теневой альянс⁶

— Никто не должен об этом знать, — ледяной голос Бан Чана мгновенно отрезвил оперативников. Он обвел тяжелым взглядом присутствующих, задерживаясь на лице каждого. — Forensics (криминалисты), патрульные, пресса — для всех О Сухён покончил с собой из-за долгов. Если директор поймет, что мы вышли на Пака Минсока, нас закопают в том же лесу, что и сына этого бизнесмена.

— Чан прав, — Минхо отошел от стола, его лицо потеряло привычную расслабленность, сменившись жесткой маской опытного оперативника. — Мы больше не можем докладывать по цепочке. Всё, что мы найдем отныне — остается только между нами шестью.

Джисон нервно сглотнул, чувствуя, как плечо Минхо, все еще прижатое к его собственному, транслирует едва заметную, но мощную уверенность. Ему было страшно, но присутствие Минхо рядом странным образом успокаивало.

— Нам нужно разделиться, — Чан быстро принял решение, его рука автоматически скользнула по талии Чонина, слегка притягивая младшего к себе, словно проверяя, на месте ли он. — Чонин, ты со мной. Нам нужно спуститься в серверную этого здания и переписать логи локальной сети до того, как система безопасности отправит утренний отчет в главное управление. Если директор увидит, что мы копались в деле О Сухёна именно сегодня, у нас будут проблемы.

— Понял, хён, — кивнул Чонин, и в его глазах вспыхнул азартный огонек.

— Минхо, на тебе Пак Минсок, — Чан перевел взгляд на друга. — Ты знаешь, где его искать.

— О да, — Минхо хищно улыбнулся, его кошачьи глаза опасно блеснули. — Минсок всегда крутился у Восточных доков, там у «Бешеных псов» подпольный склад контрабанды и притон для игры в кости. Хан, ты идешь со мной.

Джисон мгновенно вскинул голову:

— Что? Почему я? Я могу остаться здесь и помочь криминалистам...

— Потому что я так сказал, Хан-и, — вкрадчиво перебил его Минхо, делая шаг ближе и заглядывая Джисону в глаза. — И потому что без меня ты там пропадешь в первые две минуты.

Джисон хотел было огрызнуться, но Минхо уже развернулся и направился к выходу, бросив через плечо: «Не отставай».

— А мы? — спросил Феликс, переводя взгляд с ушедшего Минхо на Хёнджина, который стоял слишком близко, заставляя кожу Феликса покрываться мурашками.

— Вы с Хёнджином возвращаетесь в управление, — ответил Чан, наводя порядок в документах на столе. — Ваша задача — достать расписание директора на прошлую ночь и выяснить, кто именно подтвердил цифровой пропуск Пака Минсока вчера вечером. Это должен быть кто-то из приемной директора. Действуйте тихо.

Хёнджин медленно повернулся к Феликсу, и на его губах появилась та самая ленивая, обжигающая ухмылка:

— Ну что, следователь Ли? Поработаем под прикрытием?

Феликс лишь молча сжал челюсти, стараясь не смотреть на красивые губы Хвана.

——————————

Серверная в подвале небоскреба «О-Групп» встретила Чана и Чонина монотонным, усыпляющим гулом сотен процессоров и прохладным, сухим воздухом. Освещение здесь было тусклым, синие и зеленые диоды на стойках отбрасывали на стены футуристичные тени.

Чонин быстро устроился за главным терминалом, его пальцы буквально летали по клавиатуре, взламывая локальный брандмауэр.

— Мне нужно около пяти минут, хён, — сосредоточенно произнес он, не отрывая взгляда от бегущих строк кода. — Я заменю наши IP-адреса на адреса дежурной смены криминалистов. Никто не поймет, что первый и второй отделы были здесь до официального запроса.

Чан не отвечал. Он стоял у тяжелой металлической двери серверной, заперев ее на защелку изнутри. Но его взгляд был прикован не к коридору. Он смотрел на Чонина. На то, как свет синих диодов очерчивал его тонкий профиль, как покусывал губы младший, когда сталкивался со сложным шифрованием, на его хрупкую шею, скрытую воротником форменной рубашки.

Внутри Чана все горело. То ночное признание под дождем словно сорвало с него последние тормоза. Он годами строил из себя идеального, холодного гетеро-следователя, но этот мальчишка разрушил все его барьеры за считанные месяцы.

Внезапно в коридоре за дверью раздались тяжелые, размеренные шаги. Кто-то из местной охраны делал обход.

Чонин замер, его пальцы зависли над клавиатурой. Он испуганно посмотрел на Чана.

Чан среагировал мгновенно. Он бесшумно преодолел расстояние между ними, схватил Чонина за плечо и буквально утянул его со стула в узкий, темный проем между двумя горячими серверными стойками.

Они оказались зажаты в крошечном пространстве. Спина Чонина уперлась в вибрирующий металлический корпус сервера, а Чан навис над ним, полностью блокируя его своим телом. Горячий воздух от вентиляторов обдувал их лица, смешиваясь с запахом дождя и дорогого парфюма Чана.

Шаги за дверью остановились. Кто-то подергал ручку двери. Она была заперта. Послышался приглушенный голос охранника, говорящего что-то по рации, а затем шаги медленно начали удаляться.

Но ни Чан, ни Чонин не шелохнулись.

Расстояние между их лицами было не больше трех сантиметров. Чонин чувствовал, как бешено колотится сердце Чана, прижатое к его собственной груди. В темноте глаза старшего казались абсолютно черными, полными голодной, пугающей нежности.

— Хён... — едва слышно прошептал Чонин. — Они ушли.

— Я знаю, — хрипло ответил Чан. Его большая, горячая ладонь медленно поднялась и легла на шею Чонина, большой палец нежно погладил бледную кожу прямо у пульсирующей вены. — Но я не хочу двигаться.

— Нас могут поймать, — Чонин прикусил губу, чувствуя, как его собственное дыхание становится прерывистым.

— Плевать, — выдохнул Чан, и в его голосе проскользнула та самая опасная, безумная интонация. — Ян Чонин, ты сводишь меня с ума. Я весь день думаю о том, как держал твою руку в машине. Я хочу большего.

Чан наклонился и с силой прижался своими губами к губам Чонина. Этот поцелуй был совершенно другим — не робким, как вчера под зонтом, а требовательным, собственническим и отчаянным. Чан целовал его так, словно пытался забрать весь его воздух, его ладонь на шее Чонина сжалась чуть сильнее, заставляя младшего прогнуться в спине и тихо, сладостно застонать прямо ему в губы. Чонин ответил на поцелуй, его руки сами взлетели вверх, цепляясь за плечи Чана, притягивая его еще ближе, если это вообще было возможно в их тесном укрытии.

Когда Чан наконец неохотно отстранился, его дыхание было тяжелым, а на губах блестела влага. Он прислонился своим лбом к лбу Чонина, закрыв глаза.

— Заканчивай работу, — тихо попросил он, и в его голосе слышалась тяжелая борьба со своими инстинктами. — Пока я не потерял контроль окончательно. Чонин, тяжело дыша и слегка покачиваясь, кивнул, его щеки горели ярким румянцем. Он вернулся к терминалу, а Чан остался стоять в полумраке стойки, пытаясь унять бешеный стук своего сердца.

——————————

В это же время черный седан Ли Минхо мчал в сторону Восточных доков. Дождь за окном усилился, превращая серые промышленные пейзажи в унылое месиво.

Джисон демонстративно отвернулся к окну, обхватив себя руками. Ему было невыносимо душно в салоне, несмотря на работающий кондиционер. Каждый раз, когда Минхо переключал передачу, Джисон краем глаза видел его сильные руки с аккуратно подстриженными ногтями, и его бросало в жар.

— Ты собираешься молчать всю дорогу, Хан-и? — лениво спросил Минхо, не отрывая взгляда от дороги. На его губах играла привычная, слегка раздражающая ухмылка. — После вчерашнего у тебя внезапно пропал дар речи?

— Мы на задании, Минхо, — холодно ответил Джисон, стараясь, чтобы его голос не дрожал. — Я пытаюсь сосредоточиться на деле. И не называй меня так.

— Как — так? Хан-и? — Минхо бросил на него быстрый, лукавый взгляд. — Но тебе ведь нравится. Вчера ночью ты не был таким колючим. Твои губы были очень послушными.

Джисон мгновенно залился краской от ушей до шеи. Он резко повернулся к Минхо:

— Замолчи! Это было ошибкой. Мы были на взводе из-за дела, ты притащил эту чертову пиццу... Короче, забудь об этом. Мы коллеги. И только.

Машина как раз остановилась на красном сигнале светофора у въезда в портовую зону.

Минхо плавно повернулся к нему. Его расслабленная поза в секунду изменилась на хищную и собранную. Он протянул руку, его сильные пальцы жестко, но аккуратно перехватили подбородок Джисона, заставляя его развернуться к себе.

— Ошибкой? — тихо спросил Минхо, и в его голосе послышались опасные, низкие нотки. Его глаза потемнели, впиваясь в лицо Джисона. — Значит, когда ты цеплялся за мою толстовку и открывал рот навстречу моим губам, это была ошибка?

— Минхо... пусти, — прошептал Джисон, но его рука, которая поднялась, чтобы оттолкнуть его, вместо этого слабо легла на грудь Минхо, чувствуя под тонкой тканью сильные удары сердца.

— Я профессионал, Джисон, — прошептал Минхо, наклоняясь ближе. — Но когда я смотрю на тебя, мне хочется совершить все ошибки этого мира. Перестань врать себе. Ты хочешь меня так же сильно, как и я тебя.

Минхо медленно провел большим пальцем по нижней губе Джисона, заставляя его судорожно вздохнуть, а затем резко отпустил его подбородок и нажал на газ, так как загорелся зеленый.

Джисон остался сидеть, тяжело дыша и прижимая ладонь к груди. Он понимал, что Минхо прав. Он увязал в этом следователе первого отдела все глубже, и обратного пути уже не было.

——————————

Главное управление полиции. 11:30.

Феликс и Хёнджин поднимались по служебной лестнице на четвертый этаж, где находилась приемная директора. Они шли молча, но расстояние между ними было настолько малым, что их руки периодически соприкасались при ходьбе.

— Нам нужно попасть в архивную систему секретаря, — тихо произнес Феликс, глядя прямо перед собой. — Пропуск Пака Минсока был активирован удаленно. Это можно сделать только с компьютера в приемной или личного кабинета директора.

— Предоставь это мне, — Хёнджин слегка наклонился к нему, его длинные волосы коснулись плеча Феликса. — Наша милая секретарша Сонхи души во мне не чает. Я отвлеку ее, а ты зайдешь в систему под ее учеткой. У тебя есть ровно две минуты.

Феликс кивнул, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения.

Они зашли в приемную. Директора на месте не было — он уехал на экстренное совещание в мэрию из-за убийства О Сухёна. За столом сидела молодая девушка-бета, лениво листая бумаги.

— Сонхи-я! — Хёнджин мгновенно преобразился, на его лице появилась ослепительная, обезоруживающая улыбка. Он подошел к ее столу, облокачиваясь на край и заглядывая ей в глаза. — Ты сегодня выглядишь просто потрясающе. Эта заколка... она новая?

Девушка мгновенно залилась румянцем, кокетливо поправляя волосы:

— Ой, Хёнджин-оппа... Спасибо. Да, вчера купила. А ты что здесь делаешь? Дело О Сухёна ведь у вас?

— Да, зашел подписать пару бланков у директора, но его нет, — Хёнджин плавно обошел ее стол, увлекая ее за собой к шкафу с архивными папками, делая вид, что ищет какой-то документ. — Слушай, ты не могла бы помочь мне найти отчет за прошлый месяц? Я совсем запутался...

Пока Сонхи, затаив дыхание от близости Хвана, увлеченно копалась в папках на верхних полках, Феликс бесшумно скользнул за ее рабочий стол.

Его пальцы быстро задвигались по клавиатуре. Лог авторизации цифровых пропусков. Он ввел дату и время: вчера, 22:45. Пак Минсок.

На экране высветилась строка: «Доступ разрешен. Авторизация: Кабинет Директора. Цифровая подпись: Ли Чжонхо (Директор)».

Феликс быстро сфотографировал экран на телефон и стер историю последних запросов. Он уже собирался встать, как вдруг тяжелые шаги в коридоре заставили его замереть. Кто-то шел прямо к приемной.

Феликс резко поднялся, но запутался в проводах под столом и едва не упал.

Хёнджин среагировал мгновенно. Он бросил папку, которую держал, быстро подошел к Феликсу, схватил его за талию и буквально прижал спиной к тяжелому дубовому шкафу с документами в углу приемной, скрывая их обоих за открытой дверцей шкафа.

Феликс испуганно округлил глаза, его руки уперлись в грудь Хёнджина.

— Хван... пусти... — прошептал он.

— Тихо, — приказал Хёнджин, его лицо было серьезным и сосредоточенным. Он наклонился так близко, что его дыхание обожгло губы Феликса. — В коридоре помощник директора. Если он увидит тебя за столом секретаря, нам обоим конец.

Они стояли в полумраке за дверцей шкафа. Феликс чувствовал тепло тела Хёнджина, его сильные руки на своей талии и этот сводящий с ума аромат миндаля. Его сердце колотилось как сумасшедшее. Он посмотрел на губы Хёнджина, и внутри него рухнула последняя преграда.

Помощник директора зашел в приемную, спросил что-то у Сонхи и быстро вышел.

Но Хёнджин не спешил отпускать Феликса. Он посмотрел в его блестящие глаза, заметил, как задрожали его губы, и медленно, давая Феликсу последнюю секунду на отказ, прижался своими губами к его губам.

Этот поцелуй был глубоким, горячим и полным долгожданного облегчения. Феликс тихо выдохнул, его пальцы сами сжали ткань пиджака Хвана, притягивая его ближе. Хёнджин целовал его уверенно, его язык мягко коснулся губ Феликса, заставляя того полностью раствориться в этих ощущениях.

Когда они отстранились, Хёнджин нежно провел ладонью по щеке Феликса.

— Я же говорил, Ликс... мои два часа никогда не заканчиваются.

Феликс с трудом перевел дыхание, глядя на телефон в своей руке с фотографией экрана.

— У нас есть доказательства. Пропуск Пака Минсока подписал лично директор.

Хёнджин серьезно кивнул:

— Значит, пора собирать всех. Игра становится по-настоящему смертельной.

-----