Глава 7. Союзники

- Вава! - испугалась Галя и бросилась ее обнимать. - Все в порядке, я здесь...

Данила сделал шаг назад.

- Нет-нет, молодой человек, останьтесь! - воскликнула гувернантка, постепенно обретая былую уверенность. - Вы куда? Извольте пройти в дом и объяснить все!

Данила как будто заколебался. В самом деле, зачем убегать, если его присутствие обнаружено!

Он шагнул за ворота.

Втроем они молча пошли к дому. «Все пропало... - горестно думала Галя. - Вава все расскажет родителям! Да еще и милицию вызовет для Данилы...»

- Прошу в гостиную... - сухо сказала Вава, когда они зашли в дом. Галя и Данила молча последовали за ней.

Втроем они сели вокруг стола и только тогда как следует разглядели друг друга.

- Так, Данила Громов... - нахмурилась Вава. - Впрочем, этого следовало ожидать... Юноша из криминальной хроники. Это ведь вы, молодой человек, украли у своих опекунов полмиллиона?

- Вавочка, это все неправда! - вскинулась Галя. - Ты даже не представляешь, в какой переплет попал Данила!

- Не надо меня защищать, - вдруг насупился тот. - Я сам могу все объяснить. Уважаемая Ва...

- Варвара Аркадьевна, - шепотом подсказала Галя.

- Да, так вот, уважаемая Варвара Аркадьевна, - продолжил Данила Громов. - Я ни в чем не виноват, хотя доказательств у меня пока нет.

- Очаровательно! - скептически фыркнула Вава и постучала пальцами по столу. - Выходит, я не обозналась тогда, когда увидела тебя у станции, Галя? Ты каталась с этим молодым человеком на мотоцикле, да?

- Да, - сказала Галя и опустила голову. - Но это... это моя ошибка. Понимаешь, Вава, я еще никогда не каталась на мотоцикле и упросила Данилу прокатить меня.

- Я должна была сразу догадаться! - мрачно произнесла Вава. - Но я так верила тебе, Галочка...

- И правильно! И верь мне дальше! - закричала Галя. - Только выслушай эту историю от начала до конца... Данила, давай!

И Данила принялся рассказывать свою историю. Иногда Галя прерывала его и делала кое-какие уточнения. Вава сначала слушала с сердитым, скептическим выражением, но постепенно морщины на ее лице стали разглаживаться.

- Это ужасно... - сказала она. - Ужасно, что ты, Галя, не призналась мне во всем сразу!

- Вава, прости, но я дала слово Даниле, что никто из взрослых не узнает его тайны!

Варвара Аркадьевна задумалась. Только что она пережила приступ отчаяния и паники, когда проснулась среди ночи и обнаружила, что ее воспитанницы нет дома. Не так-то просто было прийти в себя и понять, что же руководило поступками детей...

- Почему мы должны ему верить? - неожиданно произнесла она, кивнув в сторону Данилы Громова. - Может быть, он ловкий обманщик, который умеет... как это сейчас принято говорить среди молодежи... вешать лапшу на уши! Знаешь, Галя, я уже пожилой человек и успела убедиться в том, что иногда очень сложно отличить правду от обмана.

- Я тебя понимаю... - вздохнула Галя. - Только я верю Даниле.

- Может быть, потому, что он - сын твоей любимой певицы? - спросила Вава.

Данила переводил взгляд с одной на другую и ждал, какое решение примет Вава. Теперь все зависело только от нее... Возможно, Варвара Аркадьевна Трубецкая решит, что не следует им связываться с мальчишкой с сомнительной репутацией.

- Нет, - сказала Галя. - То есть да... Вава, но что же делать? Мы не можем сдать Данилу в милицию!

- Данила, когда приезжает твоя мать? - вдруг серьезно спросила гувернантка.

- Через две недели, может быть, еще раньше... - сказал Данила. - Дольше она за границей не останется, потому что у нее уже заканчивается контракт.

- Значит, так... - проговорила Вава. - Две недели ты можешь жить здесь. Но потом ты должен вернуться к матери. Если ты этого не сделаешь, то я точно сообщу в милицию о твоем местопребывании!

Данила машинально пригладил встрепанные волосы. Он ответил не сразу.

- Ладно... В общем, я тоже так думал... - пробормотал он. - Мама будет волноваться, если не найдет меня.

- А отец? - напомнила Вава. - Галя упомянула, что у тебя еще есть отец... Наверное, он тоже волнуется из-за твоего отсутствия?

- Отцу все равно! - сердито огрызнулся Данила. - Не хочу о нем слышать...

Вава вздохнула и ничего не сказала - наверное, ей тоже были известны такие случаи, когда некоторым родителям не было дела до своих детей.

Она посмотрела на часы.

- Половина второго! - испугалась она. - В общем, так, Данила, отправляйся к себе, а завтра утром приходи к нам.

- Зачем? - вытаращил глаза Данила. Он все еще боялся, что Вава передумает и выдаст его. Встречаться с Фикусовыми он совсем не хотел!

- В гости, - сказала Вава. - Раз уж мы оказались соседями, то ты должен посетить нас с визитом... Если ты воспитанный человек, конечно.

Особо воспитанным Данила себя не считал. Но тем не менее кивнул:

- Заметано.

Вава вздрогнула, но замечаний делать не стала.

Галя думала, что заснет сразу, как только положит голову на подушку - так она устала за этот день, - но, как ни странно, у нее ничего не получилось.

Она думала о братьях Фикусовых, о певице Элизе, об отце Данилы, о Ваве и о самом Даниле, конечно. И еще о Лилии.

Стала бы эта неизвестная девчонка помогать Даниле, если бы узнала, в какую передрягу он попал? «Хотела бы я ее увидеть - хотя бы краем глаза, хотя бы издалека, - думала Галя, ворочаясь с боку на бок. - И что же нам всем делать? Ведь мы - я, Вава, Данила - тут, а братья Фикусовы - там, в городе, за сотню километров отсюда. Что же мы можем предпринять в этой лесной глухомани, к кому обратиться?.. Может быть, стоит рассказать обо всем отцу?»

Но тут в голову Гале пришла новая мысль, гораздо лучше прежней...

...В трубке раздавался шум и треск, но тем не менее слышимость была неплохой.

- Так я и знала! - сказала Соня, выслушав всю историю от начала до конца. - Ты, Галка, все-таки влюбилась в этого, как его там...

- В Данилу? Господи, Сонька, ты опять об этом... - разозлилась Галя. - Лучше скажи - ты все поняла?

- Поняла, поняла! - уверила ее лучшая подруга. - Мы с Сидякиным еще раз все обсудим, а потом начнем предпринимать решительные действия.

- Никаких решительных действий! Я совсем не хочу, чтобы вы с Сидякиным попали в историю. Просто сделайте небольшую разведку на местности.

- Слушай, Галка... - вдруг запыхтела в трубку Соня. - Как он выглядит, этот твой Данила?

- А зачем тебе?

- Ну так, интересно...

Галя устроилась поудобнее в кресле.

- Ладно, слушай... Он выше среднего роста. Немного выше меня. Волосы темные, слегка вьются, глаза темно-карие. У него хорошая улыбка - искренняя и добрая. Он совсем не умеет притворяться, и мне иногда кажется, будто я его сто лет знаю...

- У тебя грустный голос, - перебила ее Соня. - Почему?

- Разве? Тебе показалось... Это связь во всем виновата.

- Связь тут ни при чем! Галка, если он такой хороший, то чего ты переживаешь?

Галя удивилась проницательности своей подруги. Обычно Соня казалась рассеянной и немного флегматичной, словно ее не особенно волновало то, что происходило вокруг - самая настоящая соня, да и только! - но иногда она проявляла просто чудеса проницательности. Вот как сейчас, например...

- Я не... В общем, Сонька, я для Данилы просто друг, и все.

- Разве это плохо?

- Нет, но... Ты же поняла, что он мне нравится. А он... Словом, у него есть какая-то Лилия, и он в нее по уши влюблен.

- Какая еще Лилия? - шепотом спросила Соня. Она сходила с ума от любопытства. Как жаль, что она сейчас так далеко от Галки и не может наблюдать за событиями лично!

- Я не знаю! - с отчаянием произнесла Галя. - Он не особенно о ней распространяется. Знаю лишь, что она какая-то особенная. Красивая, и все такое... Мне только интересно, где эта Лилия сейчас - ведь Данила очень нуждается в поддержке!

- Я думаю, сейчас ему вполне хватает и твоей поддержки, - проворчала Соня.

- Вот что, Соня... Если получится, попытайся узнать что-нибудь об этой Лилии, - сказала Галя. - Для меня это важно. Кто она, какая она... Я тут хитростью выведала домашний адрес Данилы и адрес его школы. Скорее всего это одноклассница Данилы. Или они живут в одном доме...

Соне эта идея не очень понравилась. Но тем не менее она изрекла:

- Постараюсь... Хотя и не обещаю ничего. В общем, как получится.

Но дело было не в Лилии, нет - Галя беспокоилась из-за того, получится ли у Сони с Сидякиным выполнить их основную миссию...

А на даче тем временем события развивались следующим образом.

К обеду пришел Данила. То есть он не знал, что Вава уже приготовила с помощью Гали обед, и очень смутился, когда они чуть ли не силой усадили его за стол.

- Да я уже перекусил, - растерянно сказал он.

- Громов, перестань, - строго сказала Галя. - Ты что думаешь, мы разоримся, если тебя накормим?.. Вон уже позеленел от этих чипсов!

- Да-да, молодой человек, не вздумайте отказываться! - заявила и Вава. - Приглашаем вас к столу.

- С вами не поспоришь... - махнул он рукой и принялся с аппетитом уписывать первое, второе и третье, а на третье, надо сказать, Вава приготовила замечательный черничный кисель - ее коронное блюдо. «Женщина должна все уметь, - не раз повторяла она Гале. - Потому что неизвестно, в каких обстоятельствах ты можешь оказаться...»

Потом Данила вежливо поблагодарил Ваву и предложил помыть посуду. Галя чуть не упала со стула. Кажется, он действительно умел быть благодарным. Пусть даже в таких мелочах...

Галя думала - рассказать ему или нет, какое поручение она дала своим друзьям, а потом решила, что расскажет об этом позже. Для Данилы это будет сюрприз.

- Слушай, а твоя Вава на меня не слишком злится? - спросил он, моя тарелку. - Ну я ведь вам как снег на голову свалился...

- Не слишком, - пожала плечами Галя. - Она сердится на то, что я каталась с тобой на мотоцикле, не спросив у нее разрешения.

- А она бы разрешила? - удивился он.

- Нет, конечно... Но в любом случае я должна была спросить у нее разрешения!

- Слушай, а она у тебя это... ну, ничего. Ты была права - мировецкая тетка! Это что, все гувернантки такие?

- Не знаю, - сказала Галя, вытирая вымытые тарелки полотенцем и ставя их в специальный шкафчик. - Вряд ли.

- У меня в детстве была нянька, - признался Данила. - Но она все время по телефону трепалась, а на меня мало внимания обращала. Маме тогда было особенно некогда - у нее ведь только-только карьера начиналась...

- Мне просто повезло с Вавой, - сказала Галя. - На самом деле для нас всех - ну, для мамы, папы и для меня, само собой, - она никакая не гувернантка, а вроде родственницы.

- А кто у тебя родители? - с интересом спросил Данила. - Судя по той машине, на которой они сюда приезжали, они не последние люди...

Галя повернулась к Даниле и сказала, глядя ему прямо в глаза:

- Так оно и есть. Мама у меня переводчица, работает с главами государств - бонжур, месье, ан кэль ланг ферэ ву вотр раппор?..

- Чего-чего?!. - вытаращил глаза Данила. - Я только по-английски секу, между прочим...

- Это значит - здравствуйте, месье, на каком языке вы будете делать доклад? - улыбнулась Галя. - Я тоже в школе учу английский, но некоторые мамины словечки наизусть знаю.

- А... а кто у тебя отец? - с уважением спросил Данила.

- Заместитель министра культуры.

- Ничего себе... - от неожиданности Данила едва не выронил тарелку. - Крутые у тебя родственники... Слушай, Галка...

- Что?

- Вам с Вавой не надо со мной связываться, - произнес он. - Я... я для вас не слишком подходящее знакомство.

До каникул оставалось всего ничего.

Это обстоятельство настолько грело душу, что Соня едва не проспала в школу. Расслабилась раньше времени.

- Соня, вставай! - сердито закричала бабушка. - Родители уже давно на работе! Говорила я им, что не надо ребенка таким именем называть - судьбу накликаешь, так оно и вышло... Вот и получилась у нас самая настоящая соня...

- Ба, ты все путаешь... - несчастным голосом произнесла Соня, с трудом заставляя себя вылезти из-под теплого пухового одеяла. - Меня зовут - Софья. А Софья по-гречески значит «мудрость»!

- Ага, вот я и говорю - перемудрили они!

С бабушкой спорить было невозможно.

Соня быстро позавтракала, умылась, с трудом расчесала свои пушистые светлые волосы, которые за ночь успели превратиться в нечто вроде мочалки. Потом заглянула в зеркало и ужаснулась.

Зеркало отразило некое существо белесого цвета, с невыразительным и тусклым взглядом. «Неужели это я? Какой кошмар! Нет, утром на себя лучше не смотреть...»

Впрочем, это открытие ничего не меняло - в любом случае надо было хватать сумку с учебниками и бежать в школу.

«Хорошо Галке... - уныло подумала Соня. - Она всегда такая бодрая, подтянутая и даже ранним утром выглядит великолепно, хотя, я знаю, ничего такого особенного с собой не делает... Почему же я такая недотепа?»

Соня не понимала, отчего у других людей всегда хватает времени по утрам, а у нее - нет?

«Опоздаю! - решила она. - Ну и что! Зато буду выглядеть человеком».

Она снова принялась расчесывать свои волосы. Аккуратно уложила их, чтобы они не торчали в разные стороны, и даже побрызгала лаком. Потом протерла лицо освежающим тоником. Напудрила нос, который блестел. Подвела брови маминым специальным карандашом. Поскольку карандаш был черным, то брови получились очень яркими и какими-то ненастоящими, словно у знаменитого иллюзиониста Дэвида Копперфильда.

Соня ужаснулась и принялась быстро стирать краску с бровей.

- Софья! - трагическим голосом произнесла бабушка, заглядывая к ней в комнату. - Ты знаешь, который сейчас час?

- Знаю, знаю... - вздохнула Соня. - Ба, ты не можешь мне сказать, в чем заключается смысл жизни?

Сонина бабушка очень не любила таких неопределенных вопросов, она от них сразу начинала злиться. В чем смысл жизни, кто виноват да что делать... Разве на них можно ответить? А если ответить нельзя, то и спрашивать было незачем!

- Нет его, этого смысла! - завопила бабушка. - И вообще посмотри на часы - ты давным-давно на первый урок опоздала!

- На первый опоздала, зато ко второму успею... - сделала философское заключение ее внучка. - Ба, ты скажи, у тебя в юности тоже такие светлые волосы были?..

Поскольку бабушка ничего не ответила, а только затрясла головой, зажмурившись, Соня сделала вывод, что у ее родной бабушки в юности проблем с цветом волос не было.

...Ко второму уроку Соня все-таки успела.

- Сидякин, дело есть, - подошла она на большой перемене к Васе Сидякину, который сосредоточенно читал какую-то книжку. На обложке было написано - «Великие мореплаватели мира».

- Какое такое дело? - недовольно пробубнил он, не выпуская книгу из рук. - Мне некогда...

- Галке надо помочь, - деловито произнесла Соня. - Дело государственной важности! И перестань читать, когда с тобой люди разговаривают! Это, между прочим, неприлично - мне Галкина гувернантка рассказывала...

- А что случилось? - с тоской произнес Сидякин, поднимая на нее круглые, зеленовато-рыжие глаза.

- Галка там, в своей ссылке, случайно познакомилась с одним человеком... - понизив голос, начала Соня. - А человек этот, по стечению обстоятельств, оказался в федеральном розыске...

- В каком таком розыске? - удивился Сидякин. - Слушай, Филатова, наша Галка не могла с уголовником связаться!

- Никакой он не уголовник! Я же говорю - просто обстоятельства так сложились. В общем, слушай...

И Соня пересказала ему все то, что узнала от подруги по телефону. Про Данилу, про братьев Фикусовых, про Элизе...

- Во дают! - с осуждением произнес в адрес нечестных дельцов от шоу-бизнеса Вася. - Но мы-то с тобой чем можем помочь этому Даниле Громову?

- Я пока не знаю, - нахмурилась Соня. - Но, надеюсь, что-нибудь придумаем. Так ты будешь мне помогать?

- А куда я денусь! - сказал Вася Сидякин. - Мы же друзья... Ладно, после уроков отправимся к одному товарищу. Ты ведь адреса этих Фикусовых не знаешь, да?

- Не знаю! - спохватилась Соня.

- Ну ничего, в этом проблемы нет...

После уроков они вышли из школы вместе.

- Вась, ты куда? - пробежала мимо Верочка Симакова. - Поехали со мной в театр кошек, у меня как раз один билет есть лишний.

Соня покраснела, а потом моментально побледнела. Вечно эта Симакова!

- Спасибо, Вер, но я не могу, - вежливо сказал Вася. - У нас с Соней дело. Надо кое-что для Галки Аверченко сделать.

- А-а... - протянула Верочка и убежала.

Вася с Соней некоторое время шли молча. Светило яркое осеннее солнце, а под ногами шуршала опавшая листва.

- Сидякин... - через некоторое время спросила Соня.

- Что?

- Слушай, а ты пошел бы с Симаковой в театр кошек? Ну, если бы у нас дела никакого не было...

- Не знаю, - пожал плечами тот. - Может, и пошел бы - раз билет лишний пропадает. А может, и нет...

Соня не любила неопределенности.

- Так да или нет? - напирала она.

- Да! То есть нет! - рассердился Сидякин. - Если бы ты меня в театр кошек пригласила, я бы точно пошел, потому что мы друзья.

- Вот еще! - возмутилась Соня. - С какой это радости я должна тебя приглашать! Вообще это мужчина должен делать...

- Ладно, Филатова, - вздохнул Сидякин. - Я приглашаю тебя в театр кошек. Ты пойдешь со мной?

- Ну, я не знаю... - задумалась Соня. - Надо у родителей спросить. Слушай, Сидякин! - вдруг взорвалась она. - Что ты мне голову морочишь! Какой театр, какие кошки - у тебя и билетов-то нет!

- Так ты же сама меня спросила!

- Сидякин, как ты можешь общаться с Симаковой, если она такая дура!

- Она не дура! - возразил Вася.

- Ну хорошо, тогда дура - это я.

- Ты тоже не дура!

- Тогда кто же из нас дурак?

- Наверное, я... - вздохнул Сидякин. - Слушай, Сонь, я тебя, кажется, понял. Завтра подойду к Симаковой и вежливо попрошу ее, чтобы она со мной больше не общалась. Ты на нее как-то чересчур бурно реагируешь.

- Я? Ха-ха! Чушь кошачья... то есть собачья. Общайся с кем хочешь. Подумаешь еще, не дай бог, что я тебя к Симаковой ревную...