Часть 3. Блокноты и сигареты

   ***–Шаст, проснись! Тоха, блять. Антон! – Дима всеми силами пытался растолкать парня, да так, что бы этого не заметила учительница географии. (Ребятушки, я знаю что прошлым уроком была биология, но "***" означали, что и биология, и география уже прошли, так что сейчас, по сути, перемена после географии) В итоге Поз не сдержался и стукнул по голове своего друга толстым учебником. Шастун вздрогнул и чуть ли не подскочил на месте, хватаясь за голову–Ты, блять, ахуел? – довольно громко ругался парень, потирая голову. Поз уже скинул все вещи Антона в его рюкзак, а потому парню не надо было возиться с вещами. Ребята, попрощавшись с учительницей, вышли из кабинета, больше автоматически направляясь у лестнице и спускаясь на первый этаж. Только там Антон остановился и не понимающе посмотрел на очкастика, который так же замер, заметив резкую остановку друга.–Поз, подожди. А какой у нас сейчас урок? – Шаст достал телефон из кармана и отчаянно пытался его включить, но кнопка включения вновь не работала. Тогда парень начал агрессивно колотить пальцами по экрану, ведь по факту, на телефоне была установлена настройка "включение при двойном касании", но вряд ли бы это помогло. Когда парень перепробовал все способы включения телефона, он глянул на улыбающегося друга.–Русский, Тох. А телефон пора бы починить. Сколько ему лет уже? –Так а нахуя мы вниз пошли то? У нас кабинет русского на третьем этаже, если что. А телефону... – Антон запнулся, задумчиво разглядывая побитый телефон, будто там сейчас высветится ответ на вопрос Димы. – ну лет пять, не меньше.. – парень привычно подкинул телефон, да так, что тот прокрутился в воздухе и когда подросток попытался его поймать, больно ударил своим углом прям по нерву где то на ладони. Шаст поморщился, но телефон явно стоил дороже его руки, которая пройдет через пару минут, а потому Антон судорожно отбил телефон другой рукой и в конечном итоге устройство прилетело парню в переносицу, упав, слава всем Богам, в руки нашему бедолаге. –Scheiße, dieses verdammte Telefon, ich wünschte, es würde von einem Meteor getroffen!* – немецкими ругательствами парень привлек внимание пары старшеклассников из параллели и даже пары дежурных учителей, которые стояли у лестницы и тихо о чем то переговаривались. Дима стоял и тихонько покашливал в кулак, пытаясь скрыть смех, что у него плохо получалось. –Че ты ржешь? – наверное, это должно было прозвучать зло, но получилось больше жалобно-обиженно. Шастун потирал переносицу, глядя на свой смартфон как на врага народа. Позов, все ещё посмеиваясь, направился куда то в абсолютно противоположную сторону от лестницы.–Позов, бля! Ты куда? Мы вроде бы уже выяснили, что кабинет русского находится на третьем этаже, но уж точно не в стороне началки и актового зала!  Школа была устроена так, что на первом этаже по левую сторону лестницы находился кабинет директора, технологии (у мальчиков, у девочек кабинет трудов находился на третьем этаже), психолога и ещё несколько кабинетов. Дальше, по правую сторону лестницы, была большая дверь, которая вела в фойе** школы. Там находился стенд с информацией, раздевалки, шкафчики*** и все такое. Дальше по коридору были два входа, главный и запасной (автор не знает как грамотно это назвать, просто второй выход). Главный вход был ограждён турникетами, вход в школу был только по специальным карточкам. Второй вход-выход располагался напротив главного, и не был ничем ограждён, но на улице стоял забор со специальной кнопкой, которая находилась только во внутренней части школьного заднего двора. Вся эта защита, конечно, стояла больше для приличия, но что уж поделать. Рядом со входом располагалась вахта, а ещё дальше лестница, которая вела к библиотеке и актовому залу. По левую сторону лестницы находился спортивный зал, по правую  - раковины и столовая. Напротив входа в столовую стоял автомат с едой. Правда, цены там были вышли магазинных раза в три, а так школьников все устраивало. Так же рядом находился небольшой коридорчик, который вел к лестнице. Та же, в свою очередь, вела к кабинетам младшей школы.–Антон, если ты конечно не разучился считать за лето, то поймёшь, что прошло уже три урока, и сейчас большая перемена, так что я иду в столовую, занимать нам очередь, которая к этому моменту, скорее всего, дошла уже до Марса. – уже как то раздражённо ответил Дима, останавливаясь.–А, бля, столоооовая... – протянул парень. Пустой желудок тут же дал о себе знать, но Шастун, вопреки своим желаниям, ответил:–Я не пойду. У меня денег нету. – парень уже собирался пойти к лестнице, но его остановил оклик друга–Так у мелкотни порцию спиздишь! – улыбнулся Позов –Тооже верно – уже весело протянул Антон, комично разворачиваясь на одной ноге. Нет, ну вы представьте: длинная тощая шпала разворачивается на 180 градусов, стоя на одной ноге и при этом заваливаясь на бок!   Уже в столовой, пока Дима стоял в реально длиннющей очереди, Антон ходил по рядам младшеклассников, обходя все столики с одним и тем же вопросом "все кушать будут?". К сожалению, в столовой подавали вкуснейшие макароны с мясом, и потому все ответы были положительные. Вдруг подростка окликнула какая то учительница–Шастун! Будешь порцию? – она стояла у стола своих учеников и держала тарелку с макаронами, вопросительно глядя на парня.

Вы ещё спрашиваете, аэээ.... Блять, щас бы вспомнить кто она и как ее зовут... Ах, точно! Это же Юлия Валентиновна, моя учительница из началки!

–Юлия Валентиновна, ещё спрашиваете! Спасибо вам! – Антон, лучезарно улыбаясь, принял порцию из рук учительницы.–Подожди подожди, Антон. А что это у тебя с лицом?..

Блять.

–...подрался что ли? – учительница обеспокоенно разглядывала скулу парня.–Да, да, подрался... – ответил подросток, отходя от стола. Теперь в голове парня был всего один вопрос. Нахуй? Нахуй он взял эту порцию? Пусть он не ел уже около двух суток, он не чувствовал как такового голода. Шастун перемешивал ложкой эти аппетитные макароны с мясом, набирал в ложку, но съесть не мог. Просто не мог и все. Ну не лезло.

Ну блять, ну пиздец.

   За стол к Антону подсел Дима. Оставалось минут пять до конца перемены, поэтому в столовой было не так много людей. Позов, заметив кислый вид друга, обеспокоенно посмотрел на него, ожидая ответа на свой безмолвный вопрос.–Не хочу просто. – Шастун поднялся с места и понес свою так и не съеденную порцию к столу, где стояла грязная посуда, а столовщица ложкой сгребала в огромное ведро такие же недоеденные порции. Некоторые порции, даже не тронутые, стояли в сторонке, ожидая тех, кто их съест.

Хотят ли они этого на самом деле? Хотят ли они вообще чего либо? Пиздец, Тох, ты размышляешь о том, что хотят макароны. Ещё и сам с собой разговариваешь.

  Дима догнал друга уже в коридоре у лестницы, но парень, будто не заметив Позова, и перешагивая через ступеньки поднимался наверх.

–Тох, подожди! Антоха, бля! – Дима, запыхавшись, остановился рядом с парнем, который замер чуть ли не на середине лестницы. Шастун прикрыл глаза, чего не видел Позов, ведь тот стоял за спиной парня, медленно выдохнул и, обернувшись, спросил – Что такое? – Это я у тебя хотел спросить. Что с тобой происходит? Почему ты не поел? Ты не заболел случаем? – гора вопросов посыпалась на парня от, кажется, реально волнующегося друга. –Все нормально. Просто я был не голоден – Ложь. Но как еще объяснить другу то, чего сам не понимаешь? Хотя, парень в принципе понимал, что с ним... Но ответ явно не успокоит Диму. –Ты не можешь не хотеть есть, учитывая то, что ты вряд ли ел утром, а сейчас уже обед. – Протестовал парень, строго смотря на своего друга. Антон тихо выдохнул и, сжав руки в кулаки, тихо, почти что шепотом ответил, разделяя слова небольшими паузами– Я. Просто. Не. Хотел. – Быстро забежав по лестнице Шастун зашёл в кабинет, пройдя к любимой четвертой парте. Быстро вытащил учебник, тетрадь, пенал, дневник (ну нихуя себе, он взял дневник...) блокнотик, который почему-то не положил в пенал и буквально уронил свое тело на стул.

Почему. А я,блять, знаю, почему? "Почему ты не поел" "Ты не заболел случаем" и бла бла бла. Да отъебись ты от меня, чё прицепился? За собой следи...

  Когда прозвенел звонок, Поз уже зашёл в класс и успел приготовиться к уроку. В класс вошёл Арсений Сергеевич, и некоторые повставали со своих мест, дабы поприветствовать учителя. Тот лишь махнул рукой, мол, "садитесь, чё вскочили то?". Парень принялся разглядывать Попова, пытаясь уловить самые мелкие детали. Зачем? Антон сам не знал ответа. Ему нравилось разглядывать мужчину и вылавливать детали, которые просто так не заметишь. Идеальная укладка, выглаженная черная рубашка, серые джинсы, которые идеально очерчивали ноги учителя... Так, куда то его не туда занесло... Но что то в его сегодняшнем образе было ещё. Какая то мелкая деталь, которая не сильно бросается в глаза, но идеально подчеркивает образ. Точно. Глаза. А точнее не сами глаза, а очки. Закругленные очки с черной оправой, которые так прекрасно подчеркивали его черты лица. Антон даже представить не мог, что этот человек носит очки! Схватив блокнотик и найдя нужную страницу с рисунком Попова, парень быстро набросал черты очков. Сейчас настроения рисовать не было, но он просто обязан дорисовать очки к этому портрету!–Итак. Сегодня мы повторим некоторые темы девятого-десятого класса, так сказать, освежим память. Начнем с чего-нибудь детсадовского, к примеру лексикографика. Давайте, открывайте тетради, записываем все, что я записываю на доске... – Мужчина, подойдя к доске, взял мел и ровным, идеальным подчерком вывел: "Лексика. Фразеология. Лексикографика."

***  Где то к концу урока, когда Антон уже доделал заданные упражнения, он открыл свой блокнотик, глядя на рисунок мужчины. Поднял голову, глядя на Арсения Сергеевича, который что то писала в ноутбуке, стоящем на учительском столе. Снова на рисунок. И на Арсения Сергеевича. Похоже.   Рядом с рисунком оставалось достаточно свободного места, а поэтому парень, от "нечего делать"  начал чуть ли не каллиграфическим подчерком, что ему не свойственно, выводить буквы, складывающиеся в слова, строчки, предложения...

Твои глаза — как лёд Байкала,  В них глубь без дна видна.  Двух дней хватило, чтобы в них  Потеряться навсегда...

Перечитывая стих, зачеркивая слова, исправляя ошибки, подбирая более подходящую рифму, Шастун не заметил, как прозвенел звонок.–Итак, дети! Заканчиваем работу, сдаём тетради, домашку я вам пока что не задаю... – По классу разнеслись радостные возгласы, и подростки, быстро собравшись, покидали свои тетради на край учительского стола и выбежали на перемену.

Как дети малые, ей богу...

Шастун не глядя закрыл тетрадь и положил ее на стол учителю, даже не заметив того, что тетрадь закрылась не до конца. Почему? Да потому что блокнот лежал на листах тетради, и Антон закрыл тетрадь вместе с блокнотом внутри. Дима вышел вместе с другом, но никто не решался завести диалог.–Тох... – начал Позов, обернувшись на Шастуна – ты прости, я просто реально волнуюсь, но что то прицепился...–Дим, не неси хуйни, ты не виноват. Это я сорвался что то... Понимаю же, что волнуешься и все дела... – так же виновато проговорил Антон.–Ладно, разобрались. Какой сейчас урок? –Ваще хз, я просто со всеми иду всегда. – пожал плечами Шастун, ища взглядом хоть один знакомый силуэт одноклассников. –Умно. Но сейчас все уже ушли. – Ну вроде бы сейчас геометрия... – Задумчиво произнес Антон – Тогда нам в 214, верно?

*** Геометрия, как и физика, прошли скучно. Ну а что интересного может быть в этих векторах и электродинамике? Ужас какой то, а не уроки.    На перемене после шестого урока Антон, радостно улыбаясь, смотрел на наигранно обиженного друга, ведь он сейчас, как и вся вторая группа, а точнее одноклассники, чьи фамилии начинались на буквы от "Р" до "Я", сейчас уходили домой. А те, чьи фамилии начинались на "А" до "П" оставались на информатику седьмым уроком. Ребята были разделены на группы из за того, что класс информатики был небольшим, и компьютеров было мало.–Зато ты на следующей неделе останешься на информатику, а я домой свалю! – воскликнул Дима. –Ну и что? Зато сейчас я ухожу, а ты сидишь ещё 40 минут. Живи настоящим, братан! –усмехнулся Шаст и, попрощавшись, побежал вниз по лестнице. На улице ещё было тепло и не было слякоти, а потому парень приходил в школу без сменки и куртки. Выбежав на улицу, парень быстро нашел в кармане пачку сигарет и зажигалку. Дойдя до угла школы парень, прислонившись к стене, получил долгожданную порцию никотина, чуть задержав дым в лёгких и выдохнув. Сделав ещё пару затяжек, парень окончательно расслабился и вздрогнул, когда из его рук резко забрали сигареты, кинув на землю и затушив носком ботинка. –Это что ещё такое!? – прогремел чей то грозный голос. Арсений Сергеевич, ну конечно. – Арсений Сергеевич... Здравствуйте! А я тут... Ну... Простите? – растерянно лепетал парень. Мужчина, вздохнув, что то пробубнил себе под нос про  "детей, которые хотят казаться более взрослыми" и, протянув руку, сказал – Ты хоть понимаешь, насколько это вредно? Ещё не дорос до сигарет, мальчишка. Сигареты. – мужчина загнул пальцы в жесте "давай сюда" и выжидающе посмотрел на Шастуна. Тот, вздохнув, вложил почти полную пачку сигарет в руку учителю. – Сейчас я должен доложить твоим родителям и... –Нет! – испуганно воскликнул Антон, тут же осознав, что его настолько резкая реакция должна показаться, как минимум, странной. – Не надо родителям, я больше не буду, честно честно, только не звоните родителям... – испуганно лепетал парень. Ну да, Арсений Сергеевич, вы же даже не представляете, как получит мальчишка за сигареты... Даже думать не хочется. – Да я бы и поверил тебе, Шастун, но в любом случае я должен позвонить твоим родителям, вне зависимости от того, будешь ты ещё курить или нет. Диктуй номер. – Попов, достав свой телефон из кармана, посмотрел на испуганного парня. Тот, обречённо выдохнув, продиктовал номер отчима.–Да, здравствуйте. Это я, Арсений Сергеевич, классный руководитель вашего сына, Антона Шастуна. Дело в том что ваш сын курил на территории школы, я советую провести с ним беседу... Да, хорошо. До свидания. – сбросив трубку, мужчина перевел взгляд на бледного, как стена, подростка. – Вот и все. Кстати, Антон, ты в тетрадке забыл, держи – достав из кармана блокнот, протянул его мужчина. – Я случайно там твой рисунок увидел... Рисуешь ты и правда не плохо, а почему молчал что стихи пишешь? Красиво очень получается, продолжай в том же духе! – теперь лицо парня из оттенка "я пытаюсь повторить за хамелеоном и слиться с белой стенкой" приобрело оттенок "блять, тащите бордовый, щас осветлять будем". Взгляды ученика и учителя пересеклись, а в голове обоих промелькнула строчка из стиха Антона "Потеряться навсегда" – Ах да, спасибо, как я не заметил, до свидания... –затараторил парень и сорвался с места. Когда Антон уже выбежал за ворота, мужчина тихо расхохотался.

  А вот Антону было не до смеха. Когда он выбежал за ворота, когда его дыхание сбилось, а в груди колотилось что-то горячее и колючее. Когда вроде бы, безобидные слова "Потеряться навсегда" жгли изнутри. Когда он бежал до дома, разрываясь между желанием никогда туда не возвращаться и желанием спрятаться от мира в своей небольшой комнатушке. Когда он постарался максимально тихо зайти в квартиру и прошмыгнуть в комнату, когда его схватили за шиворот, словно котенка, когда ударили сначала в лицо, потом в живот, грудь, ещё раз в лицо... Крики отчима сливались в один сплошной шум, в ушах звенело, а привкус железа во рту был слишком мерзким. Больше всего сейчас хотелось умереть, что бы не чувствовать этого больше никогда. Наконец отчим успокоился и, отпустив парня, ушел в свою комнату.   Антон сидел, привалившись к стене. По лицу стекала кровь из носа, все тело жутко болело, а в голове было пусто.   В тот момент он не ненавидел Арсения Сергеевича. Он не виноват. Шастун больше всего ненавидел себя.

___________________________________________Блять, ебаный телефон, что б его метеором!* (нем.)Фойе - главное помещение в большом здании**В школе автора некоторые дети, а точнее  их родители могут забронировать шкафчик своему ребенку, который может закрываться на ключик. До конца учебного года это будет личный шкафчик школьника, где тот может раздеваться и оставлять свои вещи.***