Те, кого защищают

Зал суда был душным.

Старые деревянные лавки, тяжёлый воздух, тихие разговоры и постоянный скрип ручек по бумагам. Я стояла возле своего места, держа папку с документами, и старалась не показывать усталость.

Хотя внутри уже всё ныло.

Двое молодых парней-подсудимых нервно переглядывались, стоя там, где им было положено. Один постоянно стучал пальцами по руке, второй напряжённо смотрел в пол.

На местах для зрителей сидела девушка — совсем молодая, с уставшими глазами. Она переживала сразу за двоих: за своего парня и за брата.

Чуть дальше стояли трое парней, подавших заявление после драки. По их лицам было видно — они уверены, что выиграют.

У стены, чуть в стороне, стояли Вова и Кащей.Оба молчали, наблюдали.

— Слово предоставляется стороне защиты, — произнёс судья.

Я спокойно поднялась.

Несколько взглядов сразу устремились на неё. Молодая. Девушка. Да ещё и адвокат.

Скепсис читался почти у всех.

Прокурор усмехнулся краем губ.

— Уважаемый суд, — начала я ровным голосом, — мои подзащитные действительно участвовали в драке. Однако обвинение намеренно преувеличивает степень их вины.

Я говорила уверенно, без дрожи, без суеты.

Спокойно открывала документы, приводила аргументы, указывала на противоречия в показаниях.

— Потерпевшие утверждают, что драка была спланированной. Однако ни один свидетель этого не подтвердил.

Прокурор сразу вмешался:

— Потому что свидетели запуганы!

— У вас есть доказательства? — спокойно спросила я.

Тот замолчал.Судья нахмурился.

— Адвокат, не давите на обвинение.

— Я лишь уточняю факты, — ровно ответила я.

Кащей тихо усмехнулся, Вова же не сводил с меня взгляда.

Я продолжала:— Мои подзащитные защищались после провокации. Более того, медицинская экспертиза показывает, что повреждения потерпевших не соответствуют обвинению в намеренном тяжёлом нападении.

Прокурор снова попытался надавить:— Вы слишком эмоционально защищаете обвиняемых.

Я даже не изменилась в лице.— Потому что это моя работа.

В зале стало тихо.Даже судья теперь смотрел на меня иначе.Спустя почти час заседание закончилось.

Судья пролистал бумаги, поправил очки и произнёс:— Суд постановил: признать обвиняемых виновными в административном нарушении без дальнейшего уголовного преследования.

Девушка на зрительском месте облегчённо выдохнула.Один из подсудимых даже нервно рассмеялся, они выиграли.

Я медленно закрыла папку.И только сейчас позволила себе устало выдохнуть.

В зале тихо переговаривались.Все были удивлены.Такая молодая девушка — и так уверенно держалась под давлением прокурора и суда.

— Ничего себе адвокатша, — тихо сказал один из парней.

Кащей усмехнулся:— Я ж говорил.

Когда все начали выходить из суда, двое оправданных парней сразу подошли ко мне.— Слушай, ты вообще мощная, — улыбнулся один из них.— Без тебя нас бы закатали.— Спасибо, красавица.

Второй вообще слишком близко наклонился ко мне.— Может, отметим как-нибудь?

Я уже хотела ответить, как рядом появились Вова и Кащей.— Полегче, — спокойно сказал Вова.От его голоса оба сразу чуть напряглись.

Кащей усмехнулся, но взгляд у него был совсем не весёлый.— Она вам не подружка с района, чтобы так разговаривать.

— Да мы просто...

— Просто домой идите, — перебил Кащей.

Парни быстро поняли намёк.

— Ладно-ладно.Они ушли.

Я только покачала головой.— Вы сейчас людей взглядом убили.

— Заслужили, — спокойно ответил Вова.

На улице уже давно стемнело, город казался тише.Они шли медленно, провожая меня домой.Некоторое время никто не говорил.

Потом Вова тихо спросил:— Почему адвокатом стала?

Я чуть задумалась.— Потому что в детстве слишком часто видела, как люди остаются без защиты.

Кащей посмотрел на меня внимательнее.

Я продолжила уже тише:— После смерти мамы всё вообще развалилось.

Оба сразу стали серьёзнее.

— Она погибла в несчастном случае, — сказала с грустью.— Мне тогда было пятнадцать. Валере двенадцать.

Я старалась говорить спокойно.Но голос всё равно чуть дрогнул.— А отец...Я отвела взгляд.— Он иногда издевался над мамой. Особенно когда пил.

Кащей тихо выругался себе под нос.

Вова нахмурился.

— После её смерти дома почти никого не осталось. Отец постоянно где-то пропадал. И Валера... он начал меняться.

Я грустно усмехнулась.

— Я фактически сама его растила.Несколько секунд никто ничего не говорил.

Потом Вова осторожно приобнял меня за плечо.Тепло. Спокойно.

Кащей сразу фыркнул:— Э, подвинься.

И сам слегка толкнул Вову плечом, заставляя меня тихо рассмеяться.

— Вы как дети.

— Это он начал, — спокойно сказал Вова.

— Конечно-конечно.

Кащей чаще шутил, пытался меня рассмешить, постоянно что-то комментировал.

А Вова наоборот — говорил меньше, но внимательнее слушал и всё время следил, чтобы я не шла слишком близко к дороге.

И я замечала это, обоих.

Когда они подошли к квартире, я уже собиралась попрощаться, как вдруг заметила у двери несколько пар обуви.

Я удивлённо моргнула.— Это ещё что...

Дверь открылась.В прихожую вышел Валера.

Будто они вообще не ссорились несколько часов назад.

— О, пришли, — спокойно сказал он.

Потом посмотрел на Вову и Кащея.

— Оставайтесь с ночёвкой.

— Без проблем, — усмехнулся Кащей.

Валера выдал им одежду, и спустя время вся компания уже сидела на кухне.Вова.Кащей.Валера.Зима.Пальто.Марат.

Кухня снова наполнилась шумом, разговорами и смехом.

Я переоделась у себя в комнате в домашнюю одежду и только потом вышла к ним.

Я машинально посмотрела на плиту.Сковорода была пустая.

Я удивлённо посмотрела на Валеру.— Ты что, всё съел?

Он чуть замялся.— Да.

Я неожиданно мягко улыбнулась.— На здоровье.

Подойдя к холодильнику, открыла его в надежде найти хоть что-то.Но внутри была только утренняя яичница.Молча достала её и начала разогревать.

Смех на кухне постепенно затих.Все заметили.

— Подожди... — нахмурился Зима. — Ты не ужинала?

— А ты ей ничё не оставил? — удивился Марат, посмотрев на Валеру.

— Я не знал, что она не ела, — сразу сказал Валера.

Я быстро повернулась к ним.— Да стойте, не гоните на него. Всё нормально.

— Нормально? — переспросил Пальто. — Ты с утра носишься.

— Мне нормально и этим ужинать, — спокойно сказала я, ставя тарелку на стол.

Парни переглянулись.Осуждать Валеру перестали.Но тревога всё равно осталась.

А сам Валера чувствовал себя ужасно.Потому что понимал:она готовит, стирает, убирает, заботится о нём...

А он съел весь ужин. Даже её порцию.И теперь она сидит ночью после суда и ест теплую яичницу с утра.

— Ты устала? — тихо спросил Вова.

Чуть улыбнулась.— Немного.

После ужина я ушла в комнату.

Но спустя пару минут вспомнила, что оставила на кухне документы.

Я уже хотела зайти туда, как остановилась в коридоре.

На кухне снова говорили парни.

— Хади Такташ какие-то мутные стали в последнее время, — сказал Зима.

— Крутятся возле района постоянно, — добавил Пальто.

— За Универсамом смотрят, — тихо произнёс Кащей.

— Думаешь, готовят что-то? — спросил Марат.

Валера мрачно ответил:— Сто процентов.

Я замерла.

Сердце медленно сжалось.И в этот момент она поняла только одно:На Универсам собираются напасть.