Якира считает что он имеет право исправить себя

Якира стоит перед зеркалом.Ушки чуть прижаты, будто уже заранее извиняются за своё существование.

В руке — ножницы.

Он смотрит на отражение так, словно это враг, которого надо устранить.

— …Если Госпожа заметила… значит, это мешает.

Рука дрожит.

Он поднимает ножницы чуть выше.

Останавливается.

— …Больно будет…

Тихо. Почти шёпотом.Но всё равно подносит ближе.

И тут—

Дверь резко открывается.

— Я зубы—

Т/И замирает.Он — тоже.

Секунда.

Две.

Якира резко прячет ножницы за спину, как ребёнок, которого поймали с чем-то очень неправильным.

— Госпожа!

— И зачем? — спокойно, но уже с тем самым тоном.

— Я… ничего.

— Ты стоишь перед зеркалом с ножницами?

— Я…какие ножницы?

— Якира, позади тебя зеркало, я не тупая.

Он молчит.

Т/И медленно делает шаг ближе: — Покажи.

— Это не—

— Якира.

Тихо.

Он медленно вытаскивает руку.

Ножницы.

Т/И смотрит.Потом поднимает взгляд на него.

— Ты что собирался делать?

Он сжимает ножницы сильнее.

— Убрать.

— Что?

Тишина.

Он чуть опускает голову.

— Это.

И слегка дёргает ушком.Очень плохая пауза.

Т/И: — …Ты сейчас серьёзно?

— Вы заметили.

— И?

— Значит… это лишнее.

— Я сказала «милые».

— Это значит, что они заметны.

— Это значит, что они милые.

— Это значит, что они… не должны мешать.

Т/И медленно протягивает руку… и забирает у него ножницы.

Он даже не сопротивляется.

— Ты идиот.

— Да, Госпожа.

— Нет, серьёзно. Ты вообще подумал, ЧТО ты собираешься сделать?

— Да.

— И?

— Это решит проблему?

— ЭТО СОЗДАСТ ПРОБЛЕМУ!

Он чуть вздрагивает от громкости. Ушки прижимаются сильнее.

— Я… не хотел вас расстраивать.

Т/И на секунду замирает.

Потом резко берёт его за лицо.С двух сторон. Поднимает, чтобы он смотрел на неё.

— Слушай меня.

Он застывает.

— Если я говорю, что что-то у тебя милое — это НЕ повод это отрезать.  Это повод оставить это в покое.

— …Правда?

— НЕТ, Я ШУЧУ, КОНЕЧНО, ОТРЕЖЬ СЕБЕ ПОЛ-ГОЛОВЫ.

— Я понял.

— НЕ ПОНЯЛ.

Она вздыхает.

И чуть мягче:

— Якира.

— Да, Госпожа.

— Твои уши — нормальные.  Более того… — она слегка касается одного, — они реально милые.

Он замирает.

Полностью.

Как будто его снова током ударило… но мягко.

— …Вы… уверены?

— Да.

— Их не нужно… убирать?

— Нет.

— Точно?

— Я сейчас тебя уберу, если ты ещё раз это скажешь.

Он кивает.

Медленно.

Ножницы уже у неё.

Он… опускает руки.

И впервые за всё время… не прячет уши.

Т/И отходит к раковине: — Я пришла зубы чистить, вообще-то.

— Простите.

— И не бери больше ножницы без моего разрешения.

— Да, Госпожа.

Он тихо: — …Спасибо.

Она, уже с щёткой: — За что?

— За то, что… разрешили оставить.

Она смотрит на него через зеркало.

— Я не «разрешила».

— …

— Они изначально твои.

Он не отвечает.

Но уши… впервые не прижаты.