Мир больших ног и теплого одеяла

Мир устроен очень просто. В нем есть Большой Великан, который пахнет улицей и сухими хрустящими штуками, и есть Мой Великан - Моя Хозяйка. Она пахнет лавандой, утренним солнцем и самым вкусным на свете мягким сыром.Когда они ходят по квартире, я бегаю за их ногами. Ноги у них огромные, как деревья в парке, но я их совсем не боюсь. Я их люблю.Каждое утро начинается одинаково. Моя Хозяйка открывает глаза, и я сразу прыгаю на кровать. Я не умею говорить, как они, но я очень громко машу хвостом - этот стук по одеялу означает: *«Привет! Ты проснулась! Какое счастье!»* Она улыбается, тянет ко мне руки, и я подставляю ей шею. Она чешет за ухом, и в этот момент мир становится абсолютно правильным.Правда, иногда случается страшное. Меня несут в ванную. Ванная - это ужасное место, где шумит белая злая вода. Я замираю, поджимаю хвост и стараюсь стать как можно меньше. Я не понимаю, зачем Великаны это делают, ведь я и так чистая! Но когда меня заворачивают в пушистое полотенце и Моя Хозяйка говорит: «Кто тут у нас такая чистая девочка?», я забываю про страх. Особенно если за это дают маленькую сушеную утку. За утку я готова простить им даже мокрые лапы.Потом мы идем гулять. На улице я преображаюсь. На самом деле я очень маленькая, я знаю это. Но на улице я становлюсь Львом. Вокруг ходят чужие, незнакомые люди - они такие огромные! Я должна защитить моих Великанов. Я встаю впереди, натягиваю поводок и лаю изо всех сил:- *Гав! Ру-ру-гав! Не подходите! Это мои люди! Я их охраняю!*Моя Хозяйка тихонько смеется и тянет поводок обратно: «Ну тихо, тихо, защитница». Она думает, это игра, но я-то знаю, что спасаю нам жизнь.Самое лучшее время - это день. Когда Хозяйка садится на диван, я сажусь напротив. Я сажусь очень прямо, поднимаю уши и смотрю ей прямо в глаза. Я умею смотреть так, что сыр в холодильнике сам начинает скучать по мне. Я перевожу взгляд с её лица на кухню, потом обратно. Это работает почти всегда. Она вздыхает, идет на кухню, и - о чудо! - на полу оказывается кусочек вкусного.А когда она ложится отдохнуть, у меня появляется самая важная задача. Я аккуратно, чтобы не потревожить, забираюсь к ней в ноги. Я сворачиваюсь тугим теплым клубком, утыкаюсь носом в свои лапы и засыпаю. Рядом с её ногами мне всегда снятся прекрасные сны: про бесконечное лето, про бабочек, которые не умеют быстро летать, и про целые горы вкусняшек.Но сейчас наступает то время, которое я не люблю.Моя Хозяйка надевает уличную обувь. Это самый плохой знак. Я кручусь у её ног, заглядываю в глаза, пытаюсь поймать её руку губами: «Не уходи, останься, нам же так хорошо вдвоем!» Она присаживается на корточки, целует меня в нос и говорит: «Я скоро. Жди».Щелкает замок. Дверь закрывается.В квартире сразу становится очень тихо. Большие часы на стене начинают громко стучать. Я подхожу к двери, шумно вздыхаю и ложусь прямо на коврик, уткнувшись носом в щель под дверью. Оттуда едва уловимо пахнет её духами.Мне немного страшно. Мой маленький собачий ум не знает, что такое «работа» или «дела». Для меня есть только «здесь» и «где-то там». Вдруг в этот раз она ушла навстречу тем огромным чужакам на улице и потерялась? Вдруг она не вернется никогда-никогда? От этой мысли внутри меня всё сжимается, и я кладу голову на лапы.Но одновременно с этим страхом во мне живет огромное, теплое чувство. Настоящая надежда.Потому что я точно знаю, что будет потом. Пройдет время, за дверью раздадутся тяжелые шаги. Загремят ключи. Дверь распахнется, и на пороге появится Она. Она бросит сумку, опустится на колени прямо на этот коврик, и я взлечу ей на грудь. Я буду лизать её в щеки, в нос, в подбородок, я буду крутиться волчком и издавать тонкие, плачущие звуки - я буду рассказывать ей, как сильно, как невыносимо скучала каждую секунду.Это будет абсолютное, чистое счастье. Ради которого стоит посидеть на коврике у двери.Я закрываю глаза и начинаю ждать.