прости

Мартин поначалу настроен... скептически. то есть, нет, не то чтобы он к кому-нибудь незнакомому может относиться иначе, но здесь как-то по-другому, совсем не так. словно... словно он готов довериться быстрее, чем другим. может, потому что они должны будут работать вместе над проектами организации. а может, потому что весь его вид показывает, что на него можно и нужно положиться. Мартин чуть выше новенького - на сантиметров шесть, не более того, но это и не имеет значения. рыжеволосый юноша ярко улыбается, протягивает руку и склоняет голову набок, жмурит розовые глаза и смеется почему-то, а Мартин хмыкает и смотрит на чужую ладонь. пальцы тонкие, длинные, а на их подушечках - едва заметные мозоли, наверное, от работы. а еще на тыльной стороне - немного веснушек. 

- я Габриэль Ирвин, будет приятно с тобой поработать. надеюсь, что мы поладим!

ага, поладят. Мартин в этом уверен больше, чем в своем начальстве. не так. больше, чем в себе самом - а это многого стоит, потому что сильнее всего он верит в себя. до этого момента.

- Мартин Ариас. обязательно поладим, Габри, можно не сомневаться.

- эй, мог бы и спросить, прежде чем сокращать мое имя!- получив в ответ тихое ворчание на испанском и закатанные глаза, Габриэль не выдерживает и снова смеется, толкая коллегу в бок острым локтем,- я шучу, если что, можешь сокращать, мне даже нравится. так ты испанец? горячая кровь? 

- а с каких пор у нас начинается знакомство с выяснения национальности? 

- тогда приятно познакомиться, британец - помесь английской и шотландских кровей пред вами!

- исторические шутки понимаешь? 

- Британская Империя и Испанская Империя, я угадал?- Габриэль щурится немного хитро, глядя на удивленный взгляд темных глаз. 

- теперь мы точно обязательно поладим. 

***

лаборатория - их полотно, а они сами - художники. 

такое сравнение возникает, когда он смотрит на разноцветные пробирки, инструменты, расположенные на столе, и на своего коллегу - яркого и освещающего даже самые темные уголки помещения. Мартин слишком разговорчив рядом с ним (тот, кстати, отвечает тем же) - обсуждает столь любимые ими историю, химию и биологию, шутит, рассказывает о своем прошлом, о своей детской мечте стать певцов, об ориентации и о желании семьи с маленьким мальчиком. в ответ он слышит смех Габри и фразу о том, что родного сына завести будет весьма проблематично. 

а после Ирвин обещает, что он сделает все ради этого.

- почему?- Мартин приподнимает бровь, окидывая взглядом коллегу. тот молчит пару минут, а после несильно бьет его в живот, возвращаясь к деталям их новой разработки, чтобы начать их постепенно собирать воедино.

- глупый Мартин! 

- почему же это я глупый?- Ариас подходит сзади, несколько секунд просто наблюдает, прежде чем присоединиться. снова повисает тишина, но ненадолго - тяжелый вздох прерывает ее. словно Габри какой-то великомученик, а не просто работник лаборатории.

- да потому что нравишься ты мне. это было очевидно еще с нашей первой встречи. 

занавес. 

они много флиртовали за те шесть месяцев, стали близки - гораздо ближе, чем могли допустить. Мартин не отрицает, но услышанное... напоминает очередную шутку коллеги, и он правда ждет этого неловкого смешка и фразы "расслабься, я тебя разыграл", но этого не следует ни через минуту, ни через десять. это время они проводят в тишине. она не давит, но неприятно сводит свое недосказанностью. Мартин должен что-то ответить. хотя бы потому что Габри - самый дорогой его человек. и потому что он правда хочет его поцеловать - так, чтобы выразить все свои чувства сразу. 

в любой момент они могут умереть. значит ли это, что пора ловить шанс? 

однозначно. 

- Габри,- когда Ирвин разворачивается к нему, Мартин берет его лицо в свои ладони и касается губ. 

и весь мир остается где-то там, далеко, словно и не в их вселенной вовсе. хотя его, так-то, давно и нет - он исчезает уже тогда, когда два молодых и амбициозных юноши встречают друг друга и влюбляются. 

- у нас будет чудесный сын, обещаю. 

***

- а у Алиса будет что-нибудь от меня? а то внешность вся в тебя. не то чтобы я против, ты прелестное солнце, но...- Мартин поджимает губы и строит шутливую обиду, подходя к Габри сзади и обнимая его за талию, располагая свою голову на родном плече. они вместе работают над этим проектом уже не первый год - за плечами семь лет труда и сотни попыток, они давно расписались и официально стали мужьями, а Габри принялся исполнять свое обещание. сейчас они близки, как никогда раньше. искусственно созданный ребенок на основе генетического материала двух мужчин - кажется, Габриэль каждый раз восхищается результатами все больше и больше, а глаза его горят так, как никогда раньше. а если рад Габри, рад и Мартин - тем более, когда дело касается их будущего сына. 

- отсутствие веснушек и родинка под глазом, а еще чуть вздернутый нос. у тебя в роду были невысокие люди? 

- мама и бабушка.

- если судить по подсчетам, то в этом плане он пойдет в них - он не будет слишком высок, если мы не ошиблись где-то.

- ну и пусть. он будет чудесным сыном, вот увидишь. мы долго работали над тем, чтобы он смог появиться на свет.

- первоначально у него не будет никаких особо выраженных черт характера, только если какие-то наши, но маловероятно. пусть ему и будет пять, но многому придется учить, а младше просто нельзя, потому что отпуск на работе нам не дадут, и... ох, ладно, я переволновался, но многое впереди.

- если умом он пошел в нас с тобой, то это не будет трудно. Габри,- глядя, как муж кусает губу, Мартин выдыхает, разворачивает его к себе и кладет руки на щеки - как тогда. он улыбается нежно, смотря, как Габриэль ластиться к нему и жмуриться, а после целует его в щеку,- не переживай. мы оба готовы, и Алис станет новым членом нашей семьи. 

- я просто боюсь, что он может тебя разочаровать, понимаешь... мы уже семь лет трудимся над этим. а что, если он не оправдает ожиданий?- Ирвин сцепляет ладони в замок и выдыхает. Мартин качает головой и накрывает их своими, грея холодные от нервов пальцы.

- ты же знаешь, что этого не будет. это - наш сын. вне зависимости от того, каким он будет, мы оба будем его любить, и сердцем ты это прекрасно чуешь, солнце. 

- правда-правда?

- правда-правда. мы завершим сегодня работу, и он будет с нами. 

- да... да, ты прав, дорогой. давай дадим ему шанс на жизнь. 

***

- еще раз они посмеют сказать моему сыну, что он ублюдок, и я пойду разбираться в школу. как учителя смели допустить такой произвол! не замечают, что над ребенком издеваются и не принимают никаких мер!

- я тоже хочу им въебать, поверь,- Мартин выдыхает и опускает руки на плечи разъяренного Габри, гневно размахивающего руками и проклиная всеми известными ему ругательствами школу,- но нам нужно успокоиться, лишние проблемы ни мне, ни тебе, ни тем более Алису не нужны. 

- да... да, ты прав, дорогой. сейчас...

- папа Габри, папа Мартин!- в комнату вбегает рыжий мальчишка лет 9, держа в руках лист бумаги. оба родителя оборачиваются на ребенка, когда он останавливается рядом и перекатывается с пятки на носок, ярко улыбаясь (точно от Габри). Мартин подхватывает его на руки и внимательно смотрит на то, как Алис вытягивает ручку и демонстрирует свое творение,- я нарисовал, я нарисовал! смотрите, какие вы красивые! 

они до сих пор не верят, что это чудо - их ребенок, что звонко смеется и рассказывает, как ему нравится рисовать своих пап с счастливыми улыбками на губах, а у них в голове только одно - это их ребенок , такой радостный, такой невероятный, такой... такой. 

они любят его так же, как друг друга - до такого же маленького-большого счастья. 

и это не разрушить, потому что в этом доме главное - любовь и радость.

***

как оказалось - разрушить. 

- прости, Алис, но хотя бы ты должен остаться жив.

когда Алис вместе с их другом скрывается, отчаянно пытаясь вырваться к родителям, Мартин оборачивается к Габри с грустной улыбкой и протягивает пистолет. 

- поздно... о чем-то думать слишком поздно,- Габриэль берет его за руку и крепко сжимает. из его розовых глаз катятся слезы, а у Мартина сердца разрывается, когда он видит это.

- солнце,- выстрел,- спасибо, что ты был со мной все эти шестнадцать лет. я тебя очень люблю, правда-правда. прости, что мы не смогли прожить чуть дольше в этой счастливой идиллии. прости меня, моя любовь. 

- не говори так, будто мы сейчас умрем!- второй. Габри шепчет отчаянно,- я... я тоже тебя так люблю, Мартин, пожалуйста, пообещай, пообещай, что все будет хорошо! Алис же... и ты... и мы... и...

- солнце,- Мартин сдерживает слезы. он весь в крови, но все такой же красивый и милый,-я не могу тебе этого пообещать. боюсь, что... в этот раз придется сдаться. 

- пожалуйста...

- мы увидимся в следующей жизни. и мы обязательно проживем там много-много счастливых мгновений, слышишь? и у нас снова будет сын, снова будем счастливая семейная идиллия. Алис будет жить дальше, организация не посмеет поднять на него руку.

- посмеет. ты же знаешь. и ни я, ни ты уже не защитим его от хулиганов в школе и от... нее. 

- он сможет, солнце. обязательно. 

снова выстрел. 

солнце становится тусклее и медленно обмякает, а под аккомпанемент следующего умирает тот, кто жил под его светом, чья жизнь освещалась его лучами.

и больше никогда в этом доме не зазвучат переливы яркого и звонкого смеха. никогда не посветлеют самые темные дни от теплой улыбки. 

мне кажется, потухло солнце. 

прости меня, моя любовь.