КАК ОТРЕМОНТИРОВАТЬ СТАРЫЙ ДОМ

Миллиарды звезд засверкали в ночном небе. Последние огоньки в окнах домов Атталы стали постепенно гаснуть. Столица Тайсы засыпала. Четверо слуг прошли по дворцу и потушили все свечи, не заглянув только в кабинет королевы. Там два тройных подсвечника освещали тусклым мерцанием стол, за которым сидели сама королева Камелия и ее советник Умберто. Последние три часа они провели здесь, у раскрытого на картах Европы новейшего атласа, изданного семьей Вогонди. Совещание затянулось и оба на несколько минут устало замолкли, но к единому решению так и не пришли. Королева печально вздохнула.

- Как ужасно осознавать, что в тысяча семьсот пятьдесят восьмом году от Рождества Христова войны стали такими кровавыми. Третья Саксонская война уже забрала десятки тысяч жизней, а сколько еще заберет!

- Моя королева, поэтому я продолжаю настаивать на том, что нам пора определяться! Разгром Фридриха II при Цорндорфе, это только начало! Британцы сильны как никогда, собранная ими коалиция поставит Пруссию с ее амбициями на колени!

- Мы всегда двигались в русле Мадридского Двора. А у них договор с Версалем. Не слишком ли крутой поворот ты предлагаешь?

- Фернандо VI ничего не сделал для укрепления короны! Нам нет смысла ориентироваться на слабого монарха. Пока премьер-министром был Хосе де Карвахаль Мадрид медленно, но верно сближался с Вестминстером. У меня с ним были прекрасные отношения, и он неоднократно в переписке рекомендовал присмотреться к перспективам Британской империи в Новом Свете. Сейчас Энсенада очень успешно толкает Фернандо VI назад в объятия с Людовиком XV.

- Успех не удивителен, ведь они оба Бурбоны. Как бы то ни было, нам ближе Версаль и Вена. Тем более, что к ним фактически присоединился Мадрид.

- Дела европейские слишком запутаны и тут я не рискнул бы давать однозначные прогнозы. Но в Новом Свете ситуация похоже уже определилась. Франция после разгрома флота у Кап-Франсе потеряла Наветренные острова и все идет к тому, что Квебек рано или поздно отойдет к Британии. И нам необходимо будет реагировать без промедления. Не пора ли отправить надежного человека в Европу? Он мог бы держать руку на пульсе и оперативно занять сторону победителей в этой войне.

- Возможно! Но нужен человек, который будет способен с позиции нейтралитета сблизиться с обоими противоборствующими союзами. Кроме того, он должен обладать соответствующими полномочиями. Ты хочешь бросить меня и отправиться в Европу?

- Нет, моя королева! Я думал о Диего. Ему уже восемнадцать, он красив, образован, умен. Не поручить ли ему эту миссию?

- Король стар и немощен. Он в любой момент может отойти в мир иной и Диего должен будет занять его место на троне.

- Вот и прекрасно! Диего получит необходимый опыт и лично познакомится с теми, кто сегодня определяет европейскую политику.

- Надо обдумать твое предложение. К большому сожалению, он весь пошел в своего деда - короля Диего II, для него охота с друзьями или веселые ночные похождения всегда были на первом месте. Впрочем, уже поздно! Бери свечи, проводи меня в спальню. Сегодня ты мне там нужен как никогда!

***

- Сеньорита Рамос. К сожалению, мы вынуждены вам отказать! – хотя менеджер банка говорил извиняющимся тоном, его голос звучал твердо и бескомпромиссно. – Вы просто не сможете отдать нам кредит. Вы студентка, не имеющая стабильного заработка.

- Я через несколько месяцев заканчиваю учебу в университете. Я найду работу и обязательно верну кредит! Просто деньги мне очень нужны сейчас!

- Простите, сеньорита Рамос, но банковское кредитование так не работает. Если вы не можете подтвердить свою платежеспособность, вам необходимо предоставить состоятельного поручителя, или обеспечить залог. У вас нет поручителя, готового закрыть кредит в случае, если вы не найдете работу, а ваш дом не может быть залогом, ввиду угрозы конфискации.

- Но если я его отремонтирую, то...

- При всем уважении, сеньорита Рамос, окончательный ответ - нет!

Лусия в расстроенных чувствах вышла из помещения банка. Это был четвертый банк, в котором ей отказали, и логично было предположить, что дальнейшие попытки получить кредит бесперспективны.

Дверь в дом оказалась не заперта, из кухни доносился запах жареной рыбы и слышались соответствующие процессу приготовления звуки. Сандра была уже дома и суетилась у плиты, поэтому не услышала, как хлопнула закрывающаяся дверь.

- Ты купила рыбу? – безучастно спросила Лусия.

- Привет! Где ты была? Я устала тебя ждать! Сегодня у Хосе была отличная рыбалка и я взяла по дешевке два больших стейка марлина. У нас осталось немного белого вина?

- Да, треть бутылки.

- Неси, через десять минут садимся. А ты чего такая скучная?

- Возникли проблемы.

- Ладно, за столом расскажешь.

Сандра была на год младше Лусии, училась на том же факультете и уже третий год снимала в доме Лусии комнату. Девушки очень быстро подружились и поняли, что вдвоем вести хозяйство дешевле и проще. Не имея в Тайсане ни родных, ни близких, они вместе осваивали искусство выживания в большом городе.

Родители Сандры не были богаты, они оплачивали ей учебу, съем комнаты и ежемесячно высылали небольшую сумму, которой хватало лишь на скромное питание.

Лусия потеряла отца, когда была еще совсем маленькой, мать умерла четыре года назад. Родители оставили ей дом и немного денег на счету в банке, в основном ушедших на оплату обучения в университете.

Сандра накрыла на стол и поставила по центру большую сковороду с рыбой. Лусия принесла остатки вина в бутылке и поровну налила в два бокала старинного стекла. Прожевав первый кусок рыбы и запив его глотком вина, Сандра спросила.

- Ну, рассказывай, что там у тебя случилось.

- Сегодня утром письмо принесли из офиса алькальда.

- И?

- Мой дом в зоне исторической застройки города. Если я в течение месяца не начну ремонт фасада, меня могут выселить, а дом продадут с аукциона.

- Нас выселяют? – Сандра от испуга не донесла на пару сантиметров до рта второй кусок рыбы и застыла с вилкой в руках.

- Пока не выселяют. Но надо срочно найти много денег. Я уже звонила в строительную компанию, которая имеет лицензию на ремонт и реставрацию старых зданий. Они сказали, что это будет стоить примерно восемьсот пятьдесят тысяч песет.

- Сколько? – Сандра сунула в рот кусок рыбы и чуть не подавилась.

- Мне срочно нужно найти восемьсот пятьдесят тысяч песет!

- Нам нужно найти! Я не хочу, чтобы меня выселили вместе с тобой!

- Я сегодня обошла четыре банка, пыталась получить кредит - везде отказ! Хотят поручителя или залог.

- Поручителя мы, конечно, не найдем! А дом? Два этажа, крепкие стены, восемнадцатый век! Он же может быть залогом?

- Если его продадут с аукциона как требующий ремонт, то я могу получить за него совсем мало денег. Да и не хочу я его продавать! Это дом моих родителей.

- Но что-то же у тебя есть в доме ценное? Мы вино пьем из старинных бокалов. А вдруг они дорого стоят?

- Возможно, но точно не восемьсот пятьдесят тысяч песет.

- Еще что-нибудь найдем! Ты же сама не знаешь, что у тебя в доме!

- Не знаю.

Лусия до смерти матери жила в небольшой комнате рядом с гостиной на первом этаже. На втором этаже были три комнаты. После смерти отца мать закрыла одну из них, и она никогда больше не открывалась. Вторую комнату, в которой жила мать, после ее смерти закрыла сама Лусия. Когда денег стало не хватать и возникла идея взять квартирантку, она переселилась в третью комнату на втором этаже, освободив свою старую для Сандры.

Сандра быстро доела рыбу, протерла кусочком хлеба тарелку и запила все это в один глоток остатками вина.

- Так! Доедай! И отправляемся на поиски! Что у тебя есть ценного в комнате матери?

- Старинное серебряное распятие.

- Мало! Еще что?

- Я не помню. Мама жила очень просто.

- А у отца что?

- Я не знаю. Я туда не заходила последние четырнадцать лет. Боюсь потревожить его память.

- Если у тебя отберут дом и ты получишь за него две сотни песет, вот этим ты потревожишь его память. Быстрее доедай и идем на второй этаж!

В выдвижном ящике старинного шкафа лежало два десятка ключей. Лусия на всякий случай взяла их все. По памяти она выбрала ключ, открывший комнату матери. Тонкий слой пыли и четыре года жизни отделяли Лусию от того дня, когда она была здесь последний раз. Сандра смело вошла первой и принялась за поиски, комментируя свои действия.

- Так, распятие небольшое, вряд ли стоит дорого. О! Библия, старинная, кожаный тисненый переплет! Тысяча девятьсот седьмой год? Нет, не подходит! Тут ее вещи в шкафу, в них ничего не спрятано! Нет, здесь что-то лежит – пачка писем, перевязанных красной ленточкой. В столе альбом с фотографиями, еще какое-то письмо в конверте. Какой-то мелкий хлам. Нет, тут ничего ценного нет!

- Я же говорила! Мать старалась хранить только самое необходимое. В последние годы жизни она стала очень набожной католичкой.

- Ладно! Открывай комнату отца!

Лусия ненадолго задержалась перед дверью, прежде чем попробовала вставить в замочную скважину первый ключ. Подошел только пятый. Осторожно распахнув дверь, она заглянула внутрь. Детских воспоминаний оказалось недостаточно, чтобы обнаружить там хоть что-то знакомое.

Сандра отодвинула Лусию, вошла и замерла по центру комнаты, глядя на боковую стену. То, что привлекло ее внимание было скрыто дверью, поэтому Лусия сделала два шага вперед и тоже застыла. На стене висела картина. Это был портрет симпатичного юноши в комнате, обставленной старинной мебелью. Драпированное окно оставляло небольшой просвет, сквозь который просматривался городской пейзаж.

- Старинная картина! – очнулась наконец Сандра.

- Да!

- Возможно, дорогая!

- Не знаю.

- Ты ее помнишь?

- Саму картину - смутно. Но мне почему-то помнится, что отец снимал ее со стены и показывал мне обратную сторону.

- Снимай, показывай!

Лусия не реагировала. Сандра подошла к картине, сняла ее, сдула пыль с верха рамки и развернула. Сзади на холсте была надпись: «Ты подарила мне надежду. Ты подарила мне любовь. Ты подарила мне сына. Я могу подарить тебе лишь себя, всего без остатка, до последнего вздоха.»

Вызванное неожиданной находкой молчание затянулось. Первой не выдержала Лусия.

- Интересно, чей это портрет?

- А мне интересно, сколько может стоить эта картина.

- Не знаю! Может быть, обратимся в музей?

- Нет! Сначала попробуем написать Николасу!

- А кто это?

- Мой кузен. Он работает в картинной галерее в Аттале. Мы редко общаемся, но это из-за наших родителей. Брат моей матери женился на дочери хозяина трех золотых шахт. Все их семейство страшно гордится своим богатством и смотрит на нас свысока. Николас нормальный парень, мы в детстве даже часто виделись, но сейчас лишь изредка переписываемся.

Сандра достала телефон, сфотографировала картину и отправила снимок с припиской: «Привет, Николас! Подскажи, сколько примерно может стоить такая картина?» Быстрого ответа не последовало, поэтому девушки продолжили поиски. Лусия с интересом рассматривала книги на полке, а Сандра быстро перерыла все вещи в двух шкафах и на столе.

- Ничего ценного нет! – сообщила она. – Кроме этой двуспальной кровати с резной спинкой. Она очень старая и скорее всего ровесница дома. Хотя кому кроме музея может понадобиться старинная кровать?

Пискнул телефон. Пришло сообщение: «Ни к кому больше не обращайся! Я уже выезжаю!»

- Сработало! – обрадовалась Сандра.

- Что он написал? – заволновалась Лусия.

- Николас едет сюда! Значит картина стоящая!

Через два часа зазвонил телефон Сандры. Она быстро назвала лишь адрес. Еще через полчаса к дому подъехал дорогой спортивный автомобиль и в дверь постучал высокий стройный юноша двадцати четырех лет.

***

Картина, очищенная от пыли специальной кисточкой, и рамка, тщательно протертая фланелевой тряпочкой, преобразились. Николас расставил два белых экрана с лампами и достал из сумки фотоаппарат с большим объективом и складной штатив.

- Зачем все это? – удивилась Сандра.

- Нужна качественная фотография. Без нее Эдвард Хейз с места не сдвинется.

- А это кто?

- Профессор, ведущий искусствовед Калифорнийского университета, самый известный эксперт в Штатах по изобразительному искусству восемнадцатого века.

- Но мы не сможем оплатить его услуги! – взволновано подключилась к разговору Лусия.

- Его не интересуют деньги. – Николас продолжал говорить, внимательно всматриваясь в экран фотоаппарата. - Он приедет за ощущениями первооткрывателя. Если наши подозрения подтвердятся, то все новостные каналы расскажут, как Эдвард Хейз обнаружил шедевр в доме простой студентки. Ваши имена не упомянут, а про меня и моего шефа, которые первыми оценили находку, даже не вспомнят. Ну вот! Готово! Письмо ушло на его электронный адрес. Теперь осталось только ждать и надеяться. Уже стемнело. Есть тут неподалеку приличный отель?

- Можешь здесь заночевать. – предложила Сандра. – Я к Лусии переберусь, а ты занимай мою комнату.

- Ну, если я не буду вам мешать, можно и здесь. – Николас засмущался.

- Оставайся! – поддержала Лусия. Мы без проблем поместимся с Сандрой в одной комнате.

Девушки вручили Николасу полотенце и отправили в ванную, а сами быстро убрали в комнате, застелили свежую постель и занесли его вещи. Через десять минут появился Николас с крайне озадаченным видом.

- Что-то не так? - заволновалась Лусия.

- Ванна – она мраморная.

- Она всегда была такая.

- Она из красного мрамора Аликанте. А стены и пол отделаны белым аргентинским мрамором. Люди, которые построили этот дом, были очень богатыми.

- Честно говоря, мне мать рассказывала, что все поколения наших предков были бедными. И все, что у них было – этот дом, передаваемый по наследству.

- Кстати, дом заслуживает отдельного исследования. Как, впрочем, и серьезного ремонта!

- У меня нет на это денег! Есть только призрачная надежда!

- Тогда ложимся спать! И пусть завтрашний день превратит надежду в уверенность.

Лусия и Сандра расположились на одной кровати. Прижавшись друг к другу спинами, они укрылись одним одеялом.

- Как тебе мой кузен? – зевая, спросила Сандра.

- Симпатичный, галантный, умный.

- Мне кажется, он на тебя глаз положил.

- Не выдумывай! – зевая, протяжно ответила Лусия.

Утренний кофе с круассанами был явно недостаточным завтраком для Николаса, но Лусия и Сандра сообразили это слишком поздно, а сам он промолчал. Сославшись на дела, он быстро собрался куда-то на встречу, и предложил по дороге завезти девушек в университет.

После занятий Лусия вышла из университетского корпуса и обнаружила у входа знакомый автомобиль.

- Ты меня ждешь?

- Да. – Николас заулыбался.

- Как ты узнал, что я сейчас выйду?

- Ты же в магистратуре на экономическом?

- Да.

- Я позвонил и узнал расписание. Сандра уже дома.

Когда подъехали к дому, Николас извлек из багажника два больших пакета. На них хорошо просматривалось название крупного дорогого продуктового супермаркета. Лусии стало стыдно, и она слегка покраснела.

Кухня вновь стала источником запаха жареной рыбы. На этот раз Сандра услышала звук закрывающейся двери и не поворачиваясь крикнула.

- Я второй стейк марлина жарю. Жаль только, что белое вино закончилось!

- Я взял и белое, и красное – не знал, что будет на обед! – заявил в ответ Николас, поставив два пакета на стол. – Я пойду руки помою.

- Вы как встретились? – удивленно спросила Сандра, проводив долгим взглядом вышедшего Николаса.

- Он за мной после занятий в университет заехал.

- Интересное развитие событий! Что в пакетах?

Лусия начала вытаскивать из пакетов продукты, перекладывая часть в холодильник. Сандра несколько раз оглядывалась, в конце концов заметила.

- Нам этого на неделю хватило бы! Зачем вы столько набрали?

- Он сам это все накупил! Может он планирует у нас на несколько дней остановиться?

Когда все сели за стол девушки почувствовали себя неуютно. Последний раз подобное роскошное застолье они позволили себе на Рождество. Николас ел, эпизодически поглядывая на часы. Сандра заметила это и спросила.

- Ты спешишь?

- Через полтора часа прилетает профессор. Я должен его встретить, отвезти в Мариотт, потом мы приедем сюда, смотреть картину.

Два вздоха надежды одновременно прозвучали в ответ.

Николас привез Эдварда Хейза около шести вечера. Профессор поздоровался, едва взглянув на девушек, и сразу же поднялся на второй этаж. Он долго рассматривал картину, издавая странные звуки, которые могли обозначать что угодно. Потом он достал налобную лупу и пристально осмотрел каждый сантиметр картины. Надпись на обратной стороне также привлекла его внимание. Вся процедура длилась минут десять.

Профессор откинул линзы наверх и улыбаясь заявил.

- Да! Это подлинник!

- Мы были правы? – спросил Николас.

- Абсолютно! Это жемчужина рококо. Посмотрите, как вторичен фон, как выделена фигура юноши, и при этом каждый элемент интерьера играет свою роль.

- Простите, а это подлинник чего? – неуверенно спросила Лусия.

- Не чего, а кого! Разумеется, для официального признания авторства еще потребуется специальная экспертиза, но я вам уже с уверенностью могу сказать – это кисть великого Томаса Гейнсборо! Невозможно спутать эти серебристые переливы серого на складках штор, этот тягучий белый. – и уже обращаясь к Николасу. – Я думаю, это конец Ипсвичского периода, возможно, первые год-два после переезда в Бат. Рискну датировать эту работу 1757–1760 годами.

- А сколько эта картина может стоить? – спросила Сандра.

- Девушка! – профессор засмеялся. – На аукционе Сотбис она будет стартовать с одного миллиона фунтов.

- Это сколько? – переспросила она.

- Это примерно сто десять миллионов песет! – подсказал Николас.

- Сколько? – в один голос переспросили Лусия и Сандра.

- А если вы скажете как эта картина оказалась у вас, назовете имя изображенного на ней юноши и объясните смысл надписи на обороте, то стоимость может подняться до трех с половиной – четырех миллионов. – добавил профессор.

Профессор снял налобную лупу, спрятал ее в портфель и по очереди вопросительно посмотрел на всех, намекая, что его миссия завершена.

- Я провожу вас! – среагировал Николас.

- Да, отвезите меня в отель. – потом повернулся к девушкам. – Через насколько дней все музеи, картинные галереи и коллекционеры планеты узнают, что появился новый Гейнсборо. Будьте готовы к этому времени!

Николас и профессор ушли, оставив девушек в неведении, как и к чему им надо готовиться. Лусия повесила картину на свое место, вместе с Сандрой спустилась на первый этаж, и они напряженно застыли в ожидании, сидя на диване в гостиной.

По возвращении Николаса первый вопрос Лусии естественно был.

- И что мне теперь делать?

- Я говорил со своим шефом. И он предлагает комплексное решение всех проблем. – ответил он. – Наша галерея берет на себя все затраты, связанные с технической экспертизой, транспортировкой, страхованием, участием этой картины в шести выставках Америки и Европы. А ты получаешь восемьсот тысяч песет.

- Восемьсот пятьдесят! – перебила его Сандра.

- Почему восемьсот пятьдесят? – недоуменно спросил Николас.

- Нам очень срочно нужны восемьсот пятьдесят тысяч песет на ремонт фасада дома!

- Хорошо, пусть будет восемьсот пятьдесят тысяч. Но только после получения официального заключения экспертизы.

- Мы согласны! – радостно воскликнула Сандра. Но Николас ждал, что скажет Лусия.

-Да, мы согласны. – подтвердила она с выражением лица человека, только что лишившегося неподъемной ноши.

***

Легко раненая лань, казалось, только ускорила бег. Она непредсказуемо резко останавливалась и мгновенно отпрыгивала в сторону, меняя направление движения. Диего не отставал, но и не мог никак ее догнать. Выстрел из охотничьего ружья известного французского оружейника был неудачным и лишь слегка задел лань. Оставалось еще два седельных пистолета, но приблизиться на прицельное расстояние никак не удавалось.

Вся компания охотников отстала еще на границе редколесья. В погоне участвовали лишь Диего и его верный друг Мигель. Вдали показались пригороды Тайсаны с небольшими домиками и бесконечными полями маиса. Лань, прекрасно себя чувствовавшая в высоком разнотравье лугов, заметалась, пытаясь найти выход из создавшейся ситуации. Мигель принял немного влево, чтобы не дать ей уйти в сторону. На пути охотников протекал небольшой ручеек в достаточно широком и глубоком русле. Гнедой мустанг Диего, даже не заметив, легко перепрыгнул ручей. Арабский скакун Мигеля, испугавшись неожиданного препятствия, встал на дыбы, едва не сбросив всадника.

Лань решила, что сможет спастись в посадке маиса и в невероятном прыжке скрылась между рядами. Диего рванул за ней, на ходу снося высокие стебли. Бег лани замедлился, она пыталась уйти в сторону, но не смогла прыгнуть. Диего в предвкушении потянулся за правым седельным пистолетом. Неожиданно посадка маиса закончилась, конь выскочил на большой двор, Диего успел увидеть девушку с длинной жердью в руках и провалился в пустоту.

Очнувшись, Диего почувствовал, как ноет все тело, но нестерпимее всего была боль в голове. Он сидел, прислонившись спиной к стене дома. Мустанга не было видно, лани, разумеется, тоже. Невероятной красоты девушка перевязывала ему голову, подкладывая под полоску ткани какие-то листья.

- Что это?

- Эта трава быстро остановит кровотечение. Я промыла рану, и перевязала ее.

- Это ты меня сбила с коня?

- Да!

- А ты знаешь, кто я?

- Тот, кто заплатит мне за уничтоженную посадку.

- Разумеется, заплачу. Но разве ты не хочешь узнать мое имя?

- Зачем мне знать твое имя, чтобы написать расписку?

- Ты умеешь писать?

- Да, я умею писать.

- Меня зовут Диего.

- Я Эсперанса.

- Красивое имя, как и ты сама!

- Не старайся мне польстить, ты все равно заплатишь за шесть арроб маиса.

- Эсперанса, принеси мне воды!

- Посиди здесь, я схожу к источнику, принесу свежей воды.

Эсперанса ушла. Диего посидел еще немного и с трудом встал. Вокруг была тишина, словно девушка была единственным жильцом этого дома. Широкий двор выглядел ухоженным. Дом был небольшой, но не производил впечатление крестьянской хижины. Он вошел внутрь. Маленький коридор, кухня с плитой и кирпичным дымоходом, две комнаты – вот и все что было внутри.

Диего шел, внимательно рассматривая мебель и утварь. Во второй комнате он неожиданно обнаружил лежащего на кровати старика.

- Кто ты? - спросил он старика, но тот промолчал, и лишь угрожающе зашевелил левым глазом.

Левая рука вытянула из-под пестрого покрывала кинжал. Диего присмотрелся и понял, что у старика парализована правая сторона тела. Выдернув из слабой руки кинжал, он внимательно его изучил – отличная сталь; серебро, золото и драгоценные камни в оформлении рукояти и ножен; на клинке гравировка: «Твоя честь всегда с тобой».

- Дорогое оружие. Все понятно. Ты идальго по крови? И только этот старинный кинжал может подтвердить твое знатное происхождение? – Диего вложил в левую руку старика оружие.

- У тебя красивая дочь! Или внучка? – продолжил он. Единственный живой глаз злобно зашевелился. – Не бойся, я ничего ей не сделаю.

- Кто пригласил тебя войти в дом? – Эсперанса стояла сзади с ковшиком в руке.

- Тебя долго не было! Я стал волноваться! – ответил он, усмехаясь, взял ковшик и небольшими глотками принялся пить, не обращая внимания на злость в ее взгляде.

- Всего сто пятьдесят шагов до источника. Разве это долго?

- Диего! Ты здесь? – раздался с улицы крик Мигеля.

- Да! – крикнул он в ответ и поспешил выйти из дома.

- Вот ты где? – Мигель с интересом посмотрел на Эсперансу, вышедшую следом за Диего. – Я твоего мустанга с большим трудом поймал. К дереву у дороги вместе со своим конем привязал. А тебя было легко найти, ты оставил широкий след в посадке маиса.

- Да, кстати о маисе. – Диего порылся в поясной сумке, достал три золотых монеты и протянул Эсперансе. – Надеюсь, этого хватит?

- Золотые! – пренебрежительно ответила она, даже не пытаясь их взять. – Что я смогу здесь купить за золотую монету? Да и не стоит столько шесть арроб маиса. У тебя разве нет серебра?

- Мигель, у тебя есть серебряные монеты? – растерянно обратился к приятелю Диего.

- Я не ношу с собой серебро! А что я смогу купить за серебряные монеты?

- Пусть они останутся у тебя! – Диего насильно сунул в руку Эсперансе три монеты. – Я обязательно вернусь и поменяю их на серебро. Ты мне веришь?

- Ты слишком благороден, чтобы нарушить слово! Я буду ждать!

- До свидания, Эсперанса! Я обещаю, это не последняя наша встреча!

Вечером в королевском охотничьем домике веселая компания праздновала завершение сегодняшней охоты. Их было семеро, в возрасте от восемнадцати до двадцати лет. В огромном камине на вертеле жарился кабан. Слуга медленно крутил ручку, поливая тушу пряным соусом. В пяти ящиках в соломе прятались двадцать бутылок испанского и французского вина.

Друзья под практически непрерывный хохот перебивая друг друга вспоминали забавные моменты охоты. Героем дня конечно же был Диего.

- Я коня привязал, оглянулся по сторонам, вижу на одном участке маис прорежен, словно эскадрон на полном ходу пронесся. – рассказывал Мигель. - Я туда бегом, думаю он лань догнал и подстрелил, а там юная охотница с палкой в засаде сидела. Она Диего одним ударом с коня снесла!

- Так значит у нее сегодня удачная охота была, а не у нас! – под дружный смех крикнул кто-то.

- А палка локтей пятнадцать длиной! – подключился к рассказу Диего. – Я и среагировать не успел! Удар такой точный, словно она тренировалась целый год! Теперь у меня голова разбита и весь левый бок в синяках.

- Значит лань прорвалась, а ты нет? Или она на тебя охотилась, а лань приманкой была?

- Диего еще и откупиться должен! – прервал смех Мигель. – Он ей три золотых давал, она не взяла!

- Так за инфанта и три сотни мало!

- Она серебро требует!

У Диего неожиданно пропало веселое настроение. Он еще немного послушал болтовню друзей и с бокалом вина вышел на улицу. Перед глазами неожиданно всплыл в мельчайших подробностях образ Эсперансы – ее черные густые волосы, собранные пестрой косынкой; идеальные овал лица и форма носа; гордый взгляд темных глаз; длинное зеленое платье, развевающееся на ветру и облегающее соблазнительную фигуру; маленькие ступни в простых веревочных сандалиях.

Диего не испытывал недостатка ни в доступности своих сверстниц, ни в возможности экспериментов с дамами более зрелого возраста. Его статус наследника престола мог легко открыть двери практически в любую женскую спальню. Но сейчас он впервые столкнулся с девушкой, которая не только не знала кто он, но и не собиралась выяснять, кто же этот вельможа, который уничтожил часть ее урожая. И впервые его нестерпимо тянуло к этой девушке, которая сейчас была для него желанней всех остальных женщин на свете. Диего выплеснул на землю остатки вина из бокала и отправился спать.

Утром Диего заглянул в зал. Слуги успели убрать со стола. Практически нетронутый кабан продолжал висеть не вертеле. В ящиках оставалось пять бутылок вина. Двое друзей, не имея сил дойти до кровати, устроили ночлег прямо на полу. При виде последствий вчерашней гулянки ему неожиданно стало радостно от того, что он рано ушел спать.

Диего сам оседлал мустанга и помчал в Тайсану. Через полчаса он стоял на центральной площади города, пытаясь понять, что же ему делать. Едва он спрыгнул с коня, как из здания городской управы выскочил алькальд и подбежал к нему.

- Какая честь для нас! Чем обязаны вашим посещением! – причитал он, потянув коня к коновязи.

- Мне необходимо разменять три золотых эскудо на серебряные песеты.

- Желаете сделать это из городской казны или послать за менялой на рынок? По времени это будет одинаково!

- Без разницы!

- Хоакин! – заорал, повернувшись, алькальд. – Беги за казначеем или менялой! Кого первого найдешь!

Из здания быстро выбежал какой-то проворный мальчишка и исчез в узком переулке. Через пять минут перед Диего стоял запыхавшийся меняла с большим кожаным мешком. Он едва взглянул на золотые монеты и сразу же раскрыл свой мешок. Диего, предвкушая процесс расплаты с Эсперансой улыбаясь потребовал размен провести самыми мелкими монетами. Пока меняла отсчитывал серебряную мелочь, он обратился к алькальду.

- У вас за городской стеной живет парализованный на правую сторону старик.

- Бернардо де ла Фуэнтес? Его жена Альба была на пятнадцать лет младше, умерла от страшной болезни. Старик не выдержал потери и слег. Сейчас за ним дочь Эсперанса присматривает, милое, кроткое и заботливое создание.

- Кроткое? – ухмыльнувшись усомнился Диего, вспомнив как она сначала вышибла его из седла, а позже отчитывала за то, что он без приглашения вошел в дом. – Как проще туда добраться?

- Хоакин! Проводи инфанта до дома парализованного старика Бернардо!

Парнишка всю дорогу бежал впереди, поминутно оглядываясь. Он проводил Диего до самого дома, молча показал на него рукой и убежал. У входа во двор стояла Эсперанса и загадочно улыбалась.

- Я привез долг, как обещал! – Диего спрыгнул с коня. - Ты меня встречаешь?

- Топот копыт редко слышен на нашей дороге, а всадники в сопровождении младшего помощника алькальда встречаются еще реже. Заходи, я привяжу твоего мустанга. – она любовно потрепала коня по холке приговаривая. – В прошлый раз ты вырвался и убежал, а сегодня спокойный. Красавчик!

- Любишь лошадей? - спросил Диего следуя за ней.

- Очень хочу научиться ездить верхом. Задержка за малым, у нас нет коня!

Она привязала коня, продолжая его поглаживать. Диего достал из поясной сумки кошелек и передал его Эсперансе, с улыбкой ожидая реакции.

- Вот твое серебро.

- Как удачно! Мелкими монетами! Но здесь слишком много!

- Я обещал тебе обменять три золотых на серебро! Я его привез. Можешь вернуть мне залог.

Пока Эсперанса ходила в дом, Диего стоял возле коня, заглядывая ему в глаза, и улыбался. Он уже придумал, что будет делать дальше.

- Вот твое золото. – Эсперанса вышла из дома и вручила Диего три монеты.

- До новых встреч! – попрощался он, выведя на дорогу коня.

- Я посажу на участке новый маис для твоей следующей охоты. – успела ответить Эсперанса прежде, чем Диего вскочил на коня.

В охотничьем домике царило веселье. Кабан, до которого так и не дошло дело вчера вечером, был разогрет на огне и установлен в огромном серебряном блюде по центру стола. Отрезая большие куски охотничьими ножами, компания запивала мясо вином.

- Диего, садись! Есть еще немного вина! Поешь, и пора собираться! К вечеру успеем вернуться в столицу.

- Нет! Мы возвращаемся завтра. – он отрезал кусок мяса, налил себе бокал испанского и улыбаясь продолжил. – У меня есть еще одно важное дело!

На следующее утро Диего появился на горячем мустанге у ворот Эсперансы ведя за собой на поводу молодую, но спокойного нрава, вороную испанскую кобылу.

- Снова ты? – она успела выйти навстречу Диего.

- Осталось еще одно незавершенное дело! Я хочу научить тебя верховой езде. Правда женского седла у меня не нашлось, но я думаю, что дочь идальго должна ездить верхом по-мужски. Держи поводья, заводи кобылу во двор.

Через час два всадника не спеша пересекали огромный, поросший высокой травой луг. Диего смотрел на Эсперансу, любуясь ее ногами, обнажившимися от встречного ветра до колен, ее улыбкой счастливого человека, мечта которого исполнилась.

После обеда, прощаясь у ворот, Диего протянул ей поводья.

- Испанка останется у тебя, береги ее. Я через две недели опять буду в ваших краях, и мы продолжим обучение.

- Как ее зовут? – Эсперанса ласково обняла кобылу за холку.

- Не знаю. Сама назови как тебе нравится. Она теперь твоя! – он вскочил на коня. - До встречи!

- Я буду ждать тебя!

***

Сандра поднялась на второй этаж и вошла в комнату Лусии держа перед лицом мобильный телефон.

- Что-то случилось? – встревожилась Люсия.

- Новости культуры! – не обращая внимания на ее вопрос, Сандра начала читать с экрана дикторским тоном! - Ведущий искусствовед Калифорнийского университета, профессор Эдвард Хейз обнаружил в доме простой студентки, ранее неизвестную картину Томаса Гейнсборо. Независимая экспертиза подтвердила ее подлинность. Это портрет юноши, написанный в 1760 году. Уже анонсирован ее показ в Лондоне, позже еще в четырех европейских столицах. Картина предварительно оценивается в полтора миллиона фунтов. В связи с возникшим ажиотажем в кругах коллекционеров живописи имя владелицы картины пока тщательно скрывается.

- Полтора миллиона фунтов! С ума сойти!

- Лусия! Ты теперь миллионер!

- Я не собираюсь продавать картину. Это память о моих родителях!

- А что ты тогда собираешься делать?

- Для начала – найти ответы на три вопроса профессора. Кто изображен на картине, как она попала к моим родителям и что обозначает надпись.

- Ну, пока ты не ответишь на первые два вопроса, невозможно найти ответ на третий.

- И пока мы не знаем, кто изображен на картине, невозможно отследить ее судьбу.

- Или наоборот?

- Возможно! Но мне кажется, начинать надо с этого неизвестного юноши. Ты можешь позвонить Николасу, спросить, что там выяснили эксперты?

- У тебя теперь есть его номер телефона, можешь сама позвонить. Поверь, он будет только рад!

- Опять выдумываешь!

- Звони!

Лусия под пристальным взглядом Сандры набрала номер.

- О, привет! – Николас действительно обрадовался звонку. – Не волнуйся, картина уже застрахована на три миллиона долларов! Все идет по плану и через две недели она будет в центре внимания выставки в Лондоне.

- Спасибо! Я хотела у тебя спросить. Что эксперты выяснили по поводу обстоятельств написания этой картины?

- Я вышлю тебе текст заключения. Но в двух словах могу рассказать главное. Кто этот юноша - пока неизвестно. Ему около двадцати лет, у него черты лица европейского типа, немного смуглая кожа, характерная для жителей стран с жарким климатом. Предположительно он с юга Испании. Картина написана на модном в то время курорте, городе Бат. Это установили по особенностям городской застройки, которая видна в окне. Дом, в котором писали портрет не сохранился. По графику его заказов в Бате дата установлена максимально точно – осень 1760 года.

- Спасибо, этого для начала достаточно!

- Начала чего? Ты планируешь узнать, кто изображен на картине?

- В том числе. Ты помнишь, что предлагал выяснить профессор?

- Конечно! Если ты действительно решила заняться расследованием, можешь рассчитывать на меня. Звони и я помогу чем смогу!

- Спасибо!

Девушки начали поиски с запросов в интернете. Они несколько раз меняли критерии поиска, внимательно всматривались в найденные изображения, но никакого сходства с лицом незнакомого юноши ни у кого так и не нашли.

- Это тупик! – первой не выдержала Лусия. – Так мы его за тысячу лет не найдем.

- Согласна! – поддержала ее Сандра. – Давай рассуждать логически. Мы ищем человека, который в 1760 году жил в Британии и как-то был связан с другим человеком, который к нему приехал в гости с Тайсы, скорее всего это была женщина. Потом она вернулась домой и увезла с собой портрет. Второй вариант – какой-то житель Британии поехал к кому-то в гости на Тайсу, захватив с собой в виде подарка собственный портрет. Следовательно, нам надо попытаться найти людей, которые в 1760 году и позже приезжали на Тайсу. Осталось только выяснить, где могла сохраниться эта информация.

- Или в администрации алькальда или в музее!

- Начнем с музея?

- Да, более двухсот лет прошло! Думаю, начинать надо с музея!

На следующий день после занятий девушки пришли в Королевский музей истории Тайсы. Смотрительница зала эпохи конца второй - начала третьей династии долго и мучительно пыталась понять, что от нее хотят. Потом не выдержала и вызвала по телефону кого-то из начальства на помощь. Пришла совсем молодая симпатичная женщина с милой улыбкой, совсем не производившая впечатление начальника. Тем не менее, она представилась.

- Здравствуйте! Меня зовут Эола, я заместитель директора Королевского музея по науке. Какая проблема привела вас сюда?

- Добрый день, Эола! – Лусия попыталась максимально просто сформулировать цель поиска. – Мы ищем документы, где можно было бы найти людей, приезжавших на Тайсу после 1760 года.

- В архиве есть журналы, где фиксировались прибывшие на кораблях пассажиры. Там тысячи записей каждый год! Вы кого-то конкретно ищете?

- Да. Это юноша лет двадцати, возможно немного старше. Он скорее всего испанец, возможно прибыл на Тайсу из Британии.

- Но в это время множество испанский переселенцев прибывало на остров в поисках лучшей жизни. Вы можете конкретно сказать, какова конечная цель ваших поисков?

- Да! Мы хотим узнать, кто этот юноша на картине! – Лусия показала на экране телефона фотографию.

- Я впервые ее вижу! – удивилась Эола. – Это случайно не та недавно обнаруженная картина Томаса Гейнсборо, о которой говорили во всех новостях?

- Да!

- Я абсолютно точно могу вам сказать, кто на ней изображен! Это король Тайсы Диего III.

- Не может быть!

- Девушки, посмотрите на вон ту картину, вторая слева в верхнем ряду. Это парадный портрет Диего III, написанный в честь восхождения на престол. Здесь ему двадцать два года. Сравните лица и все сомнения сразу же отпадут. Если вам этого мало, обратите внимание на еле заметный шрам на лбу под короной в форме наклоненной буквы Y. Обычно на парадных портретах не принято отображать мелкие дефекты лица. Меня сразу же удивило его присутствие. Так вот, на вашей картине этот шрам тоже есть. Значит он почему-то был очень важен для Диего III, как-то связан с событиями, о которых не хотел забывать.

- Поразительно! – Сандра стояла, задрав голову у картины на стене. – Действительно, одно лицо!

- А как же надпись? – озабоченно спросила Лусия, обращаясь скорее к самой себе.

- Какая надпись? – переспросила Эола.

- На обратной стороне картины есть надпись. – Лусия показала вторую фотографию.

- Очень странный текст! – задумчиво сказала Эола. – В 1759–1761 годах Диего III был с делегацией в Европе, в том числе в Британии, и вполне мог заказать там свой портрет у модного тогда художника. Но доподлинно известно, что он не был женат и у него не было детей до самой его гибели в 1779 году. Собственно, поэтому и произошла смена династий. Вероятно, эту надпись позже сделал другой человек.

- Кто-то любимой женщине подарил картину, зная о ее ценности?

- Вполне возможный вариант. Если вы перешлете мне фотографию с надписью, я попробую сличить ее с документами той эпохи. Заодно постараюсь глубже покопаться в биографии Диего III.

- Разумеется! Будем только рады!

Девушки вышли из музея получив неожиданно быстро и легко ответ на один из вопросов. Но ситуация от этого нисколько не прояснилась.

- Интересно, как эта картина попала к твоим предкам? – спросила Сандра.

- Вот это теперь предстоит выяснить! Будем надеяться, что Эола нам поможет!

***

В университете началась завершающая фаза оформления магистерской работы. Люсия почти каждый день до самого вечера сидела на кафедре. Только через две недели профессор, просматривая в сотый раз переделанный текст утвердительно покачал головой. Еще два дня после этого она отдыхала. Разумеется, все проблемы, связанные с картиной, быстро отошли на второй план, а позже вообще забылись.

И совершенно неожиданным для нее было появление на пороге Николаса в сопровождении вернувшейся с занятий Сандры. Люсия приготовила скромный обед, рассчитанный на двоих, поэтому два больших продуктовых пакета в руках у Николаса вогнали ее в краску.

- Привет! – улыбаясь начал Николас. – Меня шеф отправил в Тайсану, сказал, что пока я не разгадаю все загадки картины домой могу не возвращаться. За ним в Лондоне толпа искусствоведов и коллекционеров ходит. Так, что принимайте в свою команду!

- Тогда мне что, освобождать комнату? – спросила Сандра и одновременно с Николасом выжидательно посмотрела на Люсию.

- Ну, не знаю, наверное, так будет проще. – она еще больше смутилась, опустив взгляд.

- Я пойду переселяться наверх! – сочтя это согласием заявила Сандра. – А вы пока на стол накрывайте.

За обедом смущение Люсии прошло. Разговор конечно же пошел о картине. Девушки рассказали Николасу, что имя юноши с портрета уже известно и он немедленно перезвонил в Лондон, сообщил боссу, что треть задания уже выполнена. Все попытки найти хоть какую-то зацепку, чтобы понять, что могло связывать предков Лусии с королем Диего III либо с его предполагаемой возлюбленной, оказались безрезультатными.

После обеда к дому подъехала грузовая машина и четверо рабочих с грохотом и криками начали монтировать вдоль фасада строительные леса. А через час в дверь постучал их бригадир.

- Вы хозяйка? – суровым голосом спросил он, едва ступив на порог.

- Я! – испуганно ответила Лусия.

- Что будем восстанавливать?

- Что вы имеете в виду?

- Дом дважды менял внешний вид! – уставшим голосом человека, вынужденного объяснять простые вещи сообщил бригадир. – Первоначально фасад дома был оформлен в сине-бело-голубых цветах. Впоследствии весь фасад, в том числе мозаику на уровне второго этажа закрасили в оливковый, оставив белыми только лепнину и пилястры. Последний ремонт был лет сто назад, цвета вы видите! Вот я и спрашиваю, что будем восстанавливать?

- Оригинал, сине-бело-голубой!

- Завтра с утра приступаем. Заранее приношу извинения от нашей компании. Две недели у вас будет шумно и грязно. – бригадир так же стремительно вышел, оставив Лусию в недоумении.

- Что он хотел? – спросила подошедшая Сандра.

- Сегодня установят леса, завтра с утра начнут ремонт фасада.

- А о чем ты задумалась?

- Первоначально этот дом построили сине-бело-голубым.

- И что, это плохо?

- Посмотри на наш фасад и представь его сине-бело-голубым с мозаикой на уровне второго этажа. Ничего не напоминает?

- Н-н-нет! А тебе?

- Королевский дворец в Аттале!

- Николас! – крикнула Сандра. – Какого цвета дворец в Аттале?

- Белого! Но там еще синий и голубой декор и мозаика по периметру. – крикнул он в ответ.

После ужина все собрались в гостиной на первом этаже. Николас предложил подвести предварительные итоги поисков с учетом всех известных фактов.

- Этот дом хранит какую-то тайну короля Диего III. – первой торопливо начала Сандра. – А предок Лусии был хранителем этой тайны! Например, здесь король встречался со своей возлюбленной!

- Красивая теория. - недоверчиво ответила Лусия, - Но как мы сможем это доказать?

- Этот дом однозначно был построен в том же стиле, что и дворец! – добавил Николас. - Я убежден, что Диего III с ним как-то связан. Я готов вернуться на пару дней домой в Атталу и попытаться выяснить причину этого удивительного сходства.

- Обидно, что саму тайну мы вряд ли узнаем, скорее всего она для нас потеряна. – загрустила Сандра.

- Лусия! – спросил Николас. – А тебе родители ничего не рассказывали странного о своих предках? Или какую-то старую историю, которую они услышали от своих родителей?

- Нет, ни отец, ни мать мне ничего такого не рассказывали.

- Письма! – воскликнула Сандра. – У твоей матери в шкафу спрятаны старые письма! Я сейчас принесу, я знаю где они!

Не дожидаясь согласия Лусии, она помчалась на второй этаж и с победным возгласом вернулась в одной руке со стопкой писем, перевязанных лентой, и большим серым конвертом в другой.

Лусия осторожно развязала ленточку и разложила на столе двенадцать пожелтевших от времени писем со следами сургуча. Восемь с почтовыми штемпелями Лондона, Парижа, Мадрида, Вены. Четыре письма сильно потрепанных, по-видимому, передававшихся через посыльных. Все они были адресованы некоей Эсперансе. И каждое в конце было подписано именем Диего.

Все письма описывали впечатления Диего от городов, в которых он в данный момент находился, и людей, с которыми он встречался. И в каждом письме он говорил Эсперансе о своей любви и тяжести долгой разлуки с ней.

- Теперь мы знаем имя его возлюбленной! – подытожил Николас. – Еще один шаг на пути к разгадке.

- Но в письмах нет ни слова о его сыне! – заметила Сандра.

- Возможно, сын родился позже! – предположила Лусия.

- Вряд ли! – засомневался Николас. – Он передавал портрет уже зная о сыне. Об этом свидетельствует надпись. Нет смысла возвращаться и привозить с собой портрет.

- Получается, Эсперанса не мать его сына! Тогда кто? – озадаченно спросила Сандра. – Подождите, есть еще одно письмо! Лусия, читай.

Лусия заглянула в серый конверт. Там лежало письмо и маленькая потрепанная временем бумажка с коричневыми пятнами.

- Ну, что там? – поторопила ее Сандра.

- Это мне лично! От мамы! – печально ответила она, взглянув на письмо.

Текст был совсем коротким. Мелким каллиграфическим почерком там было написано: «Дорогая моя Лусия! Если ты это читаешь, значит Господь уже забрал меня к себе. Все поколения нашей семьи всегда жили в любви. И я была счастлива с твоим отцом, пока он был жив. Сохрани эту традицию, свяжи свою судьбу с тем, кто будет искренне тебя любить. В конверте ты найдешь записку. Ее передала мне моя мать, а ей она досталась от ее отца. Никто не помнит, что она значит, но в нашем роду ее всегда передавали со словами: «Здесь твое обеспеченное будущее». Надеюсь, что повезет именно тебе! Люблю! Твоя мама.»

Лусия достала записку. Там было всего две строки. В первой – странный значок и бессмысленные двенадцать букв и цифр. Во второй фраза на латыни – «Dum spiro, spero». Слезы непроизвольно потекли у нее из глаз, и она быстро ушла на второй этаж.

- Надо как-то ее успокоить! – Николас проводил ее взглядом.

- Не трогай Лусию! Ей сейчас надо побыть одной! – остановила его Сандра. – Ты лучше завтра отправляйся в Атталу, попробуй выяснить историю строительства этого дома. А нам с Лусией пора еще раз посетить Эолу.

Наутро Николас выехал на своей машине в Атталу. После обеда Сандра и Лусия поднимались по ступенькам Королевского музея истории Тайсы.

- Я ждала вас! – встретила их Эола. – Мне очень много интересного удалось выяснить. Пройдемте ко мне в кабинет.

- У нас тоже есть новости! – сообщила Лусия.

- Мы нашли множество старых документов, написанных рукой Диего III. – сказала Эола, когда все расселись вокруг стола в ее кабинете. – Надпись на картине однозначно сделана им собственноручно и это подтверждают эксперты.

- И мы нашли кое-что, скорее всего написанное рукой Диего III. - Лусия положила на стол старые письма.

Эола принялась читать первое письмо, потом поняв, что процесс займет много времени, остальные просто просмотрела по диагонали.

- Да! – изумленно выдохнув подтвердила Эола. - Эти письма писал Диего III. Я, разумеется, отдам их на экспертизу, но за последние две недели через мои руки прошло так много документов, что я и без экспертов могу сказать – это его почерк. Лусия, хочу сразу тебя предупредить. По закону только получатель может хранить личную переписку королевской особы. Если письма не были адресованы кому-нибудь из твоих предков, я вынуждена буду их изъять и передать в Королевское Хранилище.

- Разумеется! Я все понимаю! – согласно пожала плечами Лусия.

- Король Диего III – невероятно интересная историческая личность. – продолжила Эола. – Прекрасно образован, знал пять языков, встречался в Женеве с Вольтером, как минимум дважды обсуждал с Дидро статьи в «Энциклопедию», о нем тепло отзывались Жан Жак Руссо и Сэмюэл Джонсон. Он был реформатором и в эпоху его непродолжительного правления был создан Королевский Банк и утверждена королевская монополия на все добываемое золото. Он впервые ввел регистрацию алькальдами совершеннолетних и в отличие церковных записей при крещении в статистику попало и множество индейцев, достигших четырнадцати лет. Он фактически создал армию и во многом именно это позволило отстоять независимость, когда французский адмирал граф д'Эстен, желая отомстить Диего III за приверженность Британии, высадил десант на Тайсу. Сам король при этом погиб, загадочной, абсолютно нелепой смертью. А вот его мать, королева Камелия, была полной противоположностью своего сына. При дряхлом короле, старше ее на тридцать лет, она долгое время фактически управляла королевством вместе с ее советником и любовником Умберто Донелли. И ей тяжело было смириться с мыслью, что ее власти пришел конец. Камелия пережила Диего III на два года.

- Ни в одном письме мы не нашли даже намека на то, что у Диего III был сын. – заметила Лусия. – Хотя надпись на картине сделана примерно в тот же период.

- Да! – согласилась Эола. – Эту загадку еще предстоит разгадать!

- Мы продолжим искать ответы! – заверила Лусия.

- Девушки! У меня есть свой интерес к этой эпохе и личности короля Диего III. Я тоже ищу ответы и предлагаю это делать вместе! Возьмете меня в свою команду третьей?

- Нет! – засмеялась Сандра. – Никак не получится! Нас уже трое. Можем взять только четвертой!

- Я согласна быть четвертой!

***

Большое тканое покрывало местами скомкалось, по краям перекрутилось, но все еще спасало от колкого сена два обессиленных тела, ни на что уже не способных, но никак не желающих оторваться друг от друга. Эсперанса, прижавшись щекой к плечу Диего, одними кончиками пальцев поглаживала чуть заметными движениями его грудь. Сквозь окно сарая были видны яркие звезды, свет от которых позволял различать разве что силуэты. В ночной тишине где-то внизу изредка фыркали гнедой мустанг и вороная испанка.

Диего очнулся, шумно и продолжительно вздохнул и повернулся к Эсперансе лицом.

- Я завтра уезжаю домой. Вернусь через три дня.

- Целых три дня без тебя. Это очень долго! Я буду скучать!

- И я буду скучать. А еще страдать от того, что вынужден скрывать от всех наши отношения. А мне так хочется гнать коня во весь опор по дороге и кричать всем встречным, что меня любит самая прекрасная девушка на свете!

- Только скачи не слишком быстро, чтобы я от тебя не отставала! – Эсперанса приподнялась на локоть и поцеловала его в губы. – Уже ночь! Идем в дом, отец давно спит!

- Не хочу в дом! Мне тут очень хорошо! А каменные стены напоминают мне золотую клетку, в которой я вынужден жить!

- Удивительно, никогда не думала, что так плохо быть богатым!

- Не знаю! Я никогда не был просто богатым!

- Ты все еще не хочешь рассказать мне о себе?

- Нет. Но я с нетерпением жду тот день, когда наконец смогу самостоятельно определять свою судьбу. И этот день изменит для нас с тобой все!

- Тогда спи! И этот день станет на одну ночь ближе!

- Поцелуй меня! Я хочу уснуть со вкусом твоего поцелуя на губах!

Утром Диего проснулся от ласкового прикосновения к щеке. Эсперанса сидела рядом и с нежной улыбкой рассматривая его обнаженное тело, едва прикрытое краем покрывала.

- Вставай, соня! Я испекла твои любимые лепешки с сыром.

- Я проспал! Солнце уже высоко!

- Поешь и собирайся. Твой друг, наверное, тебя ищет!

- Нет, не ищет, он знает, что я здесь! Он единственный, кому я могу доверить нашу тайну! Но мне действительно пора собираться!

К вечеру Диего вернулся во дворец. Мигель простился с ним еще при въезде в Атталу, свернув в сторону своего дома.

Мать королева выслушала приветствие Диего, поинтересовалась, удачной ли была охота и взмахом руки отпустила сына. Проводив его взглядом, она приказала найти Умберто. Через полчаса они встретились в ее кабинете.

- Что случилось, моя королева?

- Меня смущает странный блеск в глазах Диего.

- Любовный блеск глаз?

- Да!

- Ничего удивительного. Диего уже взрослый и у него вполне могут быть отношения с женщинами. В чем проблема, если во время охоты он залезет под юбку какой-нибудь девице? Приятные воспоминания о ночи, проведенной с ней в охотничьем домике, вполне могут вызвать подобный блеск глаз!

- Да пусть сколько угодно лезет под юбки девицам, в его возрасте это нормально. Но это не должно затуманивать разум.

- Моя королева подозревает у Диего чувства?

- Да! И у меня есть все основания для подозрений. Он прекратил охотиться в лесах Хоресса, где всегда была самая лучшая охота. Он полгода не выезжал с сокольничим в горы. Зато в охотничий домик в лесу около Тайсаны каждую неделю идут караваны с едой и вином. Он часто едет туда лишь со своим лучшим другом Мигелем, и я забыла, когда он последний раз возвращался с охотничьим трофеем.

- Возможно, эти чувства пройдут - легкая влюбленность, мимолетная страсть, вот они есть а вот их уже и нет.

- Возможно! А если не пройдут? Чувствами должен управлять разум, а не похоть. Ему нужна женщина, которая сможет стать королевой. Женщина, которая укрепит трон, а не превратит его в посмешище. Выясни, что это за новая пассия у Диего. Только никому не поручай, сделай это сам. У меня плохое предчувствие. Если она окажется безродной аферисткой, я не хочу, что бы эта история получила огласку.

- Сегодня же займусь этим, моя королева!

- По-видимому мне самой придется озаботиться поисками достойной пары для него. Кого-нибудь из европейских принцесс – было бы совсем не плохо! Надо написать нашему человеку в Мадриде, пусть выяснит, кто там сейчас в очереди на выданье.

- Почему моя королева не хочет доверить это самому Диего? А ведь я предлагал отправить его с дипломатической миссией в Европу. Пусть проедет по королевским дворам, заодно познакомится с принцессами. Вдруг с кем-нибудь и сойдется.

- Рискованно! Но я обдумаю твое предложение!

Умберто понял, что разговор завершен, низко поклонился и попытался схватить руку Камелии для поцелуя. Она резко оттолкнула его и с самодовольной улыбкой указала на дверь.

- Иди уже! Ночью ко мне в спальню придешь, там и будешь с любезностями лезть.

- Беспрекословно повинуюсь, моя королева!

Умберто зашевелил бровями, изображая на лице вершину вожделения и страсти, и пятясь направился к двери. Выйдя в коридор, он мгновенно стал серьезным. Имея полтора десятка опытных шпионов, ему предстояло самостоятельно проследить за Диего.

Охота принца была назначена на третий день. А на второй день хозяйственный дилижанс с двумя слугами, припасами и вином был отправлен в королевский охотничий домик. На нем поехал и Умберто. На этот раз охотится отправилась вся компания. Вместе с Диего на лихих конях в сторону Тайсаны мчали его друзья, шестеро безбашенных парней - сыновья придворных, губернаторов и владельцев золотых рудников.

На пятый день вернулся Умберто и немедленно попросил аудиенции у королевы. Через пять минут она ждала его в своем кабинете. Всю дорогу в Атталу Умберто обдумывал, как ему преподнести Камелии найденные сведения так, чтобы ее решение было самым выгодным. И по всему выходило, что Диего надо отправлять в Европу. Смерть короля не за горами, наследник далеко, значит при троне будет королева. И пока ей нужен Умберто, днем в кабинете, а ночью в постели, он будет при власти и деньгах. Поэтому, увидев нетерпеливый взгляд Камелии он сразу же начал с главного.

- Моя королева, ее зовут Эсперанса. Эта девушка невероятной красоты!

- Кто она?

- У ее деда, Кастильского гранда...

- Слава Господу! Не прачка и не служанка, обошлось без позора! Дальше!

- Да, так вот! Ее отец Бернардо де ла Фуэнтес был пятым сыном от второй жены и не имея никаких иных перспектив отправился на войну за французское наследство и в экспедиции на Сардинию был ранен и пленен. Ему удалось...

- Подробности не нужны!

- Вернувшись через два года домой он узнал, что считается погибшим, наследство умершего герцога поделено и ему никто не рад. Он переехал в Новый Свет, где женился на женщине не самого знатного происхождения. Эсперанса дочь от этого брака. Ее мать умерла, а отец стар и парализован.

- Связь Диего с этой девицей необходимо прекратить!

- Я видел их вместе. Это невероятно сильная страсть!

- Именно это меня и пугает.

- Расстояние и время гасит пожар любой страсти!

- Ты прав. Начинаем готовить миссию в Европу. Кого отправим с Диего?

- Мигель его лучший друг, без него он не поедет.

- Согласна.

- Но проблема в том, что он не будет инструментом нашей политики.

- Скажи мне, твой сын ведь все еще дружит с Диего?

- Да, они в одной компании.

- Прекрасно. Значит его и пошлем. Надеюсь, ты не будешь возражать? Пришли ко мне Гвидо. Я хочу лично дать ему наставления. А ты предварительно объясни сыну, что могут дать ему в будущем преданность короне и сыновнее почтение.

- Да, моя королева.

- Остальных подбери сам! А я ознакомлю Диего со своей волей! И, разумеется, про эту девицу никто не должен знать!

Когда Диего вернулся после охоты во дворец его немедленно отправили к королеве. Он вышел от нее опустив голову с печальным выражением лица.

Через двадцать дней с острова в Испанию должна была отплыть небольшая флотилия - пять торговых кораблей в сопровождении трехмачтового сорокапушечного фрегата, на борту которого планировалось отправить двенадцать человек, дипломатическую миссию королевства Тайса. Времени оставалось мало, поэтому подготовка шла полным ходом.

Диего выдержал три дня, потом, бросив все, умчал к Эсперансе. Камилла не останавливала его, рассчитывая на неотвратимость естественного хода событий.

Эсперанса хотела броситься на шею приехавшему Диего, но он жестом остановил ее, и она замерла в тревожном ожидании.

- Эсперанса, я должен признаться тебе. Я сын короля Тайсы и наследник престола.

- Я знаю.

- Знаешь?

- Я давно догадалась. Но хотела, чтобы ты сам мне об этом сказал.

- Я предупреждал тебя, что не могу самостоятельно собой распоряжаться. Меня отправляют в Европу с дипломатической миссией для поиска новых союзов. Испания слишком слаба и нам надо наладить отношения с теми, кто будет ведущей силой в Новом Свете.

- Надолго?

- На год, может быть больше. И еще долгая дорога туда и назад.

- Я буду ждать тебя. Столько, сколько потребуется. Даже если ты меня забудешь или найдешь в Европе другую.

- Я обещаю, ни одна женщина в мире никогда на заменит тебя в моем сердце! Я вернусь, и мы снова будем вместе! Ты мне веришь?

- Ты слишком благороден, чтобы нарушить слово!

- Я слишком тебя люблю, чтобы нарушить слово! - Диего крепко сжал ее в своих объятиях.

Пять дней и пять ночей они провели вместе, стараясь не упустить ни одного мгновения счастья перед долгой разлукой. Прощание было печальным. Они держали друг друга за руки, пытаясь сохранить в памяти тепло их прикосновения. Они смотрели друг другу в лицо, чтобы долгие месяцы расставания легко вспоминать нежный взгляд и улыбку.

- У тебя остался шрам на лбу. – заметила Эсперанса. – Если бы ты мазал рану той мазью, что я тебе дала, его бы уже не было.

- Я рад, что он остался. Этот шрам и днем и ночью напоминает мне о том, как мы с тобой встретились. Я увезу его с собой в Европу.

- Жаль, что у меня нет твоего портрета. Но я закрываю глаза и вспоминаю твое лицо в мельчайших подробностях.

- Я закажу для тебя свой портрет.

- Лучше поскорей возвращайся! Я буду ждать!

- Дождись меня! Я обязательно вернусь!

***

Николас бросил вещи в прихожей своей квартиры и сразу же позвонил матери. Она была занята и предложила встретиться вечером за семейным ужином. Николас никогда не испытывал восторга от этого пафосного мероприятия, но отказаться не мог.

Быстро приняв душ и переодевшись, он поехал в галерею. Там в картотеке на рабочем компьютере хранились сотни полезных контактов. Из всего списка подошел всего один контакт, но какой! Профессор Рафаэль Перейра, архитектор, историк, автор книги о строительстве королевского дворца в Аттале. Договориться с ним о встрече оказалось совсем просто и через час Николас сидел с профессором за столиком в кафе.

- Это одно из творений гения Вентуры Родригеса, дворец был спроектирован во входящем тогда в моду стиле неоклассицизма. Через четыре года он окончательно разругался с королем, требовавшим внесения существенных изменений в интерьер, принял приглашение спроектировать и построить церковь Сан-Маркос в Мадриде и вернулся в Испанию. Достраивал дворец местный архитектор Марио Парра, бывший до этого помощником Вентуры Родригеса. Я принес свою книгу, - профессор открыл портфель и сунул туда руку, - там все подробно описано!

- Нет, нет, нет! Этой информации достаточно! На самом деле меня интересует совсем другое строение.

- Другое?

- В Тайсане есть дом, который очень похож на этот дворец. Вы что-нибудь о нем слышали?

- Вы имеете в виду Дом Любви и Надежды? Так он не сохранился!

- Что за Дом Любви и Надежды?

- В мемуарах Марио Парра есть интересная история. Один из советников молодого короля Диего III заказал строительство небольшого домика в Тайсане. На вопрос, в каком стиле проектировать, он пожал плечами и сказал: «Не имеет значения. Пусть будет похож на дворец в Аттале». Потом по секрету добавил для кого строится этот дом. Хотя Марио Парра к тому времени уже начал отходить от дел, этот заказ настолько его вдохновил и добавил сил, что он построил дом с опережением графика. Когда советник пришел принимать работу он воскликнул: «Да! Это действительно Дом Любви и Надежды!»

- И этот дом не сохранился?

- Мой коллега из университета Тайсаны не смог его найти в том районе, где он по описаниям должен был быть. Он строился как отдельно стоящий дом, сейчас там плотная уличная застройка. Скорее всего его снесли, чтобы освободить место для нового строительства.

- Спасибо профессор! Вы мне очень помогли! И у меня есть предчувствие, что я скоро этот домик найду!

- Желаю удачи! Не забудьте мне сообщить в случае успеха!

Николас вернулся в галерею и просидел там три часа в интернете в поисках хоть какой-то информации о Доме Любви и Надежды. Главная ссылка была на историю в мемуарах, но профессор уже пересказал ее почти дословно. Еще один полезный ресурс – результат поисков этого дома группой энтузиастов краеведов лет тридцать назад. Приводился отчет и старая карта города. По отдельным редким упоминаниям в разных документах группе удалось очертить прямоугольник примерно четыреста на триста метров, где мог находиться этот дом. Скорее всего именно там и искал его коллега Рафаэля Перейры.

Николас попытался совместить старую карту с новым планом города. Дом Лусии был в пятидесяти метрах от края прямоугольника. Шансы приблизиться к разгадке тайны этого дома существенно увеличились. Правда немного смущало странное название – Дом Надежды и Любви, и то, что все упоминания о нем заканчивались 1780 годом. Оставалось только ждать завершения реставрации.

В состоянии близком к эйфории Николас просидел еще полчаса откинувшись на спинку кресла и перебирая варианты, почему так отреагировал советник, посмотрев на фасад дома. В этом же состоянии он прибыл к шести вечера в родительский дом.

Огромный трехэтажный особняк родителей никогда не вызывал нежных чувств у Николаса. Показуха и слепое поклонение неким семейным традициям и правилам с раннего детства угнетало его. Как только он стал самостоятельно зарабатывать деньги, то немедленно съехал в съемную квартиру в престижном районе города.

Одной из таких традиций был семейный ужин, который начинался ровно в половине седьмого. В случае его объявления все, кто в этот день были в Аттале, должны были прийти независимо от обстоятельств. За столом собрались кроме Николаса его отец, мать и старшая сестра с мужем и шестилетним сыном.

Примерно полчаса прошло в полной тишине, иногда прерываемой осторожным скрежетом столовых приборов по тарелкам. Потом подали десерт и фрукты. Начиналась самая неприятная и непредсказуемая часть ужина – семейные разговоры.

Вначале досталось зятю. Отец менторским тоном опрашивал его и давал советы по бизнесу. Сестра отделалась коротким рассказом об успехах сына в освоении виолончели. Николас на всякий случай приготовился рассказать о своей роли в раскрытии тайн картины Томаса Гейнсборо, но тут прозвучал неожиданный вопрос матери.

- Николас, у тебя уже есть девушка для серьезных отношений?

- Все девушки, с которыми я встречался, были для серьезных отношений.

- Николас, ты понял мой вопрос! У тебя сейчас есть девушка для серьезных отношений?

- Нет, мама. Сейчас я свободен!

- Это хорошо. Я хочу познакомить тебя с Сарой Адельборг.

- Зачем меня с ней знакомить? Мы виделись в университете, она училась на два курса младше.

- Я говорю об официальном знакомстве, как начале серьезных отношений.

- Мама, у меня не может быть с ней серьезных отношений. Она мне не нравится. Заносчивый характер и лицо какое-то, неправильных пропорций что ли.

- Да, у нее шведские корни по отцовской линии. Но у нее прекрасная фигура, пышные густые волосы и ухоженная кожа. Мне она кажется вполне привлекательной.

- А еще ее семья контролирует шесть золотых шахт! – включился в разговор папа. – И ради этого стоит задуматься о серьезных отношениях с ней.

- Папа, я думаю, что только взаимные чувства могут быть основанием для серьезных отношений.

- Чувствами должен управлять разум, а не... - отец запнулся, подбирая нужное слово.

- Отец, я хотел бы самостоятельно найти себе девушку, с которой буду готов прожить всю жизнь.

- Хорошо! – отец задумчиво посмотрел куда-то вверх. – Ты часто бываешь в столице. Ты умный парень. Ты знаешь наше мнение по этому вопросу. Если ты найдешь себе более достойную пару, мы с мамой будем только рады!

- Да, сынок! – мама впервые улыбнулась. – Только поспеши, такая невеста как Сара долго свободной не будет!

Николас с испорченным настроением вернулся домой и не раздеваясь упал на кровать. В голове крутились какие-то обрывки мыслей и воспоминаний. Его опыт серьезных отношений с противоположным полом был небогатым и ограничивался тремя девушками, с которыми он встречался в студенческие годы. Были еще какие-то эпизодические случайные связи на вечеринках, причем одну из девушек он никогда не видел ни до, ни после той ночи.

Закончив университет, он полностью посвятил себя вначале поиску достойной работы, потом карьере. Первой девушкой, которая серьезно заинтересовала его за последние два года была Лусия. Она сразу же ему понравилась и чем больше он с ней виделся, тем более привлекательной она казалась. Но Николас настолько отвык от ухаживаний, да и сама мысль о серьезных отношениях была давно им заблокирована, что он просто не знал, как поступать. Разговор с родителями стал тем триггером, который вернул его в мир чувств. Николас невольно скривился, настолько болезненной оказалась мысль, что искать никого не надо – он уже нашел, но ничего не сделал, чтобы не потерять.

Он достал телефон и набрал номер Лусии. Формальным поводом для звонка был рассказ о встрече с профессором. Но они проговорили полтора часа, и никто не пытался завершить разговор, пока не пришло время спать.

Раздеваясь и ложась в постель, Николас подумал: «Я однозначно влюбился! И похоже она не против! Конечно, для родителей девушка с картиной в три миллиона долларов не сравнится с невестой с шестью золотыми шахтами, но я Лусию никому не отдам!»

***

Лусия осторожно положила на стол телефон и еще осторожней улыбнулась собственным мыслям. Через мгновение в комнату ворвалась Сандра.

- Один час тридцать четыре минуты!

- Ты о чем?

- Я засекла время! Ты разговаривала с Николасом один час тридцать четыре минуты!

- Он мне рассказал, что удалось выяснить про этот дом!

- А, по-моему, ты влюбилась! И Николас давно на тебя неравнодушно смотрит. Он еще в Аттале?

- Да.

- Когда приедет в Тайсану?

- Не знаю, он не сказал.

- Перезвони, скажи, чтобы приезжал!

- Поздно уже! Да и неудобно как-то! – Лусия покраснела.

- Ладно! Я завтра сама ему перезвоню. Пусть приезжает, чем заняться мы ему найдем. Зато вы рядом будете!

- Что ты выдумываешь?

- Вы оба такие нерешительные. Хорошо, что у вас есть я! – заявила Сандра и вышла из комнаты.

Николас приехал без лишних вопросов. Комната на первом этаже уже была для него подготовлена. Сандра немедленно озадачила его походом в архив в поисках документов на владение этим домом.

Лусия целую неделю была занята – сдавала выпускные экзамены и защищала магистерскую работу. Успешное завершение ее учебы в университете решили отметить в воскресенье, пригласив заодно в гости Эолу. Так можно было подытожить очередной этап расследований.

В субботу вечером в дверь постучался бригадир строителей. На этот раз он был предельно вежлив.

- Добрый вечер, сеньора Рамос. Мы закончили работу и снимаем леса и защиту от пыли. Вы сделали правильный выбор. Первоначальное оформление фасада великолепно! Примерно через час можно будет выйти на улицу и оценить его.

- Уже начинает темнеть! Мы завтра посмотрим.

- Не возражаете, если я осмотрю дом изнутри?

- Что-то случилось? Вы нашли поломки?

- Нет, у меня просто возникли небольшие подозрения. Я хотел бы лично убедиться.

- Хорошо, я провожу вас.

Бригадир полчаса внимательно осматривал все помещения, в том числе полез на чердак. Он неоднократно издавал неопределенное хмыканье, но не произнес ни слова.

- Ну что? – испуганно спросила его Лусия, когда он направился к выходу. – Какие-то проблемы?

- Проблема небольшая - крыша. Стропила и стойки еще триста лет простоят. А вот обрешетку неплохо бы заменить и переложить черепицу. Но это не главное. У меня такое ощущение, что этот дом специально от кого-то прятали. И снаружи, и внутри. Фасад мы восстановили, но внутренняя отделка закрашена, замазана, обклеена обоями. Дубовые панели и лестница покрыты дешевой краской. Здесь неплохо бы провести реставрационные работы и этот дом станет архитектурной жемчужиной.

- И сколько это может стоить? – Спросила Лусия, когда бригадир взялся за ручку входной двери.

- Я не рискну оценивать эту работу, тем более что надо будет привлекать профессиональных реставраторов. Но в любом случае это будет стоить не меньше трех миллионов песет.

- Нам нужно найти три миллиона песет? – с ужасом спросила Сандра, когда бригадир вышел.

- Это не срочно! – вздохнула Лусия.

Она повернулась и обнаружила, что Сандра и Николас с озадаченными лицами стояли сзади.

На следующее утро Лусия и Сандра отправились на кухню, а Николасу поручили подготовить гостиную. К двенадцати ожидали приход Эолы. Когда практически все было готово в кухню зашел Николас и сообщил.

- Там на улице стоит Эола. Я в окно увидел.

- Почему она не заходит? – удивилась Сандра.

- Не знаю. Она уже десять минут как минимум стоит неподвижно, рассматривает дом.

- Фасад! – воскликнула Лусия. – Сняли леса и теперь виден фасад! Идем быстрее, посмотрим!

Через пять минут на противоположной стороне улицы стояло уже четверо неподвижных наблюдателей со слегка приоткрытыми от изумления и восторга ртами.

- Какой-то дом любви и надежды получился. – вышла наконец из оцепенения Эола.

- Почему! – в один голос изумленно спросили Николас и Люсия.

- Посмотрите на панно из керамической плитки слева и справа от балкона. – ответила Эола. – Это античные сюжеты. Девушка справа с цветком в руке на фоне дающих плоды садов это древнеримская богиня надежды Спес. Выходящая из моря девушка с взлетающим с ладони голубем и ожидающим ее на суше зайцем – это богиня любви Венера. Обратите внимание, у них абсолютно одинаковые фигуры и лица.

- Эсперанса! Это она на панно! – воскликнула Лусия.

- Думаю да! Эсперанса это значит надежда, она же любовь всей жизни Диего III.

- Ты подарила мне надежду. Ты подарила мне любовь. – вспомнила надпись на картине Сандра.

- Пойдем в дом. – предложила Эола. – Нам многое надо обсудить.

- Одну минуту! – остановил их Николас. – Надо кое-кому выслать фотографию дома. Я обещал сообщить о находке.

Бутылки шампанского хватило всего на два тоста – за успешное окончание учебы и за быстрое и удачное трудоустройство. Потом принесли запеченное мясо с овощами, сели за стол, и все ненадолго замолкли. Бутылка красного вина подходила к концу, когда наконец начался разговор.

Николас вначале рассказал Эоле о своей беседе с профессором Рафаэлем Перейрой, поскольку остальные это уже знали. Потом он поделился результатами поисков владельцев дома. В хозяйственном управлении алькальда были электронные записи в базе домовладений, с самой ранней ссылкой на свидетельство от 1932 года, выданное на имя деда Люсии. В архиве удалось отыскать записи в книгах регистрации вплоть до 1783 года, когда свидетельство о праве владения домом было «восстановлено по предъявлении документов семьей Рамос». Какие это были документы не указывалось. Кто был владельцем в период между 1968 годом, когда в одном из документов упоминался какой-то трактир и впервые как ориентир указывалось его расположение относительно Дома Любви и Надежды, и 1783 годом установить не удалось. Имя Эсперанса нигде ни разу не значилось.

Потом Эола рассказала о своих поисках в исторических документах. Хотя с учетом уже известного многие тексты воспринимались совсем по-другому, общая картина событий выглядела все еще туманно. В тот период имя Эсперанса встречалось в том или ином контексте более четырехсот раз. Эоле удалось проанализировать около пятидесяти из них, но все они не дали результат.

Интерес и бурное обсуждение вызвала найденная Эолой цитата из письма герцога де Шуазеля, министра иностранных дел при дворе Людовика XV. Он писал: «По европейским столицам разъезжает дипломатическая миссия королевства Тайса из Нового Света. Посетили они и Париж. Во главе миссии молодой принц Диего. Недурен собой, умен и образован. Его доверенное лицо Гвидо Донелли обставляет дело так, словно миссия занята поисками невесты для принца. Однако сам он интереса в этом не проявляет, балам и салонам предпочитая встречи с политиками, учеными и поэтами.»

Когда дискуссия стихла, Люсия рассказала о странных выводах бригадира строителей. Немного подумав Эола сказала, что, если удастся подтвердить прямую связь этого дома с королем Диего III, три миллиона на ремонт она найдет. Общее настроение сразу же поднялось, Сандра пересадила всех на диван, убрала со стола и пошла на кухню варить кофе.

Вернувшись, Сандра подкатила к дивану небольшой столик, поставила на него поднос с четырьмя чашками, а сама уселась между Эолой и Николасом так, что ему пришлось придвинуться к Люсии. Они оба зашевелились, пытаясь поудобнее сесть, не мешая друг другу, и в какой-то момент Лусия положила свою руку на ногу Николасу. Он сразу же накрыл ее своей ладонью. Прошло долгих несколько секунд пока их руки не разъединились. Сандра самодовольно заулыбалась и потянулась к чашке с кофе.

***

Самый модный клуб в Вест-Энде собрал сегодня преимущественно политиков старшего возраста, молодежи было мало. Диего, Мигель и Гвидо сидели за столом, на котором стояло три бокала с хересом и лежал свежий выпуск «Лондон кроникл» открытый на странице с театральными анонсами. Приятелей и интересных собеседников не было.

- Все-таки Лондон – это не Париж и не Вена. И даже не Мадрид. – загрустил Мигель.

- И местный джин – это страшное пойло! – добавил Гвидо. – Хуже только кальвадос. Хотя нет, кальвадос лучше!

- А мне нравится Лондон! – заявил Диего. – Промышленность, которая тут создается невероятными темпами, скоро завоюет всю Европу. А может быть и весь мир. Если в Париже мы видели лучшие умы, то здесь мы видим талантливые руки. Когда мы вернемся домой и станем управлять королевством, то обязательно будем опираться на опыт и знания, полученные здесь.

- Мы? – усмехнулся Мигель. – Мне кажется среди нас только один наследник престола!

- Когда я займу трон, вы будете обречены быть моими самыми главными помощниками.

- Ну, когда это еще будет! – развеселился Гвидо. – Наш славный король, пусть Господь пошлет ему долгие годы жизни, еще крепок телом, хотя и слаб умом.

- Тем не менее, думайте не о сегодняшнем дне, думайте о завтрашнем. Рано или поздно...

К Диего подошел служащий клуба и демонстративным коротким поклоном прервал его речь.

- Что-то случилось?

- Сэр, на пороге клуба стоит ваш секретарь и просит доложить о своем прибытии и важности дела, ради которого он решился вас потревожить.

Диего поднялся и вышел. Его не было несколько минут. Вернулся он в мрачном настроении с письмом, со следами пяти сургучных печатей.

- Что случилось?

- Собирайтесь. Мы возвращаемся на Тайсу. Король умер.

Через девять дней недавно спущенный на воду трехмачтовый шестидесятичетырехпушечный линейный корабль «Эссекс» взял курс на американский континент. На восемнадцатый день, слегка отклонившись к югу, он высадил в порту Тайсаны двенадцать пассажиров. К вечеру того же дня все они благополучно въехали в Атталу.

Королева ждала сына в часовне. Диего, преклонив колени на парчовую подушку рядом с ней, посвятил полчаса молитве.

Они вместе зашли к ней в кабинет. Камелия села за стол, Диего остался стоять.

- Ты вернулся без невесты.

- Не нашел достойную.

- При всем уважении к нашей короне, не тебе перебирать!

- Я не спешу.

- Через четыре дня ты станешь королем. Епископ Мартинес ждет тебя на исповедь. Все готово для коронации и помазания на царство.

- Оставьте мне неделю скорби по отцу.

- Епископ провел траурную панихиду, король уже захоронен, его саркофаг лежит в фамильном склепе, а моей скорби хватит на нас двоих.

- Хорошо, тогда четыре дня мне будет достаточно.

- Через четыре дня ты взойдешь на трон, а я стану королевой-матерью. Тебе нужны королева и наследник престола. И это главное, о чем ты сейчас должен думать. Братьев у тебя нет. Ты последний в королевской династии.

- Поверь, я думаю об этом.

- Хорошо, иди!

Весь следующий день прошел в хлопотах. Портные шили и перешивали торжественное облачение для коронации. Ювелир менял бархатную вставку в короне под размер головы Диего. Кухня безостановочно варила, жарила и пекла.

На второй день на рассвете Диего оседлал коня и помчал в сторону Тайсаны. У ворот его не встречала Эсперанса, но он смело вошел во двор, ведя на поводу коня. Странная тишина поразила его. Диего открыл дверь в дом и испуганно крикнул.

- Эсперанса! Ты здесь?

Раздались странные непривычные звуки, что-то с грохотом упало и через минуту на пороге появилась Эсперанса. Она похудела, в глазах была видна усталость и печаль. На руках у нее был ребенок.

- Ты вернулся!

- Да. Мы не виделись два года. Кто это?

- Это наш сын. Ему год и два месяца. Я назвала его Рикардо.

- Прекрасное имя! Но он такой маленький. Я боюсь тебя обнять.

- Не бойся. Обними нас обоих.

Диего осторожно обнял их. Они долго стояли так неподвижно, словно их тела никак не могли вспомнить с какой страстью они когда-то сливались в единое целое. Диего медленно опустил голову и поцеловал Эсперансу в губы. И только сейчас он крепко прижал ее к себе, память тела вернулась к нему. Неожиданно заплакал ребенок. Диего инстинктивно отпрянул.

- Я его придавил?

- Нет, не бойся. Он просто хочет кушать. Ты привыкнешь.

- Я привыкну. Можно взять его на руки?

- Конечно, это твой сын. Идем в дом.

Диего осторожно взял ребенка, стараясь не прижимать его сильно к себе, и пошел вслед за Эсперансой. Внутри дом выглядел неухоженным. Привычная ему строгая простота и порядок исчезли. Эсперанса забрала ребенка и принялась его кормить маисовой кашей и лепешкой, размоченной в молоке.

- Как ты жила все это время? – Диего сел в потертое кресло и продолжил оглядываться по сторонам.

- Ты уехал и вскоре я поняла, что беременна. Когда Рикардо было три месяца умер отец. Потом у меня закончились деньги и стало тяжело. Ухаживать за ребенком и заниматься хозяйством я не успевала. Но мне помогала соседка – приносила молоко, сидела с ребенком, пока я работала на участке.

- Теперь я с тобой и все изменится! Ни ты, ни мой сын ни в чем не будете нуждаться!

- А два месяца назад я с ужасом обнаружила, что не могу вспомнить твое лицо. Но я смотрела на Рикардо и меня согревала мысль, что это частичка тебя. И на мгновение счастье возвращалось ко мне.

- Я привез тебе свой портрет! Ты всегда сможешь освежить в памяти мое лицо! И я сделаю все, чтобы ты была счастливой!

- Ты вернулся. Ты приехал ко мне. Ты взял на руки нашего сына. Я счастлива!

Рикардо наелся и уснул. Эсперанса осторожно положила ребенка на кровать, подошла к Диего и села к нему на колени.

- Ты все еще хочешь меня? Или это останется только в воспоминаниях?

- Я ждал этого долгих два года!

Чуть больше часа было отмеряно им, пока не проснулся Рикардо.

К вечеру Диего вернулся во дворец. По дороге он заехал к Мигелю.

- Собери все серебро, какое сможешь найти и завтра с самого утра отвези деньги Эсперансе. Найми сиделку, готовую помогать по хозяйству. Денег не жалей и расплатись с ней за полгода вперед, лишь бы она завтра же приступила к своим обязанностям.

- Слушаюсь и повинуюсь, мой будущий король!

- А она моя королева!

- Я тебе верю! Осталось убедить в этом остальных.

Камелия сразу поняла причину исчезновения Диего, но встретив его и увидев угрюмый взгляд, промолчала. В ней зародилась надежда, что встреча бывших влюбленных закончилась расставанием.

На третий день Диего отправился в собор на исповедь. Разговор был долгим. Епископ Мартинес слушал Диего с каменным лицом. Редкие вопросы, которые он задавал, никак не выдавали его отношения к тому, что он только что узнал. Диего замолк и вопросительно посмотрел на епископа.

- Я буду молиться за тебя! И ты неустанно молись, сын мой! Все мы грешны, кто-то больше, кто-то меньше!

- Я молюсь и молю Бога о счастье для нас с ней.

- Она не соберет в Испании пять свидетелей, чтобы подтвердить титул герцогини. На Тайсе тем более. И, если я правильно понял, мать ее не самого благородного происхождения. Следовательно, ваш мезальянс не имеет шансов на признание. Что касается ребенка. Католическая церковь никогда не допустит, чтобы бастард стал наследником престола.

- Значит выхода нет?

- Есть! Молиться и молить о прощении!

Через час в собор вошла королева. Она села в первом ряду и покорно дождалась, пока епископ закончит молитву.

- Что он тебе рассказал?

- Тайна исповеди священна и нерушима!

- Материнская забота не менее священна и готова разрушить любые преграды.

- Но не Божию печать!

- Просто скажи мне, что у него с той девицей?

- У них родился сын! Больше я не вправе говорить!

- Этого достаточно! -королева перекрестилась и вышла.

Рано утром слуги одевали Диего в парадное королевское одеяние. Вошла королева и приказала всем покинуть комнату.

- Диего! Пока я королева, а ты еще не взошел на престол, я хочу, чтобы ты поклялся мне что никогда эта девка и ее ребенок не появятся в Аттале!

Диего мрачно смотрел на мать и молчал. По глазам невозможно было определить, это упрямство или безысходность.

- Поклянись! – медленно повторила Камелия. - Что никогда эта девка и ее ребенок не появятся в Аттале!

- Клянусь! – после долгой паузы ответил Диего. – Никогда Эсперанса и наш сын не появятся в Аттале!

Через четыре часа залп шестнадцати пушек возвестил жителей Тайсы о том, что трон занял новый король - Диего III. До поздней ночи длились праздничные мероприятия и уличное застолье. Сытая радость и пьяная удаль заполнили Дворцовую площадь и прилегающие улицы. Песни, хохот и крики были слышны отовсюду. И только в тронном зале при тусклом свете все были серьезны. Король собрал шестерых своих друзей на первое в своем новом статусе совещание.

- Отныне я ваш король, и в свое правление планирую изменить к лучшему наше королевство. Мне нужны помощники и я рассчитываю на вас. Если кто-то откажется – я все пойму и это не нарушит нашу дружбу. Но если вы согласны идти со мной до конца, то я хочу, чтобы вы поклялись в абсолютной преданности мне. И тогда вместе мы перевернем этот мир!

- Клянусь! – без паузы на раздумье прозвучало шесть раз подряд.

***

Сандра сдала все экзамены и после некоторых сомнений решила подавать документы в магистратуру. Оставалось только убедить родителей поддержать ее финансово еще один год учебы. Понимая, что по телефону договариваться будет неправильно, она собрала вещи и уехала домой.

До автобусной станции ее подвез Николас. Вещей у Сандры было немного, тем не менее он подхватил ее дорожную сумку и донес до автобуса. Посадка уже началась и оставалось только попрощаться.

- В твоем распоряжении ровно одна неделя! – Сандра перехватила у Николаса сумку.

- Неделя? На что?

- Ты меня понял! Вы с Лусией остаетесь в доме вдвоем. – она сделала два шага, потом повернулась и хитро улыбаясь добавила. – В Доме Любви и Надежды!

Через пару минут автобус уехал. Николас вернулся на парковку, сел в машину и задумался. У него есть семь дней, чтобы признаться Лусии в своих чувствах. И ему казалось, что семь дней для этого катастрофически мало!

Он вспомнил студенческие годы, когда отношения с девушками не требовали длительных и сложных ухаживаний. Перекинулся парой фраз и сразу получил отказ или согласие. Подвыпившие девушки на вечеринках вообще без единого слова объясняли, что они от тебя хотят. Но все это сейчас не годилось. Николас полчаса провел в мучительных раздумьях и составил план своих действий на ближайшую неделю. Если все пройдет так, как он задумал, на седьмой день он будет готов признаться Лусии в любви. Внутренне сосредоточившись, он завел машину и поехал в архив.

Вечером Николас вернулся домой. С порога в нос ударил соблазнительный аромат яблочного пирога с ванилью. Лусия целый день сидела дома, занималась хозяйством.

Ужинали на кухне. За столом чувствовалось обоюдное смущение. Они перекинулись несколькими ничего не значащими фразами. Николас никаких интересных документов в архиве не нашел, а Лусии не имело смысла рассказывать, как она убирала и готовила. Щелкнул электрический чайник, Люсия встала, чтобы приготовить чай.

- Может быть чай с пирогом лучше в гостиной. Телевизор включим. – неуверенно предложила она.

- Да, лучше. – согласился Николас вставая. – Давай я тебе помогу.

Лусия повернулась и оказалась лицом к лицу с Николасом. Их взгляды встретились на дистанции пятнадцать сантиметров. И уже было не важно, успели ли они заметить в глазах друг друга желание. Через несколько секунд природный магнетизм сомкнул двух влюбленных губами и для надежности скрепил два тела жаркими объятиями. До дивана в гостиной они добрались без чая, без пирога и практически без одежды.

За окном включилось уличное освещение. Лусия с трудом приподнялась, пытаясь во мраке разглядеть циферблат настенных часов, потом передумала и уронила голову на руку Николаса.

- Сколько времени? Уже, наверное, поздно! – спросила она.

- Поздно! – согласился Николас. У него тоже не осталось сил подняться и посмотреть на часы.

- Диван узкий. – сообщила Лусия и повернулась на бок, лицом к Николасу.

- Узкий! – подтвердил он и неожиданно начал истерично хохотать.

- Что? Что смешного я сказала? – обиженно спросила она.

- Нет! Я просто вспомнил, что сегодня утром я составил подробный план действий, в результате которых я через неделю должен был сказать тебе, что ты мне очень нравишься и поцеловать тебя.

- Ну, значит твой план уже сработал! – теперь захохотала она.

- А ты почему смеешься?

- Вообще-то, мы планировали пить чай с пирогом!

- Идем на кухню?

- Идем на кухню.

Утром Николас проснулся и поначалу не понял, где он находится. Потом увидел рядом Лусию и память мгновенно вернула ему воспоминания о событиях вчерашнего вечера. Но первое, что он почувствовал после этого, был стыд. Николасу стало ужасно стыдно перед самим собой за тот дурацкий план завоевания расположения Лусии. Сегодня все выглядело просто и предсказуемо.

Он осторожно выбрался из-под одеяла и спустился на кухню. На столе лежали два недоеденных куска пирога и стояли две недопитые кружки чая. То, что они вначале сказали друг другу телами, на кухне за чаем было высказано словами. И вновь природный магнетизм не дал им в полной мере насладиться яблочным пирогом с ванилью, он вновь слепил два тела в единое целое, но на этот раз направил в комнату Лус ии.

Николас сварил себе большую порцию кофе и доел оба куска пирога. Ехать никуда не хотелось. Оставался еще приличный массив не просмотренных документов в архиве, но он понимал, что ничего нового уже не найдет. Ощущение тупика все сильнее заполняло его сознание.

В галерее также все шло своим чередом. На всякий случай он сходил за ноутбуком и решил посмотреть, все ли в порядке. Необходимые документы шеф подписал поздно ночью, когда в Берлине был еще день. В рабочем чате никакой паники. Все как обычно, - выставки, продажи картин, презентации, встречи с художниками. «Может быть мы им и не нужны? Шеф в Берлине, я в Тайсане» - подумал он и захлопнул ноутбук.

- Завтракаешь? – неожиданно прервал его размышления голос сзади.

- Только кофе с пирогом. – Николас обернулся и увидел Лусию в одной футболке и трусиках.

- Сейчас я что-нибудь посерьезнее тебе разогрею.

- Ты фантастически красивая и соблазнительная! – с восторгом заявил он.

- И это я еще не накрасилась! – отшутилась она.

Проходя мимо Николаса, она на несколько секунд прижала его голову к своей груди, быстро поцеловала в губы и засуетилась у плиты.

Они так и провели все время до обеда на кухне в разговорах и воспоминаниях. В реальный мир их вернул звонок Николасу. Звонил шеф.

- Николас, что нового узнал? У меня через два часа интервью на «Даз Ерсте».

- Есть интересная информация. Я сейчас перешлю фотографии и тексты.

- Хорошо, я перезвоню.

Через десять минут он позвонил еще раз.

- Дом Любви и Надежды – это очень хорошо. Я сегодня закину пробный шар про него в интервью. Кто такая Эсперанса так и не выяснили?

- Пока нет. Про нее знало буквально несколько человек близких к королю. Все держали в секрете.

- Надо выяснить, это важно! Ребенка можете не искать, интереса к нему особого нет. А как картина попала к этой студентке...

- Лусии.

- Да, как она к Лусии попала тоже надо узнать.

- Хорошо. Как раз над этим работаем!

- Быстрее работайте! Мне вчера от какого-то арабского шейха предлагали сто пятьдесят тысяч евро, чтобы я сдал владельца картины.

Николас спрятал телефон и посмотрел на Лусию.

- У нас еще шесть дней, пока не вернется Сандра. И мне совсем не хочется куда-то ехать и что-то искать.

- Я хотела немного отдохнуть, а с понедельника искать работу.

- А я хочу эти шесть дней никуда не выходить и двадцать четыре часа в сутки быть с тобой!

- У нас заканчиваются продукты!

- Хорошо! Двадцать три часа в сутки!

Сандра вернулась на третий день. Ее родители обрадовались такому решению дочери и как оказалось сами хотели ей предложить продолжить обучение. С родительским напутствием и небольшой суммой денег она вернулась утренним автобусом в Тайсану и в полдесятого утра вошла в дом. Там ее встретила тишина. Поднявшись на второй этаж, она по привычке открыла дверь в комнату Лусии. На кровати спали в обнимку обнаженные Николас и Лусия, кое как прикрытые одеялом.

- Я не поняла! – изумленно воскликнула Сандра. – А где те двое стеснительных влюбленных, которые боялись друг на друга посмотреть?

***

В субботу к обеду приехала Эола. Она заранее предупредила о своем визите, и Николас с самого утра отправился в супермаркет и привез два огромных пакета с продуктами и коробку с вином.

Эола быстро обнаружила резкие перемены в отношениях Николаса и Люсии и со скрытой улыбкой наблюдала за ними. За обедом никто не поднимал тему поисков Эсперансы.

После обеда наполнив бокалы вином все четверо вышли на балкон. Лусия наклонив голову посмотрела вначале налево, потом направо.

- Как похорошел дом после ремонта! – воскликнула она.

- Да, и с его историей немного разобрались. – вспомнил цель сегодняшней встречи Николас. – Только пока непонятно как дом Эсперансы перешел в собственность семьи Рамос.

- Многое еще непонятно! – вздохнула Эола. – Я тщательно проверяю все документы, где упоминается имя Эсперанса, но это долгий и сложный процесс. Если бы мы знали ее фамилию, это существенно упростило бы поиск.

- И нет никаких зацепок? – грустно спросила Сандра.

- Все, что мы знаем – это то, что отец ее скорее всего был благородного происхождения. В одном из писем Диего напоминает Эсперансе о каком-то девизе на дорогом кинжале ее отца.

- Не может быть, чтобы кто-то из друзей короля не знал о его отношениях с Эсперансой. В конце концов не сам же он заказывал строительство этого дома!

- У него было шестеро помощников и последователей. Двое из них были самыми близкими друзьями. Мне кажется, что как минимум эти двое знали. Но проблема в том, что только один из шести написал мемуары. Остальные известны лишь по разрозненным документам.

- А враги? – спросила Лусия.

- Что враги? – переспросила Эола.

- У короля были враги?

- Да, и очень много! В 1763 году Диего III объявил о переносе столицы из Атталы в Тайсану. И это многим не понравилось. Формальной причиной была потребность развития промышленности и торговли. Хотя оба города находились на одинаковом расстоянии от побережья, примерно пять километров, но берега возле Атталы были скалистые. В то время как неподалеку от Тайсаны, приблизительно в трех километрах, сейчас даже меньше, начинался большой глубокий залив, где издавна и был порт. Но истинную причину переноса столицы мы конечно же понимаем!

- Эсперанса! – почти одновременно произнесли все трое.

- Да, скорее всего! Первое распоряжение Диего III было о строительстве нового дворца. Тайсана в то время был невзрачным торговым городком, где король приказал снести часть крепостной стены и расширить за счет этого жилую застройку. Дворец строили пять лет, но башня в правом крыле была готова уже через год.

- Это там, где он позже погиб? – поинтересовалась Лусия.

- Да! В 1779 году он именно здесь погиб странной и подозрительной смертью. За год до этого Людовик XVI объявил войну Георгу III. Французы, вдохновленные успехами блокады Барбадоса и Ямайки, решили подняться севернее и предприняли десант на Тайсу, считавшуюся формальным союзником англичан. Высадившись небольшим отрядом и подтянув артиллерию, они принялись обстреливать два бастиона, прикрывавших столицу с моря. Внезапно очередной залп был направлен на башню, на вершину которой буквально за полчаса до этого поднялся Диего III, и, стоя у королевского флага, наблюдал за ходом боя. Его тело, засыпанное обломками, нашли уже после того, как десант был сброшен в море.

- Предательство?

- Возможно!

- А дворец в Аттале?

- Там остались королева-мать Камелия со своим любовником Умберто Донелли. Они лишились власти и влияния, поэтому до самой смерти Диего III были противниками всех его реформ. В Аттале остался и кафедральный собор, вместе с епископом Мартинесом. Известно, что король предложил построить новый собор в Тайсане - Мартинес отказался. Но главной оппозицией королю оказались золотодобытчики, которые по понятным причинам все жили в Аттале. Когда Диего III почувствовал, что их саботаж представляет угрозу для казны, он объявил о королевской монополии на золото и организовал Королевский Банк. Он был самым современным на тот период и опирался на опыт английских банков. Его возглавил близкий друг и соратник короля Гвидо Донелли, сын любовника Камиллы. Он был убит выстрелом в упор из пистолета на третий день после смерти Диего III.

- Еще одно предательство?

- Или месть. Так, что врагов у короля хватало! Поэтому, он уже в 1765 году поручает одному из своих соратников организацию современной армии. Для нее было закуплено новейшее оружие и пошито обмундирование. Основой стали сто пятьдесят гвардейцев, а на момент французского десанта армия насчитывала две с половиной тысячи человек – огромная по островным меркам Нового Света численность. Кстати, о мирных начинаниях тоже надо вспомнить. Диего III основал в Тайсане университет. Лучших выпускников он отправлял за счет казны на два года в Европу. Именно этому поколению мы обязаны расцветом королевства в девятнадцатом веке и сегодняшним уровнем развития Тайсы.

- Да, интересная лекция по истории получилась! – улыбнулся Николас. – Одно удивляет! Как при таком количестве врагов, никто из них не догадался про тайну короля.

- Я думаю, что кто-то из них точно знал! Но ведь мы за врагов Диего III еще не брались. Так получилось, что все они в Аттале. Вот вернешься домой, зайдешь в местный музей и поищешь. Там прекрасные фонды, а я позвоню, договорюсь со своей знакомой, чтобы тебе помогли и допустили к хранилищу.

- Уехать? – загрустил Николас. Потом неожиданно приободрился. – А что, интересная мысль! Мы с Лусией можем в понедельник выехать!

- Со мной? – удивилась Лусия.

- Да! Ты мне будешь помогать, заодно познакомишься с моей квартирой, я тебе покажу город, родителям своим представлю.

- Родителям? – обеспокоенно переспросила Лусия. И сразу же наступила гнетущая тишина.

- Да! – после неловкой паузы продолжил Николас. – Меня мать постоянно спрашивает: «У тебя есть девушка?», и я не знаю, что ответить. А теперь я могу приехать с тобой и сказать: «Да, у меня есть девушка!»

- Ну, если так, то я, наверное, согласна!

- А что это мы с пустыми бокалами на балконе стоим? Нас еще десерт ждет! – завершила совещание четверки исследователей тайн истории Сандра.

На следующий день все были заняты своими делами. Лусия собирала вещи в дорогу. Сандра перебирала документы для подачи заявления в магистратуру. Николас сидел в гостиной с ноутбуком.

- Лусия, Сандра! – вдруг крикнул он.

- Что случилось? – девушки прибежали на его зов.

- Посмотрите в окно! Там трое мужчин очень эмоционально рассматривают дом. И, по-моему, одного из них я знаю!

- Я выйду, поинтересуюсь. – заявила Лусия.

- Добрый день! – один из мужчин бросился к Лусии, как только она вышла на улицу. – Вы хозяйка дома?

- Да! А что вы хотели? – но ответить он не успел.

- Добрый день, профессор Перейра! – раздался голос из-за спины Лусии.

- О! Это вы, молодой человек? Николас, если я не ошибаюсь? Это вы прислали мне фотографию?

- Да! – Николас вышел и встал рядом с Лусией. – Я обещал найти этот дом. Вот он!

- Он прекрасен! Мой коллега говорит, что видел этот дом, когда обходил этот район, но он тогда выглядел иначе. Его недавно реставрировали?

- Да, я выслал вам фото в день завершения работ.

- Скажите, а можно было бы как-нибудь, когда вам будет удобно заглянуть внутрь, ознакомиться с интерьером? – Николас вместо ответа молча посмотрел на Лусию.

- Заходите! – просто ответила она.

Полчаса трое мужчин бродили по комнатам, заглядывали на чердак и постоянно восторженно цокали языком. Когда они прощались, профессор Перейра спросил.

- А почему вы не хотите восстановить первоначальный облик всех помещений?

- Три миллиона песет! – усмехнулась Лусия. – У меня нет таких денег!

Двое мужчин уставились на третьего. Он задергался и развел руки.

- Что? Вы хотите, чтобы я оплатил реставрацию частного дома из «Фонда культурного наследия»?

- Да! - дружно ответили ему двое других.

- Я не знаю! Пишите заявку от Архитектурной Ассоциации. Будем рассматривать на Совете!

Когда дверь за ними закрылась, с лестницы на второй этаж прозвучал довольный голос Сандры.

- Это уже второе предложение! Я начинаю подозревать, что нас все-таки ждет еще один ремонт!

***

Аттала Лусии понравилась. Николас специально выбрал маршрут так, чтобы проехать по старому центру и по Дворцовой площади. Дворец был великолепен, вживую выглядел величественнее, чем на фотографиях и действительно совпадал по стилю оформления с ее домом.

Квартира Николаса была небольшая, но в престижном районе и в доме с самой современной инфраструктурой. Лифт из подземного паркинга, сверкая металлом и зеркалами, мгновенно поднял их на одиннадцатый этаж.

- Я забыл тебя предупредить. Кровать у меня одна. – усмехнулся Николас, заводя Лусию в спальню.

- Гораздо шире, чем мой диван в гостиной. Поместимся! – она села на кровать и попрыгала. Потом откинулась назад. – Какой у тебя потрясающий матрас! Я всю жизнь о таком мечтала!

- И еще я не готовлю. У меня нет кастрюль, сковородок и прочего. На кухне можно только что-то разогреть или наоборот, охладить. Нам придется обедать в ресторане.

- Расточительно живешь!

- Мы будем скромно обедать в ресторане! А вечером я надеюсь пойдем к моим родителям, сэкономим на ужине.

Николас рассказал, как проходят обычно эти семейные ужины и у Лусии сразу же пропало желание знакомиться с его родителями. Но Николас заверил, что это обязательная формальность в их отношениях и она вынуждена была согласиться.

Быстро приняв душ и переодевшись, они спустились вниз и направились в любимый ресторанчик Николаса. По дороге у него состоялся короткий разговор с матерью по телефону.

- Вы уже приехали?

- Да, только что, мама!

- Ждем вас сегодня на ужин!

После обеда всплыла неожиданная проблема. Николас забраковал всю одежду, которую Лусия привезла с собой. Пришлось поехать и купить платье и туфли. Николас расплатился карточкой и Лусия не видела, сколько это все стоит. В ее голове крутились какие-то фантастические цифры, и она от смущения покраснела.

Сборы были долгими и нервными. Выходя из машины и взглянув на огромный трехэтажный особняк, она почувствовала себя человеком, которого ведут на эшафот. В доме уже были родители Николаса и его старшая сестра с сыном. Муж сестры отсутствовал, он уехал в соседнюю провинцию по делам.

Гробовое молчание за ужином немного успокоило Лусию. Но потом подали десерт, и она оказалась в центре внимания. Николас как мог помогал ей, подробно рассказав про картину, дом и расследование, которое они проводили, но ощущение допроса это не изменило.

Мать под каким-то предлогом вызвала Николаса на кухню.

- Сынок, это та девушка, которую ты обещал найти?

- Да! У нас с ней серьезные отношения и у меня серьезные планы относительно нее.

- Что же! Она красивая, умная, образованная. Это говорит о твоем вкусе! Но это не та девушка, которая тебе нужна.

- Почему?

- У вас с ней нет будущего. Брак должен усиливать, а не ослаблять. Что у нее есть? Старый дом, требующий ремонта, и картина, за которую можно получить какие-то деньги, но новые деньги она не приносит. И потом, ее просто не примет наше общество. Она не из нашего круга.

- Король Диего III ради любимой женщины не из его круга перенес столицу из Атталы в Тайсану.

- Диего III? Разве у нас был такой король? Это, наверное, очень древняя история. Николас! Я хочу, чтобы ты мне пообещал, что отношения с этой девушкой у тебя будут непродолжительными и несерьезными.

- Мама, я не могу обещать то, что не смогу выполнить!

- Но ты же понимаешь, если ты на ней женишься, то не сможешь переступить с ней порог этого дома. Что ты тогда будешь делать?

- Я перенесу столицу в Тайсану!

Он развернулся, и не дожидаясь реакции матери отправился назад в гостиную. Сославшись на усталость после дороги, Николас ушел и увел с собой Лусию.

- Ну, как все прошло? – спросила она, как только они сели в машину.

- Нормально!

- Я им не понравилась, да?

- Понравилась, не понравилась! Это не имеет значения. Мы выполнили формальность. Теперь они знают, что у меня есть девушка!

Они рано легли спать и Николас сделал все, что необходимо для того, чтобы Лусия рассталась с печальными мыслями, навеянными ужином.

Утром они позвонили в музей и через час уже шли по залам в сопровождении женщины средних лет, представившейся смотрительницей хранилища. Сам музей был вдвое меньше столичного, но его подвал впечатлял! Огромные залы с полукруглыми сводами хранили на стеллажах тысячи предметов старины. Тихо гудели большие шкафы, обеспечивая контролируемую температуру и постоянную влажность.

В этих подвалах они провели три дня, не выходя на обед. Потом ужинали в ресторане по дороге. Вечером они ложились спать и обменивались впечатлениями о сегодняшних поисках. Но не долго! Природный магнетизм никак от них не отставал!

Ничего конкретного они не нашли, но в групповом чате поделились с Эолой и Сандрой двумя фотографиями. Это были письма, написанные Гвидо Донелли своему отцу Умберто.

В первом Николас выделил такие слова: «Она не стала королевой, она не стала герцогиней, но она стала символом такой любви, что только перо Петрарки способно ее описать. А он же по силе преданности и чувств сравнится разве что с Орфеем, спустившимся в царство Аида. Мы никогда не сможем это принять, но мы не можем этим не восхищаться».

Во втором письме, написанном на следующий день после смерти Диего III были такие слова: «Я знаю, это твои люди навели французов на знамя! Твои люди неустанно следили за всеми его перемещениями. И единственное, что не позволяет мне отомстить, это то, что ты мой отец».

Эола сразу же написала комментарий: «Ни одного имени! Но и без этого понятно о ком и о чем идет речь!»

По дороге домой Лусия глядя в окно на унылый пейзаж неожиданно сказала.

- Знаешь, где мы еще не искали?

- Где?

- На кладбище! У нас есть старое католическое кладбище. На нем больше пятидесяти лет никого не хоронят.

- Точно! Шансов мало, но я завтра пройдусь по рядам с могилами того периода.

***

Гвидо шел по старому дворцу за слугой и глядя по сторонам остро ощущал окружающее его уныние и запустение. Анфилада, когда-то сияющая сотнями свечей в богатых канделябрах, сейчас была освещена редкими одинокими свечами. Отец принял его в своем кабинете. Обстановка внутри сильно изменилась, но Гвидо хорошо помнил, что именно здесь располагался кабинет старого короля, длительное время пустовавший из-за его продолжительной болезни.

- Здравствуй, отец!

- Здравствуй, Гвидо! Я рад, что ты еще не забыл слово отец!

- Как бы не распорядилась мною жизнь, я всегда буду помнить, что я твой сын.

- А вот я в этом сомневаюсь. Я в прошлую нашу встречу подчеркнул, что это не просьба, это отцовский наказ. Но ты наперекор мне сделал все наоборот.

- Я дал клятву верности королю. Только он и Господь Бог могут освободить меня от этой клятвы.

- Есть вещи превыше этой клятвы – семейные узы и сыновняя преданность.

- Я сегодня же в вечерней молитве обращусь к Господу, пусть он подскажет мне, что превыше.

- Гвидо, сейчас у тебя еще есть возможности для маневра, но рано или поздно ты окажешься в ситуации, когда тебе придется выбирать, ты мой сын или слуга короля.

- Я надеюсь, что мои честь и совесть помогут сделать правильный выбор.

- Король не вечен. Наследников у него нет, и они никогда не появятся! Ты прекрасно это знаешь! И я буду в числе тех, кто приведет на престол новое лицо. Подумай об этом.

- Король молод. Он многих переживет. В том числе и мечтающих о новом лице на троне.

- А ты стал дерзким! Если бы с нами была твоя мать, она бы не вынесла позора твоих слов.

- Ее нет с нами потому, что она не вынесла позора измены. Слишком легко ее променяли на благосклонность самой титулованной особы королевства.

- Что же. Продолжать с тобой разговор в таком тоне я не намерен. Хотел дать тебе небольшое поручение в Тайсане, но теперь не вижу смысла. Просто помни, у короля слишком много врагов. Они богаты, сильны и влиятельны. Сумей вовремя выбрать нужную сторону.

- Я буду помнить об этом. А еще, я всегда буду помнить, что я твой сын.

Гвидо чуть заметно поклонился и вышел. Слуга, ожидавший его у двери, учтиво указал в направлении кабинета королевы-матери и сразу же пошел по коридору. Гвидо вздохнул и отправился вслед за ним.

Умберто пару минут задумчиво походил по кабинету. Потом сел за стол и громко скомандовал.

- Хосе, выходи!

- Какие будут распоряжения, хозяин? – из-за тяжелой шторы на окне вышел неприметный мужчина средних лет в одежде простого горожанина.

- Ты все слышал! Он не с нами. У меня нет больше сына! Сколько человек сейчас в Тайсане?

- Шестеро следят за королем и по двое за Гвидо и Мигелем. Еще один у дома этой девки.

- Пошли еще людей, удвой! Я хочу знать абсолютно все про каждый их шаг! И при первой же возможности действуйте! Ты знаешь, что я имею в виду!

- Люди есть, нужны деньги!

- С деньгами проблем нет. – Умберто выдвинул ящик стола и не глядя извлек оттуда увесистый кошелек. – Пока с нами золотодобытчики, ты можешь об этом не беспокоиться!

- Будет исполнено! – он ловко словил брошенный кошелек и с глубоким поклоном удалился.

Умберто не спеша подошел к кабинету Камелии и приложил ухо к двери. Там было тихо. Значит аудиенция завершена. Он постучался и вошел.

- Моя королева, он уже ушел?

- Да, он рассказал мне последние новости о моем сыне. Все традиции, все, что формировалось несколькими поколениями наших предков, ломается и превращается в ничто! Какой ужас!

- Я уверен, у нас еще есть возможность его остановить!

- Но как? Какой страшной ошибкой оказалась его поездка в Европу. Дух вольности во Франции и звон денег в Англии совсем изменили его. И эти изменения уже не остановить!

- То, что нельзя остановить, можно устранить!

- Не забывай, он мой сын!

- Я помню, моя королева! Но у Диего слишком много врагов и я не удивлюсь, если мысли о его устранении уже пришли в чью-то голову.

- Да ниспошлет ему Господь долгую и счастливую жизнь! Я надеюсь, у него достаточная охрана.

- Его старый друг по охотничьим забавам сейчас муштрует целую армию. А второй старый друг создал секретную службу, охраняющую его днем и ночью

- Слава Господу! Но мы должны быть готовы к любым неожиданностям! Что сказали генеалоги?

- Если ваш сын не представит наследника, отсекаются сразу три ветви, не имеющие продолжения по мужской линии. Следующим претендентом будет некий Атива, мальчишка семи или восьми лет.

- Кто это? Я впервые слышу его имя.

- Ваше родство с ним настолько незначительно, что можно говорить о начале новой династии. Совет по геральдике и генеалогии уже заявил, что объявит претендентом именно его. Епископ подтвердил свою полную поддержку. Надеюсь, моя королева также его одобрит.

- Надо пригласить к нам этого Ативу. Познакомимся ближе.

- Я найду его! – пообещал, выходя, Умберто. – Ребенку, взошедшему на престол в юном возрасте, будет необходим регент. И королева-мать подходит для этого идеально!

Гвидо засомневался, стоит ли возвращаться верхом, и предпочел поездку в карете. Когда он въехал в Тайсану уже совсем стемнело, но в башне в окне кабинета короля горел свет. Гвидо отодвинул шторку и приказал кучеру свернуть к дворцу.

В это время Диего беседовал в кабинете с Мигелем.

- Я вчера слышал, как один горожанин сказал, что живет в сотне шагов от Дома Любви и Надежды. Не слишком ли вызывающе он выглядит?

- Но он же не сказал, что живет рядом с домом, куда инкогнито регулярно наведывается король! Иногда, чтобы хорошо спрятать надо положить на самое видное место!

Раздался стук в дверь и в кабинет вошел Гвидо.

- Мой король, я видел их.

- И кто?

- Королева-мать, когда слушала рассказ о тебе, была зла, но это злость матери, считающей своего сына непутевым. А вот мой отец открыто угрожал, в его глазах я видел ненависть. Я думаю, это он.

- Мигель! Мы знаем в лицо шестерых шпионов, которые следят за мной, но возможно есть кто-то еще. Что говорит Хавьер?

- Хавьер всегда был самый меткий охотник и был готов без промедления пустить в ход свой нож. Служба безопасности короля предотвратит любую угрозу.

- Гвидо! Ты приехал в карете?

- Да. Стоит на заднем дворе у входа.

- Дай мне свои шляпу и плащ. Я отправляюсь к Эсперансе, вернусь завтра к обеду!

- Да, мой король!

- И еще, Гвидо! Завтра возьмешь у меня золото. Если со мной что-то случится, ты позаботишься о том, чтобы Эсперанса и Рикардо ни в чем не нуждались!

Карета подъехала к дому Эсперансы. Диего, закутанный в плащ, вышел, взмахом руки отпустил кучера и четырежды с большим интервалом стукнул по двери. В соседних кустах кто-то зашевелился, и, блеснув лунным светом на клинке, быстрым шагом направился к королю. Он не успел дойти до жертвы всего несколько шагов. Скрип открывающейся двери заглушил падение тела.

- Кто там сзади был? – испуганно спросила Эсперанса. – Мелькнула какая-то тень!

- Где? – Диего обернулся. – Я не вижу никого.

- Быстрее заходи в дом!

Человек в черном плаще в соседних кустах вытащил мертвое тело на освещенный луной участок и внимательно просмотрел ему в лицо.

- Это кто-то новенький! – усмехнулся человек в черном плаще, взвалил тело на плечо и пошел по темной стороне улицы. – Извини, друг, но смерть свою ты нашел не здесь, а у соседнего трактира!

Утром Диего проснулся от того, что кто-то гладит его по щеке. Он открыл глаза и увидел улыбку Эсперансы.

- За что Господь наградил меня счастьем быть рядом с самой прекрасной женщиной на свете?

- Но лишил тебя королевы и законного наследника престола. – посерьезнела Эсперанса.

- Он дал мне выбор. Я выбрал лучший вариант. Как король я надеюсь успеть сделать все, чтобы мое королевство процветало. И мне не важно, кто взойдет на престол после меня. А как мужчина я познал неземную любовь, которая ценнее любого трона.

Диего высвободил руку и осторожно приложил ладонь к округлившемуся животику Эсперансы.

- Долго еще?

- Не долго!

- Пусть это будет девочка!

- Хорошо! Это будет девочка!

- Ты выглядишь счастливой!

- А ты выглядишь уставшим.

- Еще немного осталось! Я почти у цели.

- Это твои враги?

- Да. Гвидо говорит, что надо продержаться максимум три месяца. Они обязаны будут возобновить добычу золота. Давай не будем об этом. Я хочу завтракать с тобой и Рикардо, глядеть в окно и думать о том, что весь мир там, за стеклом не имеет никакого значения, когда вы рядом. Кстати, для Рикардо у меня есть подарок!

Через час Диего с Рикардо расчистили место в зале на первом этаже. Диего развернул плащ и вытащил укороченную детскую шпагу и небольшой кожаный нагрудный протектор.

- Сынок, ты уже взрослый мальчик. Тебе восемь лет, и ты должен научиться защищать себя и маму. Это твоя первая шпага, потом будет настоящая мужская. И к тому времени ты многое должен освоить.

- Ты меня научишь?

- Обязательно! – Диего снял со стены шпагу и стал в позицию. – Итак, Рикардо! Ан гард!

***

Позвонил Николас, поинтересовался у Лусии дома ли она и где Сандра. Потом взволнованным голосом объявил, что он за ними заедет и отключился.

Домой Николас не заходил, посигналил о своем приезде, и как только Лусия и Сандра сели в машину рванул с места на большой скорости.

- Что случилось? – заволновалась Лусия.

- Я их нашел!

- Кого нашел? Эсперансу?

- Да. И ее родителей!

- Надо Эоле позвонить.

- Я ее уже предупредил.

Они подъехали к входу старого католического кладбища. Здесь давно уже никого не хоронили. Его с трех сторон обступили жилые дома, поэтому территорию кладбища огородили высокой каменной стеной, успевшей за эти годы зарасти плющом.

Эола припарковала неподалеку свою машину и ждала их у входа. Смотритель в сторожке проводил взглядом неожиданных посетителей, не сказав ни слова. Они шли по мощеной дорожке. Могилы и вся территория выглядели чисто и ухожено. Николас резко свернул на боковую тропинку, остановился и молча указал на три могилы.

Первая могила была совсем простая. На каменной плите было грубо выбито – Альба Рамос (1711–1755).

Вторая могила была побогаче. Над надгробной плитой возвышался крест. На плите надпись гласила – Бернардо де ла Фуэнтес (1696–1760). Ниже мелкими буквами была выбита фраза: «Твоя честь всегда с тобой».

Третья могила была самая удивительная. Над надгробной плитой была установлена статуя белого мрамора. На первый взгляд она выглядела как Дева Мария. Но в правой руке у нее был цветок, символ надежды. И надпись на плите это подтверждала – Эсперанса Рамос (1741–1809).

Четверка исследователей несколько минут молча стояли у могил. Совершенно неожиданно для всех они вплотную подошли к разгадке тайны, которая уже несколько недель не давала им покоя.

- Лусия. – с изумлением на лице заявила Сандра. – Получается, что ты потомок Эсперансы!

- Да! - за нее ответила Эола. – Теперь мы знаем имена и фамилии. Нам осталось совсем немного! До финишной черты всего два шага!

- А я уже на финише. – грустно заявил Николас. – Все, что просил выяснить мой шеф мы уже знаем. Я сегодня буду ему звонить, скорее всего он даст мне новое задание или скажет возвращаться к своим прямым обязанностям. А я не хочу уезжать отсюда.

- Ты уезжаешь? – Лусия наконец очнулась от свалившейся на нее неожиданной связи с Эсперансой.

- Не знаю. Вечером скажу.

Но вечером ему не довелось позвонить, чему Николас был даже рад. Вернувшись домой, они обнаружили у порога переминающегося с ноги на ногу старичка со старой потрепанной кожаной папкой под мышкой.

- Простите, кто из вас Лусия Рамос? – он неуверенно переводил взгляд с Лусии на Сандру и назад.

- Это я! – ответила Лусия.

- Вы должны подписать несколько документов!

- Что значит должны? – вступился за нее Николас.

- Подождите! – сказала Лусия. – Давайте войдем в дом и спокойно поговорим.

Старичка впустили в дом и пригласили присесть в гостиной на диван. Он бережно расстегнул папку и осторожно извлек стопку документов.

- Вот это, – начал он. – ваше согласие на проведение реставрационных работ. А здесь смета на три миллиона восемьсот тридцать тысяч песет...

- Сколько? - в три голоса переспросили его.

- Три миллиона восемьсот тридцать тысяч песет – нудным голосом повторил он. – Из которых два миллиона триста тысяч финансирует «Фонд Культурного Наследия», оставшиеся один миллион пятьсот тридцать тысяч оплатит Королевское Казначейство. Кроме того, вам необходимо будет подписать признание за «Фондом Культурного Наследия» авторских прав на все фотоматериалы, сделанные по результатам реставрационных работ внутри помещений. И последний документ это письменное уведомление, что на фасаде вашего дома согласно действующего законодательства будет размещена охранная табличка, подтверждающая статус национального достояния.

Старичок затих и выставил перед собой в руке старую чернильную авторучку. Минуты две в комнате была гробовая тишина.

- Так вы будете подписывать? – тем же нудным голосом поинтересовался старичок.

- Лусия! Нам сделают ремонт! – закричала Сандра.

- Да! Где подписывать? – откликнулась она, наконец сообразив, что это не розыгрыш.

- А когда начнется ремонт? – спросил Николас.

- Я этими вопросами не занимаюсь. – сообщил старичок. – Я сегодня же зарегистрирую документы, а завтра передам смету в соответствующий отдел. Вот вам наша визитка, можете послезавтра позвонить.

Старичок, кряхтя, поднялся, попрощался и ушел. Как только за ним закрылась дверь начались дружные крики восторга. Николас конечно же забыл про звонок шефу. Радость быстро прошла после неожиданного вопроса Лусии.

- Получается на время ремонта нам придется съехать из дома?

- А куда и насколько? – загрустила Сандра. – Хотя я, наверное, могу к родителям поехать. Они обрадуются.

Николас промолчал, но, когда они с Лусией укладывались спать, он предложил.

- Поехали со мной в Атталу. Поживешь у меня пока идет ремонт.

- Мне работу надо искать. Ты и так на нас много денег потратил. Я не хочу создавать тебе лишние финансовые проблемы.

- У меня хорошая зарплата. Кроме того, у меня пять процентов в семейном бизнесе, а это достаточно неплохие дивиденды. И самое главное. Я боюсь, что не выдержу такую долгую разлуку с тобой.

- Спать ложись. Завтра будем разбираться!

Но завтрашний день внес свои коррективы. В обед Николас позвонил шефу. В Париже было раннее утро.

- Ну, что? Как погода на Тайсе? – совсем неожиданно спросил он, причем по голосу чувствовалось, что у шефа отличное настроение.

- Солнечно, тепло! – растерялся Николас.

- А тут то дождь, то солнце. Я никак не могу привыкнуть! Но я тебе скажу Париж – это Париж! Я когда увидел сколько организаторы выставки заломили за входной билет, думал никто не придет! Так нет, каждый день аншлаг! Наши картины в трех огромных залах разместили, а Гейнсборо вообще в отдельном помещении за барьером. Меньше тридцати человек возле нее я ни разу не видел. Я примерно посчитал, сколько мы заработаем только на Париже... Подожди, а ты зачем звонишь?

- Мы нашли Эсперансу! – и Николас вкратце рассказал о результатах поисков.

- Я перезвоню! – коротко ответил он.

-Ну что, ты уезжаешь? – взволнованно спросила Лусия. – Что он сказал?

- Не знаю, обещал перезвонить.

Через полчаса перезвонил шеф.

- Николас! – заговорщицким тоном начал он. – А ты не мог бы как-нибудь уговорить эту, как ее...

- Лусию!

- Да, Лусию. Ты можешь уговорить ее приехать в Париж? Ну ты же парень симпатичный, обходительный, язык подвешен как надо! Поухаживай за ней, предложи романтическое путешествие! Короче! Я тут с TF1 поговорил. Они обещают получасовую передачу сделать. Если под эту невероятную историю там появится владелица картины – это будет фурор! Надо ковать железо пока горячо! Через полгода интерес к картине останется только у коллекционеров и искусствоведов. А сейчас мы можем снимать пенку большой ложкой! Неизвестный Гейнсборо с таким потрясающим историческим бэкграундом! Если уговоришь ее приехать на передачу, я вам люкс апартаменты сниму. Ну что? Заказывать билеты на самолет?

- Я перезвоню!

- Ну? – Лусия напряглась от нетерпения.

- Ты готова на подвиг ради меня?

- Заинтриговал! Продолжай!

- Ты должна полететь со мной в Париж и выступить на телевидении.

- Как я буду там выступать, я французского не знаю!

- Ага, значит проблема только в этом? Тогда я звоню шефу, пусть заказывает билеты на самолет.

- Подожди! Объясни, что я должна делать?

На шум пришла Сандра. Николас с ее мощной поддержкой за десять минут получил согласие Лусии. Через пять минут он перезвонил шефу, а еще через полчаса пришли билеты на самолет на завтрашний рейс до Парижа.

За шесть дней в Париже Лусия познакомилась с достопримечательностями города в основном из окна лимузина. После выхода передачи на TF1, шефу посыпались предложения с других каналов. Он, распухший от своей значимости, каждое утро отправлял Лусию в бутики за новой одеждой, без разговоров оплачивая все покупки. Потом за дело брались визажисты, потом ее передавали в руки режиссеров и только ближе к вечеру она возвращалась к Николасу. Прогулки с ним по вечернему и ночному Парижу полностью компенсировали нервное напряжение днем.

На пятый день шеф успокоился и вернулся в нормальное рабочее состояние. Историю с картиной и неземной любовью короля узнали все, кто хотел, журналисты откопали все документы, связанные с посещением Диего III Франции, эта тема потеряла остроту и актуальность, и телевидение и пресса переключились на другие темы.

Пришло время собираться домой. Тем более, что от Сандры пришло короткое сообщение: «Начался ремонт. Я сложила вещи в коробки, оставила им ключи и твой номер телефона и уехала к родителям.» На шестой день утром они вылетели на Тайсу а уже в обед в международном аэропорту Тайсаны грузили чемоданы в багажник такси. Лусия, отправившись в Париж с небольшой дорожной сумкой, вернулась с большим чемоданом, набитым одеждой из бутиков.

Подъехав к дому, они обнаружили, что автомобиль Николаса покрыт тонким слоем пыли. Источник ее быстро определился. Открыв дверь, они увидели рабочих в респираторах что-то делающих в запыленных помещениях. Вышел бригадир со следами пыли на лице, снял маску и защитные очки и коротко сказал: «Вы хозяйка? Через месяц мы закончим и вам позвоним!»

- Ну что? – весело спросил Николас. - Вариантов нет? Мы едем в Атталу?

- Это неприлично! И родители твои не обрадуются!

- Что неприлично? Пригласить свою девушку в гости?

- Девушку приглашают на три дня, ну на неделю! А ремонт будет длиться месяц!

- Хорошо! А свою невесту я могу пригласить к себе на месяц?

- Невесту? Так ведь... - запнулась Лусия. – Мы же еще...

- Неужели ты не понимала, к чему все идет? Я люблю тебя! А хочу на тебе жениться! Я хочу прожить с тобой всю жизнь! А ты? Ты хочешь быть моей женой?

- Да! – ответила она, неподвижно застыв, словно боясь того, что за этим последует.

- Теперь ты готова ехать?

- Да! – прошептала она.

Полночи они не давали друг другу заснуть на полюбившемся Лусии матрасе, но уже в новом статусе – жениха и невесты. Утром Лусия отправилась в универсам и купила посуду, кастрюли, сковороды и прочую кухонную утварь. А Николас зашел к знакомому ювелиру и заказал свадебное кольцо для Лусии.

Через неделю ему позвонила мама.

- Ты в Аттале?

- Да, мама!

- Тебя видели с этой девушкой. Вы еще вместе?

- Да, мама! Что случилось? Ты хочешь пригласить нас на семейный ужин?

- Это исключено!

Месяц счастья пролетел незаметно. Лусия успела обойти весь город, побывать на выставках, в музеях. Она обнаружила, что очень мало тратит. Практически все, что нужно, покупал Николас. Сам он настолько привык к тому, что дома всегда есть вкусный обед и ужин, что ни разу не подумал о походе в ресторан. Вечером после работы он быстро ел и вместе с Лусией гулял по старым улицам. Несколько раз ей приходила в голову идея начинать искать работу в Аттале, но мысли о своем доме каждый раз ее останавливали.

Эта идиллия казалась бесконечной, но неожиданно позвонили строители и сообщили, что работы завершены. Необходимо завтра вместе с комиссией участвовать в осмотре и подписать акты выполненных работ.

Николас вытребовал себе недельный отпуск по семейным обстоятельствам и поехал с Лусией в Тайсану.

***

Эола медленно спустилась по ступенькам со второго этажа в состоянии шока.

- Это действительно Дом Любви и Надежды. Не понимаю, у кого поднялась рука замазать краской всю эту красоту. Кстати, Лусия, ты обратила внимание? Кровать в спальне после того, как отодрали этот ужасный плюш с изголовья, оказалась с вензелем ДЭ – Диего, Эсперанса!

- Есть еще одна загадка! – Лусия протянула Эоле маленький целлофановый пакетик с бесформенным кусочком металла внутри. – Это реставраторы вынули из дубовой балясины. Они говорят, что это пуля.

- Проверим! – задумчиво осмотрела пулю Эола и положила пакетик в сумочку.

Разговор сам собой перешел на тайны истории, которые они исследовали. Собравшись втроем на диване в гостиной с бокалами вина в руках они принялись подводить итоги.

- Получается, – начала Лусия, – что мы знаем все, кроме двух моментов. Что такого случилось, из-за чего этот дом был замазан краской, а Эсперанса пропала на три года. И был ли сын? Кроме надписи на картине у нас нет больше ни одного упоминания о нем. Имени его мы тоже не знаем.

- Да! Все остальное мы восстановили по фрагментам. Возможно, они выехали? Надо будет проверить по записям того времени.

- А что говорит история, как дальше события развивались? – поинтересовался Николас.

- В девятнадцатилетнем возрасте на трон взошел Атива. Вопреки подозрениям он продолжил дело, начатое Диего III. Известно, что, когда ему было всего девять лет, он с матерью посетил старый дворец, где Камелия скорее всего договорилась о регентстве над Ативой в случае наступления непредвиденных обстоятельств. Но эти обстоятельства так и не наступили, хотя только официально в первые пять лет правления на Диего III было больше двадцати покушений. А потом мать Ативы умирает и Диего III устанавливает королевский патронат над тринадцатилетним наследником, забирает его в новый дворец и воспитывает вдали от посторонних глаз.

- Так может это и есть таинственный сын? – спросил Николас.

- Нет. Его рождение хорошо задокументировано.

- Жаль! А что дальше?

- Известно, что Атива дружил с неким одногодкой Рикардо, скорее всего кто-то из помощников Диего. Кроме того, его опекали и всячески помогали ближайшие соратники короля – Мигель и Гвидо. На третий день после смерти короля были застрелены Рикардо, Гвидо и отравлен отец Гвидо – Умберто. Камелия, узнав про смерть своего многолетнего любовника, помутилась рассудком и через два года умерла. Вот и все!

- Атива был хорошим королем? – спросила Лусия.

- Он правил долго и счастливо. Как и его предшественник уехал на год в Европу, там женился на принцессе Эмилии, они любили друг друга и у них было четверо детей – два мальчика и две девочки.

- Ой, мне пора! – Николас посмотрел на часы и подскочил. – Сандра вечерним автобусом приезжает. Поеду ее встречу.

- Как у тебя с ним дела? – спросила Эола, когда за Николасом захлопнулась входная дверь.

- Мы любим друг друга!

- Это я вижу! Кольцо еще не дарил?

- Нет! – вздохнула она. – у него очень сложные отношения с родителями.

- Подарит! Я уверена!

На следующее утро Эола не поехала в музей, а сразу направилась в управление алькальда. По дороге она заглянула к экспертам оружейникам. Они долго изучали пулю, потом сказали, что это пуля из двухствольного пистолета с кремневым замком. Стволы латунные, короткие. Такой пистолет не стреляет на дальние дистанции, его используют для выстрелов в упор. Маленький, компактный, легко прячется под одеждой. Калибр не стандартный. Пули не отливают, а прессуют из свинца специальными клещами.

Девушка в управлении, увидев предъявленное удостоверение, немедленно принесла стопку старинных журналов. Найдя нужный год, Эола начала неспеша просматривать строки, пока не увидела запись: «Выдан паспорт сеньоре Эсперансе Рамос и подорожная на три года для путешествия в Испанию и прочие страны Европы, с ней дочь Мария Рамос.» Дата соответствовала четвертому дню после смерти Диего III.

Быстро пробежав взглядом вперед, она не увидела ничего интересного. Вернувшись к найденной записи, Эола начала просматривать более ранние записи. Журнал закончился, и она взяла следующий. И там увидела: «Выдан паспорт сеньоре Эсперансе Рамос и подорожная на шесть месяцев для путешествия на Барбадос, с ней сын Рикардо Рамос.»

- А вот и сын! – радостно воскликнула Эола и обратилась к девушке. – А можно найти описание этих людей?

- В паспортах было подробное описание, но в журнале регистрировали просто факт выдачи. Но если вы знаете год рождения, то я могу принести журнал совершеннолетних. Там точно есть полное описание.

- Меня интересует 1760 год.

- А эти журналы можно уже забирать?

- Да, спасибо!

- Простите, тут написано, что это 1774 год. – Эола с удивлением посмотрела на принесенный тяжелый толстый журнал.

- Все правильно. Родились в 1760, зарегистрированы в 1774.

Эола с трудом ворочала огромные плотные листы, не желающие сгибаться. И прежде, чем она нашла описание Рикардо Рамоса, в глаза ей бросилось знакомое имя – Атива. «Что он тут делает? – подумала она. – Ах, да! Он приехал в Тайсану в возрасте тринадцати лет. Значит регистрировался здесь!»

Автоматически глянув на его описание, она остановилась на первых же фразах: «Лицо вытянутое, кожа светлая. Волосы цвета соломы, редкие, прямые. Глаза голубые, правильной формы...» Описание Рикардо Рамоса ее уже не интересовало. Эолу сразу же бросило в пот.

Она примчалась в музей и поднялась на второй этаж, там, где были портреты королей. Зачем она сюда пришла, Эола объяснить сама себе не смогла. Она и так отлично помнила все лица. Постояв без движений десять минут, она успокоилась и достала телефон. Ответили после первого же гудка.

- Лара, добрый день! Это Эола из музея. Мне надо встретиться с королем!

- Цель визита?

- При вступлении в должность, король дал мне задание выяснить, почему Диего III перенес столицу из Атталы в Тайсану. Я выполнила его задание.

- Когда он будет готов вас принять, я перезвоню.

- Через три минуты раздался звонок.

- Его Величество примет вас сегодня в шестнадцать часов. У вас будет тридцать минут.

Эола долго бродила вдоль дворца, пытаясь сложить все найденные факты в одно целое. Были небольшие пробелы во всей этой истории, но главное стало понятно.

Без десяти четыре она вошла во дворец. Без двух минут она сидела в фиолетовой гостиной. Ровно в четыре вошел король.

- Эола, добрый день! Вы все-таки разгадали эту загадку?

- Добрый день Ваше Величество. Я хочу рассказать вам удивительную историю про всепоглощающую любовь, подлое предательство и высочайшую преданность королю.

***

Умберто вышел из спальни в дурном настроении. У него ночью опять ничего не получилось, и Камелия надменно смеялась над ним. Ее былая красота поблекла, соблазнительные формы заплыли жиром, а скверный характер испортился окончательно. Но она продолжала требовать любви и ласки не меньше, чем двадцать лет назад. Он ненавидел себя, но еще больше он ненавидел Камелию за то, что полностью от нее зависит. Из казны на содержание матери-королевы выделялись деньги, но распоряжалась ими она самолично.

Огромный дворец пустовал. Шестеро слуг где-то бродили и, возможно, были заняты делом. Но кричать было бесполезно. Все они давно поняли, кто здесь командует, а кто пустое место. Он умылся, нашел припрятанные полбутылки вина и отправился в свой кабинет. Он давно уже ничего не решал, не проводил совещаний, не встречался с важными персонами, но привычка каждое утро идти сюда осталась. Отхлебнув из горлышка бутылки вино, он выдвинул ящик стола. Когда-то здесь лежало не менее десятка кошельков с золотом. Сегодня тут были последние четыре золотых эскудо.

Послышался шорох у двери. Умберто сделал еще один глоток вина.

- Хосе, входи!

- Добрый день, хозяин! – в кабинет осторожно вошел неприметный мужчина в одежде горожанина.

- Хосе! У меня нет для тебя работы! Зачем ты приходишь? Все бросили меня! Уходи и ты!

- Я дал клятву верности, хозяин. Я не могу уйти!

- Не можешь? – Умберто запрокинув голову допил вино. – Я дам тебе последние четыре эскудо и последнее задание. Ты пойдешь в тот дом и убьешь всех, кого застанешь. Отправь в ад его девку и его ублюдков!

- Но там может быть ваш сын.

- Тогда начни с него! И скажи ему, прежде чем всадить в тело пулю или клинок, что семейные узы и сыновняя преданность превыше всего!

- А если там будет король?

- Если ты убьешь Диего, я освобожу тебя от клятвы!

- Спасибо, хозяин! Я выполню задание.

Хосе незаметно исчез. Умберто зачем-то еще раз заглянул в ящик стола, потом потряс бутылку. Деньги и вино кончились. Он запахнул полы старого халата, давно потерявшего золотой блеск, и направился в столовую в надежде, что там уже накрыли завтрак.

В это же время двое всадников наперегонки мчались по высокой траве в сторону Тайсаны. Перед городскими воротами они замедлили ход. Навстречу им вышел старый гвардеец, перегородив копьем дорогу. Потом низко поклонился и отошел в сторону. Когда всадники исчезли в лабиринте улиц, к нему подошел молодой охранник.

- Кто это был?

- Говорят, один из них наш будущий король!

- Который?

- Тебе не все равно? Твое дело ручку крутить, открывать да закрывать ворота!

Всадники подъехали к дому Эсперансы, спешились и привязали коней к карете, стоящей рядом. Они вошли, возвестив всех топотом сапог и стуком болтающихся на перевязи шпаг о своем прибытии.

- Мама! Дай воды! Мы четыре часа были в седле! – крикнул один из них.

- Мама! И мне тоже воды! – вдогонку крикнул второй.

Из кухни вышла Эсперанса с двумя серебряными ковшиками.

- Пейте, мальчишки! Опять носились по лугам?

- Мы были у берега моря! Мчались по воде! Это так захватывающе!

Эсперанса поднялась на второй этаж, по пути разминувшись с Диего.

- Я каждый раз вздрагиваю, когда он называет меня мамой! – прошептала она.

- Я не могу приказывать тому, кто заменит меня на троне. В конце концов ты сама виновата, воспитывая его как родного сына. – прошептал он в ответ.

Диего спустился вниз и дождался пока они утолят жажду.

- Атива! Рикардо! Мы возвращаемся в башню!

- Что случилось?

- Утром прибыл наш разведчик. Мы ошиблись, эскадра идет не на Филадельфию. Французы подходят к Тайсе. Надо готовиться к обороне.

Башней называли правое крыло дворца, на два этажа возвышающееся над основным строением. Ее построили быстро – король Диего III спешил переехать из Атталы в Тайсану. За несколько лет, пока достраивали дворец, он привык обходиться небольшими комнатами в башне, поэтому остальные помещения и залы пустовали кроме больших праздников и приемов. Здесь же на пятом этаже располагался королевский кабинет.

На столе лежала большая карта, над которой склонились несколько человек.

-Сейчас они где-то здесь.

- Это значит, что завтра утром они подойдут к Тайсе.

- Сколько в эскадре кораблей?

- Восемь!

- Если вся эскадра идет на Тайсу, мы не выдержим.

- Не думаю, что все они идут сюда!

- В любом случае, готовимся к обороне!

Утром у берегов Тайсы появился семидесятичетырехпушечный линейный корабль в сопровождении фрегата. Когда королю об этом доложили, французы уже начали высаживать на берег десант и выгружать три пушки. Через два часа десант подошел к Тайсане на расстояние выстрела и начал обстрел двух бастионов.

Офицер, руководивший десантом, отправил два небольших отряда, чтобы обойти защитников слева и справа, но они попали в засаду и вернулись с потерями. Бастионы недавней постройки оказались значительно крепче крепостной стены. Военная операция, которую планировали завершить до обеда, явно затягивалась. Десант трижды отправлялся в атаку и трижды отступал. Офицер начал нервничать.

Тут к нему подвели связанного горожанина.

- Где вы его поймали? – спросил офицер.

- Он сам пришел.

- Кто ты и как тебя зовут – обратился он к пленному.

- Он не знает французского! Но у него есть это! – офицеру передали записку, написанную по-французски.

«Когда король поднимется на дворцовую башню с флагом, я на крепостной стене дам сигнал черным дымом» - прочитал он.

Это предложение явно не отличалось благородством, но должно было деморализовать противника. Офицер пару минут постоял молча, борясь с сомнениями, потом решил: «В конце концов, победителей не судят!»

- Жа-а-а-к! – закричал он.

- Месье Колен? – к нему подбежал видавший виды капрал со шрамом на лице.

- Жак, ты сможешь с одного залпа положить три ядра на крышу вот той башни?

- Той башни? – Жак с минуту рассматривал цель, беззвучно шевеля губами. – Думаю, да! Все три положу!

- Тогда иди к канонирам, готовься! Я дам команду!

Пленника отпустили. Офицер с тоской посмотрел на отступающих солдат, которые в четвертый раз не смогли прорваться к бастионам, и стал ждать сигнала с крепостной стены.

Диего III стоял у карты в своем кабинете. Судя по действиям французов, это был не захват, а операция устрашения. Пока все шло по плану и волноваться особо не было причин.

Дверь резко открылась, заглянул слуга и закричал: «Ваше Величество! Они нас обходят! Поднимайтесь на башню!» Король схватил подзорную трубу и побежал на крышу башни. Лицо слуги показалось ему незнакомым, но он уже думал о другом. Он методично осматривал местность слева и справа от боевых действий, но единственный отряд, который тайно пробирался через редколесье, был не французским.

Он опустил подзорную трубу. В этот момент на крышу башни со свистом прилетели три ядра, обрушили два этажа и погребли под обломками короля.

Он так и не увидел, как большой отряд вышел в тыл французов, как на учениях выстроился в четыре ряда и дал четыре залпа в спину ничего не подозревающего противника. Их отступление превратилось в бегство. Когда остатки десанта грузились на корабли небольшая пушка с короткого расстояния влепила прощальный брандскугель в правый бок фрегата. Огонь перекинулся на такелаж грот-мачты, но быстро был потушен. К вечеру горизонт был чист.

Эсперанса вся в черном сидела на кровати, обняв Марию.

Первым пришел выразить соболезнование Мигель.

- Саркофаг с Диего уже в фамильном склепе, рядом с его отцом. Мне очень жаль, что ты не могла присутствовать.

- Я все понимаю. Я и так благодарна судьбе, что она подарила мне столько лет любви и двоих детей.

- Или троих!

- Атива завтра станет королем! Я не хочу, чтобы его ограничивала привязанность ко мне. Мне достаточно его искренней дружбы с Рикардо.

Хлопнула дверь. Вошли Рикардо и Атива.

- А вот и они! Пойдем спустимся к ним.

Гвидо после похорон зашел в Королевский Банк. Он ни на минуту не забывал поручение Диего, но не думал, что это случится так быстро. Достав журнал, он на небольшой клочок бумаги переписал две строчки и спрятал записку в карман камзола. Карета домчала его до дома Эсперансы за десять минут.

В гостиной уже сидели Мигель, Рикардо и Атива. Эсперанса готовила на кухне кофе. Гвидо подошел к ней, чтобы выразить соболезнование, и присоединился к остальным.

- Атива! Мы тебе не нужны. – убеждал Мигель. - У тебя есть Рикардо, он так же молод, умен и образован, как и ты. А мы давали клятву верности Диего! Мы уже старики, нам пора на покой! Наше время прошло!

- Я взойду на престол и продолжу дело Диего. Мне нужен ваш опыт.

Раздался стук в дверь.

- Интересно, кто там? – удивился Гвидо.

- Я пойду посмотрю! – сказала Эсперанса и поднялась на второй этаж. Вернувшись с балкона, добавила. – Какой-то мужчина в форме службы алькальда. С сумкой на плече и письмом в руке.

- Еще тело не остыло, а стервятники уже тут! - рассердился Гвидо. – Пойду открою.

Он пошел к двери, за ним последовал Мигель. В прихожую вошел, мужчина в форме, но письма в руке у него не было.

- Что вам нужно? – сурово спросил Гвидо.

- Умберто просил передать, что семейные узы и сыновняя преданность превыше всего!

Мужчина вытащил из сумки маленький двухствольный пистолет и выстрелил в Гвидо. Тот инстинктивно попытался рукой защититься, но это было бесполезно. Вторая пуля попала прямо в лицо подбегающего Ативы, успевшего извлечь из ножен шпагу. Убийца достал из сумки второй пистолет, но третья пуля улетела куда-то вверх, потому что Рикардо проткнул шпагой его сердце.

Мигель мгновенно оценил ситуацию.

- Рикардо, быстро во дворец за Хавьером! Вдвоем мы не справимся! Эсперанса! Скажи Марии, пусть остается наверху, потом поможешь мне перевязать Гвидо. Он еще жив.

- А что с Ативой?

- Он мертв!

- Бедный сынок!

Гвидо с трудом достал окровавленными пальцами из кармана записку и протянул ее Эсперансе.

- Здесь твое обеспеченное будущее! – сказал он и затих.

Хавьер с Рикардо вернулись через полчаса. Три трупа продолжали лежать на полу в прихожей. Эсперанса плакала, склонившись над Ативой.

- Что будем делать? – спросил Мигель.

- Надо тихо избавиться от трупов. Тут недалеко монастырь. Отвезем тела к ним. Пусть отпоют и захоронят по-христиански. – ответил Хавьер. – Я сейчас подгоню карету.

- Как мы объясним, что погиб наследник престола?

- Наследник? – Хавьер на минуту задумался. – Разве?

- Ты думаешь...?

- Я думаю, он хотел бы этого!

- Но как?

- Они всегда вдвоем! Кроме нас шестерых никто не знает, кто из них двоих наследник!

- Но кто-то же может обнаружить подмену?

- Кто? Родных у него нет!

- Камелия и Умберто! Они встречались с ним и подтвердят подмену.

- Камелия не выходит из дворца уже полтора года. А Умберто скоро ничего не сможет подтверждать.

- А епископ?

- Они никогда не встречались!

- Ну, что же! Возьмем на себя этот грех!

- Ради Диего!

- Ради Диего!

- Но Эсперанса должна на время исчезнуть! Вместе с Марией. И этот дом надо стереть из памяти людей.

- Я завтра же привезу ей деньги для поездки в Европу и пришлю рабочих. Мы все закрасим и закроем!

- Что вы задумали? – спросил с тревогой Рикардо.

- Ваше Высочество! Нам пора возвращаться во дворец! Хавьер обо всем позаботится!

Вечером Умберто выпросил у Камелии бутылку вина чтобы помянуть погибшего сына. Он зажег в кабинете четыре свечи и откупорил бутылку. Хотел отхлебнуть вино из горлышка, но передумал и пошел искать бокал. Сегодня у него был праздник – его злейший враг и предатель-сын были убиты!

Он гулял кругами по кабинету, пританцовывая и напевая, поэтому не услышал, как осторожно открылась дверь и вошли трое. Умберто закричал, но никто не спешил ему на помощь. Двое крепко сжали его за руки, а третий всыпал порошок в бокал и силой заставил выпить отравленное вино.

***

Николас поправил галстук и спустился вниз. Лусия крутилась у зеркала в одном из платьев, привезенных из Парижа.

- Сандра, ты готова? – крикнула она.

- Сейчас! Тут что-то странное происходит. – крикнула в ответ Сандра из гостиной.

- Что там? – Лусия пошла посмотреть.

- О, Господи! – нервно прошептал Николас и в двадцатый раз проверил не исчезло ли из кармана кольцо.

В ресторане его должна была ждать Эола, обещавшая обеспечить третьего свидетеля. Девушки молчали и не возвращались. Николас не выдержал и вошел в гостиную.

- Там телевидение приехало! – удивленно сообщила Лусия. Уже два автобуса. Еще какие-то машины с надписью пресса.

- Это же не к нам? – испугалась Сандра.

В дверь требовательно постучали. Николас открыл ее и немедленно в прихожую вошла женщина с микрофоном, а за ней пятясь задом двое операторов с профессиональными камерами. Пока все соображали, что происходит, в двери появился гвардеец из личной охраны короля, извлек шпагу и торжественно произнес: «Его Величество, король Мануэль II»

Следом вошел король в сопровождении Эолы. Остальных заблокировали гвардейцы. В открытую дверь поверх их голов потянулись камеры и руки с микрофонами.

- Лусия? - спросил король.

- Да, Ваше Величество!

- Мне так много интересного рассказывали об этом доме, что я решил лично его посетить. Покажете мне его?

- Разумеется, Ваше Величество! Проходите на второй этаж, там полностью восстановили первоначальный вид комнат.

Осмотр длился минут пятнадцать. Король, Лусия и оператор с каким-то странным устройством на плече, чтобы не шаталась камера, обошли три комнаты второго этажа и спустились вниз.

- С Эолой я хорошо знаком, а это ваши друзья? – спросил король.

- Да, Ваше Величество! Это моя подруга Сандра и мой жених Николас.

- Жених? Поздравляю. – король повернулся к Николасу. – Вы уже подготовили кольцо?

- Да, Ваше Величество! – засмущался он.

- Так почему не дарите? Мне кажется, вы прекрасная пара!

- Я хотел в торжественной обстановке, и три свидетеля еще нужны.

- Нас как раз трое! Эола, Сандра и я. Или вы считаете, что обстановка недостаточно торжественная?

- Нет, Ваше величество!

Николас дрожащей рукой полез в карман и протянул Лусии коробочку с кольцом. Операторы немедленно подошли и начали снимать крупным планом. Лусия достала кольцо, надела на палец и замерла в напряжении.

- Ну, что же вы? Поцелуйте друг друга! Вы теперь муж и жена! -усмехнулся король. – Я подтверждаю!

- Я подтверждаю! - повторили за ним Эола и Сандра.

Через десять минут улица опустела, хотя удивленные соседи продолжали выглядывать из окон.

- Что это было? – спросил Николас.

- Я сказала королю, что ты собираешься подарить Лусии кольцо и он захотел быть одним из свидетелей. - ответила Эола. – А что, плохо получилось?

- Очень хорошо! Но сколько нервов я потратил! Уже и в ресторан не хочется идти!

- Ничего не знаю! – заявила Сандра. – Мы уже нарядились.

Из ресторана вернулись поздно. Николас и Лусия вошли в спальню. Она устало упала спиной на кровать и тут же подскочила.

- Это тот самый матрас?

- Да! Я специально его заказал под размер нашей королевской кровати.

Усталость Лусии как рукой сняло, и она доказывала это на новом матрасе не меньше двух часов.

Утром зазвонил телефон Николаса. Лусия первая проснулась и ткнула в бок Николаса. «Мама» - было написано на экране.

- «Ответь и включи громкую связь! – попросил он. – Нет сил вставать. Это ненадолго. Меня быстро отлучат от церкви, четвертуют, сожгут на костре.

- Сынок! Ты женился? – раздался возбужденный голос мамы. – Мы с папой видели вчера репортаж по телевизору! Нас сегодня пол Атталы уже поздравило! Какой уровень! Король свидетель. Ты в костюме великолепно смотрелся. А платье у Лусии из Парижского каталога за прошлый месяц, мне Сюзанна показывала. Значит так, получишь свидетельство – отдашь оригинал с личной подписью короля нам. Мы повесим в гостиной в рамке! И ничего не придумывай! Свадьба будет в Аттале, отец сегодня договорится про зал во дворце. В следующий вторник ждем вас на семейный ужин. Ты теперь женатый мужчина, забот у тебя больше, будем пересматривать твою долю в нашем бизнесе! Ждем!

- Кто это звонил? – испуганно спросил Николас.

- Мама! – растерянно ответила Лусия.

А в обед позвонила Эола.

- Можешь зайти ко мне в музей?

- Да, мы с Николасом как раз...

- Нет. Ты одна. Это важно.

Через час Эола провела Лусию в знакомый уже зал.

- Лусия. Есть тайна, которую знают всего два человека на планете. Прежде чем я поделюсь этой тайной с тобой, я хочу, чтобы ты поклялась памятью своих родителей и здоровьем своих детей, что никогда, никому, ни при каких обстоятельствах не расскажешь то, что ты сейчас узнаешь.

- Как загадочно! Хорошо, я клянусь!

Эола открыла шкафчик и отключила сигнализацию. Потом сняла какой-то портрет и поставила его под другой.

- Лусия! Вверху парадный портрет короля Диего III, который ты уже видела. Внизу портрет короля Ативы. Ничего не замечаешь?

- Господи! Да они же похожи как братья!

- Или как отец и сын!

- Это именно тот сын?

Да! Его звали Рикардо. Позже у Эсперансы родилась девочка Мария. Что произошло – мы можем только догадываться. Скорее всего было покушение на Гвидо, но по каким-то причинам убили и Ативу. И на трон под его именем взошел Рикардо, сын Эсперансы от короля Диего III. Кто это организовал, и почему такая подмена прошла незамеченной мы не узнаем. Но пятеро друзей и помощников Диего III ровно год оставались с новым королем, подготовили себе смену, потом все в один день отошли от дел. Мигель и Хавьер ушли в монастырь. В этом монастыре есть маленькое кладбище, и среди могил вдали от посторонних глаз есть совсем простая плита с именем Рикардо Рамос. Именно там, скорее всего, и захоронен Атива, убитый такой же пулей, какую нашли в доме. А Эсперанса с дочерью взяли материнскую фамилию Рамос и уехали на три года в Европу. Дом Любви и Надежды был грубо закрашен краской, чтобы стереть его из памяти людей. Таким образом, получается, что ты потомок Марии, дочери Эсперансы.

- И...

- Да. И родственница Рикардо, которого все знают под именем король Атива. И именно это и есть та тайна, о которой мы будем молчать, и она умрет вместе с нами.

***

Николас забежал на кухню возбужденный, поцеловал Лусию и похвастался.

- Звонил шеф. Он вернулся из Европы довольный. Я ему ситуацию нашу объяснил. Знаешь, что он предложил? Сказал, что хочет вложить деньги в галерею в Тайсане и собирается меня назначить управляющим. Так, что я не уезжаю!

- Отлично! Вот в этой галерее и будет храниться картина. А то мне за нее страшно, и покупатели звонками замучили.

- Я сейчас шефу позвоню. Уверен, он обрадуется твоей идее! Как все хорошо разрешилось! И с картиной разобрались, и все тайны раскрыты!

- Не все! - она сходила за запиской и письмом матери. – Вот еще одна загадка.

- Зайди утром к Эоле, покажи ей. Это какой-то древний ребус.

- Утром не могу. У меня собеседование в банке.

- Значит после собеседования!

Утром Лусия сидела перед строгой женщиной, внимательно изучающей ее резюме.

- У вас нет опыта работы! – сказала она. – Отличные оценки и блестящая защита по сложной теме – это хорошо, но я не рискну дать согласие. Если хотите, поговорите с заместителем управляющего, он проверит вашу подготовку.

- Да, разумеется!

- По коридору третья дверь направо. Я позвоню, предупрежу его.

Лусия спрятала резюме и пошла в указанном направлении. Постучавшись в дверь, она вошла и обнаружила добродушного мужчину в очках с огромной лысиной на голове.

- Так это вы хотите у нас работать? – без подготовки начал он и засыпал ее кучей вопросов.

- Ну как? - спросила Лусия, когда он задумчиво откинулся на спинку кресла.

- Пожалуй мы можем вас взять. Но месяц стажировки за половинную зарплату! Согласны?

- Согласна!

- И резюме свое на всякий случай оставьте.

Лусия полезла в папку и потянула лист с резюме. Вместе с ним выпала записка. Мужчина вскинул брови.

- Никогда бы не подумал, что вы и есть последняя!

- Что? – удивилась Лусия пряча записку.

- Девушка! Я шесть лет проработал в Королевском Банке. Я отлично знаю, что обозначает четырехлистный клевер в двойном ромбе. В любом случае, никогда не показывайте шифр сейфа и пароль одновременно.

Порадоваться тому, что она нашла работу Лусия не успела. Ее охватил азарт, и она направилась к Королевскому Банку. Охранник на входе провожал ее внимательным взглядом, пока она подходила к свободному окошку.

Она сложила бумажку пополам, так, чтобы было видно буквы, цифры и значок. И показала менеджеру.

- Я хотела узнать... - начала она, но менеджер уже схватил телефон и кому-то позвонил.

- Пришла последняя! Да, да! Именно это я имел в виду!

- Мне надо...

- Одну минуту! Уже все идут!

- Кто все!

- Управляющий, хранитель, ну, все!

Через пару минут появилась делегация – пять мужчин и женщина. Один из них взял записку из рук Лусии.

- Да, все правильно! Она и есть последняя. Мы очень давно вас ждали! Я управляющий банком, пройдемте в подвал.

- А почему я последняя?

- Сеньорита...

- Сеньора Рамос.

- Простите сеньора Рамос! Все сейфы уже давно вскрыты, а клиенты переведены на современные формы обслуживания. Ваш – последний опечатанный королевской печатью.

Через минуту они вошли в зал со старинными шкафами. Управляющий достал старый регистрационный журнал и сверил записи в нем и записку. Сломав сургучные печати обнажили пластинку, на которой были те же самые буквы и цифры. Управляющему передали большой старый ключ, но он не спешил открывать.

- И последнее. За эти годы существенно поменялось законодательство. Вскрыть мы можем только в присутствии комиссии. Если вы просто нашли эту бумажку и не являетесь прямым потомком того, для кого абонировалась эта ячейка, вам придется заплатить налоги со всех обнаруженных там ценностей. Вы можете сказать нам, кому принадлежит содержимое ячейки?

- Вклад сделан королем Диего III для Эсперансы де ла Фуэнтес, зарегистрированной в книге алькальда под материнской фамилией Эсперанса Рамос.

Трое мужчин одновременно заглянули в журнал и одобрительно закивали головами.

Лусия вернулась домой к ужину. Николас встретил ее с бутылкой шампанского в руке.

- Ну, не тяни, говори! Взяли?

- Взяли! С испытательным сроком.

- Это нормально! У тебя опыта работы нет. Сейчас отпразднуем. А почему так долго?

- Загадку разгадывала.

- И как? Разгадала?

- Да!

- И что это?

- Тридцать две тысячи эскудо девятьсот семнадцатой пробы. Это примерно сто десять килограммов золота.

***

Лусия стоически перенесла семейный ужин. Ради хороших отношений со свекровью, неожиданно подобревшей к ней, она была готова на многое. Свадьба сына, которая задумывалась как апофеоз славы, была тоже сложным испытанием для Лусии, но предвкушение недельного путешествия с Николасом в Европу отгоняло печальные мысли.

Лусия и Николас честно отбывали абсолютно ненужное им мероприятие и, казалось, оно так и закончится – нудно и наиграно. Но неожиданно в зал вошел гвардеец, бодро извлек шпагу и прокричал: «Его величество, король Мануэль II»!

Через мгновение вошел король и все почтительно встали. Он с огромным букетом подошел к молодым, поздравил их и протянул Лусии небольшой сверток.

- Я нашел в королевском хранилище. Но думаю, это должно храниться у тебя.

- Что это? – она развернула сверток. Там лежал дорогой старинный кинжал.

- Он принадлежал твоему предку.

- Твоя честь всегда с тобой. – прочитала она надпись на клинке.

- Будь счастлива и будь любима! – громко пожелал король, потом наклонился и прошептал ей на ухо. – Как наши с тобой давние предки!

© GPRoan