Спасибо папе и Эду Ширану

                 Что значит «странно, но                      сердце не бьётся…»                   Вы б только видели!              Бьётся — на раз!                   В каждом осколке бликует               на солнце            Свет равнодушных                      насмешливых глаз…

- Вечно ты со своими ножницами!- А ты чего жалуешься? У самой бумага, я что, виноват? - Да проиграй уже, и не выпендривайся! - Сама проигрывай, дурёха.- Сам дурак! 

Обмен любезностями. Как мило, аж в животе Моцарт запел. И не только в животе, и не только Моцарт. Снова стучится эта дробь барабанная. Слева. Думает достучаться до меня. А мне как будто и не хочется выиграть, и проиграть тоже. Снова бумага, а у этого опять ножницы. Надоел.

- Всё. Надо перекурить - останавливаю игру. Сажусь, спиной прислоняясь к мостуЭтот тут же рядом пристраивается, и в глаза пялиться:- Перекурить? - Ну... Перевздохнуть, так понятно? - отвечаю. - Может, передохнуть? Ты где слово то такое слышала, "перевздохнуть"? - цепляется Лось. - Вот прицепился, ну передохнуть. Сиди сам передыхивай - говорю я. Демонстративно отворачиваясь. Пусть помолчит.

Не надолго меня хватает. И его тоже. - Ты же не хочешь снова играть, да? - спрашивает он тихо, смотрит на свои руки, пальцами складки кофты перебирает. - Как и ты - догадываюсь. Не такая уж и дурочка, ведь да, Саманта?

И снова молчим. И снова не надолго. - Тебя зовут то как? - спрашивает этот, поворачивает голову ко мне. Наконец то, ёлки палки. - Саманта - отвечаю, и гордо так при этом головой встряхиваю, будто имя у меня ну совсем не обычное.- Сэм, значит. Здорово - отвечает этот красивый чудик. Ну, и чего тупишь то? - Ну, а самого то как? - спрашиваю, не выдерживаю- или мне тебя продолжать звать Лосярой? - Я Сэм, вообще то - возмущённо и смешняво заявляет теперь уже не Лосяра, но всё равно чудик по имени Сэм - вот же повезло. Одинаково.

Повезло, так повезло. Оба чудики, оба Сэмы (меня если кратко, конечно), и волосы одного цвета, и красивые оба. Загнула? Ничуть. Он же реально красивый. И с весенним обострением. И плечи ничего такие.

- Клёвые джинсы - без всякого стеснения тычу пальцем в его бедро. - Сам балдею - отвечает этот, ничуть и не смущаясь - а у тебя куртка. Это Эд Ширан? - Сэм поворачивает меня боком к себе, рассматривая автограф. - Он самый - подтверждаю, и тут же добавляю - хочешь послушать? Вынимаю один наушник, и включаю "Shape of you", которая пятьсот лет назад доиграла и замолчала. Снова включаю её. Сэм забирает провод, и тут же улыбается:- "Shape of you"! Ты танцевать что ли любишь? Офигеть, догадался. Сэм, ты бесишь своей проницательностью! - Люблю. А ещё страдать люблю. Стекло читаю. Я про фанфики,шаришь? - совсем откровенная. Сэм тебе не личный дневник,тупица. А какая разница? Он же Сэм. Сидит тут со мной, разговаривает, расспрашивает. Давно со мной не разговаривал никто,кроме,разве что, препода на парах.

- Это вот эти гейские что ли? - кривится. Смешно так,одна бровь выше другой поднимается.- Это слеш называется - говорю. Посмеиваюсь. Он же и правда забавный.- Это вроде - предполагает Сэм - Драко и Гарри? И снова кривится. Меня аж рвёт,подрывает,точнее, рассмеяться. - Да, или Чонгук и Ви - добавляю подробностей. А этот смотрит,молчит. Не понял.- Ну корейцы,BTS - объясняю почти на пальцах - не знаешь, что ли? - Неа - просто отвечает, отрицательно кивнув головой - они поют? - Да,дурачок,и поют,и танцуют.

Тут же добавляю:- У меня и папа был...и танцевал, и пел. Ты дура что ли,Саманта? Нафига про отца то? - Был? - спрашивает этот. Спрашивает,как же. Смотрит, уже знает ответ. Дурак!- Ушёл туда - показываю пальцем вверх,в небо - три года назад. А сглатывать то больно,Сэм. Папа то единственный,кто со мной так вот разговаривал. И на концерты водил. И пел,и даже танцевал со мной. И джинсовку он достал. И в университет устроил. И вообще,люблю тебя сильно,папуль. Только вот уже не могу сказать тебе лично.

- Прости - отзывается Сэм. - Не парься.Я привыкла - отвечаю - спасибо ему и Эду Ширану. Я так то пришла бы сюда гораздо раньше.