42. Встреча выпускников

  Утром Юн Со проснулся пораньше. Ему нужно было уйти из дома до того, как проснётся Хана. Он не мог с ней поехать на встречу одноклассников, на то были свои причины, в которые он не посвящал её и не хотел, чтобы из-за этого у неё нарушались планы. Он долго стоял у кровати над спящей Ханой, всматриваясь в её милое, умиротворённое лицо. Он не знал, вернётся ли он сегодня и увидит ли её вообще... Он провёл тыльной стороной пальцев по её тёплой коже щёк, по волосам, заправил за ухо выбившуюся прядку. Сожалея о том, что у них было так мало времени и он так мало смог дать ей своей любви, Юн Со спешно вышел из комнаты. На выходе из дома помощники проводили своего босса низким поклоном. Ивао, ещё надеясь, что он передумает, тронул его за руку, но Юн Со, задержавшись возле него на пару секунд, решительно покинул дом. 

Хана ждала Юн Со на перроне, тревожно поглядывая на часы. Её одноклассники, разместившись в вагоне, веселились и дурачились, пребывая в радостном предвкушении предстоящей поездки в родной город. Мика и Рю стояли рядом с дверями электрички, ожидая Хану. - Хана! Пошли, а то опоздаем! - поторопила её Мика, подбежала к ней и взяла под руку. - Юн Со придёт! Он обещал, - Хана взглянула на лестницу, ведущую на перрон. - Правда? - обрадовалась Мика и, проследив за её взглядом, возбуждённо затопала ногами. - Быстрее бы он пришёл!!! Из вагона выбежали их одноклассницы и потащили подружек к дверям. Хана остановилась, достала телефон и набрала номер Юн Со. Он всё-таки пришёл проводить её и, притаившись за углом, наблюдал за ней сверху лестницы, когда в кармане его пальто завибрировал мобильник. - Хана? - ответил он на вызов. - Юн Со, ты где? - взволнованно спросила она. - Электричка уже отправляется, быстрее! - Езжай первая, я подъеду позже, - как можно спокойнее ответил он, не сводя с неё своего печально взгляда. - Я подожду тебя, не волнуйся! Поедем на следующей, - улыбнулась Хана в ответ. - А-а-а, нет-нет... не жди, поезжай с друзьями, - попросил Юн Со, пытаясь улыбаться в трубку, чтобы ничем не потревожить её. - Значит, ты потом подъедешь? - немного огорчилась она. - Да... Надеюсь, ты поймёшь, если я задержусь чуть-чуть дольше? Раздался предупреждающий сигнал об отправке электрички и Хана не расслышала конец фразы. - А? Что? Юн Со... Я буду ждать тебя... Юн Со, привези с собой торт! Самый вкусный! Приезжай скорее! Я буду тебя ждать! - выкрикнула она. - Хорошо,.. - пообещал он, совсем неуверенный в том, что сумеет исполнить её желание. - Ты должен прийти! Должен! - убедительно повторила Хана. - Конечно... - твёрдо ответил он, стараясь, чтобы не дрогнул голос. - До встречи... - тихо проговорила она и между ними повисла недолгая пауза. Не так они должны были попрощаться. Юн Со был не в состоянии сказать ей "прощай" и не решался закончить разговор. - Ты... больше ничего не хочешь мне сказать? - спросил он Хану. Она молчала, тревожно сведя брови. Почему-то ей казалось, что он прощается с ней. - Ничего? Совсем ничего? - настойчиво спрашивал Юн Со, подключив к своему голосу игривые нотки. - Я люблю тебя, Юн Со. Люблю... - прошептала она в трубку и сразу же услышала гудки отбоя. Юн Со закрыл телефон и проговорил в ответ: - Я люблю тебя... Хана огорчённо посмотрела на замолчавший мобильник, захлопнула крышку и убрала его в карман пальто. Девчонки, наконец, затащили её в вагон, она уселась на сиденье и, взглянув в окно, вдруг увидела Юн Со наверху лестницы. Лицо его было очень неспокойным и Хана встревожилась ещё больше. Почему он всё-таки приехал, но не подошёл к ней? Что-то случилось... Она быстро сняла с шеи свой крестик, поднесла к губам и поцеловала. "Защити его" - прошептала она и, подбежав к уже сходившимся дверям, бросила крестик сквозь щель на платформу. Юн Со бегом спустился с лестницы и выбежал на станцию, когда электричка уже отошла от перрона. Он присел на корточки, поднял крестик и сжал в пальцах ещё тёплый металл. - Я не заставлю тебя долго ждать, - проговорил он и перевёл свой взгляд на удаляющийся последний вагон. - До тех пор, пока я не смогу появится перед тобой с чистой совестью, жди меня... Он приложился губами к распятию и долго смотрел вдаль, пока электричка совсем не исчезла из виду.

- Юки! Ты не можешь! - Мэй поймала его у выхода со станции и схватила за руку. - Если ты сдашься, тебя убьют! Ему нечего было ей ответить, он принял верное решение и отступать не собирался. Юн Со отдёрнул от неё руку, прошёл через турникет и вышел из здания станции. - Юки! Юки! - она бросилась за ним следом, пытаясь остановить его. Но он быстро забрался в машину и рванул с места. Мэй села в салон своей машины и, выехав на дорогу, пристроилась ему в хвост. Всю дорогу она пыталась поравняться с ним, сигналила и кричала через открытое окно, чтобы он хотя бы обратил на неё внимание. Но Юн Со был несгибаем и твёрдо двигался к намеченной цели, отрываясь от неё. Он уже подъезжал к полицейскому участку, свернул на пустынную улочку, как вдруг на дорогу выскочил мальчишка-разносчик газет и встал перед машиной. Юн Со едва успел резко затормозить. Облегчённо выдохнув, он сделал жест рукой, чтобы тот проходил, но мальчишка остался стоять, крепко прижимая к себе пачку газет. Юн Со посигналил, но газетчик упрямо стоял на месте. Юн Со посигналил ещё и ещё раз, но парень даже не двинулся с места. Ничего не понимая, Юн Со вылез из машины, подошёл к газетчику и отодвинул его с дороги. Возвращаясь в машину, он не заметил, как откуда ни возьмись на него сбоку налетел Шимада. В его руке сверкнуло лезвие ножа. Юн Со успел резко увернуться, но якудза всё-таки ударил его и он почувствовал обжигающую боль. - Нееет! - закричал Юн Со, опрокинув Шимаду на асфальт. Испугавшись, что тот прикончит его, он схватился за бок и побежал через дорогу, прямиком к полицейскому участку. В это время Мэй, преследовавшая Юн Со, свернула на эту улицу и увидела, как Шимада бросился через дорогу следом за ним. В его руке она заметила нож. Она не могла допустить трагедии и, прибавив скорость, на полном ходу рванула за японцем. Он едва успел оглянуться назад на стремительно надвигающуюся на него машину, как от сильного удара о лобовое стекло его подкинуло вверх и отбросило далеко вперёд. Он рухнул на дорогу и замер. - Нет, нет, нет, - пробормотал Юн Со, подбегая к неподвижному телу на асфальте. Его голова была размозжена и кровавое месиво на лобовом стекле говорили о том, что Шимада был скорее всего мёртв. - Нееет! - закричал Юн Со, упав на колени перед ним. - Вставай! Вставай! - он приподнял голову японца, не веря в происшедшее. - Ты не можешь умереть! - он приложил пальцы к его сонной артерии и, не почувствовав её пульсации, зарыдал. - Нееет! Нееет! Вставай! Ты же не умер! Ты не можешь умереть, сволочь! - он тормошил безжизненное тело, отказываясь верить в то, что Мэй убила его. - Ты же не умер! Не умирай, гад! Ты же не умер, не умер! Мы же должны были вместе пойти в полицию! Я обещал Хане, что вернусь! Ты не можешь умереть! Тогда я не смогу пойти к Хане! - обливаясь слезами он тряс как грушу безжизненное тело. - Шимада, открой глаза! Пожалуйста, не умирааай! 

Дрожа всем телом, Мэй вылезла из машины и подошла к Юн Со. - Ты так сильно любишь Хану? - спросила она, не сдерживая слёз отчаяния. - После того, как я сдамся полиции, я хочу вернуться к Хане с чистой совестью, - ответил Юн Со, роняя слёзы на мёртвое тело. - Это любовь? - едва шевеля мокрыми губами, спросила она. - Весь этот бред и есть любовь? А я? Как же я?.. Даже перед страхом смерти, ты не полюбил бы меня... - Зачем ты убила его? - закричал на неё Юн Со, не сдерживаясь. Слёзы крупными градинами непрерывно катились по его лицу. - Мне было так тяжело расставаться с Ханой. И теперь опять придётся её оставить! - он плакал, не стесняясь своих горьких слёз, его сотрясала крупная дрожь. - Она слишком долго ждала! Зачем ты убила его?! - истошно кричал он. Чувство отчаяния и безысходности охватило его, он опустил голову, содрогаясь от рыданий. Мэй поняла, что у него начинается истерика. Она присела возле него на корточки, обхватила его голову руками и крепко прижала к себе, гладя по стриженым волосам. Она чувствовала, как его трясло. Но надо было быстрее убираться отсюда, с минуты на минуту могли нагрянуть полицейские. Она попыталась оттащить Юн Со от тела Шимады. - Уходи... Это я его убила... Уходи и живи счастливо с Ханой! Уходи!.. - выкрикнула Мэй, отпихнув его от себя. Вдруг он поднялся на ноги и, схватив её за руку, потащил к машине. - Тебя здесь никогда не было. Ты ни в чём не виновата, - сказал он, усаживая её в салон. - У тебя хорошо получается врать. Уезжай! Я всё устрою. Но Мэй вылезла и прильнула к Юн Со всем телом. - Давай... уедем обратно в Корею, а? - жалобно проговорила она. - Прощай, - ответил Юн Со, усадив её обратно в салон, но она выскочила и бросилась ему на шею. - Я хочу быть с тобой. До самой смерти. Юки... с тобой я ничего не боюсь... - она неистово обнимала его, но он решительно оторвал её от себя. - Уезжай.

Отправив Мэй подальше от места происшествия, Юн Со, скрываясь от преследования, бежал по улицам в поисках кондитерской. Он тяжело дышал, держась за раненый бок. Он помнил про просьбу Ханы и непременно должен был выполнить её. Он должен приехать. Она ждала его... ...Ребята приехали в родной город и шумной толпой остановились у местной гостиницы. Хана отошла в сторонку, чтобы сделать звонок. - Хана, пошли! Быстрее! - Мика потянула подругу за рукав, но та отцепилась от неё и достала из кармана телефон. Всё утро сердце её было неспокойно, она не могла побороть в себе какое-то дурное предчувствие и ей нужно было услышать голос Юн Со, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Она набрала его номер, но ей никто не ответил. Это ещё больше усилило её тревогу. Беспомощно вздохнув, она закрыла безмолвный мобильник, убрала его в карман и нехотя присоединилась к своим одноклассникам...   ...Заметив в одной из витрин торт, украшенный сверху взбитыми сливками и аппетитными сочными ягодами, Юн Со забежал в маленькую кондитерскую и, обливаясь потом, пристроился за одним из стоячих столиков. Прямо перед его глазами работал телевизор, и продавец, прервав работу за прилавком, обратил своё внимание на экстренные новости.

"Сегодня утром в Токио, на улице, было найдено тело гражданина Шимады, который считался убитым два года назад в результате бандитской разборки" - передавала диктор. "На месте преступления был найден автомобиль предполагаемого убийцы. По данным полиции он принадлежит гражданину Хан Юн Со. Он является главным подозреваемым. Сейчас полиция ищет его..." На экране появились две фотографии - Шимады и Юн Со. Продавец подошёл ближе к телевизору. И хотя изображение было неважное, он настороженно перевёл взгляд на подозрительного посетителя в длинном чёрном пальто за столиком у окна - его лицо было в испарине, он тяжело дышал, словно от продолжительного, изнуряющего бега. Юн Со, стараясь спрятать взгляд, склонил голову. Продавец пытался разглядеть мужчину, чтобы сверить его лицо с фото на телеэкране, но вошедшая в кондитерскую женщина, быстро подошла к нему и загородила обзор. Ох, уж эта вездесущая Мэй! Как удачно она оказалась рядом! Сейчас её появление случилось как нельзя кстати. Она понимала, что создала Юн Со дополнительную проблему и злилась на себя за это. Она совершила невозможный, невероятный поступок и чувствовала себя виноватой. Осознавая непоправимость происшедшего, она, без лишних размышлений, бросилась за ним, чтобы хоть как-то помочь ему. - Юки, вот ты где! - воскликнула она. - Покупаешь тортик для меня? – мило улыбаясь, она оглянулась на продавца и тот, неопределённо пожав плечами, вернулся за прилавок.

Вскоре, держа в руках коробку с упакованным тортом, Юн Со и Мэй спешно покинули кондитерскую, но сразу же были замечены полицейскими, ожидающими с противоположной стороны улицы переключения светофора. Мэй видела, что Юн Со был уже ослаблен от раны и бега по улицам, и понимала, что им вряд ли удастся оторваться от преследователей. Стараясь не паниковать, она потащила его наугад вдоль улицы. Избегая хорошо просматриваемых мест, они свернули в первый попавшийся переулок, и Мэй на глаза сразу же бросилась вывеска отеля. Это было очень своевременно – надо было где-то отдышаться и обработать рану Юн Со. Не раздумывая ни секунды, она втолкнула его во вращающуюся дверь. Дверь совершила оборот и тут же скрыла беглецов за своими тёмными зеркальными стёклами от забежавших в переулок полицейских.

В снятом номере Мэй сразу же уложила Юн Со на кровать и расстегнула рубашку. Рядом со свежей раной она увидела наложенную повязку и поняла, что ранее он уже подвергался нападению. Девушка осознавала, какая реальная опасность нависала над ним и, жалея его всей душой, не смогла сдержать слёз. Она вытрясла найденную в номере аптечку и, обработав рану антисептиком, залепила её лейкопластырем. - Хана, Хана - пробормотал Юн Со, ощущая осторожные прикосновения её рук. - Слава Богу, рана несерьёзная,.. небольшой порез, - глотая слёзы, сказала Мэй, протягивая ему обезболивающую таблетку. Закрыв глаза и постепенно проваливаясь в забытьё, он продолжал звать Хану. Мэй была в полном отчаянии, слёзы ревности, не переставая, катились по её щекам. Опять Хана... Хоть она и понимала, что сознание Юн Со было сейчас затуманено, она не могла справиться со своим чувством обиды.... Хана снова была в своём родном городе. Как же она всегда скучала по нему - тому городу, где она была жизнерадостной девочкой, школьницей и была жива мама... Она проходила по родным улицам - тем самым улицам, где прошло её счастливое детство. Посещая дорогие сердцу места и в городе, и в школе, где проводились ежегодные встречи выпускников, Хана не могла не думать о Юн Со – ей очень его не хватало. Она ехала сюда и представляла их встречу. Он обязательно разберётся со своими делами и скоро приедет, и они снова будут вместе. Сейчас она тоже была счастлива по-своему. Эмоции переполняли её. Она пребывала в нетерпении от предстоящего свидания с ним и немного грустила... Открыв дверь класса, она сразу увидела его парту, за которой он когда-то сидел. Сейчас она была пуста и Хана задумчиво погладила ладошкой гладкую деревянную поверхность, присела за неё, представляя первое появление Юн Со в их классе. Потом встала и подошла к окну. О, этот вид... Воспоминания накрыли её с головой, и она увидела его, выбегающего босиком на футбольное поле. Он покружился под лёгким падающим снегом и упал навзничь... Её воспоминания были ещё ярки и довольно болезненны - она сожалела, что тогда была глуха к своим чувствам, из-за чего подвергла Юн Со ещё большим страданиям. Её снова охватило чувство неискупимой вины.

А в это время в спортивном зале Рю снова проводил традиционные спарринги со спортсменами школьной секции дзюдо. Восторженные болельщики были так поглощены состязанием, что никто не обратил внимания на бывшего выпускника, опоздавшего к началу. Так же, как и раньше он тихо подошёл к залу и встал в дверях. И только Мика, озираясь по сторонам в ожидании Ханы, заметила его и радостно возликовала: - Юн Со! Шум и крики сразу стихли, и все присутствующие повернулись к входной двери. - Юн Со! – воскликнул учитель математики, не скрывая своей радости. - Не хочешь вспомнить былое? – обратился Юн Со к Рю, застывшему от неожиданности...

- Хана! Хана! Хана! – взбудораженная Мика забежала в класс и ударом по плечу вывела подругу из транса. – Он здесь! Юн Со здесь! – закричала она и, схватив ошарашенную Хану под руку, потащила за собой. И девушки со всех ног кинулись в спортивный зал. – Пошли! Пошли скорее! Приехал! Хане хотелось кричать от счастья, что она, наконец, прикоснётся к родному человеку. Они прибежали в зал, когда Юн Со и Рю уже стояли на ковре друг напротив друга и зрители скандировали: - Юн-Со! Сем-пай! Девушки расположились прямо на полу среди других зрителей. Под стойкие аплодисменты соперники поклонились друг другу и, приняв боевые стойки, стали сходиться. Рю, проделав пластичные движения на месте, сделал выпад вперёд и занёс над Юн Со руку с полусогнутыми пальцами, но тот остановил его. - Это не шутка, как в прошлый раз, - серьёзно объявил он на весь зал. - Проигравший выполняет просьбу победителя! Ну, как? – прищурившись, он обвёл зрителей загадочным взглядом, и болельщики ответили одобрительными криками. - Хорошо, - недовольно согласился Рю, проследив взглядом за Ханой. Они снова разошлись по разным сторонам, и под возглас начала состязания Юн Со первым бросился на противника, но тут же был отброшен на пол. - Братик... - тревожно пробормотала Хана, но Юн Со улыбнулся ей в ответ. Он поднялся на ноги и снова кинулся на Рю. Сцепившись с профессиональным спортсменом в схватке, он, однако, смог немного продержаться на ногах, неумело отражая приёмы, пока Рю снова не завалил его. Он ухватился за ворот его рубашки и стал прижимать Юн Со к полу. - Пожалуйста, проиграй, – вдруг тихо проговорил Юн Со, изо всех сил сопротивляясь сопернику. - Прошу тебя, проиграй. Не обращая на его слова внимания, Рю поднял Юн Со и, применив подсечку, бросил на ковёр. Обхватив его тело руками, он стал укладывать противника на лопатки. Сморщившись от боли в области живота, Юн Со взмолился: - Ты должен выслушать меня... Пожалуйста... Проиграй... - Что ты хочешь? – злобно спросил Рю, удерживая ненавистного соперника в захвате. - Женись на Хане... - острая боль полосовала его тело и Юн Со застонал, слёзы непроизвольно затопили его глаза. - Женись на Хане, - еле выдавил он из себя, теряя силы. Он схватил Рю за ворот кимоно и, притянув его к себе ближе, проговорил прямо в лицо: - Это моя просьба. Пожалуйста... Пытаясь оторвать от себя его руки, Рю с недоверием смотрел на соперника, не понимая, что так мучает его. Юн Со что есть мочи сжимал кулаки, не выпуская ткань из пальцев. Наконец, Рю удалось оторвать слабеющего Юн Со от себя, он оттолкнул его на пол, и отошёл к краю ковра, признавая продолжение борьбы бесполезной тратой времени и сил. Но Юн Со, собрав в себе силы, поднялся и с разбегу накинулся на Рю, завалив его спиной на ковёр. Обхватив его за шею, он придавил его к полу и, еле-еле сдерживая сопротивление, ещё раз взмолился: - Пожалуйста... пожалуйста, пойми, что я чувствую сейчас... Ты единственный, кто может защитить Хану... С этими словами он с мольбой посмотрел в лицо разъярённого Рю, вцепившегося в ворот его рубашки мёртвой хваткой. - Я... почти уже труп, - превозмогая боль, пробормотал Юн Со, и Рю враз обомлел, осмысливая услышанное. Он смотрел каким-то жалобным, мученическим взглядом в полные страдания глаза Юн Со и чувствовал, как мурашки покрывали его тело. Он медленно разжал пальцы, выпустил из них ворот его рубашки и опустил руки на пол. Юн Со встал на ноги и, протянув сопернику руку, помог ему подняться. Несколько секунд они стояли молча плечом к плечу, а зрители скандировали, провозглашая победителем Юн Со. - Спасибо, что проиграл, - он тихо поблагодарил Рю и они поклонились друг другу.Потом он подошёл к Хане, смотревшей на него счастливыми глазами, взял за руку и поднял с пола. Вывел её в центр зала и остановился рядом с Рю. Растерявшись, она уставилась на Юн Со в замешательстве, но увидев его улыбку, обращённую к ней, тоже улыбнулась ему в ответ. В зале все затихли в ожидании какого-то кульминационного момента. - Хана... Выходи замуж за Рю, - вдруг во весь голос произнёс Юн Со на своём родном языке. Улыбка медленно сползла с лица Ханы и она остолбенела словно парализованная. На мгновение в воздухе повисла напряжённая пауза.- Что он делает? Что? Что он сказал? – закричали наперебой ребята. - Мика, переведи нам! – Сакуро подняла девушку с пола и вытащила в зал. "Хана... Выходи замуж за Рю" – растерянно пробормотала Мика, не понимая, что происходит. Юн Со отпустил руку Ханы и опустился перед ней и Рю на колени.   - Хана, - обратился он к ней. - Я... любил тебя. Даже несмотря на то, что юридически мы были родственниками, критика по отношению ко мне не была для меня проблемой. Это была моя юношеская смелость. Но... мне не хватило решительности любить тебя по-настоящему так, как тебя любит Рю... невзирая на все сложности в ваших отношениях. На это нужна настоящая смелость... - по мере продолжения обращения к ней, глаза Юн Со наполнялись слезами, и было очевидно, что ему очень тяжело давались эти слова неправды, чтобы убедить Хану остаться с Рю. Как ему было невыносимо больно отдавать любимую девушку другому, хоть и очень хорошему и достойному мужчине. Хана стояла ни жива, ни мертва. Его слова повергли её в шок, она оторопела и, не шелохнувшись, распахнутыми глазами, с каким-то бессмысленным взглядом смотрела на коленопреклонённого Юн Со. Она совсем не понимала, что происходило. Почему после всего, что случилось с ними в последние дни, он снова отказывался от неё? Что могло произойти во время его отсутствия? Где он был? Ошарашенная происходящим, она не могла поверить что Юн Со говорил искренне, и безмолвно мотала головой. Не сдержалась, уронила столько горьких слёз. Так ждала, и так любила... Неужели для него всё было не всерьёз?.. В её потерянном виде было столько невысказанного отчаяния и безысходности, что у Юн Со не хватило выдержки смотреть ей в глаза твёрдо и прямо. Да и сам он боялся, что по его глазам, утонувших в слезах, Хана догадается о его истинных чувствах. Он опустил голову, и крупные прозрачные капли упали на пол у его коленей. Он с ней прощался, глядя не в глаза, в уме запоминая очертанье. Он знал - не лопнула струна, любовь осталось тайной... в наказанье...*- Вы, оба, простите меня, пожалуйста, - дрожавшими губами проговорил он, не поднимая головы. Потом, собравшись с духом, осмелился посмотреть на неё... и, казалось, за несколько секунд между ними произошёл странный молчаливый диалог — он просил прощения, пытался что-то объяснить ей и самому себе...Он говорил про жизнь и про судьбу, а боль его нещадно линчевала. Она его тогда не понимала, шептала, очень тихо: - Почему?.. Не отпускай любовь мою! Прошу! Она тебя не раз ещё согреет! Ведь я тобой, как воздухом дышу, а по-другому вовсе не умею... Оставь нам тоненькую нить, не дай ей повод оборваться, ведь души будут вновь скитаться, а вот легко ли нам забыть? Найти сложней, чем потерять... Сведут ли нас дороги снова?.. Ты знаешь... Нет! Я не готова! И не могу тебя понять...* С трудом сдерживаясь, он продолжил: - Я хочу, чтобы вы были вместе... Пожалуйста. Исполните мою просьбу. Я пришёл, чтобы сказать вам это, - с этими словами он поднялся с колен, подобрал с пола пальто и туфли, и под пристальными взглядами собравшихся медленно вышел из зала. Сидящие на полу, расступились, освобождая ему проход. Находясь под впечатлением от развернувшейся на их глазах драмы, никто из присутствующих не посмел себе даже шёпотом обменяться с соседом впечатлениями – в зале стояла мёртвая тишина.Юн Со вышел из здания школы с чувством полного опустошения и одиночества. Потеря любимого человека для него была равносильна потере смысла жизни. Пребывая в подавленном состоянии, он на автомате спустился с лестницы, словно прощальным взглядом обвёл двор и не сразу обратил внимание на Мэй, которая с надеждой смотрела на него, ожидая возле машины. Он растянул губы в подобии улыбки, не в силах спрятать своего безутешного горя, плескавшегося в его глазах. Он услышал позади себя скорый топот ног, но не обернулся. Юн Со ожидал, что Хана непременно побежит за ним следом и, с трудом сохраняя холодную выдержку, не оглядываясь назад, подошёл к Мэй. Выбежавшие вместе с Ханой старшеклассники, увидев во дворе бывшую выпускницу, притормозили на крыльце и с любопытством зевак остались наблюдать за развитием события. - Помоги мне, - проговорил Юн Со неживыми губами без малейшей эмоции на отрешённом лице.Поразмыслив пару секунд, Мэй тихо спросила: - Хочешь, чтобы я подыграла тебе? Ничего не ответив, Юн Со на виду у всех обнял её за плечи и, притянув к себе, сделал вид, что целует в губы. Горькая слеза выкатилась из уголка его глаза и замерла на щеке прозрачной холодной капелькой, впитавшей в себя всю его боль.- Этого не может быть... - пробормотала Хана, до глубины своей души поражённая увиденным. - Не может быть. Просто не может... Ты обманываешь меня. Ты обманываешь... - шептали её губы. 

Мика, всей душой сочувствуя своей подруге, держала её за руки, пытаясь хоть как-то успокоить её, чтобы она чувствовала её поддержку.Рю, стоявший позади всех, с не меньшим интересом наблюдал за происходящим. Он с самого начала не воспринял всерьёз слова Юн Со, и всю сцену с борьбой в спортивном зале принял за хорошо разыгранный спектакль. Он перевёл взгляд на Хану – весь её внешний вид был наполнен таким явным ощущением своей беспомощности перед случившимся, что сердце его невольно сжалось от сочувствия. Он не смог вынести неприятной сцены, разыгравшейся прилюдно, и вернулся в здание школы.- Спасибо, - пробормотал Юн Со, отстранившись от Мэй. Взял её за руку и посадил на водительское место. - Этого не может быть... - упрямо твердила Хана, наблюдая, как он обошёл машину, сел рядом с сестрой и они быстро сорвались с места. Хана отказывалась верить, что всё это время Юн Со, её самый родной человек, в своих чувствах метался между ней и её сестрой и в конце концов выбрал холёную красавицу Мэй. Поэтому ни разу не сказал, что любит её... Слёзы невосполнимой потери заливали её лицо.- Этого не может быть! - закричала она, оттолкнулась от Мики и бросилась следом за удаляющейся машиной. - Этого не может быть!!! Юн Со! Юн Со! - кричала она, не желая отпускать любимого. Она до самых ворот бежала за ним и надеялась на чудо до последнего момента, даже тогда, когда было ясно, что надеяться поздно – Юн Со оставил её ради Мэй. Наконец, Хана выбилась из сил и остановилась в конце аллеи, провожая взглядом машину пока та, покинув территорию школы, не выехала на трассу. В зеркало заднего вида Юн Со видел её тщетные попытки изо всех сил догнать их и еле-еле сдерживался, чтобы не разрыдаться, испытывая бесконечное сострадание к Хане, которую теперь любил ещё сильнее.- Пойми! Назад не повернуть! Прости за всё, что с нами было, и, что бы ты ни говорила, былого больше не вернуть... И листопадная аллея запрячет тайну нашей встречи, и о былой любви жалея, в ночи сгорая, плачут свечи...*______________________________* - © Copyright: Лана Солнышко