7 Часть

— Не волнуйся, не буду!

Люси сидела там же, где Себ ее оставил. А лошадь бандита стояла рядом. Себастьян помог девушке забраться в седло, сам же сел позади нее. Подъехав к дубу, он взял поводья лошади, на которой лежал связанный преступник, и они направились в город.

Вернувшись, Себ доставил грабителя в тюрьму, передав его на попечение Би-Джей. Затем, не слушая возражений Люси, отвез ее в гостиницу и на руках отнес к ней в номер.

— Может, тебе еще что-то нужно? — спросил он, внимательно глядя на девушку.

Она отрицательно покачала головой.

— Нет-нет, мне сейчас хочется только одного — повалиться на кровать и заснуть побыстрее.

— Ты уверена?

— Да, конечно. — Она вдруг с беспокойством посмотрела на него. — О… У тебя на лбу кровь… Что с тобой случилось?

Себ с усмешкой пожал плечами:

— Точно не помню. Кажется, моей лошади вздумалось проскакать прямо под деревом. Наверное, я поцарапался веткой.

Люси протянула руку и убрала с его лба прядь волос.

— Я должна промыть твою царапину.

— Нет-нет, сейчас нет времени. — Он отступил на шаг. — Мне нужно позаботиться о лошадях, а затем вернуться в таверну и заняться делами. Я зайду к тебе попозже.

— Что ж, хорошо. Только прежде, чем ты уйдешь, я хочу сказать тебе… Я очень сожалею, что причинила тебе столько беспокойства. Прости меня, пожалуйста.

Себастьян нахмурился:

— Когда же наконец ты перестанешь то и дело извиняться? Тебе не за что извиняться. Ты ни в чем не виновата. Тем более сегодня. — Коротко кивнув, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

Люси слишком устала, чтобы размышлять над его словами. Первым делом она налила в таз воды и отстирала пиво и грязь со своей одежды. Затем расчесала волосы, привела себя в порядок и надела ночную рубашку. Перевязав лодыжку, она уже собралась забраться в постель, как вдруг услышала стук в дверь. Повернув ключ в замке, Люси увидела Себа.

— Как у тебя дела? — спросил он. — Ты хорошо себя чувствуешь?

— Да, мне уже намного лучше. Спасибо. Я как раз собиралась ложиться.

Комнату освещала свечка, стоявшая на тумбочке возле кровати Люси. Ее тонкая ночная сорочка чуть просвечивала, и под тканью проступали изящные очертания фигуры. «Наверное, она необыкновенно приятная на ощупь…» — подумал Себ. Он вдруг вспомнил, какими сладкими были губы Люси, и ему захотелось снова ощутить эту сладость. Захотелось крепко прижать ее к себе, чтобы она забыла обо всем на свете в его объятиях. Нет-нет, не следует об этом думать. Это какое-то сумасшествие…

Судорожно сглотнув, Себ проговорил:

— Я только хочу, чтобы ты имела в виду: сегодня я не стану запирать дверь в мою комнату. Если по какой-либо причине я тебе понадоблюсь, позови меня.

— Спасибо, Себастьян. Я очень ценю твою заботу. — Девушка заметно нервничала и теребила завязки на горловине ночной сорочки. Возможно, она думала, что он, Себ, сейчас ее поцелует. А может, ей хотелось затащить его к себе в постель? Что ж, он ничего не имел бы против. Впрочем, все это, наверное, просто его фантазии.

— Ну… тогда… Позволь пожелать тебе спокойной ночи, Люси.

— Спокойной ночи, Себастьян. — Она улыбнулась ему и затворила дверь.

— Люси, ты уже легла? — спросил Себ минуту спустя.

— Да, почти.

По голосу было ясно, что она по-прежнему стояла у двери. Себу даже казалось, что он ощущает жар ее тела. Немного помедлив, он спросил:

— Почему ты сказала, что «почти» легла?

— Ох, Себастьян, я так благодарна тебе за то, что ты помчался мне на выручку, когда меня увезли бандиты. Ты такой смелый!

— Нет-нет, — прошептал он, поглаживая пальцами дверь, — это ты смелая. Ведь ты и без моей помощи сумела спастись.

Люси невольно рассмеялась:

— Я вовсе не смелая. Все произошло случайно, я же тебе рассказывала.

Люси прижалась щекой к двери. Ей казалось, что она чувствовала теплое дыхание Себастьяна, когда он говорил. И ей ужасно хотелось, чтобы он снова поцеловал ее, хотелось, чтобы он заключил ее в свои жаркие объятия и довел до сумасшествия своим поцелуем… Но почему же он медлил? И почему медлила она? Ведь надо было сделать только самую малость — отворить эту дверь и… уступить ему. Тут Люси вдруг услышала, что Себастьян подошел к другой двери — ведущей в коридор — и вышел из номера. Он ушел…

Люси проснулась от стука в дверь. Решив, что пришел Себастьян, в грезах о котором она провела всю ночь, Люси с бьющимся сердцем выскользнула из постели и отворила смежную дверь, ведущую в его комнату. Однако Себастьяна не оказалось. Стук тем не менее повторился.

Люси подбежала к двери, ведущей в коридор, и спросила:

— Кто там?

— Это посыльный, мэм. К вам пришел мистер Уайт. Он ждет вас внизу, в фойе.

Пикник! Боже мой, неужели уже так поздно?

— Скажите ему, что я спущусь через пятнадцать минут, — ответила Люси.

Она направилась к смежной двери, собираясь затворить ее и запереть на ключ, и тут вдруг почувствовала непреодолимое желание заглянуть в комнату Себа. Ее внезапно охватило жгучее любопытство.

Собравшись с духом, Люси переступила порог и осмотрелась. Номер Себастьяна был почти вдвое больше, чем ее комната, а его кровать казалась в несколько раз шире. Люси смотрела на эту кровать, и ее влекло к ней как магнитом.

«Интересно, какой матрац у Себастьяна? — думала Люси. — Такой же мягкий, как у меня? А что, если прямо сейчас проверить?» Мысленно убеждая себя, что в этом нет ничего страшного, Люси уселась на кровать. В следующее мгновение ее голова уже лежала на подушке Себастьяна. «Интересно, а что случилось бы, если бы я вчера снова отворила дверь? — фантазировала девушка. — Может, мы сейчас лежали бы в его постели, прижимались друг к другу и целовались?»

Люси не хотелось уходить. Думая о Себастьяне, она по-прежнему лежала на его постели.

Внезапно дверь отворилась, и в комнату вошел Себ.

— О Господи! — Люси вскочила с кровати. — О Господи, — повторила она, попятившись к своей двери.

— Что ты здесь делала?! — в изумлении воскликнул Себ. Потом вдруг едва заметно улыбнулся.

— Я… ах… Видишь ли, я подумала… то есть мне показалось, что ты постучал. А когда я открыла, тебя здесь не оказалось. Просто это посыльный стучал в дверь моего номера, понимаешь? Тогда я подошла к смежной двери, чтобы запереть ее, и…

Чем дольше она говорила, тем шире становилась улыбка Себастьяна. Но Люси никак не могла остановиться и все говорила и говорила, пытаясь хоть как-то объяснить свое поведение.

— Так вот, когда я увидела, что твой номер… Понимаешь, твоя комната такая большая и красивая… Мне захотелось проверить, мягкая ли у тебя постель… Просто меня охватило любопытство, понимаешь? Оказалось, что твоя кровать такая же, как моя. А теперь мне надо идти.

Себ догнал Люси, когда она уже подходила к смежной двери. Взяв девушку за плечи, он развернул ее лицом к себе и с улыбкой сказал:

— Ты можешь в любое время прыгнуть в мою постель, стоит тебе только захотеть. Да-да, стоит только захотеть! Только намекни, вот и все.

Глаза Люси округлились, а щеки вспыхнули. Себ отпустил ее и спросил:

— Как сегодня твоя щиколотка? Не очень сильно болит?

— Сегодня нога болит гораздо меньше. Спасибо.

— Ты знаешь, что в холле сидит Чарли Уайт?

— Да. Мы отправляемся на пикник, и я уже опаздываю.

— На пикник? — удивился Себ. Эта новость ужасно ему не понравилась. — Ты уверена, что поступаешь правильно? Может, тебе не стоит с ним ехать?

— Конечно, уверена. Прости, я опаздываю. — Люси проскользнула в свою комнату и тут же заперлась на ключ.

Себастьяну пришлось вернуться в свой номер из-за того, что он забыл шляпу. Надев шляпу, он бросил взгляд на свою постель и расплылся в улыбке, вспомнив, как соблазнительно выглядела Люси, когда на ней лежала. Заставив себя выбросить из головы эту мысль, Себ вышел из комнаты и спустился на первый этаж. Хотя встреча с Чарли совсем не входила в его планы, он прямиком направился к молодому человеку и без всяких предисловий сказал:

— Насколько я понял, вы с Люси едете сегодня на пикник, верно?

Чарли поправил ворот рубашки и кивнул:

— Да, верно.

— А куда именно вы направляетесь? И берете ли с собой компаньонку для девушки?

Чарли нахмурился и поднялся с места:

— Я не понимаю, почему вы об этом спрашиваете?

— Люси работает у меня, и поэтому я не могу за нее не беспокоиться, — ответил Себ и тут же добавил: — Возможно, мне следует поехать с вами.

— Нет, не думаю. — Чарли выпятил грудь. — Со мной Люси будет в полной безопасности, и ей это прекрасно известно!

— Зато я в этом очень сомневаюсь, — возразил Себастьян, пристально глядя на молодого человека.

Чарли хотел что-то ответить, но вдруг губы его растянулись в радостной улыбке. Себастьян оглянулся и увидел, что в холл входит Люси. Она казалась такой прелестной, такой восхитительной! Трудно было поверить, что этой девушке так много пришлось ночью пережить. На ней было легкое желтое платьице, а лиф украшала вставка из белоснежного кружева. Волосы же, струившиеся по спине, были перехвачены на затылке широкой атласной лентой цвета шоколада — под цвет ее глаз. Себ смотрел на нее как завороженный, не в силах отвести взгляд.

Подойдя к мужчинам, Люси коротко кивнула Себастьяну, затем тепло поздоровалась с Чарли. «Как же повезло этому идиоту!» — подумал Себ.

— Извини, что я задержалась, — сказала она. — Я провела очень беспокойную ночь.

Чарли предложил девушке руку и, бросив на Себастьяна надменный взгляд, сказал:

— Что ж, пошли?

Себ молча наблюдал, как парочка вышла из гостиницы и направилась к коляске, стоявшей у входа. Проводив экипаж тоскливым взглядом, Себастьян тяжко вздохнул и направился в таверну. На душе у него кошки скребли.

Глава 8

Городок Эмансипейшен был расположен в чудесной зеленой долине, окруженной горами, на склонах которых рдели кустарники, дубы и ели. Для пикника Чарли выбрал берег озера Девилс-Лейк — отсюда открывался великолепный вид на горы Блэк-Хиллс.

Люси присела на одеяло, которое расстелил на траве Чарли.

— Что у тебя с ногой? — спросил он.

— Просто подвернула лодыжку, — ответила девушка, устраиваясь поудобнее.

— Гм… — Чарли опустился на одеяло рядом с Люси: — Говорил ведь я тебе, что Коул выжимает из тебя все соки.

Люси рассмеялась:

— Это не от работы. Прошедшей ночью на таверну напали грабители, и один из них взял меня в заложницы. А потом я упала с лошади и подвернула ногу.

— Какой ужас! — воскликнул Чарли. Взяв девушку за руки, он проговорил: — Я настаиваю, чтобы ты ушла из таверны. Работать там — это слишком опасно.

Вежливо поблагодарив молодого человека за заботу, Люси добавила:

— Говорю тебе в последний раз: мне нравится работать в «Жемчужных вратах»! И я не собираюсь оттуда уходить. Кроме того, я очень многим обязана Себастьяну Коулу. Он помог мне в трудную минуту. — Чарли нахмурился:

— А может, тебе там так нравится вовсе не из-за работы?

«Неужели он каким-то образом узнал, что мы с Себастьяном целовались?» — промелькнуло у Люси. Защищаясь, она заявила:

— Ты говоришь глупости, Чарли!

Он пристально посмотрел на нее и сказал:

— По-моему, Коул интересуется тобой больше, чем следует. Ты зря остановилась в той же самой гостинице, что и он. Мне пришлось написать об этом твоему отцу. Чтобы он узнал, какую легкомысленную жизнь ты начала вести, уехав из дома.

— Как ты посмел? — закричала Люси. — Неужели ты действительно написал?!

Чарли опустил голову.

— Люсиль, я беспокоюсь за тебя. Уверен, что твой отец тоже за тебя волнуется.

Люси знала, что должна была за это время послать весточку своим родителям. Но она не могла собраться с духом, чтобы сообщить о том, что они с Чарли не поженились. А солгать родителям Люси не могла. Поэтому она решила совсем ничего им не писать.

Пристально глядя на Чарли, Люси спросила:

— О чем ты сообщил моему отцу?

Он пожал плечами, избегая смотреть ей в глаза:

— Сообщил, что мы с тобой расстались, и что ты отказалась взять у меня деньги на билет домой.

— О Боже… — простонала девушка. — Надеюсь, ты ничего не написал про «Жемчужные врата»? Не написал ведь?

Чарли устремил взгляд вдаль, делая вид, что не слышал вопроса Люси.

Она поняла его без слов и в гневе прокричала:

— А ты не забыл упомянуть в своем письме, что бросил меня ради пустоголовой девицы по имени Черри?!

Лицо Чарли стало пунцовым. Он вздохнул и принялся открывать плетеную корзину, которую привез с собой. Затем сказал:

— Мы приехали сюда на пикник, а не для того, чтобы ссориться. Может, перекусим?

Немного подумав, Люси решила заключить с Чарли перемирие. Да и какой смысл ссориться, если она собиралась вернуть Чарли и выйти за него замуж? И уж тем более не имело смысла ссориться именно сейчас, когда Чарли вытащил из корзины цыпленка под майонезом, соленые огурцы, сандвичи, а также яблоки и бутылочку сидра. Кроме того, он испек чудесные кексы.

Съев сандвичи, Люси попробовала сливовый кекс, покрытый глазурью из карамели, и, не сдержавшись, тихонько простонала:

— О, потрясающе вкусно… Скажи, а зачем ты испек еще один кекс? Нам вполне хватило бы одного.

— Видишь ли… — Чарли откусил кусочек кекса с малиновым джемом. — Я сейчас экспериментирую. Пытаюсь выбрать самый лучший вариант для моей… — Чарли потупился и добавил: — для моей свадьбы.

— Ах! Как же я сразу не догадалась?! Для твоей свадьбы! — Глядя Чарли прямо в глаза, Люси выпалила: — Может, уместнее было бы забыть о кексах и испечь вишневый пирог для твоей шлюхи?

— Люсиль! — Чарли уставился на нее в изумлении. — Ты раньше так никогда не говорила!

— Просто раньше со мной никогда так не поступали! — Чарли опустил голову и снова вздохнул.

— Ах, извини! — с усмешкой воскликнула Люси. — Я совсем забыла о твоей свадьбе. Как-то вылетело из головы. А у тебя?

— Что… у меня?

— Ты тоже забыл о том, что у тебя скоро свадьба? Не забыл ли ты о своей невесте? Как же так случилось, что ты не прихватил ее сюда, на пикник?

Чарли нервно теребил галстук.

— Черри с сестрой занимаются разведением породистых лошадей, и очень успешно. Они обе уехали сегодня на ранчо. Будут вести переговоры с покупателями.

— А разве твоя преуспевающая во всех делах невеста не возражает против того, чтобы ты ездил со мной на пикники? Или ей об этом ничего не известно?

— Ну… — Чарли принялся отщипывать кусочки от кекса, и крошки посыпались на одеяло. — Если бы Черри об этом узнала, она ничего не имела бы против.

Люси решила, что сейчас ей представилась прекрасная возможность проверить, насколько сильны чувства Чарли к новой невесте. Положив руку ему на плечо, она спросила:

— А как ты думаешь, Черри стала бы возражать, если бы я поцеловала тебя?

Он отшатнулся от Люси, как будто она дала ему пощечину.

— Я уверен, что стала бы.

— А ты? Чарли пристально посмотрел девушке прямо в глаза:

— Люсиль, мы ведь так долго дружили с тобой. Мы были даже больше, чем просто друзья. Неужели после всего, что случилось, тебе хочется меня целовать?

Люси едва удержалась от торжествующей улыбки; она убедилась, что Чарли не догадывался о ее планах. Решительно обхватив руками его шею, она прижала свои губы к его губам. Все началось, как их обычный поцелуй — нежный и целомудренный. Но затем Люси стала целовать Чарли все более и более страстно. Чарли же весь напрягся и не отвечал ей. Смущенная такой реакцией бывшего жениха, Люси уже собралась отстраниться от него и побыстрее покончить со всем этим, чтобы не выставлять себя на посмешище, но в этот момент крепость пала, и Чарли отдался поцелую. В следующее мгновение он повалил девушку на спину и распластался на ней, теперь уже целуя ее по-настоящему. Казалось бы, Люси следовало ликовать, ведь именно этого она и добивалась — хотела возбудить в бывшем возлюбленном страсть. Но такая реакция Чарли вовсе не обрадовала ее — напротив, испугала. Изо всех сил оттолкнув его, она в возмущении воскликнула:

— Чарли, что ты делаешь?!

— Ах, прости меня, Люсиль. Я не ожидал, что ты такая… Где ты научилась так целоваться?

«Думаешь, расскажу?» — мысленно усмехнулась Люси. И уж конечно, она не собиралась говорить Чарли о том, что от поцелуев Себастьяна она вспыхивала, словно спичка, а не пугалась, как сейчас. С деланным равнодушием Люси пожала плечами и ответила:

— Ну, не знаю… Просто я подумала, что Черри, наверное, целуется лучше, чем я. Скажи, она целует тебя так же, как я сейчас?

— Я не собираюсь отвечать на подобные вопросы! — В глазах Чарли промелькнуло что-то похожее на сожаление. — Ты уже больше не похожа на ту девушку, какой была, когда я уезжал из Канзас-Сити.

— Как же я могла остаться такой же? Ведь мужчина, которого я любила, бросил меня ради другой женщины.

— Прости, Люсиль. — Он понурился и снова стал похожим на того молодого человека, которого она когда-то полюбила. — Просто я запутался. Сам не знаю, как мне быть и что со всем этим делать.

У Люси екнуло сердце. Ей сейчас ужасно хотелось сказать, что она тоже извиняется — за то, что огорчила Чарли и расстроила его планы. Впрочем, извинения были для нее делом привычным. Всю жизнь она только и делала, что извинялась — то за одно, то за другое. В результате просить прощения стало для нее занятием таким же естественным, как расчесывать волосы. И в какой-то момент Люси дала себе клятву, что перестанет извиняться из-за пустяков. По крайней мере из-за всего, что имело отношение к Чарли.

— Мне хотелось бы тебе помочь, — проговорила она наконец. — Но этот вопрос тебе придется решать самому. Тебе придется выбирать между мной и Черри.

К полудню отряд добровольцев настиг грабителей, и Блэк-Джек, препроводив обоих в полицию, вернулся в «Жемчужные врата».

Себастьян, стоявший за стойкой, делал перерасчет. Блэк-Джек бросил перед ним два мешка с деньгами и сказал:

— Мы поймали их — застали врасплох недалеко от дороги.

Себ внимательно осмотрел мешки.

— Что ж, очень хорошо. Я сейчас выясню, сколько денег должно находиться в кассе, затем подсчитаю количество игроков, заявивших об ограблении. Вычту сумму, что должна быть в кассе, а остальное поделю поровну между игроками. Я просто не вижу другого выхода. Как еще можно поступить в такой ситуации?

— Полагаю, это самое разумное решение. — Джек потянулся и зевнул.

— Почему бы тебе не пойти отдыхать? — предложил Себ. — Не думаю, что сегодня вечером будет много посетителей.

— Отлично.

Когда Джек направился к лестнице, ведущей в его комнату, входная дверь отворилась и в зал вошел незнакомец — тот самый, что опрокинул на Люси поднос с пивом перед налетом бандитов. Джек тотчас же подошел к нему и тихо сказал:

— Запомните, вы здесь — нежеланный гость. По-моему, вам следует поискать другое место, чтобы утолить жажду.

— Вы не имеете права не пускать меня в таверну, — заявил незнакомец.

Джек мгновенно выхватил из кобуры пистолет и ткнул дулом ему под ребра.

— Нет, имею. Я имею на это полное право. Вы грубо обращались с девушкой, с нашей официанткой.

Пробурчав что-то себе под нос, посетитель удалился.

— Кто это был? — спросил Себастьян.

— Не знаю, но этот человек — не джентльмен, — проговорил Джек, поднимаясь по лестнице.