Тень Грима

Следующее утро в Хогвартсе выдалось на удивление солнечным. За окнами сиял холодный свет осеннего дня, капли росы блестели на траве, а с полей доносился запах мокрой земли. Элара зевнула, поправила галстук Гриффиндора и направилась вместе с Гарри, Роном и Гермионой в Большой зал. После вчерашнего вечера, полного смеха и дружеских разговоров, в душе было неожиданно легко.

Гриффиндорский стол гудел от разговоров. Смех, звон ложек, шелест совиных крыльев — всё это сливалось в живой шум школьного утра. Фред и Джордж, как всегда, громко спорили, чей фейерверк вчера чуть не поджёг кресло у камина, а Рон, между укусами тоста, пытался доказать, что его версия спасла всю вечеринку.

— Да я же видел, как ты споткнулся о собственную ногу, — фыркнула Элара, отхлебывая сок. — Если бы не Гермиона, ты бы грохнулся прямо в камин.

— Не в камин, а к камину, — поправил Рон, покраснев. — Это разные вещи.

Гарри рассмеялся.— Только если рассматривать это с точки зрения расстояния до пламени, — подхватил он.

Гермиона закатила глаза, но уголки губ всё равно дрогнули.— Если бы вы хоть иногда думали о правилах, вам не пришлось бы так часто от меня убегать, — сказала она, но без обычной строгости.

— Мы бы всё равно убежали, — подмигнула Элара. — Просто ради искусства.

— Искусства нарушения? — парировала Гермиона.

— Искусства жизни, — усмехнулась Элара, и Гарри тихо рассмеялся, глядя на неё с теплом.

Но вдруг над залом пролетела стая сов. Обычное зрелище — сотни писем и газет опускались к ученикам. Только одна из сов выглядела странно: тёмная, как сажа, с рваными перьями и янтарными глазами. Она летела прямо к Эларе.

Птица опустилась на стол и уронила свёрток пергамента ей на колени. Письмо было небольшое, без печати, без подписи. Лента, которой оно было перевязано, тёмно-серая, будто запачканная пеплом.Элара нахмурилась.

— Это от кого? — удивился Гарри. — На конверте ничего нет.

— Может, шутка? — предположил Рон. — Фред с Джорджем могли подстроить.

— Они бы не использовали такую сову, — тихо сказала Элара.

Внутри что-то кольнуло — лёгкий, но отчётливый страх.

Гермиона склонилась ближе. — Элара, ты уверена, что хочешь открывать это при всех?

Элара поколебалась, но кивнула.Пальцы немного дрожали, когда она развязала ленту и развернула пергамент. Чернила были тёмные, неровные, будто писали в спешке. Всего несколько строк:

«Я наблюдаю. Берегись. Всё не так, как кажется. Не верь им.»

Никакой подписи. Только едва заметный след — капля, похожая на след дождя или... слезы.

Всё вокруг словно замерло. Даже шум зала стал глуше.

— Что там? — спросил Гарри, заглядывая через плечо.

Элара быстро свернула письмо и спрятала под мантию. — Ничего. Просто... шутка.

Рон нахмурился. — Не похоже на шутку.

— Элара, покажи, — спокойно, но твёрдо сказала Гермиона.

— Я сказала, ничего, — резко ответила она, чуть громче, чем хотела. Несколько учеников за соседним столом обернулись.

Элара почувствовала, как сердце бьётся слишком быстро. В голове крутились слова: "Я наблюдаю. Берегись."У кого хватило бы смелости написать ей такое письмо?Неужели... он?

Сириус Блэк.Имя, о котором говорили шёпотом даже учителя.Беглец. Предатель. Её отец.

Она попыталась выдохнуть, но воздух словно застрял в горле.

— Элара, всё в порядке? — спросил Гарри.

— Да, просто... устала. — Она поднялась. — Я пойду в библиотеку.

Гермиона хотела было пойти за ней, но Гарри удержал её за рукав.— Дай ей немного времени, — сказал он тихо. — Она сама расскажет, когда будет готова.

⸻

Коридоры Хогвартса были пустынны. Свет факелов отражался на каменных стенах. Элара шагала быстро, держа письмо в руке. Оно будто обжигало кожу.

"Не верь им."Кому?Учителям? Друзьям? Себе?

Каждый шорох казался ей шепотом. Картины на стенах наблюдали за ней слишком пристально. Некоторые отворачивались, когда она проходила. Другие, наоборот, склоняли головы, будто знали, что она держит.

— Опасное послание, — прошептала ведьма в портрете, едва слышно.

Элара остановилась. — Что ты сказала?

— Письма без подписи не несут добра, дитя, — ответила картина, качнув головой. — Особенно те, что пахнут дымом.

Элара сжала пергамент. Действительно, от него исходил запах — лёгкий, едва заметный, но отчётливо напоминающий костёр и пепел.

Она пошла дальше, чувствуя, как сердце стучит в висках.У библиотеки остановилась и наконец снова развернула письмо.Буквы казались странно живыми, будто двигались в свете свечи.

— Кто ты? — прошептала она. — Что ты хочешь мне сказать?

Никакого ответа. Только тихий шелест пергамента.И вдруг — капля чернил скатилась вниз, хотя чернила давно засохли.

Элара резко сложила письмо и спрятала его под рубашку.Она чувствовала — в этом есть что-то опасное. Что-то, что не предназначено для чужих глаз.

————

После завтрака у четверки друзей было Прорицания. Они поднялись по извилистой лестнице к круглой башне, наполненной ароматом дыма, специй и чего-то сладкого.Воздух был густой, почти тягучий.

— Обожаю, когда тут пахнет корицей, — прошептал Рон.— Я — когда можно спать с открытыми глазами, — усмехнулся Гарри.Гермиона фыркнула. — Вы оба просто не умеете воспринимать прорицание серьёзно.

Элара стояла у окна, глядя, как солнечные лучи пробиваются сквозь дым. Всё казалось нереальным, словно мир стал мягче, зыбче.

Профессор Трелони выплыла из тумана, словно сама часть сна.— Добро пожаловать, мои дорогие... Сегодня мы взглянем в будущее, спрятанное в чаинках...

Рон едва заметно закатил глаза, но Гарри тихо усмехнулся. Элара, хоть и не верила в предсказания, почувствовала странное беспокойство — после письма слова «взглянуть в будущее» звучали как вызов.

Они расселись парами. Элара с Гарри, Рон с Гермионой. На столе появились чашки с горячим чаем. Трелони томно прошептала:— Выпейте... и прочтите знаки, когда туман судьбы рассеется.

Элара подула на чай, отпила, чувствуя, как тепло разливается по телу. Но тревога не уходила.Она поставила чашку и медленно повернула её, как учила профессор. Чаинки прилипли к стенкам, образуя замысловатый узор.

— Ну что, видишь что-то? — спросил Гарри, заглядывая в её чашку.

Элара моргнула. Среди пятен и линий вырисовывалась форма... собаки. Чёрной, вытянутой, с опущенной мордой и острыми ушами.

— Это... — начала она, но замолчала.

— Что? — Гарри взял чашку и пригляделся. Его глаза расширились. — Элара, это Грим.

В тот же миг Гермиона подняла голову. — Что?

— Грим? — переспросил Рон. — Та самая смерть-собака?

Трелони словно выросла из дыма рядом.— Ах... — протянула она, заглянув в чашку. Её голос дрогнул. — Да, дитя моё... Грим. Предвестник смерти...

— Ерунда, — тут же сказала Гермиона. — Это просто чаинки!

Но в чашке Гарри, когда он повернул свою, был тот же силуэт.Собака. Чёрная тень.

На мгновение между ними воцарилась тишина.Даже Рон перестал шутить.

— Это совпадение, — сказала Гермиона, чуть громче, чем нужно. — Не может быть два Грима сразу. Это нелепо.

— Или предупреждение для них обоих, — прошептала Трелони, прижимая к груди руки. Её глаза блеснули. — Смерть следует за теми, кто связан судьбой.

Элара почувствовала, как холод пробежал по коже.Берегись... — всплыло в памяти.Она не могла отвести взгляд от чашки, от тёмного силуэта, будто сотканного из пепла.

⸻

После урока они вышли на свежий воздух. Дым, пахнущий ладаном, остался позади, но напряжение не рассеялось.Гарри первым нарушил молчание:— Думаешь, это совпадение?

— Думаю, — твёрдо сказала Гермиона. — Чай — не инструмент судьбы.

Рон пожал плечами. — А может, и не совпадение. После всего, что мы видели, я уже ничему не удивлюсь.

Элара остановилась. — А если... это было предупреждение?

— От письма? — спросил Гарри.

Она молча кивнула.

— Тогда кто-то явно хочет, чтобы ты испугалась, — сказал он. — Но не позволяй.

Гермиона посмотрела на них обоих.— Мы разберёмся. Но не сегодня. Сегодня — отдых и обед. И никаких больше Гримов.

Элара попыталась улыбнуться, но в глубине души тревога не отпускала.Когда они вернулись в замок, солнце уже клонилось к закату. Витражи окрашивали полы в красновато-золотые узоры, но для неё этот свет казался холодным.

Письмо лежало в её сумке, а слова в нём — "Я наблюдаю. Берегись." — теперь звучали зловеще точно.

И где-то, казалось, за окнами замка мелькнула тень — похожая на собаку.Или ей просто показалось.

————Позже вечером, когда они сидели у камина, Гермиона осторожно заговорила:— Элара, я знаю, что это не шутка. Пожалуйста, если письмо странное — покажи его Дамблдору.

— Нет, — быстро ответила Элара.

— Но почему?

Она посмотрела в пламя. Оттенки огня танцевали в её глазах.— Потому что если оно от него... — она запнулась. — Я не хочу, чтобы кто-то подумал, что он пытается связаться со мной.

Гарри нахмурился.— Ты думаешь, это Сириус?

Элара молчала.

— Или... кто-то хочет, чтобы ты так думала, — тихо добавила Гермиона.

Элара кивнула, чувствуя холод, пробегающий по спине.