Глава 5

Новое убийство произошло в районе, где жила Барбара. Убитой стала девушка, похожая на нее саму. Такие же темные недлинные волосы, такие же голубые глаза и даже телосложение. Неужели это должна была стать Барбара? Или просто совпадение? Нет. Совпадений в таких делах не бывает. Хорошо, что Марк оставил подругу ночевать у себя.​— Барбара, ты новости видела? Никуда я тебя не пушу, — запротестовал Марк, когда подруга собралась домой. — У меня будешь жить, пока убийцу не найдут.​— Марк, убили не меня.​— Это должна была стать ты! Неужели не понимаешь?​— Не понимаю, — согласилась Барбара. —  Убийца искал не меня, раз убил ту девушку.​— Он ошибся. Девушка точь-в-точь ты!​— В таких делах ошибок не бывает, Марк. Пусти меня домой, у меня кот не кормлен.​— Твоя жизнь в опасности, а ты думаешь о каком-то несчастном коте.​— Вот именно. Мой кот, за которого я в ответственности, несчастный и голодный, а ты не хочешь меня отпускать, — Барбара говорила своим обычным голосом, но все-таки нотки волнения читались между слов. Значит, она не окончательно лишена эмоций.​Пока Марк задумался о чем-то своем, Барбара ловко выскользнула в коридор, открыла дверь и вышла.​— Барбара, постой! — кинулся за ней Марк, но было поздно: девушка уже стремительно спускалась по лестнице. — Кот важнее собственной жизни.​Нет, дело не в коте. Дело в Барбаре: просто она такая и другой не будет. Просто ей действительно плевать на собственную жизнь.​Барбара была такой даже в детстве (если этот период времени можно так назвать). Познакомились Марк и Барбара в детском доме. Марк жил там, сколько себя помнил. Свою трагичную историю он не знал: рассказать было некому, да и зачем все эти подробности? Он был не из тех детей, кто так отчаянно хочет найти своих биологических родителей, его даже раздражало то, что кому-то хочется познакомиться с тем, кто не выполнил родительский долг.​До четырнадцати лет у парня особо не было друзей, а те, что были, вскоре попадали в семьи. Марка никто не брал, он старался не думать об этом, иначе его самооценка упала бы ниже плинтуса. Да и в своем положении он видел некоторые плюсы: например, как только Марку стукнуло восемнадцать, государство выделило ему квартиру. В общем плюшки были, а жизнь в детском доме не досаждала.​А потом к ним попала Барбара. Эта девочка ни с кем не разговаривала и время от времени выглядела безжизненной. В ее глазах лишь иногда горела надежда, но эта искра пропадала так быстро, что Марк думал, будто ему кажется. Каждый в детском доме считал своим долгом что-нибудь да сказать между собой (и никогда в лицо) о странной новой девчонке, и только Марк искал способ подобраться к ней. Подолгу Барбара просто игнорировала любые попытки, но парень не отчаивался, каждый раз находил новые пути. И однажды Барбара ответила ему взаимностью. Вернее, она просто подсела рядом на качели и заговорила. Так и зародилась их дружба (если это можно так назвать), оба были очень сильно друг к другу привязаны. И, несмотря на разный выбор университетов, районы проживания и малые схожести в характере, они хорошо ладили.​Когда оба поступили в университет, то по какому-то случайному совпадение прибились в эту компанию. Даже в компании Барбара часто тусовалась сама по себе, вроде бы физически она присутствовала, но на деле ошивалась в углах комнат. Никого это не напряло, а девушку так тем более устраивало, поэтому так и привыкли время проводить.​Зазвонил телефон. Марк взглянул на экран — это был следователь. Пришлось поднять трубку.​— Здравствуй, Марк, — начал тот. Марк закатил глаза и продолжил за него.​— Дайте угадаю, меня вызывают на допрос?​Следователь хмыкнул, мол, смышленый попался.​— Тебя и твою подругу. Барбару. Явиться в отделение нужно сегодня. Организуетесь или мне и ей позвонить?​— Справимся, — сказал Марк и повесил трубку.​Уже через часа оба вновь, только встретились у дверей отделения. Марк придержал для Барбары дверь, затем зашел сам. В здании он сразу сориентировался и повел подругу за собой. У кабинета из встретил знакомый Марку (а может, и Барбаре, парень не знал, кто допрашивал ее) следователь. Зайти в кабинет хотели вместе, но мужчина жестом преградил Марку дорогу.​— Только она. Потом ты.​Марк недовольно плюхнулся на диван неподалеку, ждать было неохота, но что поделаешь, если допрос Барбары в приоритете. Когда дверь кабинета наконец распахнулась, Марк поспешил зайти. Следователь встретил его с издевательской ухмылкой.​— Вялая у тебя какая-то подруга. Из мертвого информацию легче вытянуть.​Значит, все-таки не этот следователь допрашивал подругу, раз только сейчас обнаружил отсутствие контактности у Барбары.​— Она всегда такая, — пожал плечами Марк. Его и самого время от времени напрягало то, что он без проблем делился с Барбарой самыми сокровенными тайнами, а в ответ такого де не получал. Более того, он не знал даже ее предысторию: ни о родителях, ни о самой девочке до ее попадания детский дом. Хотя, надо признаться, он почти никогда не спрашивал: то ли боялся, то ли было не к месту. Да и зачем лишний раз трогать раны.​— Что ж, начнем тогда разговор, — резко сменился в голосе следователь. — Как долго вы с Маврой были знакомы?​— Полтора года. Мы с Барбарой попали в общую компанию одновременно, там с Маврой и познакомились.​На всякий случай Марк решил ответить и за Барбару, лишней информация не будет.​— И всегда она была такой... — следователь замялся, подбирая слова, но в конце концов передумал церемониться. — Тронутой умом?​Марк задумался. Раньше Мавра никогда себя так не вела (ну уж точно к себе домой людей силой не тащила). Он в принципе до всех происшествий считал Мавру вполне благоразумной.​— Вообще-то нет. До случившегося в голове у нее всегда был порядок.​— Ясно.​Следователь принялся что-то записывать.​— И в какой момент ты отметил изменения в поведении?​— Во время похорон Цимона. Она несла какую-то чушь и чуть ли не с ним вместе себя похоронить пыталась.​— А Цимон ей кем приходился? Парнем?​— Да.​— Они вместе жили?​Какие-то уже личные вопросы пошли. Хорошо, что Марк знал ответ.​— Жили. Квартиру снимали.​— Проблемы в отношениях у них были?​— А это точно допрос?​Хотел бы Марк улыбнуться, но его стало раздражать перемывание костей своим друзьям.​— Просто ответь на вопрос.​— Не было у них проблем. Жили душа в душу. Я свободен?​Марк оторвался от неудобного стула, надеясь, что вот сейчас его отпустят, но следователь покачал головой.​— Сядь, Марк. И попрошу тебя в последующем не капризничать. Взрослый парень, стыдно должно быть.​Марк недовольно бухнулся обратно на стул.​— Раз уж ваши с Барбарой показания сходятся, раскрою карты. Может, тогда больше продвижению дела будешь помогать. Мавру вашу мы подозреваем, понятно? Сбежала она из психушки сегодня ночью. Или сбежала, или пропала, но мы склоняемся к первому варианту.​Вдруг Марку вспомнились сомнительные предположения Тараса, которые он тогда посчитал глупыми и бессмысленными. А тут вот как вышло, сам следователь думает на Мавру.​— Допустим, остальных в комании она поперебивала, — Марк будто выплевывал слова, уж очень ему не нравилось представлять Мавру убийцей. — Но Цимона ей зачем трогать? Мавра его очень любила.​— Любила, не любила, мотивы могут быть разные. Знаешь, сколько супругов друг друга поубивали? И тоже всем казалось, что это была истинная любовь.​Марк негромко вздохнул. Голова начала болеть от тяжелых мыслей.​— Ладно, парень, на сегодня все, можешь идти.​Кажется, следователь над ним сжалился, раз даже смотрел сочувственно.​— До Андрея вашего не знаешь как достучаться?​Хотел бы Марк знать это, вот только дурень Андрей смылся из города, сменив все номера и аккаунты. Хотя, может, он и не дурень, а просто трус.​— Нет.​— Тогда иди.