Платформа

Декабрь. Окраина города. Промозглый ветер неприятно жжет лицо и руки Кенмы Козуме. Падает мелкий снежок. В свете одинокого фонаря его особенно хорошо видно. Старые часы над головой парня с унылой торжественностью отбивают 4 часа утра. Вокруг ни души. В это время ни один нормальный человек не выйдет из дома, и Кенма этим пользуется. Он неподвижно стоит у самого края железнодорожной платформы. Внизу черной блестящей дорогой тянутся бесконечные рельсы. Они кажутся огромной бездонной пропастью, но, если подумать, платформа находится на высоте роста самого Кенмы, и до ее конца буквально пара шагов. Кенма молча пялится в пустоту. Ему холодно. Парень дует на озябшие руки и сует их в карманы. Там он нащупывает приставку, но не достает ее: геймпад давно разрядился на холоде. Парень не взял с собой ничего - никаких вещей, ни рюкзака. Даже телефон оставил, о чем уже несколько раз пожалел. Но пришел он сюда не для того, чтобы играть. До прибытия последнего ночного поезда у Козуме есть время, чтобы немного подумать. Последняя неделя его окончательно вымотала. Экзамены, долгие пары, а все оставшееся время до позднего вечера - в спортзале. Несмотря на то, что Кенма проводил большую часть времени с командой, ему казалось, что он там лишний. С тех пор, как Куроо Тетсуро уехал, прошел почти целый год, и жизнь Козуме окончательно потеряла краски. Всё превратилось в один сплошной цикл: школа-спортзал-дом. Теперь никто не подбадривал его во время игры, никто не шел с ним после школы домой, никто не кричал на него, если Кенма слишком долго сидит ночью с приставкой или снова плохо ест. Периодически Козуме созванивался с Хинатой Шое, но виделись они очень редко. Оно и понятно: Хината редко был один, всё свободное время он проводил с Кагеямой Тобио. Кенма не сердился на друга за это, но глубоко в душе завидовал ему. Как же сильно он скучает по Куроо... Парень потряс головой, стряхивая снег с отсыревших волос. Как же холодно... Он поднимает взгляд от бездны рельс и смотрит на одинокий фонарь. Снежинки медленно кружатся в воздухе и жгут и без того замерзшие щеки. Кенма жмурится, опускает голову и выдыхает, уткнувшись в шарф. Сейчас ему больше всего на свете хочется тепла. Хочется, чтобы большие, телпые, любимые руки крепко сжали его в объятиях. Хочется уткнуться в свитер Куроо и спать, слушая его тяжелое дыхание и ровный стук сердца. Кенма чувствует, что начинает засыпать, и вздрагивает, просыпаясь. Он всё еще стоит на одинокой заснеженной платформе. Козуме смотрит на время - 4:12. Совсем скоро придет поезд, и всё изменится...Глядя на рельсы, парень невольно вспоминает, на какой дурацкой ноте он расстался с Куроо. В тот день было очень жарко, и парни шли домой с тренировки, умирая от жары и усталости. Благо, по пути им попалось маленькое кафе, где продавали мороженое. Куроо купил Кенме его любимое бананово-шоколадное мороженое, а себе взял мятно-шоколадное. Козуме тогда очень удивил такой выбор - и именно эта ерунда стала причиной их ссоры.- Ну ты и извращенец, - не скрывая отвращения, проговорил Кенма, кося взгляд в сторону Куроо.- Это почему? - несколько удивленно поднял взгляд из-под челки Тетсуро.- Мятный шоколад на вкус все равно что зубная паста. - Да нет, - пожал плечами парень. - По-моему, неплохо. - И все равно я не понимаю, как такое можно есть. Отвратительно.- Послушай, - Куроо говорил спокойно, но глаза его сузились. - Давай не будем оскорблять вкусы друг друга. Это не моя вина, что мне нравится мятный шоколад, а тебе нет. Я же ничего не говорю против твоих видео-игр, хотя они мне тоже частенько приходятся не по душе.- Так, а вот на игры, пожалуйста, хлеб не кроши, - ощетинился Кенма. - Играть в игры - нормально. А есть зубную пасту, называемую шоколадом - извращенство. - Попрошу! - повышая тон, воскликнул Куроо. - Кто бы говорил про извращенство - сидеть сутками напролет перед монитором или приставкой и не спать до 4 утра, дожидаясь выхода новой части! Это ли не извращенство?! А то, как ты однажды на три дня забыл про еду и сон, любуясь на 2D неко-тян в коротенькой юбочке в своей приставке?! Это уже не извращенство, а самый настоящий маразм!..- Заткнись! - совершенно неожиданно для себя вскипел Козуме. Он обернулся на друга и ударил его. Хотел попасть в солнечное сплетение, но, ослеплённый яростью, промахнулся и попал в плечо. - 2D люди тем и хороши, что не оскорбляют меня!Несмотря на то, что Кенма сам по себе был не очень силен, и удар был не сильно болезненным, Куроо показалось, что его ударили чем-то тяжелым. Он отшатнулся и удивлённо посмотрел на Кенму. В глазах Козуме не было ни капли сожаления. Он раздраженно смотрел на Тетсуро, поджав губы. Куроо выпрямился. От его взгляда заледенела бы даже пустыня Сахара, но Кенма не дрогнул. - Всё с тобой понятно, - ледяным тоном процедил Тетсуро, отворачиваясь и незаметно потирая плечо. - Вот и сиди со своими виртуальными нарисованными девочками. Они точно от тебя завтра не уедут.Сказав это, он развернулся и пошел в сторону дома. На секунду в душе Кенмы что-то надломилось, и он хотел окликнуть парня, но передумал и тоже молча пошел домой. На следующий день Куроо уехал учиться в другую префектуру, и больше они с Кенмой не виделись. Козуме вновь встряхивает головой, на этот раз стараясь отогнать неприятные мысли. Ну кто его тогда потянул за язык продолжить спор? Прошло уже полгода с лишним, а они до сих пор и словом не обмолвились. Кенма чувствует, как во рту появляется солоноватый привкус, а в горле образовывается комок от подступающих слез.- "Не плакать! - думает он, сильнее зажмуриваясь и стискивая зубы. - Нельзя плакать, нельзя!.."Но плакать очень хочется. Козуме тяжело выдыхает, выпуская облачко теплого пара изо рта. Он уже очень замерз, а волосы промокли от снега. Наверное он скорее заледенеет прямо здесь, чем дождется последнего поезда...Кенма вновь смотрит на рельсы. Глаза уже привыкли к темноте, и он хорошо видит холодные стальные полосы. Козуме оглядывается по сторонам и, убедившись, что поблизости никого нет, садится на самый край платформы, спустив ноги вниз в ту темную бездну. Сует руки в карманы и втягивает голову в плечи, уткнувшись носом в воротник. Его снова начинает клонить в сон. Но сейчас Кенме уже все равно. Будь что будет...Он вспоминает последнее Рождество, проведенное с Куроо. Тот уютный, теплый вечер дома у Тетсуро. Сам Кенма, как обычно, не отрывался от приставки, сидя в уголочке дивана, укутавшись в плед, а Куроо ходил туда-сюда по дому, завершая последние приготовления к празднику.- Эй, Кенма, - парень подошел к Козуме со спины, положив подбородок на его голову. - Хочешь мандаринку? Тебе нужно есть больше витаминов. А то потом начнется сырость, и ты самый первый сляжешь с простудой.- Спасибо, не хочу, я сыт, - протянул Кенма, не отрываясь от игры.- Уверен? - Куроо, улыбаясь, протянул на ладони несколько долек мандарина. Козуме бросил на фрукт мимолетный взгляд.- Ладно, - нехотя сдался он. - Дай одну. Парень слегка приоткрыл рот, надеясь, что Тетсуро просто даст ему одну дольку в зубы, но Куроо вместо этого перегнулся через голову Кенмы и поцеловал его в губы. Очарованный поцелуем, Козуме расслабил руки, и Куроо успел тайком выхватить у него приставку. Когда же он отстранился, Кенма посмотрел на него все так же с приоткрытым ртом и с легким румянцем на щеках. Тетсуро усмехнулся и сунул ему в рот дольку мандарина. - Хватит тебе с приставкой сидеть. Собирайся, нас ждут Яку и Лев. - На улицу? Нееееет, там холодно, - Кенма зарывается в плед и оглядывает диван в поисках геймпада. - Ты не видел мою приставку? - Это ищешь? - усмехнулся из дверного проема Куроо, двумя пальцами держа приставку.- Отдай! - пискнул Кенма, вскакивая на ноги. - Уронишь ведь!- Не волнуйся, - Тетсуро остановил рукой парня, притянул его к себе и вновь поцеловал. Пока Кенма, ошарашенный, приходил в себя, Куроо поднял его на плечо и потащил в прихожую.- Будешь сопротивляться - закопаю в снег, - хитро произнес он.- Бака, - буркнул Кенма. - Давай, не ворчи. Я куплю тебе новый картридж для приставки. 

***Холодные нежеланные слезы начинают жечь глаза. Кенма чувствует, что все сильнее наклоняется вниз и сейчас вот-вот соскользнет на рельсы.- Куроо...Где-то далеко внутри тоннеля раздается гудок приближающегося поезда. Платформа начинает дрожать. Но Кенма уже не реагирует. Поезд останавливается где-то совсем недалеко от него, но из вагонов почти никто не выходит. Кроме одного человека. Он опускает на платформу чемодан и застегивает куртку, поежившись от холода. И тут он замечает сидящего на краю Кенму. Он решительно подходит к парню и сильной рукой хватает его за шкирку. - Ты чего тут сидишь? - раздается знакомый басистый голос.Козуме открывает глаза.- Куроо... - тихо произносит он, узнав парня. - Куроо!...Тетсуро не успевает ничего сказать. Кенма крепко обнимает его, прижавшись лицом к куртке парня.- Откуда ты узнал, что я приеду именно сегодня именно в это время?- Яку сказал... - признался Кенма. - Куроо, - он поднял голову, глядя парню в глаза. - Пожалуйста, прости меня... Прости за все, что я тебе тогда наговорил... Пожалуйста, прости... Я так скучал по тебе...Тетсуро снисходительно улыбнулся и тоже крепко обнял Козуме.- Я тоже очень по тебе скучал... - промурлыкал он, кладя подбородок на затылок парня, но тут же резко поднял голову и рассерженно посмотрел на него:- Ты почему без шапки?! - Я...- У тебя уже волосы инеем покрылись, придурок! И руки... Руки ледяные! - Я здесь с 3:50 утра сижу...- В такой холод и так легко одет! Уму непостижимо! - взмахнул руками Куроо. - А ну пошли, - он схватил парня за руку и потащил за собой. - Купим тебе горячий кофе и поедем домой на такси. И только попробуй мне заболеть!Кенма устало улыбнулся.- Мне так тебя не хватало, Куроо Тетсуро.- А вот я так и знал, что тебя не следует оставлять одного на долгое время!- Не оставишь больше?Куроо остановился. Кенма простодушно смотрел на него, слегка улыбаясь. Взгляд Тетсуро оттаял.- Не оставлю. Обещаю.

Конец истории