Часть 9 «С небес на замлю»

–Анечка, идём домой, ты ведь замёрзла уже! – крикнула Вера. Маленькая, точная копия Веры, разочарованно вздохнула слезая с качелей, –ну мам, я не замерзла, – протестовала. Вера нежным движением заправила ее кудрявый локон обратно под шапку, потрогала нос, –холодный, – протянула, –идём, папа тебе мандарин начистит. Большие карие глаза Ани засияли, –ураа! – радостно запищала. Девочка, как и ее мама, в предверии Нового Года светилась точно ёлка украшенная сотнями гирлянд. Около магазина, где спустя столько времени все ещё процветал «кинотеатр» Универсамовских, стояли Турбо и Зима, по привычке, дымя одну сигарету на двоих. Заметив, как они обычно называют, девчонок Адидаса - сигарету потушили, заулыбались. Аня легонько дёрнула маму за ладонь, которую всю дорогу крепко держала. Вера рассмеялась, –беги. И девочка со всех ног помчалась на встречу любимым «дядям». Зима подхватил ее в объятия, радостно закружил, –привет, кнопа! Через пару секунд приблизилась и Вера, поздоровались. –Вы домой? – поинтересовался Турбо. –Да, после смены решила малую пораньше с садика забрать, сегодня Вова выходной, хотим елку украсить.–Папа почистит мне мандарины! – радовалась Аня все ещё умостившись на руках Зимы. Из магазина, на перекур, вышла продавщица. Заметив Веру она широко улыбнулась, –здравствуй Верочка, как вы? –Здравствуйте, потихоньку, Вы как?Не успела женщина ответить, как Аня подала голос, –тётя Люба, здравствуйте! Продавщица сильнее заулыбалась, она очень любила детей, хоть своих и не имела. Каждый раз когда Аня и Вера заходили в магазин, женщина не упускала возможности угостить девочку конфеткой. –Анечка, а ты чего не в садике? –Мама забрала меня раньше, папа дома будет чистить мне мандарины. Все присутствующие засмеялись. Аня, для своих трёх лет, была очень смышлёная и невероятно разговорчивая. Иногда Вова специально заводил дочь в «кинотеатр» на мультик, чтоб побыть хоть немного в тишине. Каждая минута проведённая с Аней была наполнена сотнями вопросов и разговоров о ее обыденных проблемах: каша в садике была с комочками, Серёжа Куфаков отобрал ее лопатку в песочнице, недавно она видела большого рыжего кота, что забрался на дерево и сильно «плакал» и подобным. Замолкала Аня лишь когда спала, смотрела мультики и ела (и то не всегда). –Доча, нам пора, пойдём. Аня без особой радости была освобождена с рук Зимы, –кнопа, не грусти, мы скоро встретимся, –пытался подбодрить малышку парень. Подключился Турбо, –если мама с папой разрешат, вечером пойдём кататься на санках, – он, уже привычно, достал из кармана жвачку Турбо, протянул Ане. Это был их маленькая традиция, Валера не очень любит прощаться, поэтому всегда вручает девочке жвачку с правилом «жвачка твоя, а вкладыш отдашь при следующей скорой встрече».Как и ожидалось, оставшуюся часть пути, Аня только о санках и говорила. Около подъезда Вера сдалась, –солнышко, я не против, но нам нужно ещё получить разрешение папы, ты придумала как? Девочка тут же вскрикнула, –я почищу ему мандаринку и он обязательно мне разрешит! Вера засмеялась, –за мандаринку обязательно разрешит. Дверь в их квартиру была настежь открыта. Вера напряглась, но постаралась не подавать виду, чтоб не напугать Аню. Девушка спустилась на этаж ниже полностью игнорируя все расспросы дочки, позвонила в дверь. –Кто? – сиплый женский голос по ту сторону. –Нина Ивановна, это Вера. Щелкнул замок, петли старой двери заскрипели. –Здравствуй, Верочка, что-то случилось? – миловидная бабуля заулыбалась во все оставшиеся зубы. Нина Ивановна была невероятно светлой души женщина, она часто сидела с Аней, когда Вова и Вера не успевали сменить друг друга дома из-за работы. –Простите, что беспокою, но не могли бы вы присмотреть за Аней пару часов, мне нужно срочно отлучиться. Доча никогда не закатывала истерик, всегда все прекрасно понимала, и этот раз не стал исключением. Когда Нина Ивановна закрыла дверь, Вера пулей помчала в собственную квартиру. Вова сидел на табуретке в центре кухни, сложившись пополам. Следы крови по всему полу прямо кричали об ужасном, чтоб здесь случилось. Вера приподняла лицо мужа за подбородок, с ужасом зажмурилась. -Вова, – шепнула. Парень тут же приоткрыл глаза, будто голос любимой вырвал его с того света. –Я..–захрипел, –прости.. Вера взвалила обмякшее тело Вовы на спину, поволокла в комнату. Обрабатывая кровавое лицо мужа Вера непрерывно рыдала.Ближе к вечеру, когда каждая рана была тщательно промыта, а Вера наконец выплакала все слёзы и устало опустилась на пол перед кроватью - в дверь постучали. –Адидас, мы забираем Аню на санках кататься! – послышался радостный голос Зимы.–Тут все наши, мы будем глаз да глаз за кнопой, – теперь кричал уже Марат. Вера обессилено выползла в коридор на четвереньках, открыла замок. Радостные лица парней в секунду отбросили холодную тень, глаза потухли. –Что случилось? – Марат спохватился, поднимая Веру с пола. –Я не знаю, – шептала Вера. –Можно водички? Зима помчался на кухню, а Пальто и Турбо зашли внутрь квартиры, захлопывая дверь. –Где Адидас, где Аня? – расспрашивал Турбо. –Аня у Нины Ивановны на первом этаже, а Вова.. – Вера вцепилась в руку Марата сильнее, стиснула зубы,–он в спальне. Пальто приоткрыл дверь. Окровавленные вещи Вовы кучей лежали у углу, на полу тазик с бурой водой, вата, бинты. Сам же Адидас неподвижно таращился в потолок еле заметными приоткрытыми веками. Зима, что вернулся со стаканом воды, спросил, –вся кухня в крови, что тут было то? –Я не думаю, что Вера в курсе, – Турбо присел на стул, хлопнул себя по щекам, чтоб взбодриться.–Хади-Такташ? – предположил Андрей. –С чего бы? Столько лет назад уже все порешали, – отрезал Зима. –Ребят, – шепнула Вера, –заберите Аню, пойдите на санках покатайтесь, вы же обещали. Турбо хотел было возразить, но Зима перебил подхватывая санки, –Она права, мы обещали. А Маратка и Пальто побудут с Верой. –Что делать то? – переминался с ноги на ногу Андрей. Вопрос остался без ответа. Спустя несколько минут Вера, опираясь на Марата, поднялась. Оглядела рукава своей ещё недавно белой рубашки, –кровь замочить надо, – сухо промямлила, – принеси мне что-нибудь из шкафа, – бросила Марату, а сама, на ватных ногах поплелась в ванную. Стянула с себя рубашку, включила холодную воду и невзначай глянула на своё отражение в зеркале: опухшее от слез лицо, красный нос и глаза, искусанные губы. Марат со стуком заглянул внутрь сжимая в руках найденную вещь. –Вер, – тихо начал, –там Вова тебя просит. Быстро умывшись и накинув Вовину футболку, что принёс Марат, Вера помчалась к мужу. Андрей бережно протирал его лицо от рясно выступившего пота. Глаза Вовы были закрыты, но он словно почуяв присутствие любимой - улыбнулся. –Маленькая, – хрипнул. Вера опустилась на колени около кровати, бережно вложила руку Вовы в свою, –я тут. –Нюся? – так ласково дочу называл только Вова. –Она с Зимой и Турбо на санках катается, там столько снега выпало, Вов.Диалог велся непринуждённо, как за обычным ужином, будто и не было ничего. Но семейную идиллию решился прервать Марат, что все это время озадаченно разглядывал избитое лицо брата, –что произошло, Вов? –Хер знает, Маратка, – закашлял Вова, тут же скривившись. Кашлять было больно. –Я просто возвращался домой, налетели трое, а может и четверо, отпиздили меня и домой затащили. Да так отпиздили, что я уже одной ногой на том свете был. Вера зажмурившись опустила голову на руку Вовы, прерывисто вздохнула, –попрошу Зиму, чтоб отвели Аню к маме с папой на ночь. –Нет, – нахмурился Вова, но жена перебила.–Да! Она не должна видеть это все! – обессилено прикрикнула Вера вновь заплакав.–Мы их в землю втопчем! – рыкнул Марат. Вова никак не отреагировал на слова брата, он вглядывался в лицо разочарованно рыдающей жены, смахивая ее слёзы большим пальцем. Через время, когда Вера скрутилась комочком на кровати около Вовы, парень шёпотом заговорил, –я думаю это Дом Быта, у них последнее время со всеми нездоровые терки начались. Как Желтого закрыли, неизвестно кто там старшый, что в голове у него. Сигарету подкиньте. Марат и Пальто переглянулись, Вова усмехнулся, –Маратка, я давно в курсе, что ты дымишь, не хоч свои давать, мои в тумбочке подай. Вова подкурил, как можно глубже запуская дым в лёгкие. Вера прижалась ближе, тернулась носом о его плечо, –окно откройте, – хрипнула. Когда просьба была выполнена, Адидас продолжил, –я окрепну через пару дней, надо будет наведаться в именитое кафе «Снежинка». –Может пусть Зима порешает? – протянул Марат опасаясь, что следующую стачку с Дом Бытом брат не переживет. –Не дури, – отрезал Вова, –мне надо подумать, как красивее все сделать, пару дней дайте. Пацанам скажите осторожнее ходить, и не вздумайте сами лезть к ним. Слово старшего - закон. И несмотря на явное несогласие Марата - его никто, по факту, не спрашивал. Через два дня, как и было обещано, Вова принял решение и назначил пацанам общий сбор вечером. Это холодное утром выдалось каким-то особенно тревожным. Вова лежал в кровати тупо уставившись в потолок, параллельно поглаживая Веру.–Так пусто дома без Нюси, – шепнул, –тихо.Вера придвинулась ближе, чмокнула его плечо, –скоро все наладится, главное что мы вместе. –Надо было соглашаться на квартиру в Москве, – Вова вздохнул, зажмурился.–Прекрати. Здесь наш дом, наша семья. Вова резко, даже зло перебил, –тут опасно! Для тебя и для Нюси! Опасно! Вера начала подкипать в ответ, –Сдалась мне твоя Москва! Везде опасно! Вова вдруг размяк, легко улыбнулся притягивая девушку за подбородок, –жена.., – сладко протянул, а следом, подарил нежный поцелуй. Вера, как и всегда в такие моменты, растаяла, словно снег в марте, –мы справимся, – шепнула ему в губы. Весь день Суворовы бездельно провалялись в постели, нежились и целовались словно подростки. Около пяти вечера Вова поднялся натягивая джинсы, –ты Нюсю пока не забирай.. Вера грустно улыбнувшись перебила, –сейчас там будет безопаснее. Вова застыл, нахмурился, –я все решу, обещаю. Парень чувствовал напряжение Веры, ее переживания и страх. Без лишних слов было понятно, что отпускать она его не хотела, но, как и всегда, должна была. –Я знаю, – голос надломился и Вера, в попытке скрыть подступивший комок слёз, поднялась и спешно отошла к окну. Все эти годы девушка никак не могла отделаться от кошмара, где несут гроб, а в гробу Адидас, ее Вова. С появлением Ани страх слегка под утих, ведь парень больше не принимал активных действий в Универсаме. Но последние два дня словно вернули Веру с небес на землю, вновь напомнив ей, кто ее муж. –Маленькая, – шепнул Вова, который уже незаметно подкрался к девушке со спины, –ты чего? – парень приобнял за талию, обжег дыханием край уха, бережно чмокнул в висок. –У нас дочь, Вов, – Вера, продолжая тупо наблюдая за вечерним пейзажем в окно, откинула голову опираясь о грудь Вовы. –И я люблю ее, – обнял крепче, –и люблю тебя, маленькая. Всегда люблю. Хотелось стоять так вечно, чувствовать его тепло, запах, колкость такого родного свитера. Но ничего в нашей жизни не бывает «вечно», особенно хорошее. Вова зарылся носом в шею оставив на прощание короткий поцелуй, а затем просто ушёл. Они оба понимали, что этот момент неизбежен, что уходить придётся, поэтому обошлись без долгих сопливых прощаний. Вера так же стояла около окна теперь уже наблюдая как Вова скрывается во тьме двора, словно Казанская ночь поглотила его потрепанную временем душу, кажись, навсегда.