Ты... защитила меня?

Лес Кингсленда наполнился звуками арбалета и выпускания стрел. Разбойники‑лучники засели на возвышенностях, осыпая четвёрку градом стрел. Алекс прикрывался и отражал стрелы мечом, Руби ловко уворачивалась, Твинкл пыталась создать защитный барьер, но стрелы свистели со всех сторон.

Джинн припал к земле, высчитывая траекторию выстрелов. Он уже собрался сказать что-то команде, как вдруг послышался резкий свист. Ученый повернул голову в сторону и замер.

В миллиметре от его глаза остановилась стрела с окровавленным кончиком. Подняв глаза, он с шоком обнаружил, что рядом с ним стоит Анахики, ладонь которая была насквозь пробита этой стрелой.

Девушка повернула к нему голову и спокойно, почти весело спросила :- Ой! Джинн, привет! Я тут мимо проходила, увидела бой и подумала…

Не успела она договорить, как около её лица пролетела другая стрела, задев и оставив на щеке порез. Черноволосая слегка поморщилась и спросила :— Кстати, ты не поранился?

Ученый ничего не мог ответить,  только с шоком смотрел на неё.

"Она… только что защитила меня, закрыв собой…".

Перед ними встал Алекс, прикрывая их мечом.

- Джинн, в укрытие!———————————————

Когда бой закончился, четверка вместе с Анахики вышли из леса. Всё это время Джинн иногда  поглядывал на Анахики, будто  пытаясь убедиться, что она реальна.

Когда они дошли до замка, они увидели, что Чёрный барон вёл беседу с одним из рыцарей. Заметив Анахики в окружении своих врагов, он оборвал разговор и подошёл к ней. Затем взял за руку и посмотрев сказал :- Рука не сломана. Спина не поцарапана. Голова не разбиралась. - Чёрный барон отодвинул её в сторону и пробормотал. - Ну, не сдохла и на этом спасибо.

Джинн сжал кулаки. Как можно так обращаться с собственным ребёнком?! Даже его собственная мать так не вела с ним, а ведь женщиной она была холодной.

Это же недопонимание он чувствовал и от остальных. Алекс смотрел на Черного барона тяжёлым взглядом, Руби скрестила руки, а Твинкл побледнела, прикрыв рот ладонью.

Когда Чёрный барон скрылся из замка, ученый подошёл к Анахики, положил руку ей на плечо и сказал :- Давай обработаем твою руку. Это серьёзно.

Получив от Анахики одобрительный кивок, он повел её в лечебницу.

- Анахики…

Девушка повернула голову. Твинкл, найдя слова сказала :- Ты… ты очень смелая.

После этих слов в её взгляде промелькнуло удивление.———————————————

Спустя пару минут Джинн обрабатывал рану Анахики. Когда он закончил перевязку, заметил, что из ткань на плече резчицы слегка порезана, будто по ней провели ножом. Хоть крови и не было видно, чернокожий всё-таки спросил, указывая на плечо:- Можно?

Черноволосая кивнула и Джинн закатал рукав её платья. На плече никакой раны не было и Джинн собирался уже закатать рукав обратно, как заметил у неё на предплечье странный шрам в виде немудреного узора, чем-то похожего на ромб, но ромбом не являющееся.

- Анахики… что это? - спросил он, указывая на шрам.

Девушка лишь посмотрела на шрам и сказала :- А. Это я в детстве себе пилой порезала. Мне тогда лет 6 было и я увидела, как какой-то грустный мужчина проводил себе по руке ножом, создавая царапины. Тогда я ничего не поняла и подумала, что это красиво и, взяв пилу, сделала себе этот шрам. Эх, ностальгия.

От этих слов ученый слегка вздрогнул.- Ты… сама это сделала?

- Да. Тогда мне казалось, что это… красиво. Как резьба по дереву. Я ведь уже умела держать пилу — мама учила. Вот и решила попробовать на себе.

Джинн медленно опустил её рукав, но взгляд не отвёл.

- А потом… — он запнулся, подбирая слова. — Ты не пожалела?

- О, конечно пожалела! Было больно, страшно, мама кричала… Отец тогда впервые посмотрел на меня по‑настоящему — с отвращением. Сказал, что я позорю род. - затем Анахики встала, поправила платье и выходя из лечебницы, сказала - Спасибо за перевязку, Джинн. И за… это.

Она закрыла дверь лечебницы, оставив Джинна одного.