Глава 30

Новое видение

Я замечаю, что часы на камине все еще идут верно, и думаю: «Время не остановить». Девочкам не положено думать о смерти, но мне кажется, она вроде тяжелого рюкзака, который я вынуждена повсюду носить с собой. Особенно остро я чувствую это здесь, в квартире моей покойной матери. Вот разделочная доска, вот блендер, последним человеком, который к ним прикасался, была она. Я вздрагиваю и понимаю, что опаздываю на встречу с владельцем галереи, которую устроила для меня Дария. На улице сталкиваюсь с латиноамериканцем, который улыбается мне так широко, что я не могу не ответить ему улыбкой. К счастью, в метро я спускаюсь как раз к прибывающему поезду. Надевая наушники, поворачиваю голову и вижу какого-то мальчика с кудрявыми волосами. Мне кажется, что это Оливер. Но без школьной сумки. Поезд трогается с места, и я чуть не сворачиваю шею, пытаясь рассмотреть девушку, к которой он подходит. Но мы тут же въезжаем в тоннель, и я улыбаюсь, думая, что мне все показалось. Сколько лет мы с Оливером жили друг напротив друга, но я ни разу не видела его с девушкой. Разумеется, его красоту еще надо рассмотреть. Думаю, он из тех, кто не пользуется успехом в школе, но не знает отбоя от девушек в колледже. Рядом со мной сидит высокая женщина с кофейного цвета кожей и модными афрокосичками. Она читает мамину книгу, и мое сердце тут же словно превращается в тяжелый влажный комок. Я пытаюсь сосредоточиться на играющей в наушниках песне Джейсона Мраза, но мой взгляд постоянно возвращается к черной обложке книги. Вот фотография моей матери. Она выглядит серьезной. Я закрываю глаза, а когда открываю их, женщины уже нет. Трайбека — промышленный район, но улицы здесь чистые, и в воздухе разлита атмосфера покоя, которой не найдешь на Манхэттене. Холл нужного мне здания уставлен диванами, обтянутыми тканью с леопардовым принтом, а посередине стоит скульптура, напоминающая рожок мороженого. Я начинаю паниковать. Интересно, Дария придет? Я смотрюсь в зеркальную стену и проверяю, что у меня с волосами. К счастью, сегодня они согласились сотрудничать. Двери лифта открываются, и я оказываюсь в огромном почти пустом помещении, разгороженном стеклянными стенами. В дальнем углу — оранжевый коврик и несколько удобных кресел. Я медленно иду туда и слышу голос: — Чувствуйте себя как дома. Дария занята, так что мы сегодня одни. Он говорит так мягко и спокойно, что моя паника тут же исчезает. Я сажусь и принимаюсь листать глянцевые журналы. Знаю, мои снимки хороши, но все равно чувствую себя самозванкой. Я слишком молодая, слишком «зеленая» — как говорит мой отец о начинающих актерах. Через пару минут подходит худой мужчина со всклокоченными волосами и добрыми глазами. — Привет, меня зовут Лес. — Луна, приятно познакомиться. Руки у него слегка влажные, движениями он напоминает Тайла. Он что — краснеет? Я делаю глубокий вдох, потом достаю фотографии и раскладываю на столе. Он внимательно рассматривает каждую. По его выражению лица невозможно ничего понять. — Вы давно снимаете? — спрашивает он, откладывая в сторону портрет мисс Грей. — Ну, не профессионально, если вы это имеете в виду. Лес наливает нам по стакану воды, и у меня в голове мелькает мысль, не подсыпал ли он туда что-то. Я, как и Тайл, прочитала слишком много отцовских сценариев. — В вашем видении присутствует некая первобытная искренность. Не знаю, сознаете ли вы это. — Ну, я же сделала снимки, — замечаю я несколько быстрее, чем следовало бы. Он снисходительно улыбается, но тут же его лицо становится непроницаемым. Зеленые очки и торчащие во все стороны волосы с проседью придают ему карикатурный вид. — Можете оставить мне эти снимки? — Разумеется. Я напечатала их в двух экземплярах и отсканировала. Лес сидит с видом довольной собаки. — Так вы устроите мне выставку? Он потирает подбородок, как будто обдумывает это. — Не знаю, насколько финансово успешным будет этот год для моей галереи. Может быть, у меня найдется для вас место, но трудно сказать что-то определенное. Снимки сильные, но я должен еще на них посмотреть. Я не знаю, что мне делать. Наверное, следовало спросить совета у Дарии. Неожиданно я чувствую, что у меня пересохло горло, выпиваю воду залпом и встаю. — Ну что ж. Мне пора. Он провожает меня до лифта, у дверей улыбается и жмет мне руку. Не представляю, что думать о нашем с Лесом разговоре, поэтому в метро я концентрируюсь на словах песни Имоджен «Первый поезд домой», играющей у меня в наушниках. Но несмотря на погружение в струящиеся электронные звуки, я думаю о мальчике, которого встретила по дороге сюда. Часть меня хочет, чтобы приветствующая его девушка была иллюзией или это оказалась чужая история любви. В моей комнате тихо. Я вновь берусь за подготовку к диктанту по английскому. Беспристрастный, изъян, вечнозеленый. Окно Оливера занавешено, но свет горит. Может быть, экономка зашла убраться. — Луна! — Тайл кричит из коридора. — У нас нечего есть. — Сейчас спущусь, погоди… Мама редко готовила, но всегда содержала дом в идеальном порядке. Она любила взглянуть на все, что есть, и выбрать из представленного. Со всем этим: школой, фотографией, отъездом отца — я чувствую, что теперь должна стать ею. Я поднимаю глаза и вижу мамину фотографию на стене. Не знаю, чем руководствуюсь, но я снимаю ее и убираю в ящик стола. — Тайл! Он подбегает к моей двери, лицо у него красное и чумазое. — Закажи что-нибудь и расплатись картой, которую тебе дал папа. Только чтобы там были овощи. — Жареная картошка — это овощи? У меня нет настроения спорить. — И умойся, пожалуйста. — Да, мэм. Я захожу на фотоблог. Мой снимок набрал уже более шестисот «лайков»! Леви в сети, и я тут же отправляю ему ссылку.: Ничего так, да? Тайл внизу что-то заказывает. Думаю, он вряд ли станет экономить.: Неплохой снимок.: Спасибо… я виделась с этим парнем Лесом Беллом.:?: Ты же шутишь?: Нет.: Он действительно крут. Я думала, что увижу в его лофте что-то особенное или хотя бы стоящее кучу денег. Но почему там было почти пусто?: Трудно понять, что он думает.: Тебе нужен агент… напиши на jj1900@ gmail.com: Его называют просто ДжейДжей, никто не знает, как его зовут.: Звучит пафосно.: Он немного скотина, но все агенты такие.: Что мне делать?: Отправь ему три снимка в формате jpeg (увеличь резкость).: И скажи, что тебе Лес что-то обещал.: Ладно.: Можешь и меня упомянуть… Черт, быстро ты.: Напишу ему прямо сейчас.: Правильно.: Спасибо огромное.: Может, ты меня познакомишь с Лесом, если все пройдет гладко?: Естественно.: удачи. Я пишу ДжейДжею, и он через пять минут отвечает со своего айфона. Луна, интересно. Можете подойти ко мне в офис завтра к 3:30 со снимками? ДжейДжей Лихо. Что, вот так просто? Ну, во всяком случае, это будет офис, а не огромная пустая квартира. Я соглашаюсь и возвращаюсь к своему английскому. Заходит Тайл с бургерами и картошкой, сжимая пакетик с кетчупом в зубах. Я велю ему спускаться, и мы едим на кухне. Мама предпочитала ужинать на кухне, обычно на ней было простое платье и тонкая серебряная цепочка с подвеской в виде листочка. Отец всегда говорил, что мы должны обедать в столовой, как нормальная семья, но мама возражала: «А ты так хочешь быть нормальным?» Если бы я тогда умела читать между строк. Картошка солоноватая, но вкусная. Тайл, гордый собой, картинно вручает мне кусок брокколи: — Ваши овощи, мадам. После обеда он помогает мне с карточками, по которым я учу слова для диктанта, и замечаю, что уже десять. — Спасибо, что помог. У меня завтра итоговая контрольная. — Отдохни, сестренка. — Он посылает мне воздушный поцелуй. Засыпая, я слышу низкие стоны виолончели, но не уверена, что это не сон.