Любовь

Лето-это та самая пора, когда люди выходят в отпуск, ученики уходят на каникулы, и каждый человек занимается своими планами, делами. Единственное, что Чанель делал в последнее время только думал о Бэкхене. Прошло несколько месяцев, как он не видел этого человека и в душе стало ещё пустее, чем тогда, когда он остался один. Чанель слонялся по комнатам и не знал, что делать, о чем думать. Он вышел в отпуск, но не чувствовал себя свободнее, вроде бы, весь его день принадлежал только ему.

Тогда, он решил, наконец-то, хоть что-то стоющее, сделать для своей Хёни. Он не собирался снова впадать в депрессию и забывать про нее, наоборот, он сделает все, чтобы сделать её счастливой.Одним летним утром, Хёни сидела в кресле и что-то увлеченно читала в телефоне. Пак подходит к ней, гордо ставит руки в боки и немного покашлял. Хёни одним глазом посмотрела на него:

— В общем, Хёни, твой папа хочет с тобой сегодня сходить в парк аттракционов.

Тишина.

— Что? — удивилась девочка и полностью посмотрела на отца, — С чего это ты вдруг?

— Пф, все нормальные отцы должны проводить время со своими детьми, я разве не прав? — удивлено спросил он.

Хёни больше ничего не ответив встала с дивана и крепко обняла его, сказав:

— Ты лучший папа на свете!

Да, им обоим этого не хватало.

Чанель оделся как настоящий подросток, его душили эти чертовые, черные костюмы. На нем была огромная майка желтого цвета, голубые порванные джинсы, кросовки, и как обычно бардак на голове. Чанель, увидя себя в зеркало радостно улыбнулся. Да, он был уже мужчиной, но кто ему мешал одеваться так, как он хочет? По его внешности никогда не скажешь, что ему 35, он только начинает понимать весь вкус молодости! Из комнаты выходит Хёни. Чан наконец-то отрывается от зеркала и поворачивается к вышедшей дочери и у него, грубо говоря, глаза на лоб лезут от того, какая она была красивая.

Хёни была в лазурном, коротком платье, волосы она вытянула и уложила, так же на ней были милые носочки в горошек и кепка, которая идеально сидела на ее голове. Она улыбнулась отцу и знала, что он отреагирует именно так. Она всегда мечтала показаться перед ним красивой. И впервые сделала это. Чанель ярко улыбнулся ей и подумал про себя:

"Чисто копия матери, не иначе!"

Они отправились в путь.

Чанель и Хёни стояли посередине огромного парка и не знали с чего же им начать. Девочка кинула на него хитрый взгляд и сказала:

— Идём на амереканские горки! — она потянула его за край майки.

— Ну...я...не...ладно идём.

Дело в том, что Пак ненавидет такой экстрим, но он никак не мог отказать своей любимой дочурке и теперь, он сидел на этой чертовой горке и не мог дождаться, когда же это поскорее закончиться. Девочка сидела рядом и готовилась во всю, она была просто на седьмом небе от счастья, что сейчас сможет наконец-то повеселиться с папой, но для папы это было опасное веселье. Горки тронулись и он вцепился крепко руками за железку, которая сильно сдавила ему живот и уже когда она готовилась подниматься навверх стал закрывать глаза, и когда оставалось несколько минут до спуска и....

Дальше идёт не разборчивый мат, который к сожалению озвучить я не могу.

Так они провели почти целый день. Веселились, смеялись, кто-то от страха сильно потел, кто-то наоборот, чувствовал себя лучше всех, но это они делали именно вместе...это было самое главное.

К вечеру, около 6 часов, Чанель решил отвести Хёни покушать мороженное и он отвёл ее в очень популярное место под названием "Baskin robbins" девочка, увидев это кафе, запищала от радости. Она понимала, что у папы сегодня просто шикарное настроение, что он балует ее:

— Что ты будешь, выбирай, я если что, буду тоже самое что и ты, — уже спокойно произнес Пак.

Девочка подошла поближе и стала разглядывать, что она хочет. Чанель сильно устал за этот день, но не жалел, что он провел его в такой необычной и яркой обстановке. Он стал оглядываться вокруг и вдруг, его сердце стало биться чаще. На минуту, ему показалось, что в самом дальнем углу кафешки сидит очень знакомый ему силуэт. Он хотел верить, что это был тот самый человек. Он как заворожённый подошел к этому столику и тот человек поднял на него свой взгляд.

Те самые красивые глаза.

Это был Бен Бэкхен.

Увидев мужчину он очень удивился и забыл про свой шоколадный коктейль, к Паку подбегает Хёни и хватает за руку:

— Пап, ты куда ушел, я все заказала! — она вначале не заметила Бена, потому что улыбалась отцу, но потом увидев, какое у него удивлённое лицо посмотрела туда, куда устремлен его взгляд и тогда, Бэк наконец-то увидел ее и сразу понял, что да, это и есть его дочь и Хёни поняла, что это тот самый человек, о котором скучал отец.

Бэкхен сидел один весь зажатый и смотрел в одну точку. Его взгляд был устремлен только в пол, а напротив него сидел Чанель и Хёни. Девочка спокойно ела мороженное, понимая, что им не стоит мешать и они должны поговорить, а Пак думал. Думал, что сказать и как, чтобы не спугнуть его снова. Он сжимает крепко руками свои джинсы и вздохнув начинает:

— Я надеюсь, что сейчас ты меня выслушаешь.

Бэкхен напрягся.

— Я думаю, что и правда люблю тебя...— его перебил Бён.

— Здесь ребенок, какого черта ты начал говорить об этом? — резко он поднял свою голову.

— Я не стесняюсь. Хёни уже взрослая, она должна понимать и я хочу, чтобы сейчас она это услышала.

Девочка снова молчала.

Чанель выпрямил свою спину и посмотрел серьезно на парня. Он морально готовился к тем словам, которые уже давно вертелись в его голове. Он говорил эти слова  образу Бэкхену в его голове, теперь, он здесь, настоящий, скажет ему все!

— Да, я признаю, что наша первая встреча была не такая уж и идеальная и что, я просто терпеть тебя не мог, но блин, кто бы знал, что такой человек как ты, просто перевернет меня внутри? — Чанель почему-то улыбнулся, — Уже тогда, на новый год, когда мы с тобой наконец-то хорошо провели время, я понял, что мое сердце оттаяло. Из-за тебя. Я...почувствовала себя самым лучшим человеком и был рад, что ты был со мной. Да, я перегнул палку, когда кое-что совершил...но пойми, я был пьян и я нес чепуху. Думай как хочешь, но я правда люблю тебя. Полюбил и отпускать не собираюсь, не сейчас, уж это точно.

Бэкхен все время молчал, он не знал, что сказать, что ответить, в голове была пустота. Он просто слушал голос Пака. Такой грубый, низкий...голос, который обещал, что полюбил навсегда. Бэкхен и правда не знал, что ответить, только, он свыкся с той мыслью, что он стал абсолютно одиноким, как Пак просто врывается в его жизнь и вытаскивает его из этой тьмы. Снова:

— Пожалуйста, подумай о моих словах. Если ты примешь мои чувства, то приходи через неделю, — он сказал свой адрес и уже собирался уходить, как вдруг остановился и посмотрел на молчаливого Бэка, — если вдруг, ты не прийдешь, то я пойму тебя и не буду докучать, — когда он проговорил эти слова, в груди сильно что-то сдавило и он немного нахмурился. Он правда верил, что такого не случится.

Пак пошел оплачивать в кассу.

Хёни с Бэкхеном остались на пару минут одни. Она, доев мороженное, встала со своего места и перед тем, как уйти, подошла чуть ближе к нему и улыбнулась:

— Ты мне понравился. Сразу понятно, за что зацепился мой отец, хоть он мне ни разу не рассказывал о тебе. Я уверена, что все будет у вас классно! Ты его любишь, я это вижу, — она подмигнула ему и направилась к отцу.

Бэкхен весь спотел от напряжения и покраснел. Он так и не проронил ни одного слова, все прокручивая то, что сказал ему Пак.

Прошла неделя, а Пак был весь на иголках, он правда боялся, что ничего не выйдет. Он уже готовился к самой большой депрессии, чувствовал, что если потеряет Бэкхена, то весь его мир разрушится. А он этого сильно не хотел. Хёни ничего не говорила ему, она просто молча ждала.И однажды, утром в воскресенье, кто-то настойчиво бил в дверь. Чанель еле-еле проснулся и немного шатаясь, ещё не проснувшись, направился к входной двери. На его голове было гнездо, но он даже и не шолахнулся как-нибудь привести себя в порядок. Открывая дверь, даже не посмотрев в глазок, он весь сонный посмотрел на того, кто такая здесь эта чертовая ранняя пташка, хотя и на двери было уже 10 утра.Когда он увидел этого человека, он моментально проснулся и удивился.

Это был Бэкхен.

Другой Бэкхен.