Осколки чужого запаха

Хёнджин медленно опустил руку. Коридор казался ледяным, хотя из окон палило солнце. Слова Ликса «он мне противен» ударили сильнее, чем если бы Феликс его ударил.

— Хёнджин-и! Ну где ты пропал? — Сара выпорхнула из-за угла, ее приторный цветочный парфюм мгновенно заполнил пространство, вытесняя едва уловимый, родной аромат лесных ягод Феликса.

Она собственнически переплела их пальцы, но Хёнджин едва не отдернул руку. Теперь этот жест казался ему клеймом.— Нашел тетрадь? — заглядывая ему в глаза, спросила она.— Нет, — глухо ответил он. — Видимо, оставил в другом месте. Пойдем на пары.

Весь оставшийся день Хёнджин провел как в тумане. Он ловил себя на том, что ищет в толпе светлую макушку, но каждый раз, когда их взгляды случайно пересекались, Феликс либо смотрел сквозь него, либо мягко улыбался Чанбину, который теперь неизменно маячил за его спиной, как тень.

Вечером, сидя в своей машине, Хёнджин не завел двигатель. Он до боли сжал руль, вспоминая взгляд Ликса. В нем не было привычного тепла. Только выжженная пустыня.

«Ты выбрал верить Сунбину», — пронеслось в голове.

Хёнджин достал телефон и открыл переписку с Сунбином. Слишком складно всё выходило: фотографии, слухи, внезапная «помощь» Сары. Почему он не спросил Ликса сразу? Почему позволил ярости заглушить всё то, что они строили годами?

Его раздумья прервал стук в окно. На парковке стоял Минхо, скрестив руки на груди. Хёнджин опустил стекло.— Ты выглядишь как побитый пес, Хван, — без тени сочувствия сказал Минхо. — Но учти: Ликс больше не плачет по ночам. Чанбин научил его защищаться. А вот кто научит тебя разгребать то дерьмо, в которое ты вляпался, поверив Саре?

Минхо бросил на пассажирское сиденье сложенный листок.— Это распечатки звонков Сунбина за тот вечер, когда ты «поймал» Джисона. Посмотри на досуге, с кем он созванивался за пять минут до того, как ты пришел. Спойлер: это была твоя драгоценная Сара.

Хёнджин замер, глядя на листок. Мир вокруг начал стремительно рушиться.