Что-то было не так

К вечеру дождь стал тише. Он уже не бил по стеклу, как днём, а просто шёл — ровно, спокойно, словно устал от самого себя. Улица почти опустела, фонари отражались в мокром асфальте, и всё вокруг выглядело мягче, чем обычно.

Адель закрыла мастерскую позже, чем планировала. Винсент уже ушёл, оставив свет только в коридоре. Она на секунду задержалась у двери, проверяя, всё ли на месте, и только потом вышла наружу. Воздух был прохладным, влажным, с лёгким запахом дождя. Она сразу направилась к лавке миссис Миллер.

Джеки должен был быть там.

Она заметила его почти сразу, но не там, где ожидала. Пёс стоял не у двери и не под навесом, а чуть дальше, посреди узкой улицы. Шерсть намокла и потемнела, уши были прижаты, но он не выглядел испуганным. Он просто стоял и смотрел.

Не на неё.

Адель замедлилась, проследила за его взглядом и тогда увидела его.

Мужчина стоял под фонарём, чуть в стороне. Тёмное пальто, прямой силуэт, спокойная, почти неподвижная поза. Он не делал ничего. Просто стоял и смотрел на собаку.

Джеки сделал шаг к нему. Потом ещё один. Медленно. Без привычной настороженности, но и без радости. Он не вилял хвостом, не подбегал, просто подошёл и остановился рядом.

Адель остановилась тоже.

Это было неправильно. Джеки никогда так не делал. Он всегда держался на расстоянии от незнакомых людей, особенно вечером, особенно после дождя. А сейчас — будто не знал, как себя вести.

Адель сделала шаг вперёд.

— Он обычно так не делает, — сказала она.

Мужчина перевёл взгляд на неё и на секунду задержал его.

— Я тоже, — ответил он.

Адель не сразу поняла, что он имел в виду, но не стала уточнять. Она подошла ближе, протянула руку к Джеки. Тот сразу прижался к ней, но не отошёл от мужчины. Остался между ними, словно не выбирая.

Адель нахмурилась и провела рукой по его голове. Джеки на секунду поднял взгляд на неё, и в этом взгляде было что-то странное — не страх и не радость. Скорее, непонимание.

Адель наклонилась, проводя рукой по мокрой шерсти, проверяя лапы. Пёс стоял спокойно, но напряжение в его теле ощущалось — не страх, а что-то более тонкое, будто он сам не мог разобраться в своих ощущениях.

В тот же момент мужчина чуть подался вперёд, словно собирался сделать то же самое.

Их руки соприкоснулись всего на секунду — почти случайно, прямо над головой Джеки. Контакт был коротким, но этого оказалось достаточно, чтобы Адель сразу почувствовала холод. Не тот, что остаётся после дождя, не поверхностный, а другой — глубже, будто кожа не удерживала тепло. Она на мгновение замерла, едва заметно, так, что со стороны это можно было бы и не заметить, но внутри это ощущение она зафиксировала сразу.

И в этот же момент Джеки чуть напрягся и поднял голову, переводя взгляд с его руки на Адель. В его глазах не было страха — только странное, настороженное непонимание, как будто он пытался разобраться в том, что чувствует.

Адель первой убрала руку, чуть быстрее, чем это было бы нужно, но достаточно спокойно, чтобы со стороны это выглядело естественно. Она провела ладонью по шерсти Джеки ещё раз, будто ничего не произошло, и выпрямилась.

— Вы его не кормили? — спросила она.

— Нет, — ответил он спокойно.

Адель чуть сильнее сжала пальцы.

— Обычно он не подходит к чужим.

— Значит, я не чужой, — сказал он.

Слова прозвучали ровно, почти без интонации.

Слишком ровно.

Адель на секунду замолчала, словно примеряя эту мысль на себя.

— Или вы умеете не выглядеть чужим, — ответила она.

На его губах появилась лёгкая улыбка, но в глазах ничего не изменилось.

Дождь снова стал слышнее — мелкий, но постоянный, словно заполняющий паузы между словами.

Адель ещё раз провела рукой по спине Джеки.

— Я заберу его, — сказала она.

— Конечно, — ответил он.

Но он не отошёл сразу.

Их взгляды снова встретились — на этот раз чуть дольше, чем было нужно, как будто разговор ещё не закончился, хотя слов больше не осталось.

Адель первой отвела взгляд.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер.

Она развернулась и пошла обратно, чувствуя, как Джеки идёт рядом. Иногда он оглядывался, но Адель не оборачивалась.

Она знала, что он всё ещё стоит там. И смотрит.И почему-то это ощущение осталось с ней дольше, чем должно было.