Т/И сфоткалась с Куроэмоном

В особняке стояла удивительная тишина.

Та самая, которая настораживает.

Когда либо все спят, либо произошло что-то непредвиденное, но пока никто не знает об этом.

Куроэмон, как всегда, невозмутимо шёл по коридору с подносом чая.

Как всегда, его движения были беззвучны и безупречны.

Он двигался так, словно гравитация и суета заключили с ним негласный договор о ненападении.

И тут...

- КУРОЭМООООН!!!

Куроэмон не вздрогнул от неожиданности, хотя любой другой на его месте уже давно бы потерял душу где-то возле люстры.

Он просто обернулся и увидел бегущую к нему Т/И.

- Добрый день, госпожа.

- Куроэмон!

- Да?

- Сфотографируйся со мной!

- Конечно.

- Всё?

- Всё.

Т/И с подозрением прищурилась.

- Ты даже не спросишь зачем?

- Нет.

- Почему?

- Потому что вы попросили.

Логика Куроэмона была настолько простой, что спорить с ней было невозможно.Через минуту они уже стояли возле окна.

Т/И радостно подняла телефон.

Куроэмон аккуратно встал рядом, заложив руки за спину.

Его осанка была безупречна, а лицо выражало спокойствие, словно его собирались фотографировать для портрета в музей.

Щёлк!

Т/И посмотрела на снимок.

- Не-е-е.

- Что-то не так?

- Ты слишком официальный.

- Прошу прощения.

- Не извиняйся.

- Хорошо.

- Улыбнись.

Куроэмон улыбнулся.

Совсем немного, но очень тепло.

И почему-то сразу стал похож не на загадочного бессмертного дворецкого, а на доброго дедушку, который тайком даёт детям конфеты.

- Вот! Так лучше!

Щёлк!Щёлк!Щёлк!

Через пять минут фотографий было уже подозрительно много.

Куроэмон терпеливо стоял, пока Т/И не объявила:

- Теперь смешную.

- Смешную?

- Да.

- Боюсь, я не умею.

- Неправда.

- Правда.

- Нет.

- Хорошо.

Т/И задумалась.

Затем внезапно подняла над его головой два пальца.

- Заячьи ушки!

Щёлк!

Куроэмон посмотрел на результат.

И вдруг тихо усмехнулся.

Настолько тихо, что Т/И сначала решила, что ей показалось.

- Госпожа.

- М?

- Ты сердишься?

- Нисколько.

Он посмотрел на фотографию ещё раз.

- Получилось довольно мило.

Т/И победно подняла руки.

- Я знала!

- Разумеется.

- Ты лучший.

- Благодарю.

И пошёл дальше по коридору со своим подносом.

Спокойный.

Невозмутимый.

С достоинством человека, который пережил десятки лет жизни и только что добровольно сфотографировался с заячьими ушками. Это тоже своего рода подвиг.