Соллаль

— Эй эй, куда ты летишь, подожди!, — крича в след убегающему парню в кепке и с огромной сумке в руках, кассир томно вздыхал, обрабатывая на мониторе следующие заказы. «Что за непослушный ребёнок. Надо сказать, чтобы босс больше не брал студентов на работу»

Блондину в лицо ударяет холодный зимний воздух, обжигая лицо. В руке сумка с коробками пиццы. Пепперони, гавайская, маргарита, 4 сыра — каждая из них грела друг друга в термосумке. Доставая ключи от служебной двухместной машины, Ликс торопится забежать внутрь и нажать на газ, мчась по указанным адресам. Всего их было два. 4 сыра на один адрес, а все остальные на одну персону. «Жить бы так как этот молодой человек, чтобы есть три пиццы одному. Хотя, ему, наверное, одиноко...все таки скоро праздники». Махнув рукой на собственные мысли, Ёнбок провернул ключ и давя ногой на педаль, включив перед этим навигатор поехал отдавать сырную пиццу, так как территориально она была ближе всего, чтобы доставить.

В дешевеньких динамиках играло радио с новостями и советами к приближающемуся Соллалю*. Новый год в Корее не отмечается так масштабно, как в других странах. Тут настоящий Новый год определяется по лунному календарю, и почти для всех поколений он более атмосферный, чем европейское празднование.

«Через недельку мы соберёмся всей семьей за одним столом. Это так будоражит, но вот уборка всего дома меня ужасно злит. У нас и так чисто». За гневными раздумьями парень и не заметил как навигатор привёл его к нужному дому. Двухэтажное ничем не примечательное здание в тихом районе Сеула. Доставая коробку с нужной пиццей и захватывая терминал, Ликс открыл дверь машины, получая в глаз снежинку и недовольно кривляясь.

Подходя к двери, он стучит и мнётся с ноги на ногу. «Собачий холод ведь, можно как-то быстрее шевелится». Грея руки об коробку несчастной пиццы, дверь все же отворяется. Мужчина лет 30 встречает юношу на пороге и протягивает ему карту для оплаты, забирая коробку и закрывает дверь. Наверное, ему ударило в голову холодом, потому что Ликс не сразу понял что произошло.

— Молодой, — «да какой он молодой», — эй, уважаемый! Откройте двери! Вы не заплатили за пиццу! Зачем мне этот кусок пластика?, — спустя пару минут Феликс понял, что бесполезно стоять и говорить с деревянной дверью, поэтому тяжело вздохнув, и выбросив карту в мусорник пошёл обратно в машину.

— Чёрт, ещё и время поджимает. Ладно, что-то да придумаю, и не из такого вылезал, — разъезжая по улицам, парень стучит тонкими пальцами по рулю, поглядывая на экранчик навигатора, — надеюсь хотя бы этот не оставит меня без половины зарплаты, — утрировал, но все же, ни одну копейку терять не хотелось.

Доезжая до указанного в адресе дома, Феликс берёт уже всю сумку, и выходит из машины, закрывая её, так как к дому нужно было немного пройти. Оглядываясь, его немного воротит от района по своим причинам, но видя нужную табличку с номером дома он подходит в дверь и стучит. Было достаточно одного раза, чтобы дверь открыли. Перед ним стоял намного симпатичнее и добрее человек, нежели предыдущий заказчик.

Вытягивая коробки с пиццами, он протягивает их молодому парню, проявляя лишь малый интерес к его чертам лицам.

— Напомните, пожалуйста, сколько с меня?, — держа еду в руках, не занося их внутрь, спросил стоящий на пороге брюнет.

— Так, выходит.. восемьдесят тысяч вон, и, секунду, — доставая из кармашка купон на бесплатный напиток или картошку к следующему заказу, Ликс кладёт картоночку на коробки, — это Ваш купон на бесплатные лакомства, если Вы захотите заказать пиццу или что-то из ассортимента ещё раз, — улыбнувшись как-то даже натянуто, но все же с энтузиазмом в голове проговорил несчастный доставщик пиццы.

— Вы бы не могли пройти внутрь? Оставлять коробки и вас на холоде не особо хочется, мне нужно будет отойти на второй этаж за кошельком.

Ликс чуть замялся на месте, ведь по воспитанию иногда боялся заходить к кому-то в гости, а особенно к незнакомцам. Но холод на улице и вправду был сильный, так что кивнув, он прошёл внутрь, придерживая дверь, чтобы в случае чего её было проще открыть и выбежать. В гостиной стоял небольшой кожаный диван, возле стенки небольшой столик и на удивление отсутсвие телевизора или даже компьютера. «Блин, он ещё криповее теперь ощущается чем тот. Какой молодой парень будет без техники в гостиной»

Пока Феликс рассматривал апартаменты, юноша спустился к доставщику с парой купюр в руках.

— Вот, держите, тут с чаевыми, спасибо за тёплую пиццу, обязательно закажу ещё!, — улыбаясь тому в лицо, и все ещё держа в руках деньги.

Чуть удивившись таким щедрым чаевым, Ликс растерялся, но все же взял деньги, поклонившись и попрощавшись с хозяином квартиры, он снова вернулся на холод, но уже не такой обречённый. Конечно, эти чаевые ему бы хотелось забрать себе, но нужно было заплатить за пиццу, которую он даже не понюхал.

Доезжая до заведения, он паркуется, и выходит абсолютно с паршивым настроением. Лишь бы ему не предъявили о трафике времени. Но зайдя внутрь, никто и не думал лететь на студента с возражениями, все работали и занимались своими делами. Облегченно выдохнув, не успев даже насладится спокойствием, его телефон зазвонил, и на экране высветилось

«할머니» (бабушка)

«Как вовремя, бабуля..». Посмотрев, никто ли не направил глаза на стоящего подростка, он вышел на улицу, чтобы поговорить в более менее тихой обстановке, и узнать, что понадобилось его бабушке.

— Алло, бабуль, как ты?

— Здравствуй, Ликси, мне звонил твой отец и попросил, чтобы ты завтра приехал к нему, для подготовки к Соллалю*.

— Айщ, почему так рано? Ещё целая неделя до праздника.

— Спроси у своего отца. Он вечно куда-то торопиться. Хорошо, что ты пошёл в маму.

— Да, бабуль. Я приеду, а сейчас мне пора бежать, работа.

— Конечно-конечно, не забывай хорошо поесть там, и смотри чтобы никто тебя не обижал!

— Целую, кладу трубку.

«Почему именно завтра? Мои смены заканчиваются как раз так, чтобы я получил полную зарплату. Отец совсем не думает о том, удобно ли мне подстраиваться под его не очень уж и перспективные планы». Плюнув в пол от злости, Феликс зашёл внутрь и собирался идти к начальнику, дабы предупредить, и молился у всех, кто есть на этом свете чтобы он не сильно урезал зарплату.

Стуча в дверь и услышав одобрительный возглас, мужчина сидел в потёртом кресле.

— Что-то случилось, Феликс?

— Господин Ёниль, мой отец зовёт меня домой в честь наступающего праздника. Насколько сильно вы урежете мне зарплату, если я уйду в этом месяце раньше?

— В этом месяце в честь новогодних праздников я все же не имею права тебе её понизить. Да и работаешь ты на совесть. Так что можешь не волноваться на этот счёт. Зарплата будет как всегда.

— Спасибо Вам огромное! Я обязательно упомяну Ваше имя за семейным столом!, — поклонившись и радостно выходя из кабинета, Ликс победно танцевал в своей голове.

Вечер он провёл за уборкой столов за предстоящий бесплатный ужин, чтобы сэкономить как только можно. На часах было около девяти вечера, и хоть его смена как курьера закончилась час назад, он ещё протирал круглые деревянные столы и стойку. Зато после такой каторги его ждали токпокки и небольшая порция риса с острой курочкой. Феликс бы не сказал, что его целиком устраивала эта работа, но пока он не окончит университет это все, что он может найти по возможности и зарплате. К тому же, тут он нашёл одного друга, который и готовил ему всякие вкусности по вечерам, делая за него работу.

Чану тоже не особо нравилась эта работа, но как и Феликсу идти было больше некуда, да и парни хоть таким скоромными вечерами могли поговорить о тяжестях взрослой жизни за стаканчиком соджу и острыми блюдами.

— Ну, и как ты будешь праздновать Соллаль? У кого из родственников вы собираетесь в доме?, — пережёвывая рис, и пачкаясь острым соусом с курочки, Феликс и вправду хотел узнать у своего друга его планы на время праздников.

— Честно сказать? Наша семья даже это ещё не обсуждала. Мы привыкли делать все в последний день, да и плюсом я хочу взять больше работы, чтобы купить им хороших подарков и племянникам чего-то крутого. Взрослая жизнь вешает на тебя столько забот и ярлыков с нуждами. Но мы справимся, верно?, — поднимая полный стакан с алкоголем, Чан протягивает его к парню, чтобы чокнутся, а после выпивает до дна, заедая парочкой токпокки.

— Хотел бы я побыть племяшкой у такого заботливого. Мой старший брат особенно вредный. С младшим я ещё лажу, но вот он. Заноза в заднице. Хотя даже не заноза, а целый кусок дерева, — потирая переносицу, Ликс слабо улыбается и привстает, собираясь домой.

— Упаковать тебе остатки с собой?

— Да, пожалуйста. Спасибо за доброту, хён.

—  Брось, мы же друзья.

Попрощавшись с Чаном, Феликс снова ощутил на плечах и щеках холодок. От этого он непроизвольно поёжился и держа пакет с ещё тёплой едой в руках, двинулся в сторону автобусной остановки. В такое время людей было достаточно, что довольно странно. Ликсу казалось, что он один так допоздна остается, но, как и всем в преддверии Нового года нужно обеспечить своих родственников и семью подарками.

Вглядываясь в вывески и объявлении через окошко автобуса, в который кое-как влез, Ёнбок и хотел, и не хотел праздника. Единственное, что волей-неволей заманивало парня на застолье — разнообразие вкусных блюд, и старший брат шеф-повар. Хоть он его и не любил, но готовил он лучше любого человека на этой земле. Иногда он даже немного завидовал ему, но откусывая порцию вкуснейшей еды, быстро забывал об этом.

Доехав домой, он открыл дверь и устало простонав, скатился по ней к полу, все также держа в руках пакет с едой. Просидев так минут пять, ему все же хотелось снять всю одежду и сходить в душ. Завтра ему придётся ехать на другой конец Сеула в семейный дом, и помогать с подготовкой. Уже мысленно он представлял свою адскую боль в руках ногах, плюсом душевную после таких пыток.

Сделав все необходимое, свежесть пронеслась табуном по каждому участку кожи, и Феликс лёг в кровать, укрываясь тёплым одеялом, стараясь растянуть расслабленность на самый долгий срок, но проваливаясь в сон, время начинает идти быстрее, и утро наступает скорее, привлекая за собой поездку к родителям.

Противный будильник звонил и звонил несколько раз. Ликс предпочитал не слышать его. Но в конечном итоге совесть перед родными взяла вверх, и потянула его с кровати. На часах было девять утра, но от отца ни весточки. Махнув на телефон рукой, парень пошёл ванную, дабы умыться и принять утренний душ. Тёплые капли воды успокаивали бушующий ураган негодований внутри, который с каждой проходящей минутой набирал оборотов. «Лишь бы все прошло гладко и без ссор» — все, что крутилось у него в голове. Выходя из душной обстановки, он вытирал голову и свободной рукой взял телефон, замечая что экран подсвечивался. «Явились не запылились»

На экране высветилось имя отца, и парень принялся читать его смс.

«Феликс, надеюсь ты все таки приедешь сегодня к нам. Я и мама ждём тебя, и хотим, чтобы этот Новый год был лучше, чем остальные.»

— Тц, он действительно думает, что я поверю?, — на пару минут он замолчал, держа телефон в руках, и выключая его, бросил на кровать.

Избавляя свою голову о злых мыслях в сторону отца, Ликс понемногу одевался и собирал ранец к родителям. Ноутбук, павербанк, зарядки, учебник по английскому, и пару вкусняшек в дорогу. На завтрак у него были вчерашние вкусности, приготовленные руками Чана.

Плотно поев, парень встал из-за стола и нацепив лямку через плечо, закрывая съемную квартиру, выбежал по ступенькам вниз, здороваясь с жителями дома и желая им хорошего дня. На улице его снова встретил привычный лёгкий мороз, и садясь на первый автобус он доехал до железнодорожной станции, откуда он смог поехать к родителям. По лёгкой дороге Феликс повторял текста по университету, и перекусывая желейными червячками, он и не заметил как доедая пачку, ему уже нужно было выходить.

Собрав впопыхах все вещи, Ликс вышел на улицу, вдыхая запах детства и родных улиц. «Все же что-то в этом месте есть». С такими мыслями он шагал по небольшим сугробам, прямиком к небольшому домику. Родители недавно сделали ремонт по всей видимости, потому что воспоминания различались с настоящим. Но как-то пропустив это, Феликс пошёл внутрь, где его уже ждала семья.

— Феликс, сынок, я так рада тебя видеть!, — первой к сыну двинулась мама, и парень без задней мысли обнимает её. Теплота согрела Ликса снаружи, и внутри. Разрывая сомкнутые руки, мама улыбается сыну и провожает на кухню. Отец же уже был там, и как только Феликс увидел его, лицо стало серьёзнее и хмурее.

Не было какой-то точной причины для такого отношения. Просто он его раздражал. Мягкостью характера, нерешительность. Ёнбок вырос полной противоположностью, и яро гордился этим. В некоторые моменты он снисходительно относился к поступкам отца, но быстро переключаясь в деловую позу, стоял на своём. 

— Здравствуй, папа, — Ликс привык называть его отцом, но чтобы маме было легче в дружелюбной атмосфере, он обратился ласково к нему.

— Здравствуй, Феликс. Как доехал?

— Вполне себе неплохо, я пойду пока вещи расставлю, и потом мы будем подготавливаться?

— Сегодня мы убираем снаружи, завтра внутри, и потом украшаем снаружи, внутри. На каждое выделено день. Так что все понемногу, и без нагрузки. Звучит же лучше, чем всё за раз?

— Пф, я бы предпочёл сделать все за раз, — посмотрев на маму, ожидая одобрения, он наоборот увидел её строгий взгляд, и решил выкрутиться из ситуации, — но ведь Соллаль праздник, где семья должна воссоединится, так что я с удовольствием растяну дни вместе с вами, дорогие родители. 

После этого Феликс поднялся в свою детскую комнату, раскладывая пару вещей, и присаживаясь на край кровати. Проходясь взглядом по родным стенам и нелепым рисункам, которые никто так и не снял, в носу начал навеивать запах кимчи, которые готовила бабуля. На столе у Ликса всегда были разбросаны карандаши, и рисовал он обычно их семью вместе. Много-много рисунков семьи. Сейчас все было так, как парень оставил перед переездом. Стопка тетрадей для подготовки, карандашница, лампа, на которой к удивлению не было пыли, и мягкая игрушка на полке возле научной литературы и фантастики.

Нужно было выходить во двор, поэтому Феликс без промедлений собрался и вышел к маме и отцу, чтобы помочь по уходу за ним.

Весь оставшийся день до ужина семья Ли провела убирая дворик дома, чуть ли не вылизывая каждый миллиметр травушки из-под снега на земле. Когда же трудоголики окончили работу, бабуля позвала их к ужину, и Феликс с искорками в глазах помчался первым, сначала даже забыв помыть руки.

Бабуля всегда готовила изумительно и этот ужин не был исключением. Кальби*, которое она готовила редко, но во вкус попадала метко, Ёнбок уплетал за обе щеки, прося добавки. Чтобы он не говорил, но домашняя еда выигрывает любую забегаловку и рестораны. Специи во рту немного жгли, но вкус мяса перекрывал абсолютно всю остроту.

— Спасибо огромное за такой чудесный ужин, было очень вкусно!, — привставая из-за стола, и кланяясь всей семье, Феликс уходит в свою комнату и позже идя в душ, ложится в конце концов спать, засыпая даже не успев подумать о планах на завтра.

Все остальные четыре дня семья провела также. Уборка, вкусный ужин, и иногда разговоры между собой о новых тенденциях в мире. На пятый день к ним должен был приехать младший брат Феликса — Сынмин. Фамилия у него была другая, так как он был усыновлён семьей Ли когда тому и года не было. Сынмин отличался спокойностью и сдержанностью, чего нельзя было сказать о братьях Ли. Феликсу нравилось, что Мин никогда не лез в конфликты, которые доходили до драк. Он мог постоять за себя словами, да так, что даже старший брат затыкался, хоть и ненадолго.

Ближе к обеду к дому подъехала машина, и в пару мгновений дверь открылась, и Феликс подбежал к брату, как в детстве.

— Привет, хён! Я так рад тебя видеть!, — младший заулыбался и бросился в объятья, и Ликс с удовольствием ответил взаимностью, зажимая того в своих руках.

— Мальчики, пройдемте к столу! Уверена, Сынмин знатно проголодался с дороги, — нежный голос бабушки точно убеждал парней пойти за ней, поэтому смех и веселье составляло компанию вкусным закускам и блюдам.

— Минхо приезжает завтра?, — с почти набитым ртом Мин повернулся к брату, ожидая ответа.

— Вроде как да, но я предпочитаю не вспоминать об этом зануде.

— Чтобы ты не говорил, но его статус позволяет ему себя так вести. Все таки, почти самый знаменитый повар в Сеуле.

— Может ещё своих фанатов в дом привести, раз он такая шишка, — запихивая в рот свежую пряную булочку с чесноком, он уже представлял эту наглую мурчащую под ухо всем морду.

По окончанию обеда, семья, уже вместе с Сынмином смотрели в интернете новые традиции и обсуждали, что они будут делать, составляя план. Вся эта мелочевка не особо интернировала Феликса, он лишь сидел и кивал, иногда перекидываясь с Мином парочкой слов и советов. Поужинав в кругу родных, парни поднялись наверх, и пожелав друг другу доброй ночи, разошлись по комнатам. Около часа Феликс смотрел в белый потолок, предвкушая наглое личико хёна с утра. Минхо и вправду был хорош, это и злило Феликса. Он, в свои 21 работал на не особо любимой работе, в то время как Хо в 23 уже был успешным поваром и жил в хорошей квартире, в районе, который славился своей роскошью, Абгуджу-донге*.  Мало того, у него был свой ресторан, расположенный в Инсандонге*, где Ликс бывал раза два от силы. Он жил совсем на другой стороне от старшего братца.

Было стремление не жить роскошно, а утереть ему нос. Но пока он протирал только столы на своей работе. Громко цокнув, он повернулся на бок и уснул. Спал парень на удивление крепко и хорошо, что снилось не помнил на утро, но настроение было хорошим. Возможно, ему приснилось, как Минхо пересолил своё блюдо. Это бы точно вызывало такое настроение у него с утра.

Спускаясь в ванную, он здоровается с Мином, и ловит на себе смешок, и взгляд в котором говорится — «сегодня будет весело, да?». Но никак не отреагировав, после этого он умылся и присел на диван в гостиной, абстрагируясь от внешних раздражителей. Но не успев так просидеть даже десяти минут, дверь отворилась, и радостные возгласы родителей поприветствовали обожаемого Ли Минхо. Феликс вяло встал с места, и нехотя пошёл к хёну, фальшиво улыбаясь и также приветствуя его.

— Здравствуй, Минхо, — Ликс протягивает брату руку, дабы поздороваться, и тот даёт ему руку в ответ, лукаво смотря на него и ухмыляясь.

— Годы идут, а ты все также не можешь полюбить меня, как единственного хёна, — отпуская руку, Минхо снимает верхнюю одежду, на которой ещё оставались небольшие снежинки, — в этот раз у нас будет особенный Соллаль. Уверен, вам понравится, — теперь его взгляд был на родителях, и секундный взгляд на братьев.

— Сынок, ты не перестаёшь баловать нас!, — мама радостно сложила ладошки вместе, солнечно улыбаясь.

«Мама, ты предатель» мысленно обратился к ней Ликс, но лицо его не выдавало никаких эмоций, и он также со спокойным видом стоял и смотрел, как родители провожают Минхо в его комнату, а Сынмин судя по всему решил остаться с Ёнбоком.

— Ликс-и, пойдём к машине Минхо, он наверняка привёз кучу продуктов.

— Мне ещё за этим петухом машину разгружать как слуга?

— Ну ты и злюка. Я уверен он привёз какие-то вкусности, мы можем втихаря их слопать, что скажешь? Он и не заметит за количеством продуктом пару каких-то сладостей, — что-что, а Сынмин всегда знал как можно уговорить любого человека в мире на сделку или какое-то опасное дело.

— Чёрт с тобой, пойдём!

Накинув курточки и обувшись, братья выбежали на улицу к машине, и открыв багажник, который и не был закрыт с помощью ключа, так как Минхо рассчитывал что братья пойдут за продуктами. Сами, или по приказу родителей — неважно, но машину он не закрыл.

Роясь в огромных пакетах, Ликс нашёл пачку американского имбирного печенья, а Сынмин стащил из пакета покки и моти.

— Предлагаю засесть у меня в комнате, и съесть это все, а?, — Феликс, улыбаясь во все тридцать два, держал сладости в руках, и Мин одобрительно кивнул, пряча сладости себе в куртку. Такие же движения повторил старший, после этого беря в руки тяжеленные пакеты со всем оставшимся внутри.

Когда братья занесли продукты, Минхо лишь искоса посмотрел на них, и принялся за готовку своих фирменных и традиционных блюд на Соллаль. Ттогук, чапче, кальбиджим, и якшик на сладкое.* Словом, Минхо предстоял адский вечер подготовки всех ингредиентов и готовки доброй половины из них. Только парочку он приготовит с утра, чтобы они были свежими. К примеру кальбиджими требуется много времени для готовки, поэтому Хо будет начинать готовить его с утра, чтобы ближе к вечеру тёплые и сочные рёбрышки соблазняли всех присутствующих за столом.

Пока самый старший в поте лица готовил завтрашний праздничный ужин, двое братьев засели в комнате у Ликса с вкусностями  и порциями кимчи. Они выбрали на просмотр комедию, и уселись на старенькой кровати, укрывшись пушистым пледом. Спустя час просмотра внизу послышался звук открывающейся входной двери и радостные возгласы Минхо.

— Он и вправду привёл фаната?

— А я гофорил!, — кимчи во рту не дало произнести предложение верно, но Сынмин приложил палец к губам, чтобы Хо с первого этажа не вспомнил об их существовании.

— Чш. Вдруг это родственники заранее приехали, а ты уже тут фанаты фанаты.

— Бе-бе, — проглатывая еду до конца, парни высидели в полной тишине минут десять, когда внизу звуки окончательно прекратились, братья снова включили фильм, уже рефлекторно чуть тише хрустя снеками.

Через минут тридцать по лестнице начали подниматься, и выдавало это скрипение отдававшиеся по всему дому.

— Мин, Мин!, — но младший уже уснул, сладко сопя себе под нос, — ну и чертила, нас же сейчас накроют со всем поличным.

Аккуратно привставая с кровати, он прячет пачки под кровать, отряхивая футболку и протирая лицо от крошек. В дверь легонько постучали, и настрой Феликса испортился. «Почему нельзя хоть день по приезду не трогать меня и мою комнату? Взрослый, но такой глупый». Выдыхая и открывая дверь, перед ним стоял парень с короткой стрижкой, лицо которого было трудновато разглядеть в приглушённом свете, но оно ему, почему-то, показалось знакомым.

Стоя в молчании секунд тридцать, голос напротив заговорил к Ликсу, и тот окончательно узнал его. Тот странный заказчик без телевизора в гостиной.

— Здравствуй, твой брат послал меня на второй этаж, чтобы я прошёл на спальное место, но по всей видимости я ошибся дверью. Прости, что потревожил, — незнакомец собирался уходить, но Феликс остановил его, легонько хватая за рукав свитера.

— Подождите, а кто Вы такой вообще?, — Феликс надеялся на то, что он его не узнает, потому что тогда Минхо поймёт, кем работает его младший братец, — Нечестно, что я, житель дома, не знаю кто тут находится, — отпуская ткань, блондин встал в позу, и выгнул одну бровь.

— Не стоит так беспокоиться, я приехал помочь Минхо с ужином. Он позвонил и сказал, что не в лучшем расположении духа и ему требуется дружеская поддержка и помощь.

— Минхо не в расположении духа? Такого, мне кажется, не бывает.

— Вы точно часто со своим братом общаетесь?

— Вообще нет...а с чего такой вопрос, к слову? Ладно, я занят, проходите вероятнее в комнату прямо, она свободна, и всегда была для гостей.

— Вы даже не захотите узнать, как меня зовут?

— Достаточно того, что Вы знаете как меня зовут. Доброй ночи, — уже закрывая дверь, Феликс был готов укладываться спать рядом с Мином, но голос снаружи комнаты его остановил.

— На работе Вы также разговариваете с другими?

Ступор и замершая рука на дверном косяке. Ликс не знал что ответить около двадцати секунд.

— На работе никто не врывается в моё личное пространство, — опасно и скользко так грубит клиенту, так как оставить отзыв на его доставку он может в любое время, зайдя к нему на работу и взяв книгу жалоб.

— Тут вы правы. Тем не менее не знать имени ворвавшегося в личное пространство ещё хуже. Меня зовут Хван Хёнджин. Думаю, если Вы спросите у своего брата кто я, он Вам с удовольствием расскажет.

— Если захочу — сам узнаю. Вся информация о Вас не принадлежит моему брату. Ещё раз доброй ночи Вам.

Теперь Феликс окончательно захлопнул дверь и закрыл рот рукой в немом крике. «Дурачина, дурачина. А если он оставит плохой отзыв? Твоей работе конец, и ты скатишься ещё ниже, чем есть сейчас. Уже ничего не исправить, осталось надеяться на его наличие порядочности, в отличие от отсутствия моей»

С такими мыслями он уснул, неосознанно обнимая брата во сне, чтобы не чувствовать страх так сильно. Сынмин судя по всему не был против, потому что никак не реагировал. Но объятия пришлось разорвать, так как от нервов по всей видимости в горле пересохло,  и он нехотя все же встал, стоя ещё в полусонном состоянии. Выходя из комнаты почти с закрытыми глазами, Ликс спускается по злосчастным ступенькам, и на последней как на зло поскальзывается, ударюсь лбом. Но не об пол, а что-то мягкое и пушистое. По медленному соображению он понял что это чей-то тапок. Поднимаясь на руках, он, прищуриваясь, посмотрел на высокий силуэт перед ним, и это было то, от чего от так сильно прижимался к брату во сне.

— Если ты хотел извиниться за свою грубость таким образом, то это лишнее, — держа в руках бутылочку с водой, Хёнджин приспустился на корточки к Феликсу, пока тот был все ещё в полу сидячем положении.

— С каких пор мы на «ты»?

— Думаю, после того как ты упал к моим ногам, на «вы» будет слишком официально.

— Ты такой же вредный, как и мой брат. Хотя, какие ещё знакомые могут быть у него, — привставая полностью и отряхиваясь, потирая лоб, несмотря на то, что он упал на мягкий тапок.

— Как тебя ещё не выперли из службы доставки с таким характером.

— Да тихо ты! Разговорился тут в чужом доме, — отрезвившись и затыкая ладошкой рот Хёнджину, Феликс посмотрел по сторонам, а после на удивленное и возмущенное лицо парня, — Ой, это было лишним. Словом, не заикайся в этих стенах о моей работе, иначе ты могила. Понял? Чего молчишь?, — смотря на губы парня, Ликс понял что способ говорить он сам перекрыл, и от такого ему хотелось провалиться сквозь землю. Он забыл убрать руку со рта Хёнджина. Видимо, он действительно все ещё спал. Наконец давая воздух парню, он отходит в сторону, и выхватывает у него из руки бутылку воды, отворачиваясь в сторону.

Хван никак не ответил, что показалось Феликсу странным. Как только бутылка стало наполовину пустой, Ликс спешил подняться и снова бросил, третье за сегодня «доброй ночи» Хёнджину, сгорая в душе от стыда.

Хёнджин же стоял в неком ступоре без бутылки воды, ради которой он и спустился сюда. «Что за малец? Действительно на брата похож, но почему отрицает? Хотя, Минхо бы тоже отрицал». Встряхнув головой,  парень пошёл ещё за одной бутылкой, и после поднялся во временную комнату. Мысли были странными, поэтому он предпочёл уснуть быстро, дабы отогнать их от себя.

Феликс же в свою очередь вертелся и пихал брата в бок от злости на самого себя. «Мне точно крышка, завтра в праздник опозорюсь. Отец точно выест мозг, а мама разочаруется. Чёрт, ну и угораздило именно этого Хёнджина заказать пиццу в мою смену. Почему судьба вечно против меня? На мне печать невезения? Или как это ещё можно назвать». Неосознанно тыкая брата в бок, тот что-то слабо мычит, и врезается локтем старшему в нос. «Ночь перед Соллалем должна быть такой?»

На утро у Ликса жутко болел нос, а Мин, как ни в чем не бывало спал и посапывал, раздражая старшего с самого утра. Агрессивно откидывая одеяло, и поднимаясь на ноги, его немного шатало. Возможно, из-за недосыпа или льющейся через края злости. Проходя в ванную и удачно, без посторонних умываюсь, упираясь об раковину, Феликс представлял последующие три-четыре часа.

Первым делом он пойдёт одеваться в ханбок* и должен будет кланяться бабуле с дедулей. Низко и почтительно. Как следует в такой день. Чаре* проходит несколько скучно, но Ликс каждый год отгоняет такие грешные мысли. А потом происходит самое интересное, и то, что порадует за весь день. Праздничный стол. Но в этом году Ёнбок хотел, чтобы праздничный стол оттянулся как можно на дольше. Опозориться перед всеми, что ты работаешь в какой-то забегаловке на таком огромном празднике — действительно унизительно. Может не для других, но внутренне «я» парня бушевало и металось из стороны в сторону, даже когда тот просто представлял это.

Сынмин уже проснулся, и рылся в шкафу хёна, помогая ему собраться побыстрее.

— Какого черта ты все ещё в моей комнате?, — с зубной щёткой во рту, и цыплятником на голове, Феликс яро возмущался, упираясь об дверной косяк.

— Я тебе наоборот помогаю, идиот. Держи, твоя одежда, — кидая на кровать вещи, Мин забирает из-под кровати сладости, и быстренько смывается. Ликс, опоминаясь спустя секунд двадцать, выходит и готов бежать за негодником, но тот уже скрылся в комнате.

«Ну и ладно, куплю себе я этих сладостей сам», и шагая в ванную, он до конца заканчивает все процедуры, после примеряя наряд, подчёркивая неудобство, а точнее неприязнь к нему. Но традиции стоило уважать, и к тому же завтра пройдут игры, где он также любит проводить время в кругу родных.

Спускаясь к старшим, он с братьями начинают традицию, кланяясь старшим до самого пола. Осыпая их уважением и почтением, вся семья переходит к чаре, вспоминая почивших предков. Облегченно вздыхая по окончанию, все усаживаются за стол. Феликс думал, что Хван уедет, так как все в такие праздники проводят время с семьей. Но Минхо щебетал с ним на кухне, накладывая каждому члену семьи порции.

Ликс начал прислушиваться к разговору получше, но фразы слышатся только обрывками из-за акустики в доме.

— Феликс всегда ......?, — Хёнджин видимо первый начал разговор о младшем в присутствии Минхо, так как до этого его имя никак не упоминалось.

— Не знаю, мне вообще кажется ....., но это лишь моё предположение, — красиво выкладывая ингредиенты на тарелку, Хо не смотрел на друга, но отвечал.

— Ты не думал ..... с ним?

— С упёртым бараном, как он ....., — томно вздыхая, подавая Хёнджину тарелки, тот выходит к семейству, и раскладывает каждому по тарелке.

«С кем?! Они там вообще обнаглели, крысы кулинарные. Двое из ларца нашлись на мою бедную голову». Заглядывая в тарелку и с недовольным лицом ковыряясь палочками в супе, рядом с ним по окончанию сервировки присел Хёнджин, так как родители сидели на другой стороне вместе с Сынмином, бабушка и дедушка друг напротив друга, а старшие братья друг с другом, вместе с гостем.

— Хёнджин, а почему ты не поехал праздновать Новый год с семьей?, — мама задала такой вопрос другу старшего сына, улыбаясь и довольствуясь вкусом приготовленных блюд.

— В моей семье с детства не было четкой традиции касательно Соллаля. Чем старше я становлюсь, тем реже мы празднуем его, так как я по большей части работаю. Я очень люблю эту традицию в нашей стране, и уважаю обычаи, поэтому благодарю Вас за оказанную честь сидеть в такой дружелюбной и милой семье, присоединившись к празднику.

— По большей части работает он, тц, дома только и сидит наверняка, — цокая себе под нос, и проговаривая это еле слышным шёпотом.

— Ты что-то говорил, Ликс?, — Минхо, вытирая руки, обратился к брату, с изогнутой бровью. Неужели он слышал то, что пробубнил младший себе под нос?

— Говорю, что Хёнджин молодец, что по большей части работает, а не сидит только дома, — правдоподобно улыбаясь, Феликс обратно смотрит в тарелку и пьём немного юшки, с помощью лежащей рядом ложки.

— Сынок, кстати, а ты кем работаешь? Раз уж заговорили про работу, — вопрос, поставленный от отца при полном столе как не было раньше поставил Феликса в тупик, и по спине пробежали мурашки.

Ёнбок этого не заметил, но Хёнджин напрягся не меньше, чем он. И ковыряясь  также, как и младший, он поджал губы.

— Ну...,— руки Феликса начали слегка дрожать, и он положил палочки на стол.

— Я не хотел говорить тебе, Минхо, — поворачиваюсь к другу, Хёнджин слегка улыбнулся и наладил тонус голоса, — поскольку ты знаешь, что я работаю в кулинарии, один раз я пришёл в пиццерию, где Феликс работал поваром. Я удивился, что он работает не на тебя и не с тобой, поэтому подошёл после работы, и мы поговорили касательно работы. К тому же, нам удалось немного раззнакомились и я взял его на испытательный срок к себе в ресторан, который недавно возобновил работу. Он пока на испытательном сроке, но усердно трудится, — поскольку Хван сидел рядом с Ликсом, то он легонько дёрнул его за ханбок, чтобы тот подыграл ему.

— Вот как. Теперь понятно почему вы оба такие подозрительные когда видите друг друга в доме. Хёнджин, тебе конечно стоило поделиться со мной этим, но я понимаю тебя. У Феликса ещё тот мешок гордости, поэтому все в порядке.

— Все так и есть, семья. Я не хотел вам говорить пока не оправдаю практику. Простите, — кланяясь и тем самым закрывая наступивший румянец на щеках, Ликс молча благодарит Хёнджина за то, что помог выбраться из этой ситуации. После трапезы он может быть скажет ему это лично. Может быть.

Но он решил оставить благодарности по завершению Соллаля. И как только ужин закончился, он без сил рухнул на кровать, перед этим переодевшись и умывшись, и после засыпая в не особо удобной позе.

На утро Феликс проснулся позже обычного, но все же успевал к завтраку и утренним играм. Кое-как умывшись и снова надев на себя ханбок, спускаясь, ловит на себе хитроватый взгляд Мина, и какую-то нотку неприязни со стороны Минхо. Хёнджин же приветливо махал Ликсу, и тот с какой-то задержкой ответил на утреннее приветствие, и прошёл за стол. Родители увлечённо о чем-то разговаривали, и заметив сына пожелали ему доброго утра, после возвращаясь к сплетням. После вкуснейшего завтрака, приготовленного Хёнджином в знак благодарности за гостеприимность ещё раз, все начали играть в юннори.

Суть игры в том, что игроки подбрасывают 4 палочки «ют» в воздух и смотрят, какой стороной они упали. От этого зависит количество ходов, на которое игрок может продвинуть свои фишки на поле. Расположение каждой из палочек носит название животного. У каждого игрока есть 3 фишки. Выигрывает тот, чьи фишки сделают полный круг по полю и первыми вернутся к исходной точке.

Достаточно простая, но в то же время увлекательная игра. Почти всегда в этой игре выигрывал Феликс или Минхо. Битва между братьями была даже тут. Хёнджин же играл как-то вяло. Без особого интереса, но по броскам было видно, что он просто не вкладывается в игру на все сто. Минхо смотрел на друга искоса, и чем ближе был конец игры, тем больше ухмылка появлялась на его лице. Окончательно подбрасывая палочки, Ликсу повезло, и они упали так, чтобы круг был закрыт. Парень победил, и в награждение получил двойную порцию якшика.

Минхо же не злился, как обычно бывало. Он наоборот смотрел на Мина, лукаво кивая в сторону брата и друга. Сынмин понимал намёки того, и решил заговорить после десерта.

— Слушай, Феликс, раз ты на стажировке у Хёнджина, может, покажешь чему научился?, — от кого от кого, но от младшего он не ожидал таких провокационных вопросов.

— Конечно, почему нет. На следующие праздники буду накрывать стол.

— Чего ж тянуть? Давай на завтра приготовишь нам чего-то вкусненького, все таки завершающий день Соллаля.

Кроме как согласиться другого варианта не было. Упасть в грязь лицом перед родными было бы глупо, поэтому как-то да выкрутиться. Главное сохранять позицию, которую занял.

— Отлично! Тогда продолжим играть в другие игры?

Все дружно кивнули, и провели время до ужина за совместными развлечениями. Кто-то выигрывал, кто-то проигрывал, но атмосфера, в целом, была неплохой. Хёнджин изредка смотрел на Феликса, и тот потерянным взглядом раз через раз отвечал ему взглядом в ответ. Вечером Минхо и Сынмин увлечённо о чем-то разговаривали, что было не похоже на них, а Феликс помогал Хёнджину мыть посуду, так как в последней игре среди братьев он проиграл, и посуду пришлось мыть именно ему с Хваном. Хёнджин не говоря вслух, чётко говоря немыми словами обращался к Ликсу, и надеялся что тот поймёт его. В конце концов спустя минут пять мучительных объяснений, Феликс вроде как понял его, и домывая посуду, все попрощались и пожелали друг другу спокойной ночи.

Как только все легли спать, Ликс надеясь, что его слова понял правильно, пошёл в комнату к Хёнджину. Подходя к двери, он стучится, но никакого ответа не последует.

— Спит уже что-ли?, — шёпотом говоря себе под нос, Феликс опускал руку с дверной ручки, собираясь повернутся назад.

— Спит наверное, — голос сзади обжег ухо, но Ёнбок не сразу понял кто это говорил из-за шока. Поворачиваясь назад, перед ним стоял не временный житель комнаты, как ожидалось, а его старший брат.

— Тьфу тебя, дурной, чего ты подкрадываешься?

— А чего ты у моего друга под дверью дежуришь? Что ты скрываешь?, — Минхо развернул младшего к себе за плечи, вглядываясь в почти кромешной тьме в глаза. Хо не терпел когда от него что-то скрывают. Тем более, если делают что-то за спиной. Как в работе, так и в семье.

— Мне не пять лет, чтобы отчитываться перед старшим братом, убери руки с плеч, — шёпот перешёл в более уверенный и громкий тон, тем не менее не достаточный, чтобы разбудить кого-то.

— Ты прекрасно понимаешь, что если сделаешь что-то за моей спиной с моим другом, то это будет неуважение ко мне. Скажи мне в лицо что не уважаешь меня, Феликс, — Минхо не отпускал рук с плеч брата, и до последнего был готов вытряхивать из него правду.

— Эй, вы двое, взломать мою временную комнату решили?, — Хёнджин стоял с блюдечком оставшегося десерта в руках, не понимающий почему возле двери тусуются двое парней.

Феликс выглянул из-за плеча брата и внутри облегчённо выдохнул. Он надеялся, что Хёнджин снова спасёт его задницу, утопающую во лжи родным, но точно быть уверенным в этом не стоило.

— Что этот мелкий делает у твоей комнаты?, — теперь руки на плечах Ликса чуть ослабели, и Минхо обращался к стоящему и недоумевающему Хёнджину.

— Мы хотели обсудить для вас завтрашний сюрприз, поэтому я попросил, чтобы он пришёл в комнату как все уснут, — отламывая чайной ложкой кусочек вкусности, он кладёт её себе в рот, и та тает почти сразу, — сюрпризы ведь нельзя раскрывать, верно, Хо?

Недовольное лицо Минхо было заметно даже в темноте, и ему лишь оставалось отпустить младшего, и недоверительно глядя на парня, уйти, бросив напоследок сухое «доброй ночи». Хёнджин простоял некоторое время молча, а после демонстративно громко озвучил:

— Феликс, думаю нам нужно идти обсуждать сюрприз, я же поэтому тебя попросил прийти, — и открывая дверь в комнату свободной рукой, после аккуратно толкает Ликса внутрь, быстро закрывая комнату на замок.

— Это становится похоже на изнасилование, дверь зачем закрыл?

— Изнасилование больше напоминали братья, прижимающиеся к моей двери, а дверь закрыл по привычке.

— Ну, тут ты прав, — после этого в комнате повисло неловкое молчание, но Феликс продолжил, — Так зачем ты согласился помочь мне? Преследуешь личные цели? Я бы и сам что-то придумал на самом деле. Но...спасибо за то что не выдал моего секрета. , — гордость и вправду была одной из главных черт характера Феликса, так что Хёнджин уже и не удивлялся такой нахальности с какой-то стороны.

— Конечно, личная цель спасать зад студента. В любом случае теперь придётся готовить сюрприз, — ставя блюдечко на стол, Хёнджин присаживается на кровать, Феликсу указывает на стул напротив.

— Пф, я в своём доме должен сидеть на стуле, а ты на кровати? Не обнаглел ли ты? Я принципиально сяду на кровать, — разглаживая покрывало, Ликс присаживается, и вопросительно смотрит на Хвана.

— Ладно, проехали. Словом, я думаю, что тебе нужно будет научиться готовить что-то. Мы же наврали что ты работаешь на меня. Соответственно, блюдо должно быть не слишком трудным, но и вкусным, чтобы продемонстрировать то, чему я тебя научил за небольшое время.

— Но я не смогу научиться готовить из воздуха, тем более за один день.

— Сможешь.

— В смысле «сможешь»?

— Пошли на кухню, буду учить тебя готовить хотя бы десерты, — поднимаясь, он берет Феликса за руку, и ведёт к выходу из комнаты. Ликсу хоть и было дискомфортно, но он предпочёл помолчать первый раз в жизни, и молча следовать за Хёнджином.

В голове и теле было непонятное ощущение. Пыл характера утихомирился, и наверное, первый раз в жизни Феликс действительно не сопротивлялся. Когда же они дошли до кухни, Хёнджин отпустил руку младшего и открыл тумбу, бегая глазами по полкам искал муку и все нужное для готовки брауни. Мука, две плитки тёмного шоколада, упаковка сливочного масла, три яйца, сахар, и немного соли.

Выставляя все эти ингредиенты перед Феликсом, тот недоумевая смотрел то на них, то на Хёнджина.

— Что смотришь? Запоминай нужные пропорции. Сто восемьдесят грамм шоколада, столько же масла, семьдесят грамм муки, двести пятьдесят грамм сахара, и одна четвёртая чайной ложки соли. Запомнил?

— Не уверен..повтори ещё раз, — Феликс действительно пытался запомнить пропорции, и внимательно слушал Хёнджина. После двух раз повторения на ночь, Ликс идеально запомнил соотношение продуктов.

— Супер, ты молодец. Ты же когда-нибудь готовил что-то?

— Глазунья в счёт, или это недостаточно профессионально?

Пустив лёгкий смешок, Хёнджин подозвал парня жестом к себе, и закатывая рукава кофты начал топить шоколад и масло на водяной бане.

— То, что я считаю секретом любого вкусного блюда — настроение. То, с каким самочувствием ты готовишь что либо отражается на вкусе. Как ты себя сейчас чувствуешь?

— Вроде хорошо, но разве это и вправду влияет?

— Просто попробуй, — давая Феликсу лопатку, Хёнджин чуть отодвигается в сторону, наблюдая за тем, как парень старательно пытается вымешивать шоколад, — не делай это быстро, шоколад должен равномерно растопится с маслом, и образоваться в одну горьковато-сладкую массу. Попробуй вот так, — аккуратно заходя с правой стороны, Хёнджин кладёт руку поверх руки Ликса, задавая движение лопатки в ёмкости.

То ли теплота исходила от рук Хвана, то ли водяная баня плавила не только еду, но и ладошки Феликса. Но Хёнджин быстро убрал руку, отходя от парня и одобрительно кивая.

Когда шоколад растопился, следующим шагом была смесь яиц, сахара и соли. Беря новую емкость, он даёт Феликсу возможность смешать все самому только давая советы по консистенции и рассказывая о нормах брауни, и том, что категорически недопустимо. Например, в первом пункте приготовления шоколада, экономить на нем ни в коем случае нельзя. Лучше потратиться на шоколад, в котором не меньше 70% какао-продуктов, и процент увеличен не за счёт какао-порошков.

— Когда перемешиваешь все эти ингредиенты, тут важно не слишком усердствовать, просто перемешивай до однородности, — Хёнджин давал верные наставления спокойным голосом, и Феликс время от времени встряхивал головой, чтобы не уснуть. По окончанию второго этапа, чтобы начать третий нужно было соединить получившиеся из первых двух.

Для этого нужен был миксер, поэтому Хван немного пошумел в поисках, так как на вопрос к Феликсу, знает ли он он, где миксер, ответа не последовало, пришлось искать самому.

— Отлично. У нас есть миксер, и тут ты должен уверенно держать его, потому что если будешь слабо удерживать его, всё смешанное будет по всей кухне.

— Ты думаешь, я не испорчу тесто, тем, что замешиваю его сам?

— Больше чем уверен, что у тебя получится замечательно, и даже боюсь, что ты составишь мне конкуренцию. Вдруг Минхо захочет забрать тебя на свою кухню после такого.

— Я не люблю лесть, перестань.

— А я не люблю, когда люди недооценивают себя. Так что и ты прекрати думать, о том, что у тебя не получится. У всех получается, и у тебя выйдет.

— Я не все. Не думай, что если другие могут, я смогу также.

— Верно, ты не все, ты — особенный, — лучезарно улыбаясь, Хёнджин даёт ему в руки миксер, и придерживает миску для большей устойчивости на поверхности.

После этого нужно было добавить просеянную муку, и вуаля — тесто готово.

— А сколько оно должно печься?, — облизывая палец, где была капля, он радостно поднимает уголки губ вверх.

— Тридцать—тридцать пять минут, но важно вовремя проверить мягкость бисквита внутри. Ты можешь идти спать, а я прослежу.

— Пф, ещё чего, я всю работу делал, а ты готовенькое вытащишь. Вместе подождём, — усаживаясь на кухонный стул, Феликс подпирает подбородок рукой, и кидает взгляды на Хёнджина, — ну, и давно ты в кулинарии? Как познакомился с Минхо?

— Интересный вопрос, хоть и банальный. Я пошёл в кулинарный университет, и там окончил его на отлично. Потом устроился на стажировку, где подавал блюдо для Минхо. Тогда он и сам только начинал свой путь. Словом, моему шефу оно не понравилось по вкусу. Поскольку я был новичком, шеф пробовал все, что я выносил, и в тот день я еле убедил вынести блюдо в зал. Минхо оценил мои навыки, и сказал что хочет видеть меня своим напарником. Он ничего мне не обещал. Риск и слепое доверие — все, что мне было дано тогда. А сейчас я заведую небольшим ресторанчиком, живу конечно, не настолько на широкую ногу, как твой брат, но стремлюсь к такому же уровню, и даже лучше.

— Это захватывающе слышать. Все мои знакомые начинали свой путь с блеском, а я работаю доставщиком. Но ты и вправду большой молодец. Если ты понравился Минхо, то ты действительно хорош. Чутьё и вкус у моего брата то что надо.

— А тебе я понравился?

— Что?

— Что?

— Кхм, сначала я испугался тебя и твоей квартиры, потому что у какого нормального человека будет отсутствовать телевизор в гостиной, — не успевая закончить предложение, Хёнджин начинает смеяться, закрывая рот рукой, и опуская голову вниз, — Эй, что смешного? Это же действительно странно выглядит. Ты и так старпер по факту, если такого же возраста как Минхо, так ещё и фрик.

— Признаюсь честно, телевизор я и вправду редко смотрю, но это касается только гостиной. Поскольку она соединена с кухней, меня немного напрягает огромный чёрный прямоугольник по правую сторону. Но то, что из-за этого я фрик, очень смешно.

— Любого бы адекватного, как я, это удивило. И вообще, хватит разговоров, за тестом надо следить, — обнимая ладошками лицо, Феликс всматривался в духовку, стараясь избегать взглядов с Хёнджином, — но в целом..ты вроде неплохой, раз не сдал меня с работой.

— Ты говорил, что у всех все начиналось с блеском, но перед тем, как устроился на стажировку хоть в какой никакой ресторан, я работал консультантом в магазине. И причём около двух лет. Так что именно поэтому я не выдавал тебя, потому что понимаю, каково начинать с низких профессий, и набираться опыта.

Феликс ничего на это не ответил, а только обдумывал сказанное Хваном. Что-то в словах, да и действиях Хёнджина смягчало отношение Феликса ко всему сказанному. В какой-то степени это даже злило его. Как так, его, непоколебимого и нравного парня что-то может остановить в резких высказываниях?

— Может ты и прав, — все же отвечая на предложения Хёнджина, Феликс привстает со стула, и подходит к духовке.  Открывая и тыкая в бисквит палочкой, он достаёт её с мягким брауни на конце палочки, — Это достаточно готов?

— Надо попробовать, — привставая, Хван подходит к Ликсу, и берет у него ту деревянную палочку, пробуя крошки бисквита на вкус. Феликсу снова стало не по себе от расстояния с незнакомым по сути человеком. Но он предпочёл смотреть в кухонное окно, чтобы не так нервничать от расстояния, — Ммм, думаю да. Можно вытаскивать. Поздравляю с первым приготовленным брауни.

— Спасибо, это и вправду ощущается немного странно. Думаешь, они поверят, что я готовил это сам?, — упираясь руками об столешницу сзади, Феликс взволновало смотрел на Хёнджина, и неловкость куда-то улетучилась.

— А разве это и вправду не так?

— Ты ведь мне помогал. Сам, это когда без никого на кухне.

— Считай меня своим волшебным помощником, ты ведь смотришь в ютубе какие-то туториалы. Можно считать, что ты просто слушал мои советы, я даже не прикасался напрямую ни к одному из продуктов. Только к посуде.

Смотря на свои руки, Ликс не до конца осознавал, что смог приготовить десерт и вправду сам. До этого список пополняла только глазунья, но благодаря хорошему обучению Хёнджина, он теперь и кондитер.

— Я должен благодарить тебя очень и очень много раз, на самом деле. Спасибо за все, с чем помог и не выдал меня, — парень кладёт руку на плече старшего, и кивает головой в повторный знак благодарности.

— Я рад, что помог тебе. Завтра держись уверенно, и повтори все ингредиенты. Минхо любит ловить на мелочах.

— Оо, тут ты прав. Он вечно спрашивает то, что чётко указывает правда что-то, или нет. В детстве он часто ловил меня с поличным на разных мелочах, — вспоминая разные моменты из ребячества, Ликс чуть расслабился, и ощущения были, словно с плеч упал огромный и тяжелый камень.

— Чего не отнять, у Минхо хорошее будущее. Есть свой так называемый «стержень». Представляю как тебе несладко было расти с братом-лидером. Я и сам, честно говоря не очень его переваривал во время обучения на его работе, но в целом, если не спорить и не врать — хороший парень, — ставя в то время брауни в холодильник, Хёнджин отряхивает руки и одежду, — Думаю, нам обоим пора спать, что скажешь?

— Уже действительно пора, очень надеюсь, что завтра все пройдёт гладко...

— Уверяю тебя, все будет замечательно, — искренне улыбаясь Хёнджин смотрит на раковину с горой посуды, и тяжело вздыхает, — кажись, у нас есть ещё работа.

— Да блин! Эта посуда..кто её придумал?, — устало выдыхая, Феликс закатывает рукава и принимается вместе с Хваном очищать следы готовки. Тёплая вода ещё больше усыпляла, и младший клевал носом.

— Феликс, Феееликс, — Хёнджин заглядывал в лицо парня, нагибаясь чуть ниже обычного. Младший кое-как водил рукой по посуде, уже с закрытыми глазами. Выключая кран с водой, Хёнджин вытирает руки и берет Ликса за плечи, укладывая голову и одну руку себе на плече ведя к дивану в гостиной. Ёнбок послушно шагал, в прямом смысле засыпая на ходу. Хван придерживал его за руку, запрокинутую на его второе плечо. Длинноватая челка свисала вниз, и все равно холодные руки, несмотря на взаимодействие с тёплой водой, также свисали вниз.

Старший аккуратно уложил Феликса на диван, осматриваясь по сторонах в поиске одеяла. Поскольку это была гостиная, предусмотренных одеял тут не было. Поэтому Хёнджин решил пойти и взять одеяло из своей комнаты, так как немного грубо хозяйничать в чужой комнате. Или же он таким способом хотел проявить заботу по отношению к Феликсу? Отмахиваясь на такой вопрос в голове, он следует своему плану и шагает наверх, возвращаясь с тёплым одеялом. Укрывая Ликса, он поправляет подушку под его головой для большего удобства.

Домывая оставшуюся посуду, Хёнджин идёт в свою комнату. Укрываться теперь было особо нечем, но в зимнюю ночь спасало то, что температура его тела всегда была тёплой, и он бы не замёрз без одеяла.

Уже утром, Феликс, проснувшись, совсем не понял где он находится, и почему так шумно. Минхо во всю готовил завтрак, недовольно бросая взгляды на спящего брата.

В конце концов Феликс на локтях поднялся и ещё с одним закрытым глазом, осматриваясь по сторонам.

— Проснулся наконец-то? Сколько можно спать, ещё и в гостиной? Комнаты своей нету?

— Да чего ты с утра прям начинаешь, даже проснуться нормально не дашь, — поднимаясь окончательно, Феликс делает недовольное лицо, — Мы ночью готовили, и..., — прекращая речь, он встаёт и окончательно просыпается, — Вообще, почему я перед тобой отчитываюсь. Готовь себе свою еду.

— Тц, мелкий и вредный.

Уходя с кухни, Феликс идёт в ванную, дабы умыться и снова начать день с не особо позитивной ноты. Минхо опять капает на мозги, все хорошие моменты с готовки улетучились вслед за снами. Сплевывая пену с зубной пасты, Ликс кое-как умылся и пошёл в свою комнату, снова падая на кровать. «Господи, за что мне такой Новый год». В дверь снова постучали. «Ну вот, сейчас пришёл лекции мне читать. Завтра сразу же утром уеду отсюда»

Лениво вставая с кровати, Феликс плетётся к двери, и открывая её, перед ним стоит только вышедший из душа Хёнджин. Слегка мокрые волосы прилипли ко лбу. Футболка в некоторых местах прилипла к телу, и можно было заметить рельеф тела. Но Хёнджин, конечно же, пришёл в таком виде не специально. Сначала он пошёл на кухню, и не заметив там Феликса, решил пойти к нему в комнату, чтобы ещё раз обсудить мелочи касательно сегодняшнего дня. Ну и...просто увидеть его?

Но как только он увидел старшего, он сразу же захлопнул дверь. Парень стоял недоумевая, а Феликс поступил так рефлекторно, сам не зная почему.

— Феликс, это же Хван, ты не узнал меня?, — стуча легонько в дверь, парень и вправду думал что выглядит как-то не так, поэтому Ликс его и не узнал.

— Я понял что это ты, прости, сейчас открою, — смотря в пол, когда дверь отворилась, Феликс принялся застилать кровать, чтобы не смотреть на смутивший образ, — Что-то хотел?

— А, да. Я зашёл спросить помнишь ли ты все мелочи на всякий случай, и просто узнать как тебе спалось.

Движения Феликса чуть остановились, но лишь на малое мгновение, и он, сохраняя обладание, отвечал на вопросы.

— Вроде как все помню, а насчёт того как мне спалось, — заправляя кровать окончательно, Феликс присаживается на неё же, приглашая Хёнджина на стул напротив. Хёнджин же сел на кровать, также, как и Ликс поступил вчера. Младший только цокнул, и слегка улыбнулся, — Если бы не Минхо, спалось бы мне отлично. Он возмутился только потому, что я спал на диване. А ему лишь дай причину для утреннего завтрака мозгами.

— Да уж, твой братец умеет задать тонус дня. Но предлагаю просто сегодня утереть ему нос. Ты вчера постарался на славу, и нужно использовать это по максимуму.

— Мы постарались. Без тебя я бы не приготовил десерт. Ты, кстати, проверял как он там?

— Да, он в порядке. Думаю, будет идеально вкусным, получается, мы выглядим как команда уже?

— Почему как? Я считаю нас командой. Ты, наверное, не плохой человек, — Феликс выставил кулак для дружеско-командного стука, и Хёнджин ответил на этот жест.

Оба парня заполнили комнату тишиной, но в конечном итоге её нарушил старший.

— Удивим всех на завтраке?, — привставая, Хёнджин протянул Ликсу руку. Теперь их ладошки снова соприкоснулись вместе. Контраст температур, конечно, не вызвал мурашек, но дал почувствовать себя необычно. Феликс, в целом, всегда был уверен себе, но держа Хвана за руку убеждение в сегодняшнем дне росло ежесекундно. Хёнджин также находил какую-то своего рода отдушину, находясь рядом с Феликсом? Возможно поспешный вывод, но он симпатизирует ему. Не любовь с первого взгляда как в фильмах, но заинтересованность и желание находится рядом и больше общаться точно была.

О чем Хёнджин думал, перед тем когда спал, это то, не слишком ли он пытается взаимодействовать с Феликсом? Познакомились они весьма странно, и при таких обстоятельствах любое прикосновение будет восприниматься иначе, нежели при стандартном знакомстве. Но Ликс вроде как чувствовал то, о чем думал Хёнджин, и крепко взял его за руку, кивая.

Парни вышли в гостиную, уже расцепив руки, и чувствуя вкусный аромат завтрака. На стол было накрыто, и Сынмин, сидящий возле тарелки оживился, когда увидел Феликса.

— О, Феликс. Я видел в холодильнике брауни, когда успел купить? Минхо сказал, что это не он пёк, — подзывая к себе, и начиная говорить в еле слышном шёпоте, двое парней машинально пригнулись, несмотря на то, что Хёнджина Сынмин не звал, — он вообще так разозлился, когда увидел брауни в холодильнике. Я думал в меня полетит сковородка, если не нож, когда я начал расспрашивать его.

Парни переглянулись друг с другом, и прыснули от смеха. Еле сдерживая эмоции, Феликс, Сынмин и Хёнджин начали безудержно смеяться, цепляясь за стулья рядом. Минхо по всей видимости не выдержал, и кинул полотенцем в умирающих гиен.

— Ну вот, разозлили Бога готовки, теперь у вас постоянно будут пересоленные блюда, ууу, — Феликс начал издавать мистические звуки и перебирать пальцами в воздухе.

— Так, закрылись и садитесь есть. Приятного аппетита, — Минхо не сел завтракать с братьями и другом, а молча ушёл в свою комнату.

Парни вкусно поели, и помыли за собой посуду, проводя день как обычно. Они все вместе сели поиграть в приставку. Так и дошло время до обеда, когда семья собралась в полном составе снова, а значит скоро наступит очередь брауни Ликса и Хёнджина. Оба немного волновались. Хван волновался за Феликса, а Феликс за себя. Ну, и немного за Хёнджина, потому что тот тоже выглядел напряженно.

Все вкусно едят первое, болтая о всякой чепухе, и тем временем доедают второе. Спустя несколько минут они спросят о готовке Феликса, и наступит десерт. В голове повторялись ингредиенты и последовательность на случай допроса Минхо.

— Мы так вкусно поели, теперь пора бы и чего-то сладкого. О, Ликс, мы же вчера говорили о твоей готовке. Может, приготовишь нам чего-то лёгонького и вкусного?, — мама, улыбаясь, обратилась к сыну, вытирая салфеткой немного запачкавшийся рот.

Привставая из-за стола, Феликс улыбается и гордо шагает к холодильнику, вытаскивая оттуда брауни, и начиная разрезать его на части.

Родители перешёптывались между собой, а Феликс, уже отпустивший тревогу разрезал кусочки сладости каждому в тарелку и поочередно носил. Сначала самым старшим, и так по убыванию. Присаживаясь наконец за стол, все с некой осторожностью начинали пробовать десерт, и по Феликсу было заметно, возможно только Хёнджину, что тот становится не таким уверенным, как пару мгновений назад. Толкая его коленкой об ногу, Ликс очнулся и повернулся к нему, ожидая оценки приготовленной вкусности, и смотрел с надеждой на то, что ответ будет доброжелательным.

— Ты молодец, у тебя все получилось, — снова проговаривая губами, без лишних звуков, Хёнджин берет достаточно большой кусок десерта в рот, и тот начинает таять, а далее все следуют его примеру. Каждому понравился брауни, и даже Минхо, который, к слову, так и не устроил допрос. Наверное слишком вкусным было обеденное сладкое. Феликс повернулся к Хвану с блестящими глазами, показывая кулачок под столом, улыбаясь искренне, не тая ничего внутри. Хёнджин стучит кулаком в ответ, засматриваясь на черты лица юного кондитера.

Глаза напоминали шоколадные капли, лишь немного курносый нос, усыпан полем из веснушек даже в холодную пору, пухлые ватные губы, где верхняя больше другой, миниатюрный подборок и нравственный характер. Насколько кратко смог, так Хёнджин и описал Феликса в своей голове в этот момент.

Долго смотреть было как-то некрасиво, поэтому старший ответ взгляд к присутствующим за столом, и наблюдал за реакцией. Минхо даже немного улыбался, и перекидывался парочкой слов с Сынмином. Скорее всего, он начинал гордиться Феликсом. Характер старшего брата был очень строгим и непоколебимым. Чтобы он относился к друзьям или родным хорошо, это нужно было в какой-то мере заслужить. Но заслуга должна была быть адресованная не ему, а самим себе. То есть, проще говоря, он любил успешных и целеустремлённых людей, которые пойдут к своей цели прямиком. Хёнджин точно был уверен, что он станет относиться к Ликсу более мягко, хоть и не сразу.

Третий день Соллаля проходит максимально уютно. Феликс хотел поскорее уехать недавно, но сейчас он бы желал остаться в этом дне как можно дольше. Вечером же, по традиции, каждый наблюдал за луной со своей комнаты. Раньше они делали это вместе возле речки, но в этом году самые старшие были не в силах шагать так далеко, поэтому приняли решение остаться дома. Удачной приметой было встречать рассвет на побережье. Ликс подумывал о том, чтобы пригласить Хвана с собой в честь благодарности, или же не только из-за этого.

Юноша сидел в своей комнате, распахнув окно и наблюдая за восходящей луной. Снежинки иногда залетали в комнату, но Феликса не волновал подступающий холод. Сосредоточенность на небе опять прервал тихий стук в дверь. В этот раз Ликс надеялся, что это был Хёнджин, и как ожидалось он не ошибся.

— Привет, я не помешал?, — Хёнджин заглядывал внутрь, и смотрел нет ли кого-то ещё в комнате.

— Привет, нет конечно, я тут один сижу.

— Тогда можно составить тебе компанию с тёплым чаем?, — вытаскивая из-за спины поднос, Хван неловко улыбается.

— Отличное предложение, проходи, — и чай, и Хёнджин были никак кстати в этот момент. Феликс с удовольствием впустил его в комнату, и подошёл к столу, где уже стоял поднос.

— А я говорил, что всем понравится твой брауни. Даже Минхо никак не дерзил.

— Наверное настроение и вправду влияет на вкус, — беря в руки обжигающую чашку, Феликс делает глоток, и напиток согревает его изнутри.

— Судя по всему, у тебя тогда было очень хорошее настроение, — облокачиваясь об стол, Хёнджин наверное надеятся на наивный ответ, желая увидеть его хотя бы в шоколадной радужке.

— Не без твоей помощи оно было таким, честно говоря, — теперь желанное виднелось не только в глазах, но произносилось на влажных от чая устах.

Хёнджин улыбнулся уголками губ, прикрывая улыбку чашкой. Настроение значительно улучшилось от таких простых слов, но для него они немало значили.

— Пойдём к окну? Все таки традиция это наблюдать за луной. И.., — в этот момент Феликс немного замялся, но собирая уверенность в кулаке, продолжил, — Может ты хочешь пойти на побережье, чтобы встретить рассвет по традиции для благополучия и всего такого. Ну, если ты веришь в эту традицию конечно.

— Я что-то слышал о таком, и я с радостью встречу первый рассвет в этом году с тобой, — Хёнджин говорил это уверенно, уже стоя возле окна, упираясь локтями в подоконник, глядя то на луну, то на опустившего вниз голову Феликса. Спустя несколько секунд он поднял голову и мягко улыбнулся вглядываясь в зимнее звёздное небо.

Около часа они молча стояли допивая чай, и когда время достигло пяти утра,  начали собираться и выходит втихаря из дома, держа маршрут к ближайшему водоему. Выбегая из дома, погода была достаточно приятной, пару снежинок падало на ресницы и нос, а руки уже и не были такими холодными. Когда они были достаточно далеко от дома, Феликс присел на корточки, собирая с тонкого слоя снега небольшой шарик, без грязи и прочего. Хёнджин заметил, что младший копается в снегу, и подумал, что он что-то потерял.

— Ликс, все в порядке? Ты что-то потерял?, — трогая юношу по плечу, он также нагибается и пытается заглянуть за спину парня.

— Я — нет. А вот ты кажись потерял..., — быстро оборачиваясь и показывая небольшой снежный шар, он мигом летит прямо в лицо старшего, и после этого Феликс сразу убегает.

— Ах ты..., — делая возмущенное лицо, Хёнджин стоит пару секунд в шоковом состоянии, а потом бежит за Феликсом. Младший бежал, оглядываясь на разъярённого хёна, и ещё больше был доволен собой. Может, этот Новый год действительно отличается от предыдущих?

Хёнджин был хорош в спорте, поэтому догнать хулигана было не проблемой. Накидываясь на того со спины, чтобы словить, заодно получилось и обнять. Старший распахнул глаза от неожиданности своих же действий, и не снимал объятья около секунд двадцати, а позже отряхиваясь, поправляя причёску. Феликс также был удивлён таким действиям, и между парнями снова повисло молчание, разделяемое широкими белоснежными полями. Парни как раз подошли к побережью, и Хван решил извиниться за недавнее нелепое действие.

— Феликс-а, это было лишним, прости, — Хёнджину было неловко, и он согнул голову вниз, устремляя взгляд под ноги.

Феликс умиротворённо глядел на ландшафт вокруг, и поднимая голову в небо, обратился к хёну.

— Луна сегодня красивая, правда?, — продолжая смотреть в небо со спокойным лицом, руки за спинной нервно переплетались. «Может, я зря это сказал? Надеюсь, что он не знает этой фразы. А даже если знает...вряд ли ответит так, как сказано там»

Хёнджин поднял взгляд на парня, и склонил голову вбок, не понимая, как воспринимать эту фразу. Вдруг, Феликс не знает что она означает в таких ситуациях, и просто говорит что луна и вправду красива, без единого намёка. Но как бы там ни было, ответит он так, как отвечают на такой вопрос.

— Такая красивая, что умереть можно, — полностью выпрямляя спину, Хёнджин не двигается с места, а наблюдает за реакцией Феликса. Действия происходили словно в замедленной съемке. Луна плавно садилась и горизонт обретал светлый окрас. Ликс повернулся лицом к Хёнджину, и непонимающе смотрел на него. «Он шутит?» — все, что проигрывалось в светлой макушке.

«Нет, не шучу» также по слогам, как и за обеденным столом, проговорил без звуков старший. Зрачки Ликса расширились, а сердце забилось с каждый секундой сильнее и сильнее. Хёнджин подошёл почти вплотную к Феликсу, и прохладными руками, кладя руки на его щеки, легонько кивнул, якобы спрашивая «Можно?», на что младший также легонько кивает, и тянется ближе к старшему, касаясь губ, и ловя на своих горячее дыхание.

Луна стремилась к горизонту, и утопала в отражении колыхающейся воды. Ночь сменялась утром, старый год уже позади, и начинался новый. По всей видимости, парни проведут его вместе. Также, как и встретили. Рука Феликса скользнула к плечу старшего, и чуть надавила к себе, немного сильнее приближая Хёнджина к себе. Соприкоснувшись, в голове и душе началась метель. Метель не запутывала и не вызывала тревожность. Метель распространяла тепло, а не холод. Причём по всему телу, откликаясь в каждом сантиметре. Мурашки, вместо бабочек пробежались по спине, прокладывая путь к рукам. Хёнджин аккуратно накрыл своими губами нижнюю Ликса, согревая и без того горячие уста.

Вокруг остался только этот момент, Хван Хёнджин, и восходящее солнце в его новой жизни.