Глава 8. Дежавю

Как выяснилось, данный конкурс был апогеем текущего вечера. Эмми рухнула на стол, оставляя за собой быстро растущую алую гущу.

Что случилось? Может быть, я давно проиграл в глупом конкурсе, а волшебный порошок попал ко мне внутрь?

Следовательно, я сейчас просто ничего не помню? Почему я сейчас сижу за столом?

— Артур! — Эрик стоял прямо передо мной и тряс меня за плечи, пытаясь вернуть к жестокой реальности. — Артур! Срочно к выходу, встречай врачей... Слышишь? Артур?!

— Да-да... Я бегу...

Бютнер оказался молодцом и совсем не растерялся в этой ситуации. Оказывается, что он сразу после выстрела вызвал бригаду скорой помощи.

Пуля прошла насквозь, оставив две небольшие дырки: одну во рту, другую в районе виска.

Эмми держалась молодцом, учитывая, что этот вечер может стать для неё последним вечером в жизни. Скорая приехала довольно быстро, и благодаря помощи Эрика, когда её заносили в машину скорой помощи, она была ещё в сознании.

На душе было страшно паршиво, хотелось исчезнуть.

Постепенно гости стали расходиться, прекрасно понимая, что шоу закончено. К чёрту такие выходки, проклятые живодёры! Пора уходить отсюда...

Клуб заполнила абсолютная тишина, которую я нарушил стуком каблуков своих ботинок. На сцене немного сгорбившись, сидел всё тот же Эрик Бютнер.

Он довольно проницательным взглядом смотрел в одну точку и курил, пуская ароматный дым в зал, наполненный страхом и ужасом.

Не сумев найти нужных слов для начала диалога, я подсел рядом к нему. Он сразу обратил на меня внимание и протянул мне открытую пачку. Я с удовольствием принял его щедрое предложение, а Эрик тут же вручил мне коробок со спичками.

— Спасибо. Уже и не помню, когда в последний раз в руках держал спички.

— Да я вообще любитель таких вещей. Наверное, часть меня застряла в славном и беззаботном времени до миллениума, хах.

— Понимаю... Возможно, у меня такая же ситуация.

— Да тебе и восемнадцати нет, парень...

— А тебе будто намного больше двадцати?

Он на короткое мгновение улыбнулся, давая понять, что он всего лишь пытается как-то разрядить обстановку.

— Эрик Бютнер, — протянул руку мой собеседник.

— Артур Сербин, можно просто Серб. Официально оформили наше знакомство?

— Да, именно, — довольно непривычно было видеть его в столь подавленном состоянии, ведь буквально несколько минут назад он чуть ли не плясал на сцене, пытаясь зажечь публику.

— Я знаю, кто ты. С некоторых пор ты довольно узнаваемая личность.

— А я знаю, кто ты. Кир представил тебя.

— К чёрту Кира и весь Картон. Ты знал про подвох с пистолетом?

— Понятия не имел, — не солгал я.

— И ты считаешь, что это нормально?

— Разумеется, нет. Но я также уверен в двух вещах. Ничто не происходит без причины, это раз. Уверен, Андрей найдёт на этот мерзкий конкурс свои оправдания. Это два. Ты в гневе. Это три. Прости, но в течение моей речи понял, что ты очень зол, вот и добавил третью причину.

— Ты что, с ним заодно? — с презрением поинтересовался Бютнер.

— Да я бы так не сказал...

Со стороны служебного входа показался Андрей Резнёв собственной персоной.

При одном виде этой наглой и спокойной физиономии мне сразу захотелось дать ему по голове чем-нибудь тяжёлым... Наверняка, я так бы и поступил, если Эрик вовремя не схватил меня за руку.

— Вот она, слепая агрессия в действии, не так ли, Артур? — рассудительным голосом начал свою многообещающую речь Андрей. — Как вам праздник, друзья?

Я попытался вырваться из оков Бютнера, но он держал меня довольно крепко.

— Эрик! Зачем ты сдерживаешь парня в удовольствии? — он всё ближе приближался к нам.

— Серб, он тебя провоцирует, не дёргайся. Пожалуйста, послушай меня, — шепнул в мою сторону Бютнер.

Властными короткими шагами Владелец всё ближе подходил к нам, в качестве своей траектории выбирая кривую линию.

— Держи, — он улыбнулся и захлопал в ладоши. — Эти аплодисменты тебе, ты их заслужил. Ты, правда, тот самый человек, который так мне нужен!

Освещение было слабым и тусклым, его голос эхом разносился по пустому залу.

— Так что? Как вам вечер? — Андрей встал прямо передо мной.

Он хотел, чтобы я всё-таки сорвался, это была его цель. Как бы сейчас не было трудно, мне стоит действовать наперекор мерзавцу.

— Отпусти, — Бютнер послушался меня, и я вплотную подошёл к Резнёву.

Я посмотрел взглядом, полным гнева, ему в глаза.

— Ты ответишь за все свои поступки... Зачем я тебе нужен?

Мною овладел страх перед физической и словесной мощью Резнёва, я дрожал, но пытался не подавать виду. Руки хаотично болтались, слегка вибрируя, а голос с каждым словом становился всё тяжелее.

— Серб, откуда столько нервозности в каждом слове? Я понимаю твой агрессивный настрой и нежелание меня видеть, но поверь, это шоу было показательным.

Он хотел положить мне руку на плечо, но я решительно отверг его попытку.

— Значит, вот как? Хорошо... Важность ценности человеческой жизни — вечный вопрос. Вечный вопрос... Не хочу уходить в философию, не моя это сфера всё-таки. Юная блогерша прострелила себе голову? Здоровее будет! Кажется, она покидала пределы Картона ещё в здравом уме. Эрик, верно?

— Да, — кивнул он.

— Зубы мне не заговаривай. Я задал вопрос, — вновь обратился я к Резнёву.

— И ты ждёшь на него ответа?

— Да.

— Вечно ты так: хочешь всего и сразу, не хватает тебе рассудительности, сдержанности, возможно. Посмотри на своего нового приятеля, — указав взглядом на Эрика, продолжил он, — Сидит себе, тихонечко пускает роскошный дым и не задаёт глупых вопросов... А ведь раньше был таким же бунтарём, как и ты. Кстати, это тот самый табак? Разрешишь? — Бютнер протянул ему пачку, и Андрей закурил. — Да, отменный табак. Отменный.

— Я. Задал. Вопрос, — повторил я, чётко проговаривая каждое слово.

— Понимаю, — сжал губы Резнёв.

Предел моей сдержанности приблизился к нулю быстрее, чем я ожидал...

— Я задал вопрос! Вопрос! ВОПРОС! — я снёс рукой все бокалы с барной стойки, которые с дребезгом продолжили начатую мною истерику.

Андрей молчал, с интересом наблюдая за моим сольным концертом.

— Можешь ничего не объяснять. Я ухожу, — эти слова должны были стать моей прощальной речью.

— Хозяин — барин, мой друг, хозяин — барин, — в очередной раз использовал речевой повтор Резнёв.

Эта издевательская манера речи окончательно вывела меня из себя, я показательно хлопнул ладонью по барной стойке и покинул Картон с глубокой надеждой на то, что больше никогда в жизни не увижу этот адский огонь в глазах.

Вряд ли бы, моя совесть позволила мне сегодня заснуть, поэтому я отправился в Штрих, круглосуточный бар, чтобы хоть как-то развеяться и попытаться забыть этот ужасный вечер.

Хотелось просто выключиться из режима жизни и перестать существовать, чтобы хотя бы на несколько мгновений не думать о случившемся.

В небольшом зале почти не было гостей, я уселся в самый угол. Официант принял мой алкогольный заказ, оставляя меня снова наедине со своими воспоминаниями.

Я в очередной раз прокрутил все события у себя в голове...

— Ты что следил за мной!? — я открыл глаза и был шокирован от внезапного появления Эрика напротив меня.

— Да брось, просто выжидал подходящий момент... Ладно, следил, да... Но я не знал, как по-другому к тебе подступиться... Извини.

Бютнер стал резко меня немного напрягать.

— Да ты о чём вообще?!

— Ладно-ладно, Серб... Просто одиноко мне в столь паршивый период дня — так нельзя. А у нас с тобой это взаимно, кажется. Развеемся немного?

Я аккуратно кивнул в его сторону.

— Хах! Отлично, Артур! И как раз треклятый дождь кончился...

###

После бара, ближе к третьему часу ночи, Эрик предложил мне прокатиться до своего любимого места, которое находилось неподалёку от города. Наличие автомобиля и его убедительность заставили меня принять это предложение.

По пути он мне рассказывал о своей учёбе в гимназии, о своей общественной деятельности, а также про свою нынешнюю невесту.

На удивление, слушать его было действительно интересно, Бютнер умел подавать историю в нужном виде.

Мы приехали к месту, где начинался Бурый лес. Здесь, посреди мохнатых тропинок и обширного количества гниющих деревьев, находился заброшенный и недостроенный комплекс домов.

— Денег не хватило в самый нужный момент, вот и забросили... А ведь, по прогнозам, здесь могло бы быть одно из самых престижных мест для проживания в городе! — объяснил мой собеседник.

Где-то был построен всего один этаж, где-то почти целый подъезд. Мы зашли в один из таких недостроенных подъездов и поднялись на самый верх. Крыши, конечно же, никакой и в помине не было. Вид на лес открывался прекрасный.

— Красиво. И как часто ты здесь бываешь?

Темнело буквально на глазах. С тропинки, откуда мы поднимались, раздался шорох, но я даже не подал виду, что меня это как-то напугало или привлекло моё внимание.

— Как только мне требуется в очередной раз собраться с мыслями, то есть частенько. Просто стою здесь, смотрю в бесконечность, курю и размышляю.... Идеальное место, чтобы восстановить баланс в голове.

Я затянулся чуть глубже обычного, посмотрел на Эрика и перевёл взгляд на серое хмурое небо. Выдох густого дыма спровоцировал какую-то приятную лёгкость от общения с новым человеком. Кажется, на душе стало чуть спокойнее...

— Хорошо здесь, — я лишь еле заметно кивнул, полностью соглашаясь с мыслью.

— Что ты хотел рассказать мне про Резнёва?

— О, тут мне точно есть, о чём рассказать. Давай только чуть позже. Честно, Артур, сейчас не хочется вспоминать это имя. Думаю, как и тебе.

— Как скажешь, — я докурил и бросил бычок со стены. — Высоковато. Насмерть разобьёшься отсюда?

— Думаю, нет. Хотя, сам прекрасно знаешь, что это зависит от того, как упадёшь. Наверное, ноги переломаешь точно, хах.

Я подошёл почти к самому краю и ещё раз оценил здешние красоты из ржавой техники, небольшого болотистого водоёма и погибающих деревьев. Подойти ещё ближе не решился — довольно опасно. Ветер ударил в спину резко и хлёстко, на мгновенье показалось, что я теряю равновесие и падаю в бездну. Страшновато...

— Ты чего? Всё нормально? Или ты решил стать частью этого хлама?

— Пожалуй, что не сегодня, — с улыбкой ответил я.

Наверное, пора возвращаться домой... Я уже хотел сказать об этом своему оппоненту, но сзади кто-то лёгкой рукой вцепился в моё горло и приставил к нему ледяное лезвие.

К моему сожалению, Бютнер пропал из радиуса моего обзора, и мне стало ещё больше не по себе. Я не решился открывать рот, чтобы случайно не приблизиться кадыком к холодному лезвию.

Очередной жизненный урок, который показывает, что нельзя никому верить. Никогда и никому.

Я почувствовал, как меня стали толкать в спину, аккуратно подводя к обрыву разрушенной стены. В следующий момент времени на мою голову набросили накидку, которая ослепила меня на мои последние секунды пребывания в этом мире.

— Эрик, что происходит, чёрт возьми? Какого?! — я всё-таки решился и попытался обратиться к Бютнеру.

Тишина в ответ. Он и не думал мне ничего объяснять. Кажется...

— Эрик! Эрик! — я услышал шаги в свою сторону.

— Артур! Я уверен, что мы с тобой могли бы подружиться и всё такое... Но, видимо, не в этой жизни, приятель! Не в этой жизни...

###

Колючий ветер неприятно прикоснулся к моему лицу, и я открыл глаза. Холода я больше не чувствовал.

Это означало, что с меня стянули накидку и убрали лезвие от моего горла. Я отдышался.

Послышался смех Бютнера, я обернулся и увидел его в объятиях неизвестной девушки.

— Эрик, чёрт возьми? По-твоему, это смешно?! — обратился я к нему.

— Эрик, по-твоему, это смешно? — девушка тут же меня передразнила.

— Да ладно тебе! Вот теперь, можно сказать, что официально оформили наше знакомство! Это мой новый приятель! Артур Сербин, — объяснил Бютнер своей спутнице, которая несколько секунд ранее приставила к моему горлу нож.

Я всё ещё плохо видел и не мог толком разобрать очертания лица подруги Эрика. Всё казалось размытым, поэтому я подошёл к ним чуть ближе.

— Чего уставился? — я присмотрелся и не мог поверить своим глазам.

Я не мог ошибаться... Это была... Та самая... Незнакомка с пляжа...

Она дерзко увела взгляд в сторону и прикусила губу от небольшого смущения, прекрасно понимая, что я тот самый парень, которому она спасла жизнь.

— Так-так, я не понял... Вы уже знакомы? — спросил Эрик.

— Отчасти, — ответил я.

— В смысле отчасти? А ничего, что я твою жалкую жизнь спасла? Когда ты умоляюще рыдал о своей никчёмности?!

— Чего?! Да я...

— Вот и замолчи, — тут же перебила меня она.

Довольно дерзко.

— Может быть, введёте меня в курс дела? — недоумевая, снова спросил Бютнер.

— В общем...

— Тс-тс, парень, — она перебила меня, приставив указательный палец к моим губам. — Мы все сегодня устали. Я не сомневаюсь. И ты, и Эрик, и в какой-то степени даже я. Тяжёлая ночь, понимаешь?

— И что теперь? — я осторожно кивнул в знак одобрения.

— Мы сейчас везём тебя домой, а завтра вечером, если судьбе будет угодно, конечно... Мы снова встретимся и всё обсудим. Готова поспорить, что ты сейчас стоишь и едва улавливаешь суть происходящего... Да и выглядишь ты паршиво! Хотя наверняка тебе это свойственно...

— Эрик, такое общение считается у неё нормальным? — обратился я к нему.

Он подошёл чуть ближе и хлопнул меня по плечу.

— Именно. Ну, собственно, знакомься...

— Я за рулём! Пошевеливайтесь! — послышался женский голос со двора, намекая мне о том, что за этой девушкой нужен глаз да глаз.

— ... Алиса — моя невеста. Так и живём.

Я второй раз за промежуток в восемь часов был шокирован от происходящего и прекрасно понимал, что для меня сейчас нет ничего лучше, чем здоровый сон.

Глаза закрылись моментально, а приятные мысли о том, что я всё-таки нашёл ту самую незнакомку — грели душу.

Причём я прекрасно понимал, что у них с Эриком гармоничные отношения, которые совсем скоро будут ещё подтверждены и законом.

Но это совсем не отнимало моего желания вновь и вновь представлять Алису, в которой было что-то такое, что рано или поздно в состоянии зажечь мой потухший жизненный потенциал.

###

Крепкий сон успешно залатал мои раны и подготовил место для новых. Я проснулся около пяти часов вечера. Ложился спать, когда за окном было темно. Проснулся... Такая же картина. Константа.

Раздался входящий вызов.

— Серб, привет, у нас всё в силе?

— Привет! Конечно. Встретимся через час в Штрихе?

— Штрих? Это для оборванцев, Артур. Ну, или школьников, что в принципе одно и то же. Я заеду за тобой через девяноста минут, и мы поедем в более приличное место. Не беспокойся, я угощаю. До скорого.

— Как скажешь, — спорить было глупо.

Я отправился в душ, где под струями тёплой воды ушёл в долгие раздумья. Мне совсем не нравилась ситуация, которая складывалась вокруг меня, Эрика и Алисы. Невеста Бютнера была потрясающей, несмотря на своеобразную грубоватую манеру общения. Со времён Форестнайта я чувствовал, что её женские чары подействовали на меня, заставляя периодически представлять её образ в моей голове. Надеюсь, это пройдёт...

Эрик оказался весьма пунктуален и заехал вовремя.

— Как дела? Выспался? — спросил он с переднего сидения пассажира, за рулём снова была его очаровательная спутница.

— В порядке. Куда едем?

— Ой, боюсь, что с твоей причёской нас вообще никуда не пустят. Ты с осени не стригся что ли? И не брился? Ты серьёзно, парень?

— Алис, отстань от него, — заступился за меня Эрик. — Едем в Сильвер. Слышал о таком?

— Сильвер? Какой-то элитный бар... Или?

— Да ничего элитного, просто высокие цены, приятный интерьер, хорошее обслуживание. Ну, будем считать его элитным, хах.

Действительно, Сильвер оказался довольно приятным, на первый взгляд, местом. Заведение было довольно просторным и светлым, интерьер придерживался классического стиля.

Основная цветовая гамма заведения была в серебристых оттенках, что придавало бару некоторой роскоши.

Нас встретила милая девушка и проводила за один из лучших столиков, который был забронирован на имя Эрика Бютнера.

— Перед сном особо не люблю наедаться, поэтом закажу какой-нибудь салат овощной и большой капучино. А вы что думаете, ребят? — на удивление милым тоном поинтересовалась Алиса.

Эрик поддержал эту идею, только вместо большого капучино заказал двойной американо с порцией горячих сливок. Я по рекомендации своего нового друга выбрал фирменную пасту со шпинатом, кофе флэт уайт, а также бутылку негазированной воды.

— Мне не терпится спросить... Зачем ты приставила нож к моему горлу? К чему был весь этот концерт?

Парочка шаловливо переглянулась и синхронно засмеялась.

— Нож? — Алиса полезла в сумку и достала оттуда складную расчёску. — Ты серьёзно? Нож, ха-ха!

— Но я был уверен, что это лезвие...

— Ты забавный, Серб. Правда. Просто хотелось преподнести какую-то изюминку в наше знакомство, вот и всё. Ты же не в обиде, правда?

— Я не из обидчивых...

— Вот и славно!

Я взял небольшую паузу, чтобы всё хорошо обдумать. Что же, раз так... Я решил, что не стоит придавать нашему знакомству столь душный характер, поэтому улыбнулся ребятам и спросил:

— Так что, сколько вы уже вместе?

— Почти два года, в конце лета уже готовимся сыграть свадьбу. Постепенно уже начинаем раздавать пригласительные и продумывать план нашей идеальной свадьбы. Ах да, считай, что ты уже в списке приглашённых.

— Не то, чтобы мы будем сильно рады тебя видеть, — вставила Алиса.

— Черышева, прекрати уже. Серб уже прекрасно понял, что ты любишь хамить. Что ты его достаёшь?

— Да всё нормально, Эрик... Серьёзно... Можете на меня рассчитывать, — подмигнул я им. — Черышева?

— Алиса Черышева, — она любезно протянула мне руку. — Прости. Порой, я излишне эмоциональна. Я просто привыкла, что в кругу общения Эрика попадаются одни ублюдки, которые желают его поставить на колени. А потом меня ещё, ага. Индустрия у него такая. Мерзкая.

— Да, она права, — поддержал Бютнер. — Вечные интриги, сплетни, слухи. Ненавижу свою работу, но кручусь в этой сфере довольно давно, поэтому научился как-то не обращать внимания и гнуть свою линию. По-другому никак.

Официант подал напитки, а через несколько минут вынес салаты и мою пасту. Мы пожелали друг другу приятного аппетита и принялись за трапезу.

— Ух ты! Отличный кофе! — восторженно произнесла Алиса. — Только нужно, пожалуй, вина ещё заказать. Вы будете? А? Молодой человек, нам, пожалуйста, две бутылки красного полусладкого... Вот этого вот! И три бокала. Спасибо!

Я впервые увидел, как она искренне радуется таким простым мелочам, и от такого приятного зрелища сам невольно заулыбался.

Официант среагировал молниеносно, и через пару минут на нашем столе уже стояли три наполненных бокала.

— Эрик, ты говоришь, что везде гнёшь свою линию... Но в Картоне такая схема не работает, верно? — спросил я.

— Именно. Здесь отдельный мир, который лишает тебя права выбора. Это всё Резнёв, и начиналось у меня всё примерно также. Уже, будучи выпускником, я работал в качестве ведущего на различных праздниках, и людям нравилась моя энергетика. Мной интересовались большие люди, которые пророчили мне успешную карьеру. Но...

— Ты кого-то удушил в ванной? — с иронией спросил я.

— Хах, а ты молодец, что после всего случившегося можешь улыбнуться по этому поводу. Нет, потом я просто связался с Андреем Резнёвым. Кстати, ты уже в курсе про Навина?

— Да, он рассказывал мне что-то про этого персонажа...

— Три года назад ещё был период, когда его сектанты довольно часто выходили в город и наводили страх на людей. Жуткое было время...

— Наверное... Кстати, а как вы познакомились? — я резко сменил тему, потому что не желал больше слышать ничего про этих фанатиков.

Эрик уже приоткрыл рот, чтобы начать свой рассказ, но Черышева дерзко посмотрела на него, приложила палец к своему рту и начала повествование за него.

— Да ничего особенного, я переехала сюда год назад, и родители отправили меня в гимназию неподалёку от дома. Получается, что я поступила в девятый, а Эрик учился в одиннадцатом.

— То есть ты сейчас в десятом, да?

— Именно.

— Вот почему никто из выпускников не смог узнать тебя по моим описаниям...

— Что? Ты искал меня? Зачем?

Тут мне стало немного неловко.

— Ну... Чтобы поблагодарить...

— А, к чёрту твою благодарность, — мы с Эриком немного нахмурились, и она тут же поправилась. — Серб, пожалуйста. Я рада, что смогла помочь тебе. История? Да. Так вот, однажды я сидела во дворе гимназии и читала книгу, он заметил меня и очень грациозно подсел рядом, представившись автором книги, которую я читаю. Потом начал предлагать главную роль в сериале, который он, якобы, собирается снять по мотивам романа.

— Да-да, помню... Ещё оказалось, что главный герой романа — парень, который постепенно начинает сходить с ума. Забавно.

Эта история заворожила меня, и я с восторгом продолжил слушать о том, как их отношения переживали первые шаги.

За совместным ужином я узнал ещё много интересных фактов про Эрика с Алисой, которые позволили мне ещё больше понять то, что они отлично гармонируют и дополняют друг друга.

Общение было лёгким, приятным и не лишённым чувства юмора.

Алиса стала относиться ко мне с большим интересом и уважением, иногда даже спрашивая меня о моей жизни.

— Всё, что происходит в моей жизни — простые вещи. Так я решил для себя. Такое отношение позволяет мне относиться ко всем происходящим вещам проще. Да, бывает, что попадаешь в такие ситуации, которые заставляют думать, что это конец. Но как бы тяжело не было, нужно помнить, что самый тёмный час всегда под рассветом.

— Хорошо говоришь, Серб... Жизнь слишком коротка, чтобы относиться к ней слишком серьёзно.

— Так пусть в нашей жизни будет как можно больше приятных мелочей. Собрались вместе с друзьями за ужином? Прекрасно! Сегодня дождь не такой сильный, как вчера? Чудесно! Открыл глаза и встретил ещё один новый день? Потрясающе...

— Раз уж пошёл такой разговор, то давайте поднимем наши бокалы за... За простые вещи! Пусть в жизни будет больше радостей!

— Именно!

— За простые вещи, — с улыбкой подтвердил наш общий тост Эрик.

Мы ещё около двух часов наслаждались общей компанией, дозаказав за это время ещё две бутылки вина. Я никогда не был любителем этого напитка, но сегодня вечером он пришёлся мне очень даже по душе.

— Ну, что? Я вызываю такси? — спросил Эрик, а мы с Алисой дружно подтвердили.

Бютнер, как и обещал, расплатился за счёт, оставив очень щедрые чаевые. К нам подъехала наша машина, Эрик сел вперёд, оставляя меня на рандеву с Черышевой на задних сидениях.

Таксист был сдержанным и молчаливым, что меня, однозначно, радовало. Сейчас хотелось просто насладиться тишиной и покоем этого волшебного вечера.

— Вот здесь остановите, да-да...

Бютнер вышел из машины и открыл дверь со стороны Алисы.

— Милая, мы приехали. Выходи.

— Я поеду с Артуром и заберу у него свою матроску наконец-то. Ты же помнишь, как она мне дорога? Это же матроска моего отца...

— Тс, Артур? Проследишь за дамой?

Такой расклад несколько удивил меня.

— Конечно...

— Скоро буду!

На прощание он поцеловал свою возлюбленную, а мне протянул руку, которую я пожал как можно крепче.

Через пятнадцать минут мы подъехали к моему дому.

— Подождёшь меня здесь? — спросил я у Алисы.

— Что? Ты серьёзно? Заставишь меня стоять под дождём и ждать, пока ты вынесешь мне матроску? Ты забавный персонаж...

Мне очень хотелось остаться наедине с Черышевой, но я прекрасно понимал, что всё это будет неправильным по отношению к Бютнеру...

— Ну, добро пожаловать... — пригласил я Алису. — Проходи на кухню.

Я включил режим слабого освещения в квартире.

— Мило у тебя здесь, — осмотрелась и кратко ответила она. — Неси матроску. Надеюсь, ты постирал её?

— Конечно! — из своей комнаты крикнул я.

Я взял матроску в руки и остановился. Мне было чертовски приятно осознавать, что прямо сейчас в моей квартире находится та самая Алиса Черышева...

И почему я должен зависеть от мнения Эрика? Мы ведь даже совсем не друзья...

— Может быть, чай? Или кофе? Или...

— Или что? К чему сейчас это всё, Серб?

Я виновато опустил глаза в пол.

— Я... Я просто не хочу, чтобы ты сейчас уходила.

— И что же мы тогда будем делать? Общаться?

— Возможно...

Она резко поднялась из-за стола, вырвала матроску из моих рук и направилась к выходу.

— Хм, интересно, что скажет Эрик, когда узнает, что его новый друг пытался соблазнить его невесту? Не думаю, что он будет в восторге. До скорого!

Я должен был удержать Алису у себя дома всеми возможными силами. Я так не хотел оставаться один...

— Дверь открой мне! Слышишь?

Наверное, последние полчаса я был не в себе. Это всё магия. Это всё она.

Я схватил кухонный нож, глубоко вздохнул и аккуратно провёл им вдоль своей правой руки.

— Алиса... Алиса...

— Ну, что ты тут застрял? — она подошла ко мне на кухню. — Ты что творишь?! Сербин! Больной! Что же ты делаешь?

Я почувствовал, как перестаю управлять своим телом и медленно присел на пол.

Черышева что-то продолжала говорить мне, пуская тёплые слёзы по своему очаровательному лицу. Мне было предельно хорошо и спокойно.

Она заботливо стала перевязывать мою руку своей чистой матроской, что-то недовольно бормоча мне в лицо.

Я ещё никогда в жизни не чувствовал себя настолько живым и значимым... Это было самое прекрасное ощущение дежавю в моей жизни...