Мы нашли их через три часа. Они не сопротивлялись.— И что ты сделал?— Я объяснил им, что бывает с теми, кто трогает тех, кто мне дорог.

Адель сжала плед.

— Это было... жестоко?— Это было справедливо.

Он посмотрел на неё внимательно.

— Ты не обязана знать детали. Достаточно понимать одно:— Что?

— Никто больше не посмеет подойти к тебе без моего разрешения.

Она выдохнула.

— Мне страшно от этого мира, Джозу.— Мне тоже, — признался он. — Но ещё страшнее — потерять тебя.

Адель медленно подошла ближе.

— Тогда давай бояться вместе.

Он улыбнулся впервые за вечер.

И в этом слабом, редком жесте было больше человечности, чем во всей его власти.