Глава 38: Испарение

Темнота в подземелье была неестественной. Черный туман, который выпускал один из «Мусорщиков», не просто закрывал обзор — он казался тяжелым, липким и холодным, высасывающим надежду.

— Эй, я ничего не вижу! — крикнул Киришима, выставив перед собой затвердевшие руки. — Толстожвач-сан, вы где?

— Стоять на месте! — пробасил Толстожвач. — Они ждут, когда мы начнем паниковать!

Ханаэ чувствовала, как туман касается её кожи, вызывая озноб. Она знала этот холод. Это был холод бессилия. Но тренировки с Мирко и искры Бакуго выжгли в ней способность сдаваться.

— Я стану вашим маяком, — твердо произнесла Ханаэ.

Она прижала ладони к груди, заставляя кровь циркулировать быстрее. Её малиновые волосы начали пульсировать. Вместо того чтобы просто греть воздух, она сфокусировала всю энергию на вибрации каждой отдельной пряди.

— «Малиновый рассвет: Световой барьер»!

Её волосы вспыхнули с такой силой, что тьма в радиусе десяти метров была буквально разорвана в клочья. Раскаленный воздух вокруг Ханаэ начал испарять частицы черного тумана. Враг, скрывавшийся в тени, вскрикнул, ослепленный внезапной вспышкой.

~~~~~~~~~~~~

Столкновение

— Ах ты, девчонка! — длиннорукий злодей метнулся к ней, пытаясь достать её своими когтями.

Но теперь, когда Ханаэ видела его, она была готова. Она не стала дожидаться удара. Используя две пряди как опоры, она подбросила себя в воздух и, перевернувшись, обрушила на врага каскад раскаленных волос.

— Киришима, сейчас! Справа от тебя! — скомандовала она.

Эйджиро, увидев цель в малиновом свете Ханаэ, рванул вперед. — «Красный бунт: Сокрушение»! — его кулак врезался во второго противника, отправляя того в полет через всю комнату.

Однако третий злодей, массивный Раппа, наконец вступил в бой. Его удары были настолько быстрыми и мощными, что даже Толстожвачу пришлось тяжело. Каждый взмах его кулака создавал ударную волну, которая гасила свет волос Ханаэ.

— Ваша свечка скоро догорит! — прорычал Раппа, нанося серию ударов по защите Толстожвача.

~~~~~~~~~~~~

Новая грань силы

Ханаэ чувствовала, как жажда начинает мучить её. Вода в системе гидратации стремительно заканчивалась. Если она продолжит просто «светить», она высохнет через пять минут.

«Мне нужно не просто светить… мне нужно заполнить это пространство собой», — пронеслось у неё в голове.

Она вспомнила, как пар вырывался из её волос в хладокомбинате. Если туман врага — это частицы тьмы, то почему она не может создать свой туман?

Ханаэ резко выдернула все трубки гидратации, направляя всю оставшуюся воду прямо в корни волос и мгновенно разогревая её до состояния перегретого пара.

— «Малиновый туман: Завеса Резонанса»!

Из её волос вырвалось плотное облако розового пара. Он не был холодным, как у врага — он был обжигающим и вибрирующим. Этот пар заполнил комнату, работая как гигантский эхолокатор. Ханаэ чувствовала каждое движение Раппы, каждое колебание воздуха.

— Я вижу его! — крикнула она, и её малиновый пар подсветил траекторию следующего удара Раппы для Толстожвача.

Благодаря этой «подсветке» Толстожвач смог поглотить удар и накопить достаточно кинетической энергии для сокрушительной контратаки.

~~~~~~~~~~~~

Цена победы

Когда Раппа и остальные злодеи были окончательно повержены, Ханаэ упала на колени. Её малиновый туман медленно рассеивался, оставляя после себя капли конденсата на стенах.

Волосы Ханаэ выглядели блеклыми, почти розовыми. Она тяжело дышала, её кожа была пугающе горячей на ощупь.

— Сакураги! — Киришима подбежал к ней, поддерживая за плечи. — Ты в порядке? Ты была просто невероятна, ты буквально осветила нам путь!

— Воды… — едва слышно прошептала она.

Толстожвач, тяжело дыша и постепенно возвращаясь в свою обычную форму, подошел к ним. — Ты проделала отличную работу, малявка. Без твоего тумана мы бы не считали его движения. Но ты на пределе. Дальше мы пойдем сами, тебе нужно восстановиться.

— Нет, — Ханаэ ухватилась за руку Киришимы и с трудом поднялась. — Там Эри. Там Мидория. Я еще… я еще могу идти.

Она посмотрела вперед, в темный туннель, который вел к сердцу поместья. Её волосы, хоть и потускневшие, всё еще слабо мерцали малиновым. Это был не конец. Это был только разогрев перед настоящим кошмаром, который ждал их впереди.