Глава 9

— И что Вы мне скажете на этот раз? — устало протянул Марк. — Дело продолжается, никаких зацепок, но я и дальше должен помогать следствию?​Следователь бросил на парня оценивающий взгляд, а после ухмыльнулся.​— Ладно, Марк, из вашей компании тебе я доверяю больше всех, поэтому вот что скажу. Возможно мои действия непрофиссиональны, но ты об этом никому не скажешь, — на пару мгновений следователь замолчал, изучая реакцию Марка и, видимо, удовлетворился ею, потому продолжил: — Начни свое собственное расследование, Марк.​— Простите, что? — парень чуть не подавился воздухом от такого «предложения».​— Ты все правильно понял. Дело стоит, продвижений и зацепок мало, а у меня нет такого доступа ко всем тайнам вашей компании. Мне нужно, чтобы ты помог нам, если не боишься рисковать. Объезди все места и закутки, связанные с убитыми и живыми, докопайся до правды.​Слишком много требований и ответственности, готов ли Марк к этому? Придется стать готовым.​— С кого мне начать? — уверенно спросил парень.​— Начни с Мавры.​— Все еще думаете, что она убийца?​— Нет. Она уже мертва.​Земля ушла из-под ног, Марк четко помнил все происходящее, память просто не могла его подводить. Мавра была жива. Обезумела, сбежала из психбольницы, но она не умерла.​— В каком смысле? Это сегодня произошло?​— Нет, Марк, уже давно. Ты помнишь ту мертвую девочку, которую убили перед Августиной?​Марк кивнул головой, еле ощущая, что она еще на плечах.​— Этой девочкой была Мавра. Точнее говоря, мы так думаем. Долгое время личность было невозможно определить, все тесты ДНК показывали, что такого человека не существует, такого набора ДНК просто нет. А потом мы решили сравнить схожесть ДНК с некоторыми людьми. У Мавры совпадение вышло пятьдесят процентов.​— Это невозможно, — зашетал Марк, глупо глядя в стену позади следователя.​— Мы тоже так думали. Но ты ведь помнишь, что нечисть водится с нами бок о бок? И вероятно ты представляешь, что эти твари способны на многое, в том числе и изменение внешности жертвы и его ДНК.​«В таких делах совпадений не бывает», — как гром пронеслись слова Барбары в голове. Она ведь говорила, что в тот раз не была целью убийы и оказалась права.​— Но зачем?​— Зачем? Эти твари кровожадны и порой безнадежно тупы, но, к сожалению, не все. Видимо, нам попалась именно та, которая умело заметает за собой следы и путает дело.​— Значит, возвращаемся к варианту нечести?​— Человек не способен сделать то, что произошло, так что — да.​— Хорошо. Я согласен помочь.​— Вот и замечательно, — следователь удовлетворенно улыбнулся и положил руки на стол. — В университете я тебя отмажу, не переживай. Начинай прямо сегодня.

Через час Марк уже ехал в психбольницу, в которой лежала Мавра до «побега». Можно, конечно, было начать поиски с ее дома, опроса близких, но парень подумал, что посетить место ее последних дней жизни будет куда эффективнее.​Когда он добрался до места, но неуверенно стал у дверей больницы. Отдаленно она напоминала «их с Барбарой место». Пожалуй, будь она заброшена, Марк не отличил бы здание от «их места». Все-таки он набрался спелости и нажал на звонок. Почти сразу дверь открыла молодая медсестричка и с недоверчивым видом оглядела Марка.​— Вы к кому?​— Я к Вам.​— Прошу прощения, ко мне?​Медсестричка быстро захлопала длинными ресницами. Марк тут же сообразил, что ляпнул и попытался объясниться:​— Вернее, не совсем к Вам. Я к той, кто видел Мавру здесь последней. Я друг Мавры, Марк, хочу узнать некоторые детали.​— Тогда Вы все-таки ко мне. Проходите, но не рассчитывайте, что я уделю Вам много времени. Сами понимаете, какие у меня пациенты.​— Конечно-конечно, — залепетал Марк и вошел вовнутрь.​Он последовал за медсестричкой, параллельно оглядывая здание. Выглядело оно неприятно: ужасные серые стенки, с которых уже слезала краска, потрескавшиеся потолки, скользкий пол. Если люди здесь находились в полуадеквате, то Марк едва ли мог понять, как те продержались в это мрачном месте.​— Проходите, — медсестричка открыла дверь в небольшое помещение. Марк послушно шагнул в комнатку, а медсестра последовала за ним. Расположившись на небольшом диване она подняла брови, намекая спрашивать, что же Марк от нее хочет.​ — Во-первых, я бы хотел поинтересоваться, как Мавра вела себя во время пребывания здесь? Бушевала, кричала, может, вела себя неадекватно?​— Когда она к нам приехала, то действительно вела себя...шумно. Кусалась, рычала, твердила, что ее должны вернуть домой, а потом она успокоилась. Вернее, перестала с нами разговаривать и вообще отказывалась от контакта. Сидела в самом углу комнате и вечно что-то рисовала. Я видела рисунки вблизи, но они казались жуткими. Тут в целом все мрачное и пугающее, знаете, я здесь недолго работаю, но ее «творения» меня особенно напугали.​— Я могу взглянуть на эти рисунки?​— Да, я отдам их Вам после, нам они не нужны.​— Хорошо. Скажите, а Вы помните что-то странное случалось перед тем, как она сбежала?​— Не припомню ничего.​Медсестричка задумчиво приложила указательный палец к губе, а потом все-таки сказала:​— Хотя, знаете, был момент, который меня напряг. Вечером перед побегом она все кричала: «Пожар, огонь, я горю. Жарко, очень жарко!». Мы даже думали, что у нее жар начался от таблеток, но температура тела была в норме, даже кожа еле теплая, она совсем не напоминала ту, кто находится в состоянии перегрева или лихорадки.​Эти подробности заставили Марка встряхнуться от пробежавших по рукам мурашек.​— У нее были посетители в этот день?​— Был один.​— То есть это был мужчина?​— Не могу утверждать.​Лицо медсестрички начало двигаться как-то неестественно, словно язык и губы перестали ее слушаться. Марк не понял, в чем дело, но все-таки переформулировал вопрос.​— В тот день Мавру кто-то посещал. И возможно это был не мужчина.​— Не могу утверждать, — снова повторила медсестричка, но при этом странно замотала головой.​Стало понятно, что ее речь и поведение изменились не просто так. Марк продолжил свой расспрос, однако стал задавать вопросы более замысловато.​— Этот «мужчина» был похож на меня?​— Я так не думаю.​— Он разговаривал с Маврой?​— Не могу утверждать.​— Посетитель долго здесь пробыл?​— Я так не думаю.​Наконец Марк догадался: фраза «Я так не думаю» означает «Нет», а «Не могу утверждать» — «Да».​— Какого цвета были его глаза?​— Я не могу ответить на Ваш вопрос.​Это что-то новенькое.​— Его глаза были голубого цвета? — попробовал еще раз узнать Марк, но получил все тот же ответ:​— Я не могу ответить на Ваш вопрос.​— Покажите мне рисунки.​Медсестричка бодро встала и взглянула на Марка. В ее глазах что-то блеснуло, будто бы жизнь вернулась в тело.​— Ожидайте здесь, я скоро вернусь.​Когда та вернулась, то протянула папку с рисунками. Папка была непрозрачной, поэтому увидеть страшные творения Марку не удалось, и он решил просмотреть их дома.​Выходя, он поблагодарил медсестричку, попрощался и поехал домой. По дороге домой в автобусе он достал припасенный блокнот с ручкой и принялся записывать те крохи информации, которые смог выудить.​«В больнице Мавра вела себя отстраненно, все время рисовала. Рисунки у меня, просмотрю позже. В день перед побегом она прикинулась (или нет?) горящей заживо. В тот день к ней приходил «кто-то», кто был женщиной, не похожей на меня. Медсестричка отвечала на вопросы уклончиво, будто бы что-то не позволяло ей этого сделать».