1 Глава. Право на пульс

«Кровь помнит то, что разум предпочитает забыть. А вечность — не дар. Это долг, который мы платим каждым выбором.»

30 августа|6:00

Будильник не звонил. Он вибрировал под подушкой, как пойманная птица. Я открыла глаза и сразу почувствовала тяжесть в запястьях — ту самую, что приходит, когда тело требует того, что разум откладывает на потом. Во сне мне снова снился коридор без дверей. И шёпот, который звал по имени. Не моим. Старым.

В ванной вода обожгла кожу, но не смыла усталость. В зеркале зрачки сузились, ловя каждый луч. Я провела пальцем по внутренней стороне левого запястья. Кожа была ровной. Но под ней что-то пульсировало. Будто часы, которые я ещё не завела

Гардеробная встретила тишиной и запахом кедра. Свитер, широкие брюки, кеды. Леопардовая сумка легла на плечо как щит.

На кухне лежала записка, придавленная тяжёлой пепельницей:«С папой уехали по срочным делам. Любим. М.»

Как обычно. Только почерк мамы сегодня будто спешил. И на обороте — оттиск. Не семейный герб. Что-то геометричное. Спираль, разбитая линией.

Я открыла холодильник. Достала запаянный пакет. Тёмная жидкость внутри была тёплой. Один глоток — и вены будто встрепенулись. Но вкус... Сегодня в нём проскользнуло что-то металлическое. Словно пепел. Я закрыла глаза. Вечность не ждала разрешения. Она просто начиналась.

Машина уже ждала во дворе. Лос-Анджелес просыпался в золотой дымке, но мой организм по-прежнему реагировал на утро как на врага. Солнце не жгло, нет. Оно просто... наблюдало.

***

USC встретил меня шумом и запахом жареного кофе. Я припарковалась у главного корпуса и сразу увидела знакомые силуэты.

— Луан. — Руби кивнула, не сбавляя шага. Её взгляд скользнул по моему свитеру, задержался на сумке, и только потом дрогнул в улыбке. — Ты сегодня в защитных цветах.

— Интуиция подсказала, что понадобится броня. — Я обняла её. От неё пахло дождём и старыми книгами. — Где Сэмми?

— Должен уже... А, вот и наш принц.

Сэм Коллинс вписался в кадр, как всегда: слишком ярко, слишком громко, слишком... подписано. Даже на бирке от кофейного стакана красовалось его имя маркером. Мы не любим оставлять следы. А он оставляет их повсюду. Словно боится, что мир его забудет.

— Привет, девчонки. — Он обнял нас обоих, и его пальцы на долю секунды задержались у меня на плече. Проверка. Как и всегда. — Ну что? Как настроение?

— Так себе, — сказали мы одновременно.

— Почему я не сомневался? — рассмеялся он. Но глаза не смеялись. Они сканировали коридор. Ищут. Всегда ищут.

Давайте я вам расскажу немного о себе и своих друзьях.

Меня зовут Луан Карней. И я вампир от рождения.

Каково это? Не считая того, что мы не такие, как в фильмах. Обычная еда нам не нужна, но мы её едим — ради вкуса, ради ритуала, ради нормальности. Кровь — да. Иногда человеческая. Чаще животная. Солнце не убивает. Сон нужен не телу, а голове: без него вечность превращается в шум.

Мы быстрее. Сильнее. Умнее. Говорят, цена силы — отсутствие чувств. Но я видела, как Руби стискивает челюсть, когда слышит плач. Как Сэмми подписывает каждую вещь, будто строит стену. Мы не пусты. Мы просто научились не показывать трещины.

Я потомок древнего рода. Родителям лет по восемьдесят. Для нас это молодость. Они управляют сетью компаний по всей Америке. А я учусь на втором курсе USC по маркетингу и веду своё бутик-агентство для альтернативных креаторов. Помогаю художникам, фотографам, стилистам находить аудиторию. Не ради денег. Ради контроля. Кто владеет образом — владеет вниманием. А внимание в этом городе дороже крови.

А так выгляжу я:

Сэмми:

Родитель Сэмми вампиры со стажем, они намного старше моих. Я удивлена что у таких влиятельных людей мог родится такой милый сын.

Руби:

Руби переехала из Чикаго. Мама расширяла бизнес. Руби, как и мать, вампир не с рождения. Что произошло в ту ночь, она не говорит. Обращение ломает человека. А потом собирает заново. Я родилась уже собранной. Иногда завидую тем, кто знает, как это — выбирать свою тьму.

Сначала я дружила с Сэмом. Мы были что то вроде парочки в младших классах. Затем в школе появилась Руби. После того как мы познакомились мы стали дружить и уже после поступили вместе в университет.

Помимо нас, в универе есть те, кто считает себя нашими конкурентами. Скарлетт Мартинес. Мишель Беверли. Эмбер Тэйлор.

Скарлетт:

Учиться по направлению право. Она лидер в их тройке. Дочь известной актрисы и модели. По моему мнению, она хочет быть везде и всегда первой, даже там где не разбирается, что свойственно людям.

Мишель:

Достаточно милая, если бы она не была в этой тройке я бы с ней может и дружила. Я слышала что она занимается профессионально хореографией, и учиться на сценарное мастерство.

Эмбер:

Самая красивая из них, у нее одни из самых богатых родителей, возможно благодаря им она и попала в USC.

Сегодня она снова посмотрела на Сэмми так, будто уже забронировала ему место рядом. Мне это не понравилось. Не из ревности. Из-за того, как легко он позволил ей смотреть. Словно отдал часть себя.

Мы шли по коридору к шкафчикам.

— У вас сейчас лекция? — спросила я.

— Нет. Практика по финансовой аналитике. — Сэмми поправил куртку. На внутренней стороне воротника снова было выведено: *S. Collins*. — Увидимся после обеда.

— Серьёзно? Опять одна в аудитории? — простонала я.

— Ничего страшного, Лу. — Руби хлопнула меня по плечу. Её взгляд на секунду скользнул вниз. На моё запястье. Она нахмурилась. Но ничего не сказала.

Я открыла шкафчик. Достала тетрадь. И тут телефон завибрировал. Уведомление от одного из моих креаторов. Новый пост. Съёмка в заброшенном кинотеатре. Я листнула вниз. На заднем плане, в пыли на стене, кто-то выцарапал символ. Спираль, разбитую линией. Точь-в-точь как на записке мамы.

Я заблокировала экран. В груди стало холоднее обычного.

***

Кабинет маркетинга встретил меня гулким эхом и полупустыми рядами. Я села на первую парту. Доска ещё не была стерта. На ней остались мелом обрывки прошлого семестра: CTR, ROI, Brand Loyalty. И внизу, почти стёртый, чужой почерк: Iniciation.

— Ребята, — голос профессора разрезал воздух, как нож. — У меня для вас хорошая новость. Сегодня...

Дверь открылась.

В проёме стоял парень. Тёмный пиджак. Светлая рубашка, расстёгнутая на одну пуговицу слишком высоко. Взгляд спокойный. Слишком спокойный для переводчика или гостевого лектора. На правой руке — перстень. Тяжёлый. Серебро с чёрным камнем. В центре — спираль, разбитая линией.

Мое запястье дёрнулось. Будто кто-то провёл по венам льдом.

— ...к нам присоединится Ной Парсон. — Профессор улыбнулся. — Лучший студент Калифорнийского университета, будет помогать вам, а вы помогайте ему, скоро деканат запустит разные активности, вам обязательно нужно принять участие.

Том шагнул в аудиторию. Его глаза нашли мои. Не искали. Узнали.

— Рад знакомству, мисс Карней, — сказал он. Голос был низким. Ровным. Без дрожи. — Надеюсь, мы сработаемся.

Моё запястье горело. В сумке завибрировал телефон. На экране всплыло сообщение от неизвестного номера:

*«Он пришёл раньше, чем договаривались. Не пей ничего, что он предложит.»*

Я подняла взгляд. Том уже сидел в ряду напротив. Пальцы медленно касались камня на перстне. В ритме. В такт моему пульсу.

Продолжение следует....