Глава 89: Осколки и Решимость

Битва не закончилась с исчезновением Все За Одного. Хотя над местом, где сражался Бакуго, наступила противоестественная тишина, основное поле боя содрогалось от ударов, превосходящих человеческое понимание. Деку и Шигараки Томура продолжали свое смертоносное столкновение, превращая землю в пыль.

На месте падения крепости среди дымящихся обломков начали подниматься те, кто выжил. Ханаэ медленно открыла глаза. Гул в ушах мешал сосредоточиться, но инстинкты орали об опасности. Она видела, как неподалеку Бест Джиннист и другие герои пытаются привести в чувство раненых.

Бакуго лежал неподалеку от Всемогущего. Его тело было неподвижно, а тяжелое, свистящее дыхание говорило о том, что он находится на самом краю. Ханаэ, пошатываясь и цепляясь за искореженную арматуру, поползла в его сторону. Её причуда была истощена, но глубоко внутри еще теплились искры поглощенной ранее энергии.

В это время Деку, следуя плану предыдущих владельцев «Один за Всех», начал рискованную операцию. Чтобы пробить абсолютную защиту Шигараки, он должен был передавать факторы причуд — саму суть «Одного за Всех» — внутрь врага. Один за другим призраки Кудо, Брюса и остальных сталкивались с бездонной яростью Томуры, разрушая его психику и тело изнутри.

Мир вокруг них искажался. Громадные пласты земли взмывали в воздух, когда Деку наносил удары, усиленные «Трансмиссией» и «Черным кнутом». Но Шигараки не сдавался. Его мутировавшее тело адаптировалось, создавая бесконечные слои защиты из пальцев и плоти.

Ханаэ добралась до Бакуго в тот момент, когда над полем боя пронесся очередной звуковой удар. Она увидела, как Кацуки пытается разлепить веки, глядя в сторону Деку.

— Он... передает их... — прохрипел Бакуго, едва шевеля губами.

Ханаэ накрыла его ладонь своей. Её «Малиновый импульс» отозвался слабой вибрацией. Она видела, что Деку теряет руки, теряет силы, отдавая всё ради одного шанса спасти того мальчика, что скрыт внутри монстра.

битва перешла в фазу, где стратегия сменилась чистой волей. Герои на земле могли только наблюдать за тем, как Изуку Мидория буквально разрывает свою душу, чтобы нанести финальный удар.

Шигараки Томура взревел, и эта волна ненависти едва не сбила героев с ног. Его тело начало раздуваться, поглощая всё больше материи. Деку готовился к передаче последней, самой мощной части своей силы.

— Еще немного... — прошептала Ханаэ, сжимая руку Бакуго.

Она чувствовала, как воздух электризуется. Это был предел. Всемогущий, стоявший рядом, сжимал кулаки, не в силах помочь своему ученику ничем, кроме веры. Ханаэ направила остатки своей энергии — всё, что она смогла собрать из статики разрушенной крепости — в землю, создавая небольшую стабилизирующую зону вокруг раненых, чтобы их не размело остаточным давлением от столкновения двух титанов.

В небе над ними Изуку Мидория занес кулак для удара, который должен был поставить точку в истории, длившейся более ста лет.