Фарадей снял твою резинку

С утра ты обмолвилась невзначай:— Голова что-то болит… — и махнула рукой, будто это мелочь. Никто особенно не стал приставать с вопросами, да и ты сама больше тему не поднимала.

Прошло несколько часов. Уже к вечеру все пятеро собрались в домике на дереве. Разговор шёл о пустяках: Вудди опять вспоминал какой-то дурацкий случай в школе, Дейви с блокнотом на коленях чертил схемы, Томми периодически перебивал всех и цеплялся к мелочам, чтобы пошутить.

Ты сидела рядом, слушала, улыбалась, но всё равно выглядела уставшей: глаза чуть потухшие, плечи опущенные. Казалось, что сама ты этого не замечаешь, но со стороны вид был такой, будто внутри тебя тянет вниз невидимая тяжесть.

Фарадей какое-то время просто молчал, изучающе наблюдая. Он сидел чуть напротив, на перекладине, и взгляд его всё чаще останавливался на тебе. Томми этого не замечал — он слишком был увлечён спором с Вудди о том, кто сильнее, Рэмбо или Терминатор.

А потом вдруг — без предупреждения — Фарадей потянулся рукой и стянул резинку с твоих волос. Хлопок маленькой резины разрезал тишину, и твои волосы рассыпались по плечам.

Ты замерла. Внутри всё оборвалось: обычно только Томми мог позволить себе трогать твои волосы. Томми тоже вмиг напрягся. Он резко отодвинулся и чуть приподнялся:— Эй! Ты чего творишь?

Вудди с Дейви переглянулись, ошарашенно уставившись на Фарадея.

А тот спокойно, даже как-то слишком спокойно, откинул резинку себе на колено и сказал:— Когда голова болит, хвост может тянуть и только хуже делать. Если волосы распущены, давление меньше. Может помочь.

В домике повисла тишина. Ты тоже сидела в шоке, не зная, как реагировать. Молча потрогала волосы, ощутила, как они свободно падают на плечи. И правда… стало легче. Словно стянули узел, который давил весь день.

Ты моргнула и выдохнула:— …Странно. Но реально чуть отпустило.

Томми перевёл взгляд на тебя, потом снова на Фарадея. В его глазах всё ещё горел протест, но ты выглядела уже чуть лучше, и это его сбило.— Ну… ладно, — пробурчал он, почесав затылок. — Но всё равно, мог бы спросить.

Фарадей только пожал плечами:— Если бы спросил, ты бы не дал.

Вудди не выдержал и прыснул в кулак.— Господи, будто в каком-то кино. Парень-лекарь спасает девицу от злой резинки.

Ты улыбнулась, хоть и немного виновато, и тихо сказала:— Спасибо. Правда.

Фарадей кивнул, будто ничего особенного не сделал.— Да не за что.

Томми всё ещё хмурился, но когда заметил, что ты облокотилась на его плечо чуть мягче, чем раньше, и закрыла глаза на секунду, он немного оттаял. Его рука почти машинально легла тебе на колено.

Дейви фыркнул:— Ладно, хватит драм. У кого есть план, как пробраться к Маккейну и не попасться?

Разговор снова пошёл своим чередом, но воздух в домике всё равно оставался чуть другим. Ты сидела ближе к Томми, прижимаясь к нему, но волосы — свободно рассыпанные — всё ещё напоминали о том мгновении.

И, что любопытно, каждый из ребят запомнил его по-своему:

Томми — как момент, где он почувствовал ревность.Фарадей — как привычное решение проблемы.Вудди — как нелепую комедию.Дейви — как лишнюю деталь в общей картине.

А для тебя это был странный опыт — впервые ощутить, что кто-то другой, помимо Томми, так просто и без слов вторгся в твоё личное пространство… и при этом сделал лучше.