Время мертвых

Вопреки здравому смыслу Гвен любила бывать на кладбище. Особенно ночью, когда здесь было так живописно.

Лунный свет красиво смягчал очертания мраморных надгробий и каменных ангелов. Силуэты деревьев казались точно нарисованными тонким карандашом. А дорожка из светлой плитки напоминала серебряную цепочку.

Пятнадцатилетняя Гвен была художницей и видела в ночном кладбище нечто вдохновляющее. Ее не пугала близость усопших. Отец сказал однажды, что из всех людей на планете эти самые тихие, а ему она безоговорочно верила.

В ясные летние ночи Гвен обожала тайком выбираться из дома, проходить пешком один квартал и попадать на местное кладбище сквозь дыру в заборе. Здесь она почему-то чувствовала себя очень спокойно и могла рисовать часами.

Родители в это время мирно спали. И ни одна живая душа в сонном городишке не подозревала о ночных вылазках Гвендалин Фрост.

Но сегодня все было иначе.

Холодный ветер безжалостно трепал макушки деревьев, утробно завывая в ночной тишине. Длинные тени домов и припаркованных вдоль улицы машин пугающе тянулись к ней в свете качающихся фонарей. В небе раскатисто каркали взволнованные вороны. Пролезая сквозь дыру в заборе, Гвен зябко ёжилась и уже жалела, что вообще вышла сегодня из дома.

Выпрямившись, она увидела огонёк вдалеке. Неужели кто-то развёл костёр прямо посреди кладбища? Поддавшись любопытству, Гвен, крадучись, пошла на свет.

***

Так далеко от входа ей бывать ещё не приходилось. Огонёк оказался ярким пламенем, и девушка с удивлением обнаружила, что вокруг собралась огромная разношерстная толпа странно одетых людей.

Их было несколько сотен!

Мужчины в средневековых сюртуках с потрепанными лацканами. И те, кто был одет современно, но слишком торжественно для кладбища в превосходно отутюженные и какие-то чопорные костюмы с бабочкой. Одни дамы блистали кринолинными платьями, покрытыми почему-то путиной и пылью. А другие, помоложе на вид, были в брюках и курили трубки. Гвен увидела даже парочку детей в старомодных башмаках и кепи, которые давно уже никто не носил.

Несмотря на яркое пламя костра, лица всех присутствующих казались пепельно-серыми. Собравшиеся негромко переговаривались и смотрели куда-то в центр.

Заворожённая столь необычным зрелищем Гвен спряталась за одним из надгробий и уставилась туда же.

Через пару минут на высокий постамент возле костра взошла красивая строгая дама с надменным лицом. На ней было некогда благородное, а теперь откровенно древнее бархатное платье и горностаевая мантия. На груди и в ушах сверкали бриллианты. В руках она держала старинный веер.

- Внимание! — ее властный резкий голос напугал не только Гвен, собравшиеся тоже притихли. - Итак, эта ночь, наконец, настала. Раз в сто лет нам дозволено собираться здесь и приветствовать тех, кто пополнил наши ряды. Но прежде давайте поблагодарим древнего кладбищенского духа за этот щедрый дар безмолвным коленопреклонением, — и все, как по команде, опустились на землю и понурили головы.

Поддавшись всеобщему порыву, Гвен тоже присела в своём укрытии и принялась с интересом рассматривать присутствующих.

Кто они? Откуда? У них маленький городок, вдруг в толпе есть знакомые?

Загоревшись этой мыслью, Гвен стала всматриваться в тех, что были к ней ближе всего, в надежде кого-то узнать. Но тщетно. Бледные лица не говорили ей ни о чем.

Один мужчина привлёк ее внимание. Статный, в камуфляжной форме и высоких армейских ботинках он держал в руках ружьё. Как будто прибыл на эту ночную сходку прямиком с охоты.

Гвен однажды видела такое у соседа, мистера Кроули. Он был заядлым охотником, но, увы, это увлечение его и погубило.

Около года назад их городок поразило известие о его трагической гибели во время осеннего сезона. Он охотился с товарищами ночью, что было, конечно, запрещено, и в темноте один из охотников, приняв мистера Кроули за оленя, случайно его подстрелил... К сожалению, раненого не успели довезти до больницы. Он скончался от сильной кровопотери прямо в машине скорой помощи.

День его похорон был очень печальным. Все вокруг плакали, особенно миссис Кроули. А дома отец сказал, что вместе с ним в гроб положили и его ружьё...

«Охотник» вдруг обернулся, и от ужаса Гвен чуть не вскрикнула. Перед ней — никаких сомнений — стоял мистер Кроули!

***

От страха сердце Гвен застучало, как бешеное. Что тут происходит? Старое кладбище. Странно одетые люди с пепельными лицами. И человек, которого давно нет в живых... Черт возьми, да она угодила на настоящую встречу мертвецов!

С минуту мысли в ее голове метались, как испуганные мыши. Как такое возможно? Что делать? Бежать? Звать на помощь? Или...?

Гвен сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Точно во сне дрожащими руками, не веря в то, что она действительно это делает, девушка достала блокнот и карандаш. Это нужно зарисовать! В конце концов, не за этим ли она тайком приходит на кладбище по ночам? Не в надежде ли увидеть нечто невероятное?

И хотя все ее существо умирало от страха, художник внутри уже принял отчаянное решение остаться. Чтобы не передумать, она тут же принялась за работу.

Несколько легких штрихов, и на белом листе появились очертания печального каменного ангела, за которым укрылась сама Гвен. Ещё с десяток взмахов руки, и холст украсила фигура дамы в горностаевой мантии.

Время шло, рисунок оживал, становился все детальнее. Гвен по-настоящему увлеклась и почти забыла, где она. Девушка как раз работала над образом мистера Кроули, когда услышала слова дамы в горностаевой мантии:

- А теперь пришло время для свершения древнего обряда. Много веков мир мертвых находится в тени мира живых. И за это один раз в сто лет те, кто живет под солнцем, должны платить тем, кому не суждено его видеть, — на секунду она замолчала и обвела присутствующих пристальным взглядом. - Обычно мы отправляем на поиски жертвы новоприбывших, но сегодня она пришла к нам сама. Среди нас есть та, в чьих жилах течёт горячая живая кровь! — по рядам мертвецов прошла волна изумленного шепота, а дама в горностаевой мантии указала костлявым пальцем на ангела, за которым пряталась Гвен. - Она там! Схватите ее и приведите сюда! Священный костёр давно ждёт!

Ужас проник в каждую клеточку тела Гвен. Она вдруг поняла, в какую опасную передрягу попала! Впереди бесконечные ряды мертвецов, а позади только спящий город. И никто ее не спасёт!

***

Ноги одеревенели. В горле застрял крик ужаса. А в голове нервно пульсировала только одна мысль: ЧТО ДЕЛАТЬ?!

Но оцепенение длилось недолго. Стоило одному из мертвецов сделать в ее сторону первый шаг, как тело среагировало само. Древний инстинкт самосохранения мгновенно распорядился: БЕЖАТЬ!

Едва Гвен рванула к выходу с кладбища, за ней подхватилась вся мертвецкая орда. Продираясь сквозь колючие кусты можжевельника, она слышала позади себя зловещий топот и хруст заплесневелых костей.

Сердце колотилось где-то в районе горла. Легкие горели. Но Гвен не останавливалась. Уже возле самой дыры в заборе девушка обернулась и, заворожённая страшным зрелищем, замерла на месте.

Те, кого она недавно приняла за людей, теперь потеряли всякий человеческий вид. Кожа истлела и свисала со скелетов сухими ошмётками. Одежда превратилась в старые, грязные лохмотья, а на месте лиц были сгнившие безносые черепа с чёрными пустыми глазницами.

Они бежали к ней, как обезумевшие голодные псы. Перескакивали на ходу через памятники и могилы, страшно шипели и клацали челюстями.

Эта картина леденила кровь! На секунду художница внутри Гвен пожалела, что умрет, так и не дорисовав. Пожалуй, это была бы ее лучшая работа. Встреча мертвецов. Последнее, что довелось увидеть Гвендалин Фрост в своей жизни. Ведь шансов на спасение у неё не было — мертвые неумолимо приближались.

Приготовившись к неизбежному, Гвен прижалась к забору и зажмурилась. Вот-вот ее должны схватить и сжечь на костре в угоду древнему кладбищенскому духу. Думать об этом не хотелось, и Гвен стала бормотать первую попавшуюся молитву.

Внезапно вокруг все стихло.

Гвен осторожно открыла один глаз и увидела, что мертвые исчезли. Ее больше никто не преследует!

Не веря своему счастью, девушка огляделась по сторонам. Кладбище вновь стало пустынным и тихим. Даже птицы ещё не проснулись. Отдышавшись, она выбралась наружу сквозь дыру в заборе и попыталась понять, что же их остановило.

Ответ подсказал упавший к ногам луч солнца. На самом краю посветлевшего горизонта занимался спасительный новый день. Невероятно, но Гвендалин Фрост была все ещё жива и крепко сжимала в руках рисунок, на котором жуткое ночное происшествие было запечатлено в мельчайших подробностях.

Гвен достала карандаш и тонким дрожащим почерком подписала в углу: «Время мертвых. Случай, который изменил мою жизнь». А потом, подумав о том, как могут отреагировать родители, добавила: «Фантазия». И едва держась на ногах от пережитого, она заторопилась домой.